Больно не будет

Возвращение в башню было ознаменовано новыми сборами — Лекс не шутила о желании посетить город богов и возвращение туда Тора очень удачно совпало с лкончанием мини-каникул в горах. Почти — они оказались в башне за день до путешествия. Тони даже не пытался возражать и доверился Златовласке, пригрозив что в случае чего даже не имея сверхспособностей устроит ему хорошую трепку. Одинсон принял эту шутливую угрозу с пониманием. На самом деле, собирать особо было и нечего, но все забыли об одном обстоятельстве — каждые три дня беловолосой нужен был "откат" от собственной тьмы, который самостоятельно она сделать пока не могла. Впрочем, учитель поворчал и выдал ей запас лекарств, а также инструкции, так как зелья были не столь эффективны. Так как с собой был нужен минимум, альбиноска ограничилась принадлежностями для рисования, предметами гигиены, косметикой, ювелирными украшениями и несколькими мелочами, на всякий случай прихватив зачарованный плащ и комплект одежды, который остался от похода за зверушкой для Джейн Фостер. Одежду смысла брать не было из-за различий в моде, царевич обещал предоставить хороший гардероб, тоже самое с книгами и оружием, так что все уместилось в суму, перекинутую через плечо. Она едет учиться фехтованию, изучать свои возможности и учиться. Лечение было скорее фоном, отдыхать Лекс не собиралась. Прощание с Пьетро прошло для неё легче, чем ожидалось. Их должен был разделить всего месяц разлуки, не более, а после она вернётся на несколько дней и затем отправится в аномалию. Сосредоточенность на силе глушила тёплые чувства, но щемящая нежность на несколько секунд взяла верх когда они обнимались на прощание и продлилось это действие на несколько секунд дольше положенного, к тому же выглядело несколько не по-дружески. Слишком нежно и крепко, но то ли никто не заметил, то ли просто сделали вид. До этого они провели ночь вместе в комнате девушки и спали в обнимку, а рядом устроились Зевс и Фафнир что было уже привычно. Бедный щенок ужасно скучал по хозяйке, которая раньше почти не отходила от него, а теперь вечно была занята и если забирала его, то в основном на ночь. — Надеюсь, нам вернут тебя одним куском, — пошутил Тони и тут же получил локтем от Пеппер. — Уф! Да шучу я, шучу. Конечно одним. В крайнем случае в урне с пеплом. — Как говорится: "не дождётесь". — Отзеркалила сероглазая, беря за руку друга и готовясь к переносу. Ей не впервые было пользоваться радужным мостом. — Жаль что мисс Фостер отказалась идти с нами, её прошлый опыт пребывания в Асгарде был не очень приятным. — Не забывай о графике питания, — беспокоилась Поттс. — Пусть тебе сейчас и не нужны калорийные батончики так как ты не пользуешься способностями, но не превращай себя в скелет. — Как скажете, — она отсалютовала мятный конфетой. — Пьетро, помнишь? — Не волнуйся, я присмотрю и за блогом, и за твоим гаремом, и за питомником, — заверил Максимофф, подразумевая под питомником... нет, не только Зевса, но и мистера Старка, Питера и ещё парочку других. Про гарем он шутил, зная что у любимой нет отношений с погрузившейся в учёбу Лайлой и занявшейся собственным блогом Кэтрин. О Томпсоне обещал позаботиться Паучок, а слепого уличного героя искал Уэйд. Попутно ещё один человек начал копать под торговцев оружием, но результата не было. Убедившись, что новостей о команде Кэпа нет и Златовласка договорил по телефону со своей девушкой, Старк послала воздушный поцелуй друзьям и исчезла в потоке яркого света, слегка сгибая ноги и готовясь к жестковатому приземлению. Этот переход не отличался от остальных. Яркий свет, забавное покалывающее чувство полёта, но на этот раз точка выхода была новой. Место, где активировался Биврёст, внушало трепет. Высокие потолки, колонны и позолота могли бы впечатлить даже самого искушённых архитектора, коим девушка не была. Её внимание в первую очередь упало не на красоты помещения, являющегося по факту домом Наблюдателя, а на самого хозяин чертога. — Добро пожаловать в город богов, — поприветствовал гостью Хеймдалль. — Эскорт уже готов. — Благодарю за тёплый приём, — пришлось быстро вспоминать наскоро преподанный асом этикет. Беловолосая старалась не слишком