Больно не будет

Камеры базы Щ.И.Т.а не отличались особым комфортом, но заключённой грех было жаловаться. В конце концов, она прекрасно понимала, что её могли убить, а потому всё казалось не таким уж и плохим. Хотя смерть в данном случае была маловероятна по мнению девушки — слишком уж ценны ее способности, пока ещё развитые слабо. Иначе обстояло бы дело, если бы эти гены могли кому-то приживить, тогда, как говорила мама — auf wiedersehen! Но за полгода этого так и не случилось, судя по тому, что она еще была жива, хотя кровь и прочее для анализов и выделения генома брали неоднократно. Сначала Александра сопротивлялась, за что её били током и качали транквилизаторами, после перестала. Она просто поняла, что это бесполезно. Серые, почти белые радужки глаз с раздражением окинули помещение уже в который раз за эти бесконечно долгие недели. Идеально белые стены с лёгким голубоватым оттенком, самое противное — очень хорошо освещенные. Круглые сутки в комнате горел свет, который излучало всё. Пол, стены, потолок — везде были источники света, чтобы ни один предмет не отбросил тени. Нормальной мебели не было. Кровать выглядела как блок, являющийся частью стены, но выступающий из неё — разумеется, она тоже светилась. Слишком жёстким лежбище не было — матрас из какой-то прозрачной ткани и белого странного мягкого покрытия, похожего на поролон, который, что не удивительно, просвечивался. Одеяла не было, как, впрочем, и необходимости в нём — температура в помещении искусственно поддерживалась в пределах комфортной. Подушка, что забавляло пленницу в первые минуты заключения, была вшита в матрас. Вообще ничего лишнего. Но самое смешное, по её мнению, было то, что светились даже унитаз и душевая кабина, которые были за непрозрачной стеклянной перегородкой. Одним словом, свет издавало абсолютно всё. Прожить полгода, не выходя из помещения, было неимоверно тяжело. Сначала дико болели глаза от постоянной яркости, спасала от этого только специальная маска для сна, в которой приходилось ходить иногда круглосуточно. В первый месяц шокированная девочка вообще почти не двигалась, сидя с пустым взглядом, намеренно противным голосом напевая песни, отказываясь от еды, но после поняла всю бесполезность этих действий. Никому не было дела до её завываний, жалости ни у кого вызвать не удалось. Тогда она начала действовать агрессивно, даже попыталась пару раз напасть на человека, который приносил ей еду, за что получала очень сильный удар током. Белая одежда, напоминающая костюм для защиты от химически опасных веществ, ударяла мощным зарядом при касании к нему извне. Постепенно Лекс привыкла, но не смирилась. Она стала даже исследовать свои небольшие "владения" и обнаружила, что присутствовали в комнате выступающий из стены турник и гантели. Она посчитала это намёком на необходимость физической активности и добрым знаком — раз дали возможность тренироваться, значит убивать не собираются, но если бы не скука, то едва ли американка всерьёз бы занялась своим и без того удовлетворительным телом. Кормили, по её мнению, не то чтобы плохо, четыре раза в день, а позже и пять. Нежирное мясо, крупы, овощи и фрукты, даже ванильный йогурт. Пятый приём пищи она выпросила в качестве поощрения за примерное поведение на четвёртом месяце — йогурт перед сном, а не только на полдник. Сверху одобрили. Кажется, для кого-то было важно, чтобы она оставалась здоровой. Постепенно, по ходу прогресса, гантели менялись на более тяжёлые все тем же человеком, что приносил еду. Или это были разные люди? Впрочем, это не имело значения для ребёнка. Были и хорошие моменты, если уместно называть таковыми вообще любые проведённые в неволе — в середине четвёртого месяца ей принесли что-то вроде планшета, куда она могла скачивать книги. Доступ в интернет был почти полностью закрыт, хотя была возможность читать статьи и даже комиксы. Это и позволило девочке узнать, сколько она провела взаперти, так как в устройстве нашлись календарь и часы. Теперь, наконец, была возможность убить время чтением. Жизнь пошла по расписанию. Завтрак в девять, йогурт в двенадцать, тренировка до двух, обед в три, ужин в шесть, йогурт в девять и книга до полуночи. А после все заново. Раз в неделю — каждую среду, как Александра узнала позже, приходил человек в белом, брал кровь, записывал её слова о собственном самочувствии, и подключал к ней какие-то приборы, после чего уходил. На ее вопросы отвечали сухо или молчали, на просьбы не отвечали, даже если и выполняли. Девушка быстро поняла, что сначала нужно было одобрение кого-то рангом повыше. В день, когда она проснулась не от будильника, а из-за шума извне, календарь показал шестое мая. По звукам, с трудом пробивающимися сквозь толстые стены, было ясно, что на базе паника. Нападение? Маловероятно, такое уже случалось. В комнате загорелась бы красная лампа над дверью. Катаклизм? Уже более реально. Впрочем, девушке было без разницы. Сбежать, как она была уверена, не получится, а что произошло ей не расскажут. В остальном же день шёл как обычно.

