Останься со мной

      После пережитых событий я и Мун Джо продолжали проводить много времени вместе, заботясь друг о друге. В нужный момент я оставляла его одного, если чувствовала, как над ним сгущаются тучи. Приносила книги, которые он читал без перерыва, пока не приходил в норму. Мун Джо похожим образом поступал со мной. Он давал мне личное пространство, при этом всегда наблюдал в тихом ожидании, когда мне потребуется помощь. Это не было заметно, ведь казалось он поглощён своими делами, но как только мое поведение начинало меняться, я получала желаемое — близость и внимание. Все происходило мимолетно: касание руки, легкий поцелуй, вовремя налитый кофе. Из таких маленьких жестов выстраивался фундамент моей зависимости от него, и я это знала. Жутко боялась, но все равно откликалась на его действия. Конечно, это не могло длиться вечно…       Когда становилось хуже, и его поведение было совершенно неконтролируемым, мне было сложно сдерживать его, но со временем я нашла способы воздействия, чтобы снижать его агрессию. Самым сложным чувством была ревность и собственничество.             Несмотря на то, что доктор Со был очень логичным и спокойным большую часть времени, моё близкое общение с мужчинами могло заставить его стать жестоким в любой момент. Общаться с противоположным полом приходилось и по работе, и в свободное время, и я, щадя его чувства, чаще всего общалась в его присутствии (если это касалось моих увлечений и хобби). Но во время выполнения должностных обязанностей отношения становились более натянутыми. Я держала дистанцию, но некоторые люди по незнанию пытались ее нарушить, и мне требовалось много сил, чтобы сдержать порыв любимого очертить свою территорию. Я успокаивала его и с легкостью была готова к близости, но не только, чтобы его отвлечь, а скорее для того, чтобы чувствовать его эмоции, которые бушевали внутри. Когда Мун Джо ревновал, он был более жестким и эгоистичным в сексе, против чего я не возражала, ведь порой это помогало быстрее достичь удовольствия и мне.       С этими мыслями я вошла в квартиру мужчины, который занимал большую часть моих мыслей. Он встречал меня с приятной улыбкой на губах. — Тебе все еще нравится твоя работа, Ю На? — спросил Мун Джо, окутывая меня сигаретным дымом. — Знаешь, в последнее время появились проблемы. Женщина, с которой я работаю в паре, окончательно обезумела и начала меня подставлять. Не выполняет работу, скидывает ее на меня и ждет, когда меня отчитает заведующий. Радуется так, подлая тварь. Ну ничего, я подумаю как ей отомстить, — я сжала зубы, но быстро опомнилась, — Черт, извини, я не должна такое тебе говорить. Наверняка тебя раздражают жалобы. — Нет, напротив. Ты нравишься мне такой, потому что перестаешь держать все в себе, Ю На. Разве это не прекрасно: говорить, что хочешь? — он ядовито улыбнулся.       Я посмотрела на него, вспомнив «Ах да, совсем забыла с кем же я говорю. Он бы даже думать не стал, уже давно бы разобрался с ней». — Прекрасно, Мун Джо. Да, спасибо за понимание.       Я приблизилась, взяв его руку в свою, смотря на застарелый тонкий шрам на запястье: — Откуда он? — Ах, да когда-то поранился на работе, — он усмехнулся. — На….э-э-э… работе? На «той самой»? — Да, конечно, — он мягко улыбнулся, обнимая, — С чего вдруг спрашиваешь? — Хочу узнать тебя лучше, раз мы стали чаще видеться. — Большинство моих шрамов от жизни в приюте и всего несколько от активной творческой жизни, — улыбнулся, целуя меня в висок, — Обычно я осторожен и стараюсь все продумывать, но иногда случаются форс-мажоры. — Кто-то не умер сразу? — я рассмеялась своей шутке. — На самом деле… да, вроде того.       Мои глаза расширились, и я замолчала. Ю На, запомни, не задавай вопрос, если не хочешь слышать ответ.       Он обвил мое запястья пальцами, которые всегда были холодными, однако я больше не вздрагивала от этого. Мужчина касался меня нежно, пока водил подушечкой большого пальца по предплечью и спустился к внутренней стороне ладони.       Мы беседовали о моей работе, я смотрела в его темные глаза, похожие на бездну и ощущала бесконечное спокойствие. Не знаю, как раньше жила без него. Искренний интерес к моей жизни заставлял любить его все сильнее. Иногда Мун Джо начинал говорить медленно, будто отмеряя каждое слово, а его голос приобретал глубокие нотки. Я наслаждалась им, будто слушала музыку.       Так и начались дни, когда я была погружена в совместные дела с Мун Джо. Правда в большей степени мы делали что-то вместе дома: готовили, убирали, смотрели фильмы, ночуя то у него, то у меня. Изредка расставались на несколько дней, затем все начиналось с начала.       Он не предупреждал меня о своем появлении, и сердце каждый раз трепетало, как в первый раз, когда я видела его с большим черным зонтом в ливень перед входом в здание компании или мокрого перед моей дверью, в которую он звонил, хотя всегда носил с собой ключи. Иногда я приходила к нему на работу. Однажды я застала его в не самый удобный момент, когда он протирал кресло и стол от крови на своем рабочем месте. Судя по ее количеству, это скорее относилось к его хобби, чем к основной работе. В такие моменты он просил меня подождать снаружи, пока он не доведет все до идеала. Никого из нас ничего не смущало. Просто я возвращалась со стаканчиками кофе через полчаса и все было как раньше.