рассматривать мужчину, который был полной её противоположностью. Посмотреть было на что: если её кожа была белоснежной, то его резко контрастировала, ровно как и волосы, но интереснее всего были глаза. В радужках Лекс было всего одно маленькое жёлтое пятнышко, которое то появлялось, то исчезало, в то время как её собеседник походил на волка из-за едва ли не светящегося жёлтого на фоне тёмного лица. Даже её одежда была белой, не совсем привычной для этих мест — белое платье в пол в греяеском стиле, оставляющее открытыми руки и часть спины, в то время как на плечах воина был чёрный плащ поверх доспеха. Белый и чёрный, чистый холст и чернила, мир и война. Два колоритных персонажа, которые стоя рядом являли собой образец дисбаланса. — Эскорт? — не понял блондин. Он был уверен, что никого не предупреждал о возвращении, к тому же привык добираться домой не на лошади, а верхними путями. В помещение вошли несколько человек в доспехах, но девушка даже не напряглась. Все они улыбались и были здесь явно не для захвата цели, к тому же один держал в руках бутыль поразительно напоминающую ту, что ей самой преподнёс стоящий рядом товарищ. — Разумеется! Или думал, что старые друзья не захотят тебя встретить? — Мужчина со светлыми волосами подошёл первым. — С возвращением, тебя тут ждали. Правда мы не думали, что ты с гостем. Неужели новая пассия? — О нет, на место мисс Фостер я не претендую. Мне такого счастья не надо, — пошутила беловолосая, — представитесь, господа? Дама? — Фандрал, — мужчина протянул руку, и Лекс, превозмогая, повторила жест. Ей сейчас не хотелось прикасаться к кому-то — асгардский воздух словно бил током и тяжело ей усваивался в отличие от альфхеймского. Здесь все было пропитано чужеродной силой. Перетерпев поцелуй в костяшку она не сдержалась и закатила глаза, вызывая смешки остальных воинов. — А вы, юная леди? — Александра Старк. Или Элиза Элден. Или Фурия, на худой конец, Миднайт. Как вам будет удобно, господа, у меня много имён, хотя друзья зовут меня Лекс. — Ответила она, рассматривая остальных. — Вольштагг, — коротко кивнул высокий и плотный мужчина с длинными рыжими волосами, походивший на стереотипного викинга. Довольно гордый даже на вид, но было заметно что боевой топор за его спиной явно не для украшения. — Хогун, — последний, на вид азиат, слегка поклонился и указал ладонью на стоящую рядом красивую женщину. — А это леди Сиф, наша боевая подруга. Тёмные каштановые волосы забранные в хвост кожаным шнуром и высокие острые скулы казались до одури знакомыми. Пронзительно карие глаза порой бликовали жёлтым, словно отражая солнечные лучи, которых в помещении не было и ещё сильнее усугубляли это ощущение. Девушка невольно задержала взгляд непозволительно долго, стараясь вспомнить где же видела эту женщину. — Леди Сиф? — Альбиноска даже вскинула брови и быстро нашлась что сказать, благо её спутник был ну очень болтлив. — Простите моё поведение, я просто очень удивлена. Тор очень много рассказал мне о вас, гораздо больше чем о ваших спутниках. Для меня честь встретиться с вами. — Не стесняйся, мидгардка, — хмыкнула воительница, которой польстило, что её упоминали. Обращение звучало не снисходительно или насмешливо, как это было распространено у асов, а скорее как простая констатация факта. — Я тоже рада нашему знакомству, хотя мы кое-что не учли. Хеймдалль не говорил о гостях, не хватает одной лошади. Придётся кому-то ехать вдвоём. Девушка осмотрела присутствующих. Учитывая что знакома как следует она была только с одним человеком, или вернее будет сказать богом, выбор был очевиден. — Пожалуй, я поеду с Тором. По крайней мере я буду уверена, что меня не уронят, — и несколько неловкая улыбка. Сам Тор с этим согласился и пока завел разговор с рыжеволосым. — И если вы не против, к нам присоединится мой фамильяр. — Фамильяр? — Удивился Хогун, хотя на его лице не было ни одной эмоции. — Простите... разве вы чародейка? — Нет. Нет, не совсем, — она задумалась, решая как описать себя. Колдунья? Мутант? Монстр? Все это не подходило к фактам. Она была той ещё неведомой зверушкой. — Я потомок демона Самайна с пробужденной кровью, но преобладающая часть меня человеческая. Однако