Electric

Сегодня – день первого полуфинала. Для многих участников и их команд он очень важный и волнительный, так как будут определены первые десять финалистов. Можно сказать, что мои итальянцы – счастливчики, ведь как страна-основатель конкурса, Италия автоматически попадает в финал. Все, что сегодня требуется от музыкантов – выйти на сцену и ответить на парочку вопросов, после чего будет показан небольшой ролик с их выступлением. Так сказать, чтобы разогреть интерес публики. Лежа утром в кровати, думаю, что переживания за моих подопечных можно закрыть в дальнем ящике, до субботы, и просто получить удовольствие в компании множества интересных людей. Уже по обычаю встречаемся в холле отеля – фактически весь день мы проведем на арене в подготовке к концерту. Дамиано улыбается мне шире, чем обычно – наверное хочет показать, что между нами по-прежнему все хорошо. Глядя на него, по спине ползут мурашки.

***

У меня идет кругом голова от количества новых знакомств – вот мы делаем совместное фото с участниками из Латвии, а буквально через пару минут группа обсуждает возможность коллаборации с Go_A. Со всех сторон слышен смех и оживлённые беседы. Однако, эпицентром общей активности, на удивление, становится стол для настольного тенниса. Все началось с того, что участники из Финляндии от безделья начали за ним играть – однако, через несколько часов к ним начали присоединяться и другие. В итоге дело дошло до целого чемпионата. Гигантами пинг-понга оказались, очевидно, мои итальянцы, представительница Ирландии, один из музыкантов The Roop, украинцы, ну, и конечно же, сами финны. Это была схватка не на жизнь, на смерть – все настолько посвятили себя игре, что в какой-то момент сбились со счета, и финал с участием Ирландии и Финляндии было решено окончить ничьей. Весьма иронично, победила дружба. Когда мои подопечные заняты очередным интервью, успеваю смотаться в волонтерский хаб, чтобы пообщаться с ребятами. Нахожу там Кристу. – Привет, подруга! – восклицает она и заключает меня в объятия. – ты отлично выглядишь! Это что, итальянское солнце на тебя так положительно действует? Меня на секунду бросает в жар от мысли, что про мои приключения с Дамиано кто-то все-таки разнюхал – но Крис добродушно смеется, и я понимаю, что если бы она о чем-то догадывалась, то давно бы мне позвонила. – Да так, есть немного. Греюсь в лучах их славы, – поддерживая шутливый тон, отвечаю я. Пока есть возможность, решаем пообедать, поскольку оживленная атмосфера на арене все нарастает и вскоре дел будет невпроворот. Подруга рассказывает о своем опыте общения с разными знаменитостями, которых уже успела повидать на интервью. Особенно ее веселит присутствие всемирно известного репера Flo Rida, который будет выступать совместно с Senhit, представительницей Сан-Марино. – И тут, понимаешь ли, на одном из интервью он заявляет: «Я очень рад быть в Амстердаме!» – после этих слов мы чуть ли не падаем со стульев от смеха – похоже, Flo Rida вообще не понимает, где он находится. – Ты знаешь, мне кажется, они его просто выкрали из США и с мешком на голове привезли сюда, – вытирая слезы говорю я. – Так все бы ничего, – добавляет Криста, – перепутал один раз название города – подумаешь, их в Европе много. Но он ведь и в Instagram опубликовал пост, где поставил геометку в Амстере! – Что ж, американцам стоит серьезнее учить географию Европы. Так в следующий раз можно вместо Австрии и в Австралию поехать. Остаток самопровозглашенного перерыва проводим в компании коллег – многие так переживали перед сегодняшним полуфиналом за свои команды, что либо вообще не спали ночью, либо же проснулись ни свет ни заря. Видно, что все волонтеры уже сроднились с делегациями и ощущают себя их неотъемлемой частью, поэтому готовы выкладываться на максимум, чтобы обеспечить наилучшее выступление для своих подопечных. Возвращаюсь обратно к делегации, чтобы проверить, как обстоят дела. Они тоже решили устроить себе сиесту – все разбрелись по своим интересам. Кто-то ушел звонить родным, кто-то предпочел обедать в компании новых знакомых за одним из многочисленных столиков в «пузыре», а кто-то – ушел курить или просто завис в телефоне. Захожу в гримерку и падаю на уютный диванчик, подальше от шума толпы. Включаю какой-то видеообзор на YouTube – хорошо помогает очистить мозги. Девушка на экране рассказывает, как правильно различать корсеты викторианской и эдвардианской эпохи. От просмотра видео отвлекает всплывающее вверху экрана сообщение от Лоуренса. Нажав на значок на экране, читаю – мой тимлид просит, чтобы я проверила, принесли ли делегации все подарки от спонсоров, и если чего-то не хватает, нужно сбегать к нему и их забрать. Встаю и начинаю сверяться со списком, который выслал Лоуренс. Когда я уже почти заканчиваю проверку, чувствую, как кто-то берет меня за руку выше локтя. Вздрагивая от неожиданности, резко оборачиваюсь. – Ну ты меня и напугал, Дам! – резко выдыхаю, – Так же и до инфаркта довести можно! Парень только посмеивается. – Прости, я не хотел, – но ты такая привлекательная, когда серьезная. Я это еще заметил, когда ты устроила разборки из-за утерянного багажа в аэропорту. Резко оглядываюсь, пытаясь понять, никто ли не слышит нашего интимного разговора – однако, оказывается, гримерка почти пуста – в ней находимся только мы. Смущенно улыбаюсь и опускаю глаза в пол. Дамиано подходит ко мне вплотную и обнимает за талию – он делает это неспеша, от чего складывается впечатление, что мы находимся в сцене из кинофильма. Решительно поднимаю на него глаза и вижу эту его знакомую кривую улыбку. Не отрывая от меня взгляда, он произносит: – Я хотел это сделать последних два дня… И с этими словами он меня целует. Нет, этот поцелуй – не такой, как наш первый в ночном клубе. Он был резким, жадным, словно мы изголодались друг по другу. Этот же – нежный, но, тем не менее, напористый. Это не трепет двух подростков, которые познают чувства первый раз в жизни, это томительный, такой долгожданный поцелуй. Все внутри меня ликует – тогда в клубе между нами была не случайная страсть, мы остались интересны друг другу и в трезвом виде. От прекрасности момента начинает кружиться голова. Его руки прижимают меня к себе, я обвиваю его за плечи. Вокруг – только запах его кожи, сигарет и его тепло. Наш второй первый поцелуй. Прервав его, мы просто стоим в объятиях друг друга. Моя голова покоится у него на груди. Я чувствую себя такой расслабленной – впервые за много дней этого безумия под названием «Евровидение». Слышу биение сердце Дамиано – оно постепенно выравнивается – похоже, он тоже нашел спокойствие. Идеальность момента прерывает звонок моего телефона в заднем кармане джинсов. Конечно же, это Лоуренс. – Да?.. – слегка удивленно, произношу я. – Ив, ну что? Ты проверила списки? От тебя нет ответа. – А, да, конечно. – поспешно отвечаю, стараясь припомнить, что я там обнаружила. – Не хватает одного подарочного набора от Osram. – Понял. Будь через пять минут в хабе – я отдам его тебе, и сразу передай делегации, - с этими словами Лоуренс вешает трубку. Дамиано, сложив руки за спиной и закусив губу, вопросительно смотрит на меня. – Вам не передали один подарок от спонсоров, нужно срочно исправить ситуацию, –объясняю. – Что ж, беги, мартышка, – он улыбается и с этими словами и снова притягивает меня к себе и целует в губы. Господи, как он это так прекрасно делает? Когда я уже направляюсь к выходу, Дамиано слегка шлепает меня по попе. – Эй, малыш, не шали! Останешься без десерта, – угрожающе качая пальцем, говорю я и выхожу из гримерки. За закрытой дверью слышится тихий смешок.