***

      Я и Мун Джо приехали на свадьбу моей подруги Кьюнг Сун. Богатое убранство зала завораживало. Сочетания белого и зеленого цветов стали основными на мероприятии, потому гости и были одеты в наряды выбранных цветов.       Я надела легкое платье с оборками. Основной цвет был белый и на нем красовались маленькие зеленые цветочки. Я всегда мечтала о наряде Скарлетт О`Хара, поэтому искала что-то похожее. Я чувствовала удовольствие от того, как красива сама, а смотря на своего партнера — восхищалась еще больше. Рубашка моего стоматолога была цвета мяты и серо-зеленые брюки отлично сочетались между собой, подчеркивая бледность его кожи и яркость губ. В любом образе он казался неземным и совершенным, поэтому я очень гордилась тем, что мы свободно держались за руки и пришли вместе как пара. Мун Джо отошел разговаривать со знакомыми, и вскоре я потеряла его в толпе. Сам найдет как закончит.       Вскоре я заметила виновницу торжества, подлетела к ней с объятьями и поздравлениями. Девушка еще немного набрала в талии, но это делало ее особенно очаровательной. Мне всегда казалось, что беременные женщины — отдельная каста. Им всегда хочется помогать, о них следует заботиться, проявляя особое внимание не столько будущему малышу, сколько матери. Именно женщины крайне нуждаются в любви в такие моменты. Я не знаю почему, но так говорит мое сердце, по которому разливается тепло, когда я смотрю на свою подругу.       Спустя много лет бурной молодости с ее постоянными короткими романами, я никогда не думала увидеть ее в роли жены, для которой так важна семья, но, казалось, она действительно стала такой.       Ее образ стал мягче, она скорее стала добродушнее. Голос приобрел немного более серьезные нотки, а взгляд стал полностью счастливым. Пышное платье подчеркивало ее округлившийся животик, а румяные щечки — радость от происходящего.       Увидев жениха, я усмехнулась. Тот самый парень, что работал с ней много лет — я знаю его. Он только устроился на работу, а я пришла к подруге на корпоратив, и мужчина тут же начал о ней расспрашивать. Тогда я заметила живой интерес и влюбленный взгляд, устремленный на Кьюнг Сун. Узнав информацию, собеседник погрустнел. — Я рассказала такое, что заставило разочароваться в ней? — я удивленно подняла бровь.       От полученной информации все парни бы прыгали от радости. Я не сказала ничего личного или предрассудительного, опираясь исключительно на ее лучшие качества. — Наоборот, — тихо сказал он так, что я поняла только по губам, утопая в общем шуме. — Такая девушка ни за что не пойдет мной на свидание.       Я задумчиво смотрела, как подруга флиртует с очередным красавчиком, и, повернувшись к собеседнику, сказала: — У каждого есть шанс стать счастливым. Ты узнаешь о ее желании только предложив, возможно — не единожды. Больше смелости.       Я позабыла об этом разговоре, но мужчина, спустя много времени, выбрал именно путь признания. С этого и началась их история и совместная жизнь, которая скоро будет окрашена этим радостным событием и рождением долгожданного первенца. Девушка познакомила нас с будущим мужем, мы незаметно переглянулись, и он загадочно благодарно улыбнулся. Тоже вспомнил меня. Хотя Кьюнг Сун наверняка ему рассказывала обо мне, она не умеет молчать. Хорошо только, что секреты хранить умеет.       Пока невеста пошла приветствовать прибывающих гостей, жених поблагодарил меня за приход и вскользь поблагодарил за дельный совет, данный мной еще несколько лет назад. Я пожелала счастья, уважительно поклонившись будущему мужу Кьюнг Сун.       