я начинающий маг-ритуалист, собираюсь изучать некромантию и инстинктивно использую тёмные искусства, так как это единственное к чему у меня есть способности. Менталист из меня никудышный, а светлая магия вступает в конфликт с предрасположенностью. А что насчёт вас? — Каждый ван немного маг, но в основном я воин-мечник, чаще всего пользуюсь булавой. Предрасположен к целительству, но дар не развивал. — Поделился информацией мужчина, не стесняясь внимательно рассматривать землянку. Та стойко терпела эти странные взгляды от всех присутствующих кроме Хеймдалля и Тора, понимая что сейчас подобна экзотической птице. Лекс откинула распущенные пряди назад — она помнила, что длинные локоны считаются красивыми в девятимирье, а светлые волосы и вовсе считаются идеалом в Городе Богов. Что ж, она невольно переплюнула всех в этом плане. — Вас смущает моя внешность? — Она не стала скрывать хитрую ухмылку. — В асгарде нет людей, лишённых цвета? — Немного. Никогда раньше не видел настолько белых кожи и волос у молодых девушек, даже у пожилых леди волосы слегка серые. Удивительно что при столь... светлой внешности вы владеете чёрной магией. — О, вы далеко не первый кто так говорит, — она издала тихий короткий свист и пошла к выходу из чертога, предварительно поклонившись на прощание Хеймдаллю. Услышав сигнал дракон размером с крупную собаку, но с более тонким и изящным телом, вынырнул из тени девушки. Кое-как он уместился на её плечах и лёг на мотив боа, свесив лапы. Он что-то тихонько профырчал и сразу же получил ответ: — Да, Фафнир, для тебя тут раздолье. При постоянной подпитке извне тебе не придётся так долго сидеть в тени. Тору пришлось прекратить диалог с друзьями — все рассаживались по лошадям. Фафнир покинул плечи хозяйки, на которых умостился меньше минуты назад и взлетел, держась рядом. Сам бог помог спутнице устроиться боком на седле и только после сел сам. Девушка оказалась буквально в кольце рук, однако ощущала себя более чем комфортно — в этом не было ничего интимного и личного, оба они это так не воспринимали. Профессия двинулась ко дворцу. Радужный мост впечатлял и выглядел красиво, но оценить его красоты Старк не могла — она неожиданно сильно разволновалась. Один согласился принять её и выслушать. Что будет дальше? Поймёт и увидит ли он её видения? Отзовётся на них? А если она невольно разгневит всеотца? Сероглазая сделала дыхательную гимнастику и взяла себя в руки, понимая что за размышлениями пропустила почти половину дороги и только теперь обратила внимание на происходящее. На улицах столпились люди, образовав коридор и глядя как воины двигаются к Валаскьяльфу. Кто-то приветствовал царевича, кто-то просто наблюдал, но шум поднялся знатный. Многие взгляды были прикованы к ней, расположившейся на одной лошади с наследником девушке, которая была ни на кого не похожа и пусть сидела с гордо выпрямленной спиной, но смотрела строго перед собой без каких-либо эмоций. Чуткий слух уловил забавные предположения. — Забавно. Многие думают, что я твоя невеста. — Тихо сказала наездница. — Ну и нелепость. — Слухи здесь обычное дело, старайся просто не обращать внимания на подобное. Поверь, скоро ты узнаешь очень много нового, лучше все услышанное делить на десять. — Улыбнулся Златовласка. — Не волнуйся, они быстро успокоятся. — Я больше волнуюсь из-за аудиенции. — Она будет завтра. Сегодня в честь моего возвращения как обычно закатят пир, вечер будет очень долгим и насыщенным. Тебе выделят комнату, двух служанок и гардероб, так что расслабься и получай удовольствие. Тренировки начнутся послезавтра, библиотека для тебя открыта... кроме пары защищённых секций, но там все равно те книги, что тебе не перевести. Обычные книги написаны на общем языке, на котором мы и говорим. — А что тут с нормами во внешнем виде? Макияж, причёски? Не могу же я опозориться. — Прийди с распущенными волосами и без яркой мазни на лице. Ты в любом случае произведешь фурор из-за своей экзотической внешности, в Асгарде нет альбиносов, ведь это слабый ген, он просто вытесняется. — Посоветовал человек, который в светских приёмах уже не одну собаку съел. Главное, чтобы не в прямом смысле. — А вообще, служанки все