***

Тони Старк в ярости метался по мастерской. Да, Альтрона победили. А цена? Часть его разрушенной брони он даже собрал и сохранил на память, матрицу личности разрушил, а систему отключил, зная, что если её включить снова, то всё начнётся заново. Точь в точь. Этого допустить гений не мог, но и уничтожить свое детище рука у него не поднялась. Он просто обнулил интеллект и выключил до лучших времен. И все же необходимо было что-то делать. Его люди были ранены все до одного, как и он сам. Благодаря сыворотки в крови Кэп быстро пришёл в себя, хотя с битвы в Заковии прошло чуть больше двадцати часов, Наташа, которой повезло получить только несколько вывихов и сотрясение средней тяжести, тоже была на ногах. Больше всего досталось Пьетро, Клинту и Сэму. Все трое получили пулевые ранения, пусть и не опасные для жизни, но приятного в этом было мало. Они потеряли много крови, так что даже спидстеру нужно было около двух недель, чтобы вернуть себе нормальную подвижность, что уж говорить про остальных? Ванда лежала с магическим истощением после того, как подумала, что Пьетро мёртв и буквально разнесла несколько десятков роботов одним мощным выбросом энергии. В себя девушка все ещё не пришла, но была стабильна и, по словам Беннера, должна уже скоро очнуться. Старк с саркастично-печальной ухмылкой мысленно подсчитал, что у него имелось: относительно здоровый ледяной девственник, контуженная паучиха, троица подстреленных воробьёв — вернее даже будет сказать: сокол, пересмешник-Клинт, получивший недавно кличку Китнисс и стриж в лице скорохода, а также помятый Роуди, который отделался трещинами в ребрах и сломанным запястьем, свалившаяся от усталости ведьма, зашуганный и нервный, зато очень ценный из-за познаний в точных науках зелёный человечек, а сам миллиардер получил травму грудной клетки и осколки собственного костюма в разные части тела. Один неглубоко вошёл прямо в филейную часть, из-за чего больновато было сидеть. Его счастье, что город патрулировал взятый под присмотр паучок, понижая уровень преступности. Тридцать четыре погибших в Заковии человека больно били прямо по совсем не железному сердцу. За каждую семью у Тони действительно ныла рана в груди — он и сам не забыл, каково терять близких, поэтому через полчаса собирался лично выразить свои соболезнования, выслушать проклятия в свою сторону и оказать помощь пострадавшим, не скупясь. Он мог себе это позволить. Нужно было заново отстроить город, на что уйдёт время, а пока что будет организован палаточный городок неподалеку. Благо, был конец весны, а погода оказалась благосклонна к людям. Старк посмотрел в зеркало и вздохнул. На лице царапины, под рубашкой были видны бинты, а руки мелко дрожали от напряжения. Он привычным движением открыл бутылку и налил себе виски. Жидкое горе не поможет ему справиться с переживаниями, но это не имело значения. Ему просто хотелось выпить, чтобы ненадолго заглушить крики умирающих и раненных в ушах. Пеппер была на конференции в Шанхае, а желания говорить с кем-то кроме любимой не было, собственно как и сидеть в одиночестве. Нужно было решать, что делать дальше. И решение неожиданно само упало прямо с потолка. В прямом смысле — на него упал небольшой паучок. Ведь мужчина сделал костюм для Паркера, а тот, на удивление, стал почти незаменимым помощником, устраняя проблемы в Нью-Йорке. С появлением дружелюбного соседа преступность, количество суицидов и аварий в общей сложности упали на двадцать семь процентов. А если бы был кто-то, кто не ограничен городом? Кто может попасть в любую точку планеты или хотя бы страны и быть полезным там, пока Мстители только в пути? Железный человек создавал Альтрона, чтобы защищать мир, но искусственный интеллект не человек и не имеет норм морали. Значит, нужны люди — в голове гения словно засветилась лампочка. Он уже однажды думал о подобном, но теперь вознамерился довести идею до дела. Это был уже проверенный Ксавьером метод — молодые, перспективные обладатели способностей, которые могут сделать мир лучше. В идеале стоило как этот телепат — готовить детей с раннего возраста, чтобы влиять на их мировоззрение, но малолетки сейчас были бы не к месту. Значит, нужны просто молодые ребята с головой на плечах и очень незаурядными способностями, которые, однако, будут подчиняться. Тони решил поговорить после об этом с Фьюри, а пока стоило переодеться и идти. Завтра было необходимо вернуться вернуться в Нью-Йорк, а сегодня... Он расплатится за все проблемы, которые доставил жителям Заковии. Лично расплатится, и далеко не только деньгами. Будет больно.

