Останься со мной

       Время на работе пролетело незаметно, но в каждую секунду своей бурной деятельности я думала о том, что бы такого приготовить. В обеденный перерыв все остались в офисе, собравшись в комнате отдыха. Даже Хон Ю Джин, видя мою отстранённость, так забавно пошутил, что все рассмеялись. В это время я сидела рядом, но заметила их настрой только по бурному всеобщему веселью. — Где вы витаете, Чон Ю На? Все в порядке? — спросил начальник. — Да. Думаю об ужине, но у меня совсем нет идей. — Может стоит куда-нибудь сходить или заказать еды на дом? — Нет, сегодня я хотела готовить сама, поэтому в растерянности. — Будете готовить с кем-то?       Вот. Опять эти неудобные вопросы. — Не с кем-то, а для кого-то, — задумчиво ответила я и направилась в свой кабинет. — Приятного всем обеда!       Многозначительное молчание мне в след свидетельствовало о том, что их шокировало мое заявление. Это не важно. Зайдя в кабинет, я поняла, что совершенно не знаю, что он любит — смотреть, есть, слушать… Человек — абсолютная загадка. Нужно рассчитывать исключительно на свою фантазию. К счастью, идеи начали сыпаться одна за одной.       Выйдя из здания, я поехала в супермаркет, закупать разные ингредиенты. Постоянно сверяясь со списком, я впопыхах набрала продукты. Только шесть вечера, но стоит поторопиться. Приехав на такси, я еле донесла до лифта свои пакеты. Открыв дверь, я ввалилась внутрь, и прошла на кухню раскладывать покупки на столе.       Так, справа все, что нужно для салата, слева — все остальное. Нельзя терять ни минуты. Как хорошо, что выбранные традиционные корейские блюда не требуют много сил. Мне не очень нравилось готовить, но сейчас хотелось проявить заботу. Почему-то сработала мысль о том, что этого мужчину действительно можно впечатлить вкусно приготовленной едой.       Я откинула стеклянную лапшу в миску, предварительно промыв прохладной водой, затем добавила уже нарезанные овощи, нашинкованные тонкой соломкой. Перемешала вместе с морковью, надев перчатки, а когда та дала сок через несколько минут, смешала все вместе. Финальным действием стало то, что я добавила специальную заправку. Салат с фунчозой готов!       Затем попробовала то, что получилось по рецепту с чачжанмёном — показалось вкусно, почти как в ресторане, хотя я делала ее впервые. С ненмёном и хоттоком я разобралась значительно быстрее. Когда закончила, убрала все в холодильник, оставалось только накрыть на стол. Как раз успею привести себя в порядок и переодеться. Зазвонил телефон, и на экране высветилось «Доктор Ли Хён».       Я взяла трубку и любимый голос сказал: — Пациент отменился, могу прийти раньше. Тебе удобно?       Я замялась, но быстро опомнилась: — Э-э-э. Да. Хорошо. Через сколько будешь? — В общем-то я уже здесь, — усмехнулся, — смотрю на горящий свет в твоем окне. — Мун-Джо, пожалуйста, захвати соджу, я забыла купить…       Я не видела, но знала, что он улыбнулся. — Десяти минут хватит? — Пятнадцати, — закусила я губу.       Он отключился и пошел в магазин. За пятнадцать минут мне нужно было сходить в душ и переодеться. Черт! Ничего не успеваю!       Дверь открылась ровно через обозначенное время. Я находилась в ванной, заканчивала свои приготовления. Слышала, как он снял пальто и прошел на кухню, убрав бутылку в холодильник. Посмотрела в зеркало, поправила макияж и вышла.        