сами объяснят. Но послушай меня и не делай никаких кос и прочего. И лучше надеть что-то белое. Они ехали обсуждая вечерний прием, проговаривая разные ситуации чтобы девушка не попала в неловкую ситуацию и вспоминая этикет, который тут на самом деле слабо отличался от такового в приличном обществе какого-нибудь британского клуба с пересчетом на местные заморочки. И вот наконец-то минули ворота дворца, напоминающего собой композицию из органных труб. Этот инструмент был девушке хорошо знаком, ведь стоял в больших католических соборах. Церковь... мелькнула мысль по возвращению в Нью-Йорк будет нужно навестить отца Бенедикта. Ей есть в чем исповедаться. Александру быстро взяла в оборот женщина средних лет и увела куда-то вглубь, едва успела та попрощаться со спутниками. Девушка отказалась отдавать кому-либо свою сумку и несла её сама. Иногда по пути встречались слуги и богато одетые люди, в основном старики, мимо взгляда мелькали белоснежные колонны, позолота, фрески, гобелены и вазы с цветами. Идти пришлось почти две минуты прежде чем беловолосая наконец-то оказалась в просторном помещении, которое назвали гостевыми покоями. Покои эти были как просторная гостиная в Нью-Йоркской квартире, куда девушка так и не возвращалась с тех пор как перетащила вещи в домик в Циллерталле. Двуспальная кровать с балдахином, рабочий стол со стопкой пергаментов, ковры и картины являли собой образцы искусства, за которые музей метрополитена отдал бы несколько своих дечятилетних бюджетов. Шкаф заменяло красиво отделанное отверстие в стене, закрытое деревянными дверцами, из-за чего помещение казалось ещё более просторным, два высоких окна выходили прямо в сад, а так как комната была на первом этаже это давало возможность выходить на цветущие аллеи прямо так. Единственное что смутило девушку — ванна также расположилась прямо здесь, в другой стороне от кровати у самой стены и даже шторки не было, но она знала что подобное тут норма. Хорошо что шторы плотные, иначе было бы совсем неловко. Возле ванны были и полочки, опять же прямо в стене, в которых расположились кучи флаконов. Нескольких минут хватило чтобы осмотреться и разложить вещи, и стоило только закончить как появились две темноволосые красивые девушки едва ли старше самой норвежки. А ведь если её корни уходят в страну отца, то она вероятный потомок викингов. Интересно, значит ли это что в городе их богов она отчасти на своём месте? Джодис и Гудрун — так представились девушки, занялись подготовкой сразу же. До начала мероприятия было четыре часа что казалось более чем достаточным для привыкшей быстро собираться Александры, но возмущаться она не стала. В чужой монастырь со своим уставом не ходят... без хорошо вооружённой армии, по крайней мере. Она покорно отдалась в умелые руки асинь и попутно отвечала на их вопросы о родном мире. В беседе время текло быстрее, а потому этот способ развеять скуку неплохо подходил привыкшей к наличию Джарвиса и интернета Старк, которая взяла за традицию постоянно слышать на фоне видео или аудиокнигу. Избалованность коммуникациями, что тут сказать. Для начала ей набрали ванну. Водопровод во дворце конечно же был, так что из небольшого позолоченного крана, источая пар, текла вода. Было интересно, как тут обстоят дела с уборными. Впрочем, девушки быстро ответили ей на этот вопрос и просветили что таковые имеются, но их по одной на несколько комнат. Хорошая экономия места — нет нужны к каждой комнате делать отдельный полноценный санузел, ведь ванна прямо здесь же, очередей не будет, а вот в туалет можно и потерпеть пару минут. Лекс даже зашла туда по естественной нужде и не сильно удивилась — те были уж очень похожи на турецкие, то есть не удобный фарфоровый трон, а встроенное в пол фаянсовый. Было интересно разве что одно: в покоях королевской семьи уборные сильно помпезны? Вдруг не только мидгардцы свихнулись и сделали унитаз из золота. В итоге она пришла к выводу, что ответ на этот вопрос ей знать не хотелось. Понежившись полчаса в горячей воде с ароматическими маслами, девушка хотела вымыть волосы, но Джодис настояла на том, чтобы заняться этим. Было непривычно, но Старк решила просто последовать совету друга — то