***

— Твоя идея не лишена здравого смысла. — Ник облокотился на стол. — Но у меня не слишком много подходящих кандидатур. Некоторые обладают слишком опасной силой, и я не имею права их выпустить, но их геном слишком уникален, чтобы казнить. Половина содержащихся тут сверхлюдей попрощалась с рассудком, подходящих под твои запросы от силы человек пятьдесят. — Мне для начала нужен подопытный кролик, чтобы проверить, насколько моя идея совместима с реальностью. Подбери кого-то посговорчивее от 16 до 22 лет, а я лично с ними поговорю. Через пять часов Старк был готов выть. Нет, несколько человек подходили под его мерки, но их способности не сильно впечатлили. Одна девушка обладала такой повышенной токсичностью, что при касании к ней человек быстро получал временный паралич, а при контакте больше двух минут организм поглощал такую дозу яда, что органы отказывали в течении часа. Была ещё очень эмоциональная девочка семнадцати лет, у которой присутствовал криодар, но она его совершенно не контролировала, и от радости, что у неё может быть шанс покинуть Щ.И.Т., чуть не заморозила самого Тони. На возню с ней ушло бы слишком много времени, а потому вариант отсеяли. Несколько парней обладали очень высокой физической силой, сравнимой к той, что была у Стива, но регенерация каждого оставляла желать лучшего, одно бесполое создание умело создавать массовые иллюзии, но это было пусть и необычно, но малополезно, если битва будет с роботами или улейниками вроде читаури. Под конец мужчина совсем отчаялся, но Фьюри дал ему ещё пару альтернатив. — Есть ещё двое интересных ребят. Парень, двадцать четыре года. Он очень сильный телекинетик и пирокинетик, работает на нашу организацию уже два года. Такой кадр терять было бы не очень, но он может быть полезен и в рядах инициативы. — Темнокожий перебирал бумаги, где были досье на разных объектов. Сейчас он был чётко намерен помочь Мстителям, по которым Заковия ударила так сильно, что они стали искать новых кадров. Это было и плохо, и хорошо одновременно, ведь развитие проекта повысит его успешность. Фьюри изначально старался собрать все лучшее в эту инициативу, а потому пожертвовать ещё пару людей вполне мог. — И есть шестнадцатилетняя девочка. Физическая подготовка, конечно, не очень, хотя она сильнее своих сверстниц на несколько порядков, но и способность у неё такая, которую мы ещё не встречали у других. — И что такого необычного в девочке? — Тони устало отпил из бутылки воду. Его голова нестерпимо болела после огромного количества информации. — Киберкинез? Так он уже был, но эти люди понятия не имеют, что именно им нужно собрать для конкретных ситуаций и слишком узко мыслят. — Нет, тут совсем другое. Мы так и не выбрали названия для её способностей, и содержать её приходится в особых условиях, чтобы не сбежала. Она может перемещаться между тенями, дальность пока не определена. Самое большое зафиксированное расстояние — Из США в австрийские Альпы. Манипулирует предметами и людьми с помощью их тени, пусть и ограниченно. В перспективе, она сможет даже разрушить Эйфелеву башню или нечто близкое по уровню лет через десять-пятнадцать, если ее тренировать. Ещё у неё есть питомец, какая-то тёмная тварь, но её отловить не удалось, а вот он хозяйку пытался достать неоднократно. — Перспективны оба. Я могу с ними поговорить? — Без проблем. — Ник нажал на кнопку на столе. — Мария, пригласи сюда агента Мэттью Трэвиса, и подготовьте объект 616, Меллендорф. — Ну и фамилия, язык сломаешь, — хмыкнул Тони. — Её отец был штабс-фельдфебелем в Г.И.Д.Р.А. , его убили не так давно. Впрочем, девочка о нем вообще ничего не знает. Мать — американка, теоретически она сюда и сдала свою дочь после того, как та в истерике уничтожила несколько машин движением брови. Точно установить не удалось, но сообщение было послано с её адреса. — Интересно. И что можешь сказать о ней? — Без понятия, я это только что в досье прочитал. Я один, а объектов сотни на этой базе и тысячи в принципе. — Фьюрт пару минут помолчал, пробегая глазами по строчкам. — Сначала бунтовала, отказывалась от еды, но через пару месяцев смирилась. Объект активно тренируется, насколько это возможно в её условиях, хорошо питается, проявляет инициативу, много читает. Но в тоже время имеет явные проблемы с нервной системой