Electric

Я снова стою в здании аэропорта Роттердам-Гаага. На этот раз я не вижу ничто и ничего вокруг. Только его черные глаза. Возвращаясь мысленно всего лишь на две недели назад, мне кажется, что я прожила целую жизнь. Внутри постепенно начинает расползаться черная дыра, как будто я использовала весь запас любых сильных эмоций, уготовленных мне судьбой. Тем временем, делегация уже регистрируется на рейс и сдает багаж. Конечно, кубок везут с собой – такой ценный груз не отдадут в лапы сомнительных грузчиков. Дамиано в своей привычной манере смотрит на меня из-под лба, слегка наклонив голову вперед. Волосы спадают на глаза, он безуспешно поправляет их рукой. Я просто стою и не моргаю, пытаюсь врезать черты лица этого человека у себя в мозгу. Все, багаж сдан. Мы молча идем рядом в сторону паспортного контроля. Условная граница, которая превратит все произошедшее в историю. Стараясь как можно более естественно улыбаться, прощаюсь со всеми членами делегации – эти люди стали мне как семья, вместе мы создали будущее, новый виток в жизни не только каждого из нас, но и целого мира. Симона и остальные постепенно начинают двигаться в сторону границы, остается только группа. Я смотрю на Викторию – в ее глазах стоят слезы – от переизбытка эмоций последних дней и бессонной ночи. Она крепко меня обнимает и шепчет на ухо: – Ты ведь знаешь, Иви, мы бы не смогли сделать это без тебя, - отстраняясь, утирает лицо рукавом пиджака. Итан с Томасом одновременно заключают меня в объятия – я даже умудряюсь выдушить из тебя тихое: – Парни, вы просто невероятные. Пожалуйста, сохраните в себе эту неудержимую энергию. – Итан молча кивает, Томас просто смотрит вниз и старается сдержать эмоции. Возникает неловкая пауза, остальные трое смотрят то на меня, то на Дамиано. Конечно, они в курсе всего, что происходило. Виктория, лучше остальных понимая тонкость момента, тихо произносит: – Ну что ж, пойдем, нас уже заждались. Дамиано, догонишь. – я смотрю им вслед. Неужели это почти конец? Мы молча отходим в сторону – подальше от лишних глаз. Заставляю себя посмотреть не него. Он смотрит в пол. Опять поправляет волосы, берет мою руку в свои и медленно перебирает пальцы. Как забавно, у нас у обоих очень холодные руки. Через несколько мгновений я уже просто не выдерживаю этого молчания и задаю вопрос: – Ты ведь напишешь, как вы приземлитесь? – он тихо кивает. Когда мне начинает казаться, что тишина между нами скоро обретет материальный вид, Дамиано наконец поднимает на меня глаза, снимает маску и резко произносит: – Прости меня за то, что тогда так вызверился на тебя вначале. Я давлю в себе невольный смешок. – Это – именно то, что ты хотел сказать мне сейчас? Брось, Дамиано, я уже и думать забыла об этом. Тем более, в свете последних событий, четырнадцать дней – большой срок. Он криво улыбается: – Ты же знаешь, со мной сложно. – Знаю. Но я ведь тоже не подарок. – с этими словами кладу свои руки ему на шею. Замечаю остатки не смытого со вчерашней ночи карандаша для глаз. На губе какой-то небольшой кровоподтек, я пытаюсь понять, где это он успел уже ночью подраться, но потом до меня доходит, что всему виной я сама – слишком яростно целовала его вчера после победы, когда мы наконец остались одни. Он притягивает меня ближе к себе, вжимается своими бедрами в мои, между ног отдает жаром и немного болью – мы не могли и не хотели быть нежными вчера друг с другом. Целует меня в губы, медленно. Наверное, тоже старается запомнить каждую последнюю секунду. От него пахнет сигаретами и перегаром, от меня, видимо, тоже. Прямо чертова рок-звезда и его групи. Дамиано снимает с пальца одно из многочисленных колец, и надевает мне на руку. – Пусть это останется у тебя на память об этом сумасшествии. Я смотрю на кольцо – оно создано из двух тонких переплетенных золотистых нитей – я без слов понимаю намек – что бы ни случилось, мы навсегда останемся с ним связаны – этой историей, этим событием, всем, что было между нами. – Но ведь у меня нет ничего для тебя, - растерянно шепчу я. – Не нужно, ты дала мне больше, чем я мог бы когда-либо представить. Возможно, я бы сейчас расплакалась, но в организме как будто не осталось ни единой слезинки. Только сердце бьется где-то в горле. Дамиано переводит взгляд куда-то вдаль, обеими руками поправляет волосы и тянет носом – неужели он тоже?.. Целует меня в ладонь. И, все еще держа меня за руку, начинает отстраняться. – Не теряйся, Марлена, - грустно улыбается он, а затем подмигивает. – До встречи, Икар. Я смотрю, как он разворачивается, гордо вскидывает голову и шагает в сторону границы. Победитель. Кольцо еще хранит тепло его руки.