Внезапно меня под руку подхватил Мун Джо и вывел из основного зала в коридор. Рассказал о тех, кого встретил, о их разговоре. Поделившись новостями, он чуть улыбнулся, более внимательно рассматривая с ног до головы. Такой взгляд стал лучшим комплиментом вечера, по крайней мере на тот момент. — Почему мы говорим в коридоре, когда вокруг так много людей? — все-таки спросила я. — Все так смотрят на тебя, что хочется надеть на тебя паранджу и любоваться только одному и дома, — мужчина усмехнулся, поправляя пряди темных волос, — А если серьезно, то решил здесь приятнее поговорить, пока в зале готовится сюрприз. — Что-о-о-о? Какой? — любопытство бешено взыграло во мне. — Узнаешь. А пока, давай не будем мешать и отвлечемся на другие дела. — Сказал Мун Джо, сверившись по наручным часам. — У нас есть примерно десять минут. Как раз хватит. — Да на что хватит-то? Доктор Ли! — я пыталась высвободить руку, но естественно мне это не удалось и мне пришлось идти в заданном им направлении.       Между комнатами был небольшой темный простенок, куда мы и зашли.       И что теперь?       Мужчина усмехнулся, прижав меня к стене. Затем задрал мою юбку до середины бедра и впился губами в шею. Я потеряла дар речи и кажется забыла как двигаться, поддаваясь влажным поцелуям. Когда логика все-таки стала «стучаться» в мой мозг, я прошептала: — Ты сумасшедший что ли? А если нас увидят?       Безумная улыбка блеснула в полумраке. Глаза цвета бури гипнотизировали, когда он поймал мой взгляд. — Конечно. За это ты меня и выбрала, — он больно укусил меня в шею, но я только еле слышно простонала, — А если увидят — будут завидовать, что такая девушка прижимается именно ко мне.       Я потянула его в ответ за ворот рубашки, слыша, как натягивается чуть грубоватая ткань в моих руках. Он легко поддавался, приблизившись максимально близко. Я чувствовала себя неуместно, но от такого чувства наоборот хотелось кричать, а не шептать ему в ухо, чтоб остановился. Мун Джо все абсолютно точно слышал, но делал по-своему.       Мимо проходящие люди увидели только наши силуэты, слившиеся в поцелуе, а все откровенные элементы моей поднятой юбки были покрыты мраком благодаря удачному освещению. — Здесь уже занято, пойдем дальше, — сказал проходящий мужчина, явно стремящийся к тому, чтобы сделать что-то подобное со своей подругой в этом же месте.       Мун Джо тихо рассмеялся, поцеловав в висок. — Пойдем, надо привести себя в порядок, чтобы мы хорошо выглядели.       Я была в шоке. — Издеваешься? — Конечно. И время уже подошло, нам пора.       Каждый из нас отправился в уборную. Я умылась, поправила прическу и наряд. Через несколько минут мы уже, взявшись за руки, смотрели как Кьюнг Сун говорит свое «да», надевая кольцо на палец любимого. Во время поцелуя зал разразился аплодисментами. Мне кажется мы громче всех хлопали и кричали поздравления, чем снова привлекли всеобщее внимание.        Пока длился банкет и поздравления текли рекой, я немного утомилась. Шума становилось больше, а я хотела уже выйти на воздух. Мун Джо как назло снова с кем-то болтал, и я, махнув на все рукой, вышла на улицу.        Спустя пару минут он оказался рядом, закуривая сигарету. — Сегодня особенный вечер, — мечтательно начал он. — Да, Кьюнг Сун счастлива наконец. Это так здорово! — восторженно сказала я.       Он чуть повернулся, чтобы выдыхать ментоловый дым в сторону. — Не поэтому. У меня для тебя подарки.       Я удивилась и чуть наклонила голову: — В честь чего? — Потому что я решил, что сегодня подходящее время.       Мужчина достал из кармана небольшую коробку. Она была обтянута бумагой, но сразу было заметно, что поверхность ее неровная. Стоматолог протянул ее мне, будто это ничего не значило, задумчиво смотря вдаль. — Открыть именно сейчас? — Конечно. Я жду, — он повернулся и заинтересованно наблюдал, как я аккуратно освобождаю подарок от бумаги.       