Ой (бонус)
26 июля 2021 г., 22:30
Снег на окнах и наш ледяной балкон. Стёкла покрылись узорами, которые ты любишь повторять взглядом, задумчиво обводя их пальцем. Бетонный пол неприятно впивается холодом в босые ступни.
Я задумчиво вертел в руках нераскрытую упаковку ментоловых сигарет, не решаясь сорваться. Без моего маленького Чимина мне сложно. Сложно вставать по утрам и идти по тёмным улицам на пары в универ. Сложно сидеть с Техёном, который каждое мгновение проверяет свой телефон на сообщения от Сокджина. Сложно смотреть на тёмные окна квартиры, подходя к дому и в надежде заглядывая в окна, вдруг мелькнёшь. Но нет.
«Родной, я должен уломать маму. Две недели – максимум. Я вернусь совсем скоро»
Ни звонка, ни письма… чую надо спасать тебя…***
– Нет. Ты не выйдешь за этого сомнительного мужчину! Я всё сказала! – уже не содрогаясь от каждого крика, я направился в свою комнату в квартире родителей. А ведь когда-то я мог с уверенностью рассказать о проблемах семье и быть уверенным, что меня обнимут, поцелуют, пожалеют. Сейчас же… мама восприняла всё в штыки с первого же слова «альфа», а отец лишь мрачно буравил меня взглядом, язвительно хмыкая на описание жениха. Да, Намджун не самый добрый, спокойный и «среднестатистический», но я счастлив рядом с ним. Так почему бы нам не быть вместе?.. Закрывшись в комнате, я скатился по стенке вниз и сжался в комочек. Слёзы вновь подступали к чуть опухшим глазам, желая прорвать последний рубеж ради заключительной истерики. Двадцать третье ноября. За окном снег, а в душе огнём горит всё. Сейчас бы к Намджуну. Он утешит, приготовит какао и расскажет какую-ту глупую историю, желая отвлечь от грустных мыслей о неприятии родителями их отношений. Только вот замок на двери, отец с ремнём, забранный телефон и третий этаж. Прыгать очень страшно, но, если постараться зацепиться за соседский балкон… быть может тогда не сломаю все позвонки. Стоит попробовать. С тех пор как мы не виделись прошло уже шестнадцать дней. Джун явно переживает. Утерев предательскую слезинку с щеки, я поднялся на дрожащие ноги. Надо забрать документы и отложенные на чёрный день деньги. Дрожащими руками я запихивал в рюкзак всё необходимое, шмыгая носом. Из тёплых вещей только толстовка… мне только до поезда, там два с половиной часа, и я в Сеуле. За план сойдёт. Хорошо, что в университете объявили каникулы. Обув летние кроссовки и закинув запасную толстовку в рюкзак, я открыл окно. Уже вечереет, скоро будет темно и совсем холодно. Тёмно-синяя толстовка почти не помогала сохранить тепло тела, но мысль о том, что совсем скоро он встретиться со своим альфой согревала душу. Закинув ногу на подоконник, я схватился за боковые панели. Шаткие, небезопасные, но единственное, что является опорой. Балкон соседей со второго этажа в двух метрах в право, а значит надо схватиться за соседний карниз окна ванной. Немного дрожа от высоты в десяток метров, я перевернулся спиной к улице, закидывая и вторую ногу на подоконник. Страшно то как… Вдохнув морозный воздух, я переместил правую руку к карнизу, крепко цепляясь. Осталось только перепрыгнуть полтора метра и приземлиться на крышу второго этажа, а там уже по пожарной лестнице соседей. Вдох… я сжался, чувствуя порыв ветра в спину. Выдох… я вцепился второй рукой в карниз и прыгнул. Вот! Ещё чуток! Отпускаю карниз и падаю коленями на почти самый край крыши балкона. Колени загорелись огнём, а штанины спортивных штанов окрасились в тёмно-бордовый. – Да бл… – прошипел я и сел боком на крышу. – Больно… – шмыгнул вновь я и чуть пошатываясь от сильного ветра с моря встал. Осталась только пожарная лестница, пятнадцать минут бега до вокзала, поезд в два с половиной часа и уже совсем скоро я буду с любимым Джун-и.***
– Техён, я сейчас куплю билеты уже, не истери. – шикнул я в трубку и продолжил блуждать взглядом по вокзалу. – Ты буквально в ночь сорвался в другой, незнакомый тебе, Пусан! – взволнованно продолжил за парня Джин, вздыхая. Джин сам сказал мне адрес и только потом понял, что я собираюсь делать. Подумаешь… заберу своего жениха и познакомлюсь с тестем и тёщем. Только бы быстрее сжать этого маленького в объятиях. – Всё, пока. – сбросив трубку, я поднял взгляд на часы на стене.21:21