есть расслабиться и получать удовольствие. Почему бы и нет, ведь когда ещё можно будет почувствовать себя королевой, как не сейчас? Белые пряди были промыты чем-то имеющим горький аромат, а после их вымочили в коричневой воде, которая явно пахла корицей. Стоит ли говорить, что настолько мягкими и послушными волосы не были даже после ухода в высококлассных спа? Ненавязчивое амбрэ было пусть не сильным, но сладким. Тело натерли сначала плохо пенящимся мылом с лепестками цветов, а после кожа была смягчена небольшим количеством кунжутного масла. Лекс дали несколько флаконов, понюхав которые она учуяла аромат цитрусов, лаванды, каких-то незнакомых цветов и фруктов, розы, хвои и мяты. Выбрав последнюю, она вновь подверглась растиранию. Само собой, все это сопровождалось интересной беседой. Обе стороны делились информацией и девушки даже попросили "показать зубастика", имея ввиду не устроившего в саду Фафнира, а метаморфические способности гостьи, о которых та вскользь упоминала. Она предупредила их о том, как это выглядит и продемонстрировала зубки. Служанки впечатлились и больше подобных просьб не было, но не сказать чтобы их это сильно напугало. Как оказалось, обе были подругами детства и дальними родственницами, пошли работать сюда ещё в раннем возрасте, чтобы иметь возможность учиться в дворцовой школе и им оставалось всего два года обучения, после чего они смогут стать фрейлинами родовитых дам — привилегия для лучших. о Обучение было сложным и требовало старательности, из-за чего не всем улыбалась удача. Горячими щипцами пришлось долго завивать очень длинные — уже почти достигающие колен, волосы. Девушка так и не постригла их, а красить было бесполезно. Краска просто "съедалась" за некоторое время. Ей хотели сделать сложную причёску, но она настояла оставить все как есть. Макияж был ограничен лёгкими, едва заметными румянами, чуть подкрашенными для выразительность бровями и каплей нежного розового на губах и веках. Ничего лишнего, даже ресницы было решено оставить белыми — это придавало глазами некоторую выразительность вкупе с мерцающими розовыми тенями, едва заметными на веке и выгодно выделяющими длинные кенитоцилии. Когда до праздника осталось полчаса, девушка выбрала платье — разумеется, белое, как и рекомендовал друг. Довольно простое, закрывающее плечи и декольте, без вышивки и текстур, но к нему было дополнение в виде короткого почти прозрачного шарфика, напоминающего внешне шифон или тюль, однако более мягкий на ощупь. Юбка этого произведения искусства была летящей, струящейся и имела два выреза спереди, из-за чего во время ходьбы частично становилось видно стройные ножки. Талию подчеркнул золотой пояс-цепочка, кончики которого списали на левом бедре, пришлось надеть и местную обувь в тон. Простоту наряда девушка решила компенсировать украшениями, надев серьги-протяжки и сменив материнский кулон на золотой — тонкая цепочка, на которой подвешен светло-розовый, едва имеющий цвет кристалл, оплетенный золотыми лозами. Завершением образа стал присланный царевичем подарок — украшение для волос, жемчужный венец на золотых нитях, который напоминал обруч и не слишком выделялся, но подчёркивал красоту локонов. Что ж, определённо у Тора есть вкус. Было интересно, что мешало ему сделать Джейн подобный подарок. Впрочем, та могла подумать что от неё откупаются, эта женщина была сурова. Глядя в ростовое зеркало полукровка едва не побледнела. На секунду в отражении ей померещилась она — царица из кошмара, волосы которой свободно ниспадали по спине, а половина лица была перемазана в крови. Олицетворение ее жажды силы. Они — два прекрасных монстра. Прогнав наваждение Лекс вынуждена была признать, что она прекрасна как никогда: кожа сияла без тональных кремов и хайлайтера, а белые чуть небрежные локоны и вовсе казались атласом на ощупь, даже не подчеркнутое особо косметикой лицо будто было другим. Она казалась... старше? Пожалуй. Может, её худоба, понемногу из болезненной переходящая в просто естественную, заставила скулы быть более очерченными и заострила черты лица? Или она просто пропустила момент когда из ребёнка превратилась во взрослую девушку? Взрослую и прекрасную, что должно