Он сразу взглянул на меня и долго рассматривал. Собранные волосы, тонкие плечи, которые обрамляли широкие лямки черного платья с блестящими, но редкими пайетками, создающими ощущение звезд, рассыпанных по темному небу. Наряд подчеркивал фигуру, а его длина была чуть выше колена. Я не очень любила носить платья, хотя очевидных проблем с внешностью не было. Просто чувствовала себя более беззащитной, что ли… От того, как он рассматривал, мне казалось, будто я полностью обнажена, не только физически, но и душевно…       Стоматолог явно шел с работы, потому, что был одет в строгий синий костюм с традиционной белой рубашкой. Черные волосы бликовали от света люстры, а я смотрела только на губы, которые хотела поцеловать. Как же я скучала…       Он протянул руку, взяв меня за запястье, медленно приблизил к себе. Я неуверенно подошла вплотную, прикоснувшись пальцами к его подбородку, подняв лицо Мун Джо. Затем наклонилась и медленно поцеловала, не желая, чтобы это мгновение хоть когда-то закончилось. — Спасибо, что пришел, — прошептала я, слегка отстранившись.       Он мягко улыбнулся, поглаживая большим пальцем мое запястье. — Располагайся в комнате, я сейчас все принесу. Сама.       Мужчина кивнул и сел за маленький столик котацу. Я расставила приборы и пиалы с разными угощениями, затем села рядом. Мун Джо встал из-за стола и достал соджу из холодильника. Удивительно видеть его таким хозяйственным. Открыв шкафчик, захватил пару стаканов и вернулся на свое место. Разлив напиток, он приступил к дегустации. Судя по тому, как быстро он ел ужин, мне показалось, что ему понравилось. — Тебе вкусно? — Конечно, ты отлично готовишь. Сама-то ешь, хватит на меня глазеть.       Я улыбнулась и тоже присоединилась к трапезе. М-да, сегодня я превзошла свои ожидания. В дверь позвонили, и я встрепенулась, ведь никого не ждала. — Если хочешь, я открою, — сказал Мун Джо приготовившись встать. — Не стоит, я сама. Ты же рядом, — пройдя мимо, я вскользь коснулась его плеча.       Проверив кто пришел, я удивилась. Родители? Что происходит? Отворив дверь, я заметила, как лицо отца приобрело более жесткое выражение, а мать, напротив, заинтересованно просияла. — Ю На, прости, что без предупреждения. Мы хотели сделать тебе сюрприз! — восторженно сказала мама, снимая куртку.       Да уж, сюрприз. Я незаметно закусила щеку, не зная, что мне делать. — О, добрый вечер, мы, наверное, вам помешали? — защебетала она, рассматривая гостя.       Мун-Джо встал и учтиво поклонился родителям. — Добрый вечер, я доктор Ли Хён, друг вашей дочери. Присаживайтесь пожалуйста. — Может вам что-то налить? — Оу, нет, благодарю. Мы можем присоединиться к вашему ужину, Ю На? — мать с надеждой посмотрела на меня, а я на Мун Джо. Его лицо отражало спокойствие.       Значит можно. — Я принесу еще пару тарелок, папа, садись. — Нет, — сурово ответил он, — Я, пожалуй, постою. — Дорогой, что за глупости! Садись со мной, мы пока познакомимся.       Стоило мне только отойти, как мама затараторила, выспрашивая Мун Джо обо всем на свете, начиная с момента нашего знакомства, заканчивая чуть ли не полным досье на него, включая дату рождения и семейное положение. Мун Джо отвечал кратко, учтиво, даже пошутил пару раз, чем явно располагал к себе. Мама любит шутки, поэтому с ней всегда просто общаться. Папа сидел, наблюдая за происходящим, от него исходило напряжение.       Спустя около часа светских бесед, я устала от этого массового общения, ведь рассчитывала иначе провести вечер. Накатывало раздражение от того, что родители нарушили мой сегодняшний план. Я с ужасом думала о том, что все, что я заготовила для нашего разговора с Мун Джо, пошло прахом, и он может уйти и больше не вернуться. И не только сегодня, а вообще. Судорожно перебирая варианты развития событий, я, похоже, полностью выпала из общего разговора и только после того, как отец настойчиво повторил вопрос, ответила на него.       Мун Джо посмотрел на часы на стене и сказал: — Уже поздно, мне пора. Спасибо за приятный вечер.       Я дернулась. — Мы можем отойти на минуту? — Да, конечно.       Мы прошли в кухню и встали спиной к гостиной. — Прости меня, я не ожидала, что они придут, — я была готова вечно рассыпаться в извинениях. — Все в порядке, нет причин для волнений. Твоя мать очень довольна, а отца раздражает мое присутствие. Встретимся позже, не хочу нагнетать атмосферу. Вы и так не очень ладите. — Пожалуйста… ты вернешься позже? Мне будет страшно без тебя. Вдруг Ю Си А вернется, — прошептала я.       