Загадать желание что ли?.. – Желаю увидеть моего маленького Чимин-и… – шёпотом попросил я и зажмурился. Секунда. Две. Три. Я открыл глаза. Чудо не свершилось, увы. Достав телефон для проверки расписания поездов, я почти нашёл свой как меня отвлёк грубый прокуренный голос. – Смотри куда прёшь! Я перевёл взгляд на обладателя голоса и стоящего рядом с ним паренька и замер. Чудо. – Извините… – Чимин! – крикнул я и кинулся к любимому.***
Проходя мимо выхода с перрона, я случайно столкнулся с каким-то широким в плечах альфой. Тот, довольно грубо выразив своё недовольство, заставил меня сжаться. Я склонил голову и извинился, желания спорить не было, а вот попасть скорее в тепло нашей с Джуном квартиры очень даже было. – Чимин! – такой родной голос… Я резко повернул голову в сторону голоса, впечатываюсь носом в широкую грудь своего жениха. Меня сжали в объятиях, словно пряча. Пьянящий аромат солодового виски дурманил голову, а горячее тело заставило покрыться меня мурашками. Шмыгнув носом, я прикусил губу, чтобы не расплакаться. Внезапно он резко отстранил меня, держа почти на весу за плечи. – Маленький, а почему у тебя аромат столь горький, что впору впадать в состояние убийцы твоих обидчиков? – почти серьёзно спросил Джун-и. Я слабо улыбнулся, стирая с щеки слезу. Вот эта его привычка… переводить всё в полу-шутку очень милая… он всегда так делает, когда волнуется. – А я… – вновь шмыгнув носом я опустил взгляд на ноги. – А почему ты в летней толстовке и кроссах? – продолжил Джун чуть тише, отпуская меня и подходя ближе. – А я… – А почему твои колени в, очень на это надеюсь, в краске? – Ну…***
– Не пущу, маленький, я тебя больше никуда… – бормотал Джун, обрабатывая огромные ссадины на коленках Чимина, которого Джин отпаивал чаем с ромашкой. Я же, как самый спокойный, пытался понять логику в поведении родаков Минни. Логики нет. В упор не вижу. Да, Джун-хён не самый богатый и открытый в плане общения человек, но рядом с Паком становится таким тошнотворно добрым и внимательным, что мне хочется кричать: «Несите тазик! Из меня сейчас мармеладная радуга с зефирными облаками выйдет!» – Ну видимо на свадьбу будет на два гостя меньше. – Техён! – то ли упрекая, то ли прося заткнуться прикрикнул Джун. – Он прав, Джун-и… я не хочу иметь связь с людьми, которые ставят крест на моих чувствах и наших отношениях из-за своих предрассудков. – шмыгнув сотый раз за вечер сказал Чимин и обхватили своими ладонями лицо Нама, который тут же успокоился. Джин хмыкнул и потянул меня на кухню зачем-то. – И зачем мы здесь, сладкий? – Им стоит побыть наедине. – улыбнулся он и подошёл ко мне ближе. Наши губы почти касались друг друга, мои руки по привычке легли на его ахрененную талию, а его на мои плечи. – Ну раз им надо побыть наедине, то нам с Джин-и тоже стоит поехать домой и… Меня заткнули поцелуем. И я не имел ничего против. Жадно впиваясь в пухлые губы напротив я… – А я говорил, что они пара. – Ну не на нашей же кухне, шкет! – Ой… – Джин попытался отстраниться, но я лишь сильнее прижал его к себе. – Не нравится – не смотрите. Да, сладкий? – хищно улыбнулся я. – И как давно? – невзначай бросил Пак и с улыбкой посмотрел на смущающегося Джина. – Около полугода… – И ты мне не рассказал? – чуть расстроившись спросил Чимин и надул и без того пухлые губы. – Прости, Минни, я не знал как сказать… – теряясь ответил старший. – Ты из меня клещами доставал впечатления после нашей с Намджуновой посиделки-свидании-секса, а я, как порядочный друг, должен по полгода ждать, чтобы узнать о твоих отношениях? – Ну… Минни… – Ну всё! Я с тобой не вожусь! Я с тобой не разговариваю! Ты меня обидел – я обиделся! И о беременности моей ты узнаешь только на девятом месяце! – на эмоциях поставил свой вердикт Пак. – Ой… – Беременный? – я отсюда слышал, как шестерёнки в голове Джуна наматывали мили за мгновения. – Минни? – оскорблённой невинностью тоже начал Джин. – Поздравляю, мелкий. – искренне поздравил я и похлопал того по маленькому плечу, – разбирайся со своим женихом, а я пойду нам с Джини тоже маленького заделаю!***
– Беременный… Вот прям совсем? – Чимин кивнул, сжимая в объятиях мою шею. –