было стать ещё одним её оружием. Сила женщин перед мужчинами в видимой слабости, хотя лично Лекс предпочитали работать не личиком, а ножами. Её проводили до зала и оставили у открытых дверей, из-за которых доносился шум. Сделав глубокий вдох и пройдя мимо стражей, девушка сцепила руки в замок перед собой и хотела затеряться в толпе, но случилось то, чего она боялась больше всего: заметившие её люди умолкли, с удивлением глядя на прибывшую, а вслед за ними и все остальные. По залу побежали шепотки. Беловолосая достойно выдержала эту неприятность и не сменила выражение лица со спокойно-умиротворенное, принимая образовавшееся молчание как данность и пронзительно глядя строго перед собой. Кого-то её внешность восхитила, кого-то даже напугала. Толпа только начала оживляться, как добивающий удар провел царевич, подойдя к гостье и предложив руку. Делать было нечего — пришлось принять и идти за ним куда-то вглубь зала. Он провел её к столу, за которым почти никто не сидел — все только собрались и пока ещё здоровались с друзьями и заводили новые знакомства, привычная часть любой великосветской тусовки. Во главе стола сидел тот, кого девушка уже видела в своих снах — Всеотец был расслаблен, спокоен, но отпечаток скорби на его лице ещё не успел выветриться. Место по левую руку рядом с ним пустовало, прибора там не стояло. Царица погибла во время вторжения тёмных эльфов и хоть её уже успели оплакать, но многие бессмертные скорбят о любимых вечно. Впрочем, бессмертным богов можно назвать лишь условно — их могли убить глубокая старость, артефакторное оружие, магический яд или другой бог самым обычным оружием, напитав его своей силой. А можно было нанести ужасные, смертельные для человека увечья, но оставить в живых — вопрос желания, это ей пояснил сидящий сейчас рядом царевич. Он был по правую руку от своего отца, сразу рядом с ним расположилась и беловолосая. Пустовали два места слева от царя, но у одного все же был прибор. — Это для Локи? — уточнила она хмурясь. Читаури так просто не забыть. — Да, но вряд ли он объявится. Братец редко чтит нас своим присутствием и держит обиду, хотя явно понимает, что виноват только он сам. На самом деле он не такой плохой, каким пытается для всех казаться. "Или просто братская любовь глаза застилает" — мысленно отметила Лекс, но озвучивать это не стала. Ей пока рассказывали кто тут какие должности занимает и отдельно для себя сероглазая выделила главу стражи, местный аналог экономки, одного из советников и хранителя ключей. Самые важные по её мнению персоны, ведь некоторое время придётся жить во дворце. Один гостью заметил, но ни слова не проронил, кинув только пару задумчивых взглядов и вернувшись к созерцанию мероприятия. Кто-то уже тоже занял свое место за длинным П-образным столом, кто-то и вовсе только прибывал. Первый тост подняли за правящую семью, второй за мертвых, третий за живых, а дальше началось застолье. Дичь, птица, незнакомые виды мяса и рыбы, зажаренные над огнём овощи и мягкие, воздушные лепёшки. В больших тарелках был отварной ячмень, заправленный небольшим количеством молока и мёда, пшенная каша со специями и ещё пара не опознанных гарниров — их накладывали себе самостоятельно. Были фаршированные яйца, перец, яблоки и даже томаты, разве что картошки видно не было. Лекс предпочла кусок оленины, зажаренной в большом количестве специй, а также овощи с сыром — это было наиболее знакомое ей из находящегося поблизости. Пир был в самом разгаре, громкие разговоры и порой не очень пристойные шутки лились рекой, гостей развлекали музыканты и поэты. Сама девушка говорила с сидящей рядом Сиф и иногда перебрасывалась фразами с Тором. С другой стороны от воительницы устроился Фандрал, за ним Хогун и Вольштагг, который особенно сильно налегал на мясо и выпивку, но удивительным образом не пьянел. Сама мидгардка пила очень сдержанно — асгардский мёд был очень крепок и мог хорошо ударить в голову, а именно кубки с ним было принято поднимать во время тоста. Во втором бокале было вишнёвое вино, но настолько легкое и слабое, что оно не опьянило бы и ребёнка. — Юная леди так старательно избегает внимания к своей персоне, что невольно притягивает его к себе