Мун Джо коротко кивнул, показав жестом, что об этом стоит молчать. Мужчина вышел в коридор, накидывая пальто. Дружелюбно улыбнувшись, он попрощался и вышел. Как только захлопнулась дверь, я незаметно вздохнула. — Дочь… как ты могла скрывать от нас такого чудесного молодого человека? — восторженно спросила мать. — Мы друзья, — я старалась отвечать только по существу, чтобы не было лишних вопросов, но я же с родителями говорю. План провалился. — Ага, конечно. Так не смотрят на «друзей» как он делал весь вечер, — недовольно отозвался отец. — Дорогой, да что с тобой сегодня? Приятный парень, еще и врач, значит хорошо зарабатывает, и Ю На не будет ни в чем нуждаться. Что ты заладил?       Я спрятала лицо в ладони, потому что от каждого звука у меня начинала все сильнее болеть голова. На телефон пришло сообщение, а я на автомате открыла его. Хорошо, что никто не увидел.       «Выпей воды. Таблетка на кухонном столе рядом с графином. Приду ночью».       Я вскинула брови, подошла ближе к столу и увидела то, о чем он написал. Минут через пять мне и впрямь полегчало. Как ему удавалось настолько четко выстраивать мою жизнь? — Ю На… неужели ты не видишь какой он? — спросил отец, когда мама отлучилась навести порядок на кухне.       Я прямо посмотрела в глаза и старалась не моргать, ведь от отцовского взгляда я всегда чувствовала себя маленькой и ни в чем не разбирающейся. — Знаю, но я не откажусь от него ни за что. Ты можешь принять мой выбор, а можешь отвергнуть, но этот человек — единственный, кто мне нужен.       Отец тяжело вздохнул, понимая, что спорить со мной бесполезно, но было заметно, что этот факт его огорчает. — Папа, пожалуйста… если это возможно, если встретитесь еще раз, присмотрись к нему получше. Он не настолько плохой, как ты себе представляешь. С ним я могу быть собой. — Скажи честно, ты с ним в безопасности? Он оберегает тебя? — Нет, не в безопасности, но он заботится обо мне, и совершенно не нужно переживать о том, что кто-то может мне навредить. Я доверяю ему. — А он? Что он к тебе чувствует? — Доверие. Это все, что мне нужно сейчас.       Отец нахмурился, ведь ему совершенно не ясно, почему дочь, которая явно влюблена в мужчину готова довольствоваться только этим. — Не понимаю тебя. Ты ведь такая умная и замечательная у нас, зачем он тебе? Неужто других вокруг нет? Тот же председатель, например.       Я усмехнулась. Вот кто значит тут главный идейный вдохновитель моего трудоустройства и видимо желающий устроить мою личную жизнь. — Мы хорошо общаемся, он мне симпатичен. Но я была с ним в разных ситуациях, и ни капли схожих эмоций не испытала. Тех, которых хотела бы.       Папа смотрел исподлобья, сканируя мое состояние. — Ю На… не знаю, чем он там тебя околдовал, чем обманул, но как только ты узнаешь о нем все, точно передумаешь.       Я изменилась до неузнаваемости. Встала, отошла к окну, смотря на улицу. — Папа, я многое знаю о нем и не буду думать иначе, чем сейчас. Закончим эту тему. Она нам обоим неприятна, потому что мы не можем договориться. Каждый будет настаивать на своем, а решать в конечном счете все равно мне. Пусть он будет со мной рядом столько, сколько захочет, я принимаю его таким, каков он есть и вопреки твоему несогласию.       Отец раздраженно выругался, стал торопить маму собираться домой. Отправив его вниз разогреть машину, мать подошла ко мне, погладила по щеке: — Ю На, не слушай его, не расстраивайся. Если ты счастлива с доктором Ли, мы тоже будем рады. Правда отцу всегда требуется больше времени, чтобы привыкнуть к новому, ты же знаешь.       