Когда последний элемент упаковки был убран, я увидела небольшую шкатулку. Она слегка не помещалась на моей ладони, но занятным было совсем не это. Небольшую шкатулку сверху, на крышке, обрамляли человеческие зубы. Судя на ощупь — настоящие. Шкатулка из натурального дерева, судя по весу, украшенная зубами. У кого угодно такой дар вызвал бы шок, но не у меня. — Это просто пугающе-красиво, Мун Джо. Спасибо. — Ты еще не все посмотрела. Шкатулка все еще упаковка, — он выкинул потушенную сигарету и затянулся новой.       Предложение мне что ли делать собрался? Хм… странный какой.       Я открыла шкатулку, где на бархатной подушечке красовалось скромное жемчужное ожерелье с шестью бусинами, гармонично распределившимися по обеим сторонам, а в центре был гладкий идеальный зуб.       Он скользил взглядом по моему лицу, выхватывая реакцию. Жесты и мимика всегда говорят правду. Поэтому он заметил восхищение. Искреннее и неприкрытое ничем. Я положила шкатулку в маленькую сумочку. — Вот это да! Я теперь поняла — это подарок. Просто класс! Я хочу скорее надеть! — я затараторила, протягивая ему ожерелье, — Скорее помоги мне!       Мун Джо улыбнулся, заходя мне за спину, застегивая маленький замочек на элегантной тонкой цепочке. Я услышала, как зуб звякнул, ударившись о жемчужную бусинку. Как только он закончил, я сразу повернулась к нему и обняла, зажмурившись. — Шкатулка стала спонтанной идеей. Сначала я начал делать браслет. Потом решил, что у одного человека такой уже есть, а ты все-таки достойна большего, поэтому я его разобрал и оформил шкатулку. Хорошо, что у меня много материала для творчества, — хищная улыбка и блеск в его глазах заставили меня улыбнуться. — Расскажи про ожерелье все-таки. — Его я решил сделать давно. Обычно женщинам дарят кольца, делают предложения, пытаясь удержать рядом с собой. Это совсем не моя история. Но я решил, что хочу, чтобы часть меня всегда была с тобой несмотря на то, как будут развиваться наши отношения. Этот зуб на ожерелье — мой зуб мудрости. В отличном состоянии, прошу заметить, — он звонко рассмеялся.       Щеки вспыхнули, а глаза удивленно распахнулись. — Что-о-о-о? Твой? Я даже не знаю, что сказать… Это… даже романтично. Хоть и крайне странно. Самый необычный подарок в моей жизни, — я расцеловала его.       Уходя со свадьбы подруги я себя чувствовала так, будто только что обручилась с Мун Джо. Для подтверждения моей значимости в его глазах он предпринял такой неожиданный жест. Даже не представляю, что я могу дать взамен. — Ты уже делаешь то, что нужно, Ю На, — задумчиво сказал Мун Джо, понимая меня без слов. Снова.

***

      Отношения с начальником Хон Ю Джином были деловыми и доброжелательными, но помня о том, что конкретно с ним может сделать Мун Джо, я продолжала поддерживать нейтральную линию общения. Председатель давал интересные задания, прислушивался к моему мнению о сотрудниках и рекламных продуктах, но теперь мы чаще всего проводили время втроем. К нам присоединилась Пак Чжу Ли — сотрудница, с которой мы работали в одном кабинете. В последнее время она изменилась, стала мягче и добрее, что стало одним из привлекательных факторов, которые поспособствовали ее назначению в нашем общем проекте с председателем. Мы делили обязанности на троих и хорошо выполняли рабочие задачи. Вскоре должен состояться запуск новой рекламы, чего мы все очень ждали.       В один из дней, я засиделась на работе. Было уже довольно поздно, когда я вышла из кабинета. Закрывая дверь, я заметила что отношения между Хон Ю Джином и Пак Чжу Ли вышли на новый уровень, судя по откровенным сценам, что я наблюдала в коридоре. Посмотрев на них, я улыбнулась, и чтобы не отвлекать их, не стала вызывать лифт, а тихо пошла пешком.