ещё сильнее, — услышала обрывок разговора со стороны блондина девушка и поняла что речь идёт о ней. — Или может, она боится асов? А вот это было зря. — Поверьте, ярл Фандрал, я не боюсь вас. Это вам стоит бояться меня, — бесцветные радужки сверкнули не угрозой, а скорее просто предупреждающим укором. Зря он недооценивает тёмных магов, коим фиктивно является гостья. — Пусть я временно не могу пользоваться силами, но не забывайте — даже у ягнят есть зубы. Мужчина сначала покраснел, потом побледнел и снова покраснел, но не засмеялся, чувствуя в словах скрытый намёк — не шутит. На секунду ему померещилось, что радужки девушки и вовсе исчезли, но взгляд он не отвёл. — Простите, леди Элиза. Я был уверен, что вы обычная мидгардка. — Он принёс извинения и ослепительно улыбнулся. Заполучить расположение любой девушки было для него подобно игре, но на этот раз он из-за своего хорошо подвешенном языка чуть не сломал себе веселье. Чувство угрозы уже прошло, так что те несколько секунд смуты почти сразу оказались забыты. — К тому же, с моей стороны было не очень вежливо так говорить о вас. — Извинения принимаются, но впредь постарайтесь не судить о людях опираясь на внешний вид. Я сама не раз обжигалась на этом. — Она улыбнулась в ответ, но более сдержанно. — Раз уж зашла тема внешнего вида... надеюсь, я не нарушила никаких правил в этом плане? А то глядя на присутствующих женщин у меня создаётся ощущение, что зря я оставила волосы распущенными и оделась в белое. Все в красном, голубом, синем, зеленом, фиолетовом, золотом, даже всеотец. — Царица Фригга очень любила носить белые ткани, после её смерти дамы не решились носить похожие наряды, — пояснила Сиф вместо своего товарища. — Ты не нарушила никаких канонов, хотя у нас редко ходят с распущенными волосами из-за моды на сердцевидные лица и причёски. Но мне кажется теперь некоторые пересмотрят это поветрие и попытаются выбелить волосы. Они любят быть яркими, выделяться из толпы, ты для них нечто новое. — Они ведь не знают, что моя внешность — недостаток, слабый ген, который выбился вперёд. Впрочем, этот ген когда-то дал мне возможность выйти на сцену небольшого театра. — Покачала головой норвежка. — Значит, так обычно проходят пиры? — В основном. Сейчас все насытятся и начнутся беседы, представления актёров и шутов, танцы. Я видела подобное в Мидгарде, но это было очень давно. — С тех пор немногое изменилось. — Она опустила взгляд. — Меня напрягает то, как на меня смотрит одна женщина. Блондинка, сидит в левой части. Она будто убить меня хочет. — Это Амора, бывшая Тора. Так как ты сидишь рядом с ним, то она может считать что ты заняла место леди Джейн, к тому же она ненавидит меня и красивых девушку впринципе. Её стоит опасаться. — Нахмурилась богиня плодородия. Она знала, что все это не к добру, потому что ревнивая чаровница все не теряла надежд вновь соблазнить царевича и пробиться к власти. — Наивный Тор уверен, что она была напротив остаться друзьями. Мы, девушки, знаем что такое "просто друзья" после совместных ночей. Это либо сильная любовь, либо взрывная ненависть, исключения редки. — Значит, я ничего не делая нажила себе врага? — Она неожиданно... улыбнулась. С интересом, предвкушением от грядущей игры. — Ну, по крайней мере развлекусь, если вдруг она решился действовать. Главное случайно не убить её или хотя бы убедиться, что тело не найдут. Она же не божество чего-то там? — Одна из лучших волшебниц, её нельзя трогать. Но и она не навредит всерьёз, потому что за это её могут выслать. Всеотец чтит законы гостеприимства. Блюда сменялись по ходу пиршества и даже не съев свою порцию девушка поняла, что больше не хочет притрагиваться к еде. Ей было душно. Пока люди снова стали ходить по залу, слушать музыкантов и прочее она тихонько выскользнула из помещения и шумно выдохнула, радуясь что смогла сделать это почти незаметно. Благо, Сиф подсказала, какой именно коридор ведёт прямо в сад. Несколько минут в тишине, сумерках и тихом напеве птиц вернули мысли в одну кучу и открыли второе дыхание. Она давно не была на раутах, посещая их изредка с приёмной матерью-журналистом и пару раз будучи уже частью инициативы, к тому же новая обстановка