Я улыбнулась, приятно удивленная ее поддержкой в этой ситуации. Мне казалось, что весь мир против меня, но это оказалось не так. Даже сказала, что заметила, как стоматолог был вежлив с ними и при этом успевал мне помогать в течение вечера. Это и впрямь приятно.       После я проводила родителей, затем сняла платье и занялась уборкой: помыла посуду и пол. Стоя под струями воды в душе, я обдумывала весь прошедший день. Хотелось отдохнуть как никогда.       Я услышала звук телефона, но не успела взять трубку и перезвонила. Родители оповестили о том, что доехали домой. Уже клонило в сон, и я даже задремала на диване. Пиликнувшая дверь мгновенно взбодрила меня.       Мун Джо вошёл и стал медленно приближаться ко мне. Я отсчитывала шаги. От двери до дивана их было ровно десять. Я прошагала свои пять и была готова сделать следующий, но он жестом остановил меня, сам преодолев последний шаг. Обнял меня и прижал к себе так сильно, что я подумала, сейчас сломаюсь. — Не делай больше, чем от тебя требуется, Ю На, — уткнулся носом мне в висок.       Я потянулась за поцелуем и зарылась пальцами в черные волосы, притягивая его максимально близко. Он ответил мне, синхронно с касанием губ, проводя длинными холодными пальцами по спине. Мун Джо ловил мой язык, затем чуть прикусывал его. Мне нравилось то, с каким напором и страстью он целовал. Я совсем не заметила, когда он успел снять одежду с нас обоих. Подхватив меня под колени на руки, понес к кровати. — Я могу быть кем угодно, только попроси, — он медленно целовал шею. — Будь собой. Больше мне ничего не нужно. — Я же пугаю тебя, — он усмехнулся, убирая прядку с моего лица. — Нахождение с тобой, как таинство. Хоть мне бывает страшно, но я ни с кем не чувствовала себя так хорошо. Играй со мной, если хочешь, или будь строгим, но не показывай то, чего не чувствуешь.       Он стал необычайно серьезным, опускаясь с поцелуями от линии скул все ниже, замерев на ключицах. Проводя языком по разгоряченной коже, он вызывал все больше желания, хотя его собственное лицо ничего не выражало. Взгляд блуждал по моему телу, а я немного нервничала потому, что не знала, как вести себя, когда меня просто распирает от эмоций, а он столь холоден. Конечно же он заметил это, поэтому оставил легкий поцелуй за моим ухом, и ладонью закрыл мои глаза. — Чувствуй, не забивай себе голову мыслями.       Я подчинилась и это было приятно. Гнетущее состояние рассеялось, я ощущала только прикосновения рук, от чего мое сердце то замирало, то стучало громче. С каждым прикосновением я дышала все жарче, бесконечно растворяясь в происходящем. Чем больше я расслаблялась, тем чаще сквозь мое тело шли разряды удовольствия. Я слышала только ровное дыхание, но по-прежнему не открывала глаза, боясь увидеть лицо, не тронутое эмоциями. Через несколько мгновений я приоткрыла веки, запечатлев то, что, похоже он сам не контролировал.       Смотря снизу-вверх, я видела его разметавшиеся взлохмаченные волосы, бледное лицо с едва заметным румянцем, прикрытые от удовольствия глаза и улыбка, которая была настоящей. Получив лучшую награду из всех возможных, я сильнее сомкнула мышцы, вызывая его глубокий полу-стон полу-рык. Вздохи вторили друг другу, сердце отбивало в такт, а я была готова разбиться на осколки, выпуская из себя все, что когда-либо находилось внутри: переживания и радости, сомнения и горести. Была готова все отдать за то, чтобы Мун Джо всегда был рядом со мной.       Он опустился на кровать, собственнически захватывая в свой плен. Я стерла ладошкой с его лба испарину и накрыла нас одеялом. Оставив прикосновение губ на его запястье, прижала его руку к груди. — Волнуешься? — Немного. — Пока я здесь, не стоит. Единственное, кто может тебя пугать — это я, — он рассмеялся, целуя висок. — Знаю. Останься на выходные… если, конечно, у тебя нет других дел.       Ответа я не услышала, дантист только сильнее прижал к себе, обнимая сзади, поцеловал у основания шеи. Через несколько минут мы уснули.