***

И вот настает долгожданный момент – концерт начинается. Участники, одни за другим, выходят на сцену. Оставаясь вместе с итальянцами за сценой, наблюдаю за шоу с большого экрана, расположившись на пуфике. За мной сидит Дамиано и тихо играется прядью моих волос – заплетает небольшие косички. Такой обычный, но милый жест заставляет меня вспомнить о существовании в нем другой стороны – не рок-музыканта, не надменного молодого парня, на которого свалилась слава, а как на обычного человека, которого дома ждет семья, близкие и друзья. За то время, что мы успели узнать с Дамиано друг друга получше, мне известно, что у него очень теплые и близкие отношения с матерью, отцом и братом. Кем бы мы ни были, мы все равно люди. Однако, когда под пятнадцатым номером выходит команда Украины, настроение бэкстейджа меняется разительно – если до этого люди группками подтанцовывали или подпевали своим фаворитам, то сейчас вся территория «пузыря» просто врывается в дикий рейв. Мы отдаемся во власть этой волшебной музыки. Меня распирает гордость от того, что мои земляки смогли покорить европейскую сцену не чем-либо, а украинской культурой. Со всех уголков слышится «сію-сію» и дружные хлопки; все-таки «Евровидение» - это праздник разнообразия и единения людей из разных уголков не только Европы, но и всего мира. Тем временем, калейдоскоп участников почти подходит к концу – значит, моим подопечным пора. Последние приготовления – и вот я сопровождаю их на сцену. Остановившись у двери с надписью «Stage», с командой поддержки проверяем микрофоны участников. В полутьме закулисья тихо сжимаю руку Дамиано и молча желаю ему удачи, а он просто подмигивает мне в ответ – сегодня он не волнуется, а просто кайфует от момента. Когда группа выходит на сцену, зал взрывается овациями. Måneskin смотрятся на сцене шикарно – как будто рождены для нее. Я просто пожираю их глазами, даже не стараясь слушать вопросы ведущей и ответы на них. Они слишком хорошо выглядят. После выхода итальянцев остаток вечера проходит достаточно быстро. Результаты голосования, однако, заставляют нас изрядно понервничать, поскольку Украина прошла в финал буквально последней. Когда на всю арену громко звучит «Ukraine!», все на бэкстейдже ликуют – Дамиано запрыгивает на спину Томасу, Виктория и Итан скачут. К нам подбегает Ендрик, представитель Германии и присоединяется к празднованию вместе с другими сотрудниками, находящимися рядом с нами – всем очень полюбился украинский фолк в сочетании с современной электронной музыкой. Поздравив всех участников, прошедших в финал и сделав несколько фото, отправляемся обратно в отель. Несмотря на прекрасно проведенный день, все изрядно устали.