давила, но это было настолько интересно... Ход мыслей прервал лёгкий шелест листьев за спиной, где расположились кусты сирени. Не думая о собственных действиях Александра инстинктивно резко повернулась, выхватывая из скрытого под платьем чехла нож подняла его на уровень своих глаз. Кончик лезвия упёрся в горло мужчины. — Ярл Хогун? — Она быстро вернулась оружие на место и поправила платье. Было заметно, что воина тянуло в момент нападения отразить удар, но он почему-то сдержал порыв и позволил поставить себя в опасное положение. — Простите, я не заметила что это вы, сильно задумалачь задумалась. И почему вы вышли прямо из кустов? — На самом деле, я случайно увидел вас и просто решил сократить путь. У меня вредная привычка ходить беззвучно. Простите что напугал, леди Элиза. — Он оставался невозмутимым. — Мне просто была интересна причина вашего побега. — Побега? — Она вскинула бровь и хихикнула. — Я и не думала сбегать, просто мне тяжело находиться в зале сейчас. Слишком много людей, все запахи смешались настолько, что стало тошно. Несколько минут на свежем воздухе и вернусь обратно с новыми силами, чтобы вновь терпеть разговоры женщин о тряпках. Вроде бы разные миры, но ведьмы везде одинаковые, уж простите за выражение. — Вы сейчас похожи на леди Сиф, даже выразилась почти один в один как она. — Сделал подобие улыбки воин. — К слову, мы в прошлый раз не закончились наш разговор. Значит, вы обращаетесь с ножами? — Да, но мне требуется практика. Я привыкла вести бой с мутантами и людьми, здесь меня смогут научить явно чему-то большему. По крайней мере Златовласка говорил, что фехтованию тут учат даже детей. — Златовласка? — Не понял азиат, но до него быстро дошло и Лекс впервые увидела что-то действительно похожее на улыбку. — Что ж, по крайней мере мне будет чем его подколоть. — Неужели у вас есть чувство юмора? — Начала подтрунивать беловолосая и села на край фонтана. Обычного, небольшого фонтана с чистой прохладной водой. Она была не против растянуть диалог на подольше, такой собеседник был точно лучше смазливого и чересчур податливого Фандрала, который пока вызывал у смотревшей не один десяток сериалов полукровки только лёгкую насмешку. — Я не похож на вана, умеющего шутить? — Парировал с притворным удивлением брюнет, вызывая тихий смех. — Вы сами говорили, что судить опираясь на внешний вид не лучшая тактика. И отбросьте эти звания, я считаюсь ярлом только условно. Вот же... внимательный человек. — Признаю, подловили. Но вы действительно почти не меняли выражения лица, я была уверена что вы слишком серьезны для шуток, яр... Хогун. — Она быстро исправилась. — Я не слишком эмоционален. Но справедливости ради вы тоже не похожи на того, кто будет шутить, к тому же в отличии от Фандрала я заметил что ваша угроза была не пустым звуком. И часто вас не воспринимают всерьёз? — Увы, враги так делают редко, потому что хорошо знают на что я способна. А вы бы восприняли? — Не имею привычки недооценивать противников, но вы гость, а потому не задумывался об этом. — Он продолжал стоять на почтительном расстоянии, соблюдая приличия. — На самом деле, у меня была ещё одна причина прийти. — М? — Девушка окунула пальцы в воду и легонько провела ими в сторону — И какая же? — Леди Сиф просила передать, что Амора тоже покинула зал и пошла в сторону сада, она переживала что чаровница уже успела что-то задумать. Или на худой конец присмотреть за вами, понимая что если пошлёт сюда Фандрала, то вы просто сбежите от него. — Весьма логичная мысль, учитывая что она могла неправильно понять моё положение здесь. Мне стоит быть осторожнее. Что касается вашего товарища — чистая правда, я чувствую неприязнь к такому типу людей, хотя не могу назвать его плохим. По словам моего друга он умелый воин, но дамский угодно каких мало. А Вольштагга, дайте угадаю, не оторвать от стола? — Совершенно верно, к тому же прибыла его жена, — кивнул мужчина. Девушка вздохнула и встала с бортика фонтана. Пора было возвращаться, потому что долгое отсутствие могли принять за оскорбление. Отряхнув руку, она сцепила их в замок и пошла обратно уже в сопровождении нового знакомого. А праздник тем временем только набирал обороты.