***

      Выходные пролетели стремительно, даже не помню, чем была занята. Мы с Мун Джо проводили много времени вместе, хотя он периодически уходил по делам, но вскоре возвращался. Спустя пару часов, как он пришел, тихо сказал, присев рядом: — Ю Си А уехал, я лично проследил за этим.       Я подняла напряженные плечи, переживая. Все. Теперь он может окончательно уйти, раз больше нет очевидной опасности. — Спасибо, что сказал, — прошептала я, стараясь спрятать взгляд. — Думал, ты будешь в восторге, а ты загрустила. Что не так? — Ниче… — Правду скажи, — он оборвал мою попытку замять ситуацию. — Не хочу, чтобы ты уходил. — Я и не собирался. А надо было? — я повернулась, он удивленно поднял брови. — Конечно нет. — Но не рассчитывай, что будем жить вместе. Мне это не интересно, — сухо сказал он, вставая со стула. — А как тогда? — Ты хочешь от меня нормальных отношений, к которым сама не готова. Зачем мне давать тебе то, чего я не хочу, да и ты, на самом деле, тоже?       Мои губы задрожали, а на глаза навернулись слезы: — Поясни. — Хорошо. Тебе сложно будет находиться со мной постоянно, особенно когда я зол и агрессивен. Это может быть опасно для тебя, ведь я не всегда себя контролирую, как ты помнишь. Ко всему прочему, ты не выносишь постоянства и предсказуемости, сразу начинаешь «закисать» и находить дополнительные приключения на свой очаровательный зад. Ты хочешь постоянных эмоций: совершенно разных, я могу их дать в любом количестве. Но ты сама постоянно меняешься и хочешь иметь свой отдельный внутренний мир, к которому я не буду иметь доступа. Твои попытки в этом плане, конечно, тщетны, для меня вообще нет и не будет никаких границ. Однако я могу сделать так, чтобы ты была уверена, что они есть, — он гулко рассмеялся.       Сделав несколько шагов по комнате, он продолжил: — Это прозвучит грубо и расстроит тебя, но я скажу честно, как ты хочешь: любовь — только одна из специй, которая сдабривает совместное времяпрепровождение. Она мне чужда, и ты никогда ее от меня не получишь. Пока ты мне интересна и у нас есть что-то общее, ты можешь рассчитывать как на мою помощь, так и на близость. Когда это закончиться — ты все потеряешь. Чувства — не более, чем роскошная декорация. За ними интересно наблюдать, а возможно и ощущать, но меня привлекает вызывать их у других, ведь мои очень скомканные и, в основном, подавленные. Не жди от меня восторгов и волнений, мне ближе боль и страсть. Чем сильнее эмоции, тем вероятнее, что я почувствую хоть что-то, но мне никогда не понять тебя.       Пока я стояла, слезы сами катились по щекам. — Мне не понять почему ты плачешь, почему смеешься… Да, технически я очень наблюдателен и всегда сделаю то, что хочу, либо, если это выгодно, что хочешь ты. Но не думай, что это из-за эмпатии, ведь она у меня очень низкая, считай — ее нет. Я все делаю только потому, что сам хочу, либо считаю ситуацию выигрышной. Не тешь себя мечтами, только время потратишь зря.       Тело сковало напряжение, а все эмоции завязались в узлы, становясь моими сдерживающими путами. Когда он говорил со мной категорично, проявлял себя жестоко, мне наоборот хотелось что-то доказать ему, спасти, показать, что он на самом деле не такой. А что если он правда такой, каким себя видит? Не стоит верить его словам как истине в последней инстанции, хотя я начала серьезно переживать на этот счет. Может я только вижу в нем то, что меня привлекает, а этого нет на самом деле? Как же мне понять себя и его? — Выбери кого-то одного для начала. — Что-о-о? О чем ты? — Реши, кого ты хочешь понять сначала: себя или меня? И действуй в соответствии с выбором.       Мысли мои, что ли, читает? Не могу понять: как можно постичь это, опираясь на наблюдательность? — Ты губу закусываешь, когда нервничаешь. Если помнить суть разговора, можно предугадать, о чем ты думаешь. Не более.       Он снова ответил на незаданный вопрос. — Мун Джо, если я предсказуема, то какой интерес тебе со мной находиться? — не знаю почему, но я разозлилась. Все знает он, конечно. — Ты эмоциональная и охотно ведёшься на все мои игры. За тобой забавно наблюдать. — Дело только в этом?!       