из-за условий содержания, обладает набором фобий, очень эмоциональна, общительна и, что немного странно, чересчур миролюбива, хотя убила нескольких человек, пусть и ненамеренно. Противоречиво, не находишь? — А проблемы с психикой? — Старк хмыкнул, будучи убежденным в наличии так называемого подводного камня. — Отсутствуют, но у объекта небольшая психическая на фоне предательства матери. Небольшая она потому, что Александра, судя по досье, никогда не была с ней особо близка и сама прекрасно понимает, что опасна для людей. Это пишет человек, составивший её психологический портрет. Раз в две недели её анализирует специалист, раз в неделю берут кровь и волосы на анализ. В дверь постучали, Ник дал добро на вход. Вошёл гладковыбритый молодой парень с яркими рыжими волосами и разбросанными по лицу веснушками. Лицо его было похоже на железную маску, отчего Старка скривило — ему нужны были живые люди, а не марионетки. Разговор с агентом был сухим и без малейшего намёка на интерес и инициативу. В коллективе он не приживется. Девочка, впрочем, тоже не особо подходила по его мнению, но была каким-никаким вариантом. Мария вошла в кабинет сразу после ухода агента-пиромана, как его про себя назвал Железный Человек, и лично сопроводила своего "вожака" и его гостя в абсолютном молчании, что радовало Тони, голова которого болела все сильнее. Вскоре они подошли к одной из одинаковых серых дверей. Старка хотели заставить вырядиться в специальный защитный костюм, который ударит девочку током при попытке напасть, но он отказался. Что ему сделает пусть и сильная, но девочка? Да и за дверью есть подготовленные к бою люди, раз сам мужчина не совсем в том состоянии, когда можно драться. Но вот тёмные очки, прилегающие к лицу как маска для плавания, его заставили нацепить. Сначала открыли первую, вакуумную дверь, после её заперла автоматическая система и открылась вторая. Стало ясно, почему так настойчиво впаривали очки — везде был свет. Лампы были встроены в стены, пол, перегородки. Нигде не было даже намёка на тень. На турнике висела такая же белая, как сама комната, девочка. Не обращая внимания на вошедших, она продолжала подтягиваться — Старк насчитал семнадцать раз, а после спрыгнула и, восстанавливая дыхание, повернулась к вошедшим удивленно вскинув брови. Лицо у неё, несмотря на цвет кожи как у мертвеца, было очень живым. — Добрый день, мистер Старк, мистер... мисс. — Она сделала паузу, быстро окидывая взглядом Марию. Заметила отсутствие кольца на пальце. — Чем обязана такому визиту? Ко мне уже полгода никто не заходит, кроме белых человечков. Она плюхнулась прямо на пол, скрестив ноги и с любопытством уставилась на гостей. Мужчине она напомнила любопытного зверька. Не агрессивного, но это не отменяло наличие когтей и зубов. — Александра Меллендорф, объект 616, меня зовут Ник Фьюри. Я директор организации, которая сейчас вас контролирует. — Представился директор, желая посмотреть на реакцию девочки. Вспылит и бросится него или спокойно проигнорирует явную провокацию? — Вы контролируете не меня, а мою свободу. — Поправила Лекс и поправила белую футболку. — Если бы меня не лишили общения с людьми и нормального обучения базовым школьным предметам, то я бы не имела ничего против, но вот то, что меня запихнули в вечно яркое помещение любви к вам явно не прибавляет, уж простите. — Немного язвительно, но совершенно без агрессии сказала альбиноска, склонив голову на бок. — Так чем обязана? Вы явно пришли не для того, чтобы выпустить меня за примерное поведение, это же не тюрьма, где есть право на досрочное. Неужели решили втянуть в работу с моим геномом самого Железного Человека? — Напротив, у тебя есть шанс покинуть это место, если пойдешь на сотрудничество. — Деланно-флегматично ответил Тони, рассматривая девочку. Белые волосы, заплетенные в косу, спускались до ягодиц, футболка висела на довольно узких плечах. Обычное для её возраста угловатое телосложение, большие детские глаза, серые, но не слишком холодные. Напротив, взгляд был даже живее, чем мимика. Белые, с тёмно-серыми прожилками и едва заметным золотистым маленьким пятнышком на левом глазу, у внешнего края радужки левее относительно зрачка. — Так что, заинтересована? — Посиди вы тут полгодика, то точно были бы заинтересованы. — Она не то