***

      Сегодня я попросила Мун Джо, чтобы он взял выходной. Учитывая, что в последнее время мы меньше проводили времени вместе из-за сдачи отчетов, он охотно согласился. — Но у меня есть ряд условий, — я улыбнулась краешком губ. — Что же это? — многообещающий взгляд с его стороны и поднятые брови. — Я сама решу, как мы проведем день, и ты будешь делать, что я скажу, — сказала я загадочно. — Похоже на одно условие. — Поверь, как только я начну, ты сразу поймешь, что это не так. Согласен отдать мне контроль?       Он слегка кивнул.       Я рассказала, что ему нужно купить, пока я готовлюсь к моему желанному мероприятию. Пока он отсутствовал, я разложила предметы в нужном порядке, некоторые вещи спрятала и в нетерпении дожидалась его возвращения. Когда дверь запиликала, я сразу же выбежала встречать его с покупками. Как только он вошел, я тут же напомнила о правиле сегодняшнего дня. Он снял верхнюю одежду и обувь, и я сказала, чтобы он пока не шевелился и оставался на своём месте. Пакеты оказались на столе в кухонном уголке, и я поспешно вернулась к нему, пряча в руке нужную мне вещь. — Закрой глаза.       Он заинтригованно улыбнулся и облизал губы, затем выполнил мою просьбу, а я сразу же завязала ему глаза непроницаемой повязкой. — Сейчас я буду управлять тобой так, как обычно делаешь ты. Хочу показать тебе то, что чувствую, находясь рядом, и получить для себе чуть больше из того, что обычно остается для меня недоступным. Сегодня действует одно правило — можно все. Но только мне одной.       Я не дожидалась какой-либо реакции или ответа с его стороны. Для себя я уже давно все решила. Этот праздник только для меня, но я думаю, ему он тоже придется по вкусу. Держа Мун Джо за запястье, я привела его в гостиную. Учитывая, что, казалось бы, обстановка в комнате почти не менялась, мне удалось внести некоторые изменения пока он уходил. Я максимально освободила пол и заранее постелила теплое мягкое одеяло. Подойдя к нему, я жестом заставила его опуститься на пол и сесть. По его реакции я поняла, что он не очень понимает, что происходит, но его хищная улыбка подтвердила мое подозрение — ему интересно.       Он сидел и по привычке оглядывался, хоть ничего и не видел из-за повязки. Прислушивался к каждому звуку и тревожился больше, чем я предполагала. Все потому, что как только мы сели, я сразу же разорвала тактильный контакт и просто смотрела на него. Это продолжалось несколько минут. Я не шевелилась и почти не дышала. Мне почему-то понравилось наблюдать за тем, как через несколько минут смиренного покоя, он пытался разобраться с тем, что я задумала.       Когда я почувствовала контроль над ситуацией, то аккуратно стала поднимать его свитер, снимая через голову. Без звуков, только остановив рукой его собственные попытки снять вещь, я убедила его этого не делать, только поднять руки. Черные пряди разметались по лицу, делая его очаровательным. На мгновение я застыла с одеждой в руках и смотрела, как он чуть более расслабленно поставил руки на пол и чуть откинулся назад, демонстрируя свой идеальный торс. Похоже, понимание того, что здесь будет что-то связанное с раздеванием, его немного расслабило. В этом-то он знает толк. Только мне все равно удастся его удивить.       Я достала мягкое пуховое перо и начала медленно водить им от его линии ключиц, спускаясь ниже. Сначала он вздрогнул от неожиданности, потом мгновенно замер, пытаясь проникнуться ощущениями. Я хранила молчание, выполняя выверенные, но все же хаотичные движения. Я касалась пером шрамов не торопясь, видя, как он пытается сдерживаться, ведь именно в этих местах ощущения были наиболее чувствительными.       Когда я поняла, что можно двигаться дальше, я убрала перо и взяла другой предмет. Когда-то мне нравилось заниматься рисованием и то, что я решила делать — использовать кисть на его идеальном теле. Я водила кистью из натурального ворса по его плечам и груди, поднималась выше, касаясь шеи. Я заметила, что он непроизвольно начал тянуться за моими движениями, желая прикосновения. Это то, что мне было нужно… Я мало что понимала, когда рисовала на его теле невидимыми чернилами, только подчеркивающими его красоту. Мне самой так отчаянно хотелось целовать его и полностью овладеть им, что я начала буквально сходить с ума от нежности, переполняющей сердце. Не помню, как я двигалась, но вскоре оказалась совсем близко к нему настолько, что мое дыхание опаляло его кожу на шее, но я по-прежнему не трогала его руками.       