Лунная дева

В кабинете химии, как всегда, полно народу ещё до звонка. Январцева Ксения Александровна, хоть и была классным руководителем десятого класса и весьма добрым талантливым учителем, но не терпела опоздания. — Так, все на месте? — считала присутствовавших Лама. — Стоп. А где Тиберий? — Он у директора, — ответил Тарасов Митя. — Опять? — возмутилась Урса. — Так, ладно, — пропустила это Булаева. — А почему нет Эгея? Эней, где твой брат? Но худой темноволосый смуглый мальчик. Внешне похожий на Маугли, только пожал плечами. Братья Эней и Эгей Скитс были близнецами, и оба учились в десятом классе этой школы. — Эдгар, где Эгей? — допытывалась староста. — А я откуда знаю? — недовольно пробурчал Данэк. — Мог бы и поинтересоваться, где носит твоего соседа по комнате, — ворчала Лама. Но тут прозвенел звонок, и в класс вошла милая живенькая женщина тридцати лет, но выглядела она гораздо младше за счёт невысокого роста, хрупкого, даже угловатого, телосложения, пухленьких щёчек и больших зелёных глаз. — Доброе утро, класс! — очаровательно улыбнулась Январцева, смахивая с лица прядь светло-русых волос, которая выбилась из пучка. — Лама, пожалуйста, назови отсутствующих. Лама поднялась со своего места. — Отсутствуют Крат Тиберий и Эгей Скитс, — отрапортовала староста. — Человек и волшебник? — скептически переспросила учительница. — Надеюсь, вы не возобновили дуэли на заднем дворе школы? — Нет, Тиберий у дяди… то есть, у директора, — сразу оправдала принца Лама. — А Эгей мы не знаем, где… Тут в класс вошёл Крат и сел на своё место. — Лёгок на помине, — пробормотала Нина. — Что ж, садись, Лама, — сказала Ксения Александровна. — Итак, сегодня вводный урок по химии. Я уже не буду повторять, насколько этот предмет важен для всех вас. Естественно, волшебникам будет интереснее алхимия, но мы на этих уроках проходим только чистую науку. Что ж, начнём повторения основ… Вдруг в дверь постучали, и в класс вошёл Скитс Эгей. — Так, почему опоздал? — упёрла руку в бок учительница. — Извините, я проспал, — рвано ответил юноша. — Ложись спать вовремя, — пробурчала Ксения Александровна. — Да как тут уснёшь? — не выдержал Эгей. — Я же просил, чтоб меня перевели в другую комнату. Вы попробуйте сами пожить с Данэком! Думал: вот повезло — с человеком поселили. А он либо во сне орёт, либо домашку ночью делает! — Так, подожди… А ну, заткнись! — заорала Январцева. — Сядь на своё место и успокойся. Эдгар, не буду лезть в твой сон, но объясни, пожалуйста, что вчера случилось? Эдгар глубоко вздохнул и встал со своего места. — Простите, Ксения Александровна, я вчера занимался учебниками для класса в библиотеке. Поздно закончил, поздно вернулся в комнату. — Подожди, но ведь учебники — это обязанность Зигфрида, — протянула учительница, а затем нахмурилась. — Гринградт! Получаешь замечание. — Да, за что? — вскочил Зигфрид. — Это Соня ему сказал. При чём тут я? Милое лицо Январцевой мигом помрачнело. — Так, это Афорсий, — скрипнув зубами проговорила женщина. — Ну, ладно. Продолжаем урок. — Чувствую, Ксения Александровна задаст Соне на перемене, — с улыбкой прошептал Тарасов. — Ты разговаривал с директором? — Да, — ответил Тиберий. — Завтра после урока все должны сидеть по своим комнатам. Устроишь? — С волшебниками проблем не будет, — сказал Митя. — Но людей даже не проси. — Я и не прошу. Урок химии прошёл тихо и спокойно, в общем-то, как всегда. Сразу после звонка на перемену принц подошёл к Эдгару. — Завтра будет трудный день, — заметил Тиберий. — Я не нуждаюсь в напоминаниях волшебника, — огрызнулся Данэк и ушёл. Но Крату этого было достаточно. Эдгар гордый, но не глупый, к тому же, он пользуется авторитетом в школе. Этот парень сделает всё именно так, как нужно. Ксения Александровна же, в свою очередь, направилась к кабинету истории. «Да как он мог? Издевается нал моими учениками? Ну, я покажу этому Сузафону», — закипала учительница, подходя к преподавателю истории. — Доброе утро, — сказала она с натянутой улыбкой. — Господин Афорский, можно Вас на два слова? — С Вашим приходом это утро перестало быть добрым, — заметил Сонифон, — так что я попросил бы Вас уложиться в одно. — Мудак! Тут Соня всё-таки перевёл на женщину взгляд. — Мне кажется, Вы выходите за рамки профессионализма, Ксения Александровна, — прорычал учитель истории. — Вы просили уложиться в одно слово. — Ладно, давайте в несколько, — с вызовом бросил Афорский. — Почему Вы заставили Данэка готовить учебники для класса? — прошипела Январцева. — Он сам вызвался, — безразлично ответил Сонифон. — Но ответственный за учебники — Гринградт! — не выдержала учительница. — Слушай, Аксинья… — Я — Ксения! — Не важно, — усмехнулся Афорский. — Если тебя это так волнует, проследила бы сама. — Будет ещё какой-то волшебник мне указывать! — разозлилась женщина. — Это ты меня слушай, Сузафон… — Я — Сонифон! — Не важно! — выплюнула Январцева. — Либо ты ответственно подходишь к своей работе, либо я буду разговаривать с директором о лишении тебя этой работы за профнепригодность! Заявив это, Ксения Александровна развернулась и ушла, даже не выслушав ответа. — Скатертью дорога! — крикнул ей вдогонку Сонифон. — Буду я ещё слушать какую-то человеческую женщину…