***

Но в номере отеля сон почему-то ко мне не приходит. Достаю телефон и решаю написать Дамиано – у меня ведь есть его номер еще с самого первого дня. Согласно протоколу, я должна была обменяться контактами со всеми членами делегации. «Эй, спишь?» – только и пишу. Ответ приходит почти моментально: «Нет. Ты тоже?» Вспомнив одно свое давнее желание, возникшее еще в первые дни знакомства с группой, отвечаю: «Очень хочу тебя написать.» «Приходи.» Как есть, в пижамных шортах и рубашке, отправляюсь к нему в номер, прихватив все нужное. Дверь в номер открыта – решительно толкаю ее. Дамиано встречает меня в майке и штанах, как будто вообще не переодевался с момента, как мы вернулись с шоу. – А ты такая… домашняя, – улыбаясь говорит он. – Что ж, я не рок-звезда и не сплю в сценической одежде и макияже. – Я готов быть твоей Моной Лизой, – вальяжно садясь в кресло, говорит он. Я присаживаюсь на край кровати и приступаю. Не знаю, сколько времени так проходит – периодически Дамиано закуривает сигарету. Параллельно и когда у меня есть возможность, общаемся про наши семьи и дом, про школьные годы. Беседа проходит под эгидой времен беззаботного детства, когда на наших плечах не было большого груза ответственности. Решаем сделать перерыв на кофе – а почему бы и нет? Похоже нас сегодня все равно ждет бессонная ночь – вдохновение бьет из меня ключом. Заварив весьма посредственный кофе в автоматической машине, Дамиано возвращается в кресло, и, зажав сигарету губами, хлопает себя по ноге – предлагает присесть к нему на коленки. Послушавшись, скручиваюсь в его объятиях калачиком, поджав под себя ноги – он молча курит, а я вдыхаю его дым. Вожу пальцем по его татуировкам на груди. Il ballo della vita. Танец жизни. Вдруг из-за окна слышатся громкие звуки взрывов – похоже, кто-то решил пустить салют. В два часа ночи. Еще с самого детства люблю фейерверки – они напоминают мне о моем втором доме, где под Новый год все улицы озаряются их светом. Восторженно подбегаю к окну – яркие искры взрываются в ночном небе. Дамиано становится сзади меня и обнимает. У нас с ним разница в росте ровно такая, что парень может опереться подбородком о макушку моей головы. Когда салюты смолкают, оборачиваюсь к парню, и, приподнявшись на носочках, целую его – на этот раз мне хочется взять инициативу. Почувствовать снова вкус его губ. Сама не замечаю, как наши поцелуи становятся все более горячими. В какой-то момент Дамиано отстраняется от меня и очень серьезно произносит: – Ты же знаешь, что я не сделаю с тобой ничего, пока ты сама этого не захочешь. – Пожалуйста, – еле слышно говорю я. Глаза Дамиано загораются темным огнем, он подхватывает меня. Мы на кровати. Одним движением снимаю с него майку, он расстегивает пуговицы моей рубашки. Под ней – ничего. Снова борюсь с ремнем его брюк. На этот раз побеждаю быстрее. Когда на нас не остается ничего, кроме нижнего белья, на секунду оба замираем, чтобы оценить этот момент. А дальше все происходит как в тумане – наши тела словно становятся одним целым. Так невыносимо приятно ощущать каждый сантиметр его кожи, прикасаться пальцами, целовать. Ощущение его внутри меня дарит чувство наполненности. Сейчас не имеет значения, кто был у него и у меня до этой ночи. Все дороги, все наши решения вели именно к ней. Каждый момент близости с ним прекрасен. Его руки царапают мне спину, я оставляю укусы у него на груди – приходится себя немного сдерживать, чтобы завтра никто этого не заметил. Мы, словно ослепленные, ищем подход друг другу – без слов пытаемся понять, как кому нравится больше, какие прикосновения приносят особое удовольствие. Дамиано отличный любовник – он нежный, но в то же время жесткий. Не важно, в какой позе, сверху, снизу, или как-то иначе – мне хочется видеть его глаза. Они – зеркало его таинственной души. Наш темп ускоряется – волосы Дамиано растрепались, но он даже не пытается их заправить. Тихие стоны становятся громче. Когда не остается сил сдерживаться, просто выкрикиваю его имя в подушку. А он тяжело произносит мне на ухо: – Ив... Когда все стихает, мы молча лежим в объятиях друг друга – его голова покоится где-то у меня на животе, я медленно перебираю пряди его волос, очерчиваю кончиками пальцев черты его лица. Пусть вселенная не идеальна, но именно этот момент может беспрекословно претендовать на такой статус. А за окном снова бьют фейерверки.