Мужчина убрал руки в карманы, смотря не моргая. — Конечно. А ты чего ждала?       Я развернулась и пошла на кухню, достала кружку, чтобы приготовить кофе, хотя руки дрожали. Он не двигался с места, но взглядом сверлил мне спину, отчего постоянно хотелось передернуть плечами. Мун Джо обнял меня за талию, перехватывая кружку с насыпанными сахаром и растворимым кофе, аккуратно поставил на столешницу передо мной. — Разобьешь. Оставь, — он впился в шею жарким поцелуем, отчего я начала чувствовать, как кровь стала приливать к низу живота.       Только что я злилась и нервничала, а уже через минуту хотела его. Не знаю, что это за колдовство такое, но я не могу противостоять ему. Или… все-таки могу? — Так-то лучше, — он усмехнулся рядом с ухом.       Пока я не могла решить, как совладать с собой, он запустил пальцы между пуговиц, расстегивая мою блузку. Я поняла, ему безразлично то, что мне нужно сейчас, и в этот момент новая волна гнева поднялась изнутри. Тогда резко убрала его руку от себя и оттолкнулась от столешницы, освобождая пространство для ухода. — Нет, — я пыталась воспламенить его взглядом. Жаль, что это было невозможно, хотя возникло ощущение, что все вполне реально.       Мун Джо сузил глаза, изучая меня, пытаясь понять, что я задумала и не предпринимал ответных действий. Я холодно улыбнулась уголком губ и стала заниматься своими делами, игнорируя его существование.       Оказалось, цепи, которые меня сдерживали, было легко порвать, если захотеть. Именно они сковывали, заставляя поддаваться ему снова и снова. Если он хочет поиграть — я тоже, но сейчас мои правила.       Очень кстати зазвонил телефон, и я ответила на вызов, соглашаясь на предложение выпить в баре с начальником и несколькими коллегами. Мне, конечно, до сих пор не понятно, как можно видеться с сотрудниками в выходные, если ты тратишь почти все время на то, чтобы лицезреть их среди недели. Однако я решила воспользоваться шансом, думая, что, если бы Мун-Джо было не все равно, он бы наверняка разозлился. Это придало мне уверенности и немного развеселило. — Мне пора, — равнодушно сказала я.       Перед выходом, я не оглянулась. Как только захлопнулась дверь и пропиликала сигнализация, я победно улыбнулась.

***

      Мун Джо смотрел, как Ю На изменилась в лице, и и в ее глазах возник злой блеск. Если бы это не помешало его плану, он бы показал, насколько рад. Наконец с ней стало происходить что-то по-настоящему интересное. Смотря за ее неживой пустой улыбкой, а также на тот вид, с которым она сосредоточилась на других делах, он почувствовал негодование. Она смогла отказаться от его увлекательного предложения о продолжении вечера, что было инициировано ею впервые. Наконец показала зубки.       От того, что в этот момент Ю Не было плевать на него, он испытал восторг и в тоже время укол ненависти. Сначала Мун Джо порадовался тому, как Ю-на использовала холодный расчёт, что выглядело эгоистично и не похоже на нее. Затем, он разозлился на ее игнорирование. Но все-таки удовлетворения от поведения девушки в нем было больше.       Он сразу понял кто позвонил и теперь его гнев рос в геометрической прогрессии. Как она посмела куда-то идти без него? Почему она себя так ведет? Эти и многие другие вопросы заставляли его усомниться в себе. Конечно, всего на секунду, но все же. Мужчина встал и даже хотел остановить ее, зажать между собой и стеной, упорно добиваясь желаемого, но равнодушный голос оборвал его действия. Тогда он опустил руку и передумал что-то предпринимать. По крайней мере сейчас.       «Если она думает, что меня остановит ее поведение — ошибается». Он быстро оделся, проверил телефон со стоящим отслеживанием, и направился туда же, куда она приехала. Толика смутного предчувствия на мгновение остановила его, пока он заводил машину. Злость ли это? Почему сейчас так хочется сжать ее в своих объятьях и не отпускать? Что происходит?