усмехнулась, не то улыбнулась. — Зачем я вдруг вам понадобилась? — Я собираю людей с необычными способностями для защиты мира от разных видов угроз, начиная от обычного терроризма и заканчивая концом света. — Голос звучал абсолютно спокойно и непринуждённо, почти весело. Девушка хмыкнула с шутки про конец света. — У меня уже есть несколько людей, один даже твой ровесник, ещё двое ненамного старше. Ну так что? — Условия и требования? — Лекс тут же стала серьёзной, предвкушая свободу. Она понимала, что бежать ей не позволят, да и не выгодно это — идти ей некуда, отловят быстро в любой части света. Но попасть хотя бы ненадолго на свободу... Разве это не то, чего она желала? — Еду и жилье обеспечиваю, как и место, где ты пройдёшь полную подготовку, а позже и получишь экипировку. Мне нужно бесприкословное послушание, усердие и готовность к самопожертвованию в крайнем случае. Само собой, в самое пекло тебя сейчас бросать не будут, ты ещё ребёнок. Разумеется, никаких попыток побега и содействие в изучении твоих особенностей. — Хорошо. — Легко согласилась девочка, а после с горечью отвела взгляд. — Мне некуда бежать, если даже мать меня выдала, так что я не буду пытаться, но прошу позволить внести свои условия. — Хорошо. — Отразил её слова Тони. Он был в хорошем настроении от того, что хоть один человек ему подошёл. К тому же, была уверенность, что ничего такого девочка не попросит. — Мне нужно разрешение на прогулки. По разным частям мира иногда. Я даю обязательство возвращаться в то время, которое мне будет указано, вы можете выбирать те методы контроля, что вам удобны. — На этот счёт можно будет договориться. Что-то ещё? — Да. Прекращение попыток приживить мой геном другим людям. Все равно не сможете. — Тогда дело за малым. Фьюри, можешь убирать её досье в другой архив. Я забираю девочку.

***

Александра не верила в происходящее. Свобода, пусть и относительная. Её вытаскивают отсюда, и не кто-нибудь, а сам Тони Старк! Нет, девушка никогда не была его фанаткой, но уважала за невероятный интеллект. На то, что он производил оружие, ей было все равно. Сейчас было важно то, что она может покинуть базу. Это напоминало бредовый сон. Смена одной тюрьмы на другую, по сути. Но там она сможет хотя взаимодействовать с людьми. Ей надели на руки браслеты и предупредили, что при попытке погрузиться в тень или манипулировать оной она получит заряд тока, после чего вывели из камеры. Личных вещей не было — мать, как она знала, всё выкинула. Со Старком альбиноска с некоторым содроганием от счастья шла по коридорам базы в сопровождении красивой женщины-агента и директора организации, а после выхода из здания у неё потемнело в глазах. Солнечный свет, воздух, порывы ветра. Она забыла о том, что это за ощущения, ведь даже опасных заключённых в тюрьмах иногда выгуливали, но не её. Лёгкие слегка обожгло от запаха лесной фиалки. Но подышать ей не дали и загнали в вертолёт, где выдали наушники для глушения шума и разговоров. На немой вопрос в кристальных радужках — другое название этого оттенка в голову мужчины не пришло — Тони сказал: — Примерно через час будем дома. Дома... у неё нет дома. Лекс поморщилась от этой мысли. Боль и сейчас, и через полгода, саднит на сердце — не сильно, да и девочка её отчасти понимала. Но не прощала. И не простит. — Сколько нас? — Спросила она, имея ввиду сверхлюдей. — Восемь и один стажер. — Тони вдруг усмехнулся, вспомнив Тора. — Не считая меня, правда. Но официально нас меньше. Не все готовы. Почему-то девочка поняла: Старк говорит о её ровеснике, которого упомянул на базе. Вопрос, что её волновал, был в другом. Зачем она им? Сверхлюдей много, тогда почему выбрали ребёнка, не готового к бою? Но озвучить этот вопрос она не решилась. Глаза болели от солнечного света, так что пришлось на некоторое время их прикрыть. Слезились они, в любом случае, нещадно. Возможно, её новый "хозяин" решил, что девочка плачет, а потому всю дорогу молчал. Как и обещал Железный Человек, уже примерно через пятьдесят минут они приземлились на площадке какого-то здания. Очень высокого — это все, что могла сказать о нем Лекс. — Башня Мстителей. — Пояснил мужчина. — Базу уже начали оборудовать вчера по моему приказу, но готова она будет не скоро, пока что штаб-квартира здесь. Новый дом? Вряд ли. Новая тюрьма.