После я взяла кисть с жестким ворсом и от такой резкой перемены ощущений, он очень эмоционально дернулся ко мне навстречу, требуя уже контакта с моим телом. В ответ я отстранилась, меняя свое положение, затем, упираясь ладошкой в его грудь, приказала полностью опуститься на пол. Он лег на спину и уже тяжело дышал, пока я продолжала свою сладкую пытку. Причем учитывая обстановку, похоже это было взаимным мучением.       Отложив кисть рядом, я наклонилась, а пряди волос касались его груди. Я оставила легкий поцелуй на ключице, вызвав у мужчины стон. Плавно я начала слегка касаться руками его тела. По нему будто шли электрические разряды, и он чуть выгибался мне навстречу. В какой-то момент я резко остановилась и увидела недоумение, которое читалось в движении тела. А когда я снова продолжила, его стоны стали ниже, а дыхание чаще.       Мне кажется, я уже сама не могла терпеть, но оставалось совсем немного времени, чтобы собраться с мыслями. Я разделась и приблизилась к нему, проведя ладонью по его груди, животу, огибая талию, спустилась ниже. Мун Джо был давно готов и судя по его зарождающемуся рычанию, я понимала, что с каждой секундой терпение иссякает.       Но я бы не была собой, если б немного не раздразнила его. Проводя пальцами по открытой коже, я постепенно запустила руку под джинсы, проникая в белье. Услышав хриплый выдох, я улыбнулась. Конечно он не видел этого, но инстинктивно подался вперед к моей ладони, чтобы получить больше удовольствия. Мои движения становились быстрее. При этом я успевала следить за тем, насколько чувствительной становилась его кожа от каждого последующего прикосновения. Когда терпеть стало невозможно, я захватила возбужденную плоть ртом, позволяя ярко кончить. Но действий своих не прекратила, рассчитывая на продолжение. Когда миновала кульминация и процесс возбуждения начался по новой, я отстранилась, захватывая повязку руками, снимая. — Теперь, — я поцеловала его плечо. — я хочу, чтобы ты делал то, что чувствуешь. На контрасте. И….       Договаривать не пришлось потому, что он развернул меня спиной, устроив в удобное для себя коленно-локтевое положение и резко вошел. С каждым вздохом желание только росло, а мужчина намотал мои волосы на кулак, притягивая максимально близко. Эта дополнительная стимуляция стала решающей. Покалывание головы и очень удобная поза настолько хорошо посодействовали, что стоны превращались в крики за считанные секунды. Тело выдавало резкое напряжение и расслабление. Я быстро достигла пика удовольствия. Затем называла его по имени. Он отвечал мне своими блуждающими по телу руками, пока я после пыталась отдышаться. Он обнял меня, укладывая себе на грудь. Я слышала, как бьется его сердце, а чуть влажноватые темные глаза, имеющие коварный блеск стали меняться. — Что ты хотела этим мне показать? — заинтересовано спросил Мун Джо, гладя мою обнаженную спину.       Я медленно заговорила, будто вспоминая, как нужно произносить слова: — Пока я с тобой, я иногда чувствую себя именно так, как и ты вначале: мне кажется, что я не вижу ничего и способна чувствовать только тебя одного. Могу отзываться на твои действия, но сама ощущаю себя пустой, будто объектом манипуляций… Но с другой стороны, когда я взрываюсь, то веду себя так же яростно и уверенно, как ты, овладев мной позже.       Он гладил мои волосы, играя прядями в ожидании продолжения. — Мне кажется я сильно изменилась, но все еще пытаюсь жить по-старому. Я могу выталкивать из себя неуверенность, но не могу полностью от нее отказаться. Я хочу быть ведомой тобой, но иногда хочу управлять твоей страстью. Не знаю нормально ли это, — я задумчиво заправила прядку за ухо.       Мун Джо посмотрел в мои глаза, полные сомнений: — Тебе нужно быть увереннее. Тогда мне захочется подчиняться тебе иногда. Не всерьез конечно, играя. Но этого можно добиться только тогда, как ты научишься чувствовать свою силу и мощный эмоциональный стержень.       Я смеялась, не веря в правдивость его слов. Сила? Откуда она у меня? Я могу только подражать. — Но подражая ты — учишься. Сможешь, если захочешь. Я дам тебе возможность научиться быстрее, — Мун Джо усмехнулся, поймав губами мой палец, слегка закусив кожу. — Устрою тебе интенсивный тренинг.       С этого момента, я сознательно училась пониманию себя, старалась отражать свои фантазии в действии, осуществляя их в реальности. Напряжение стало спадать и на моем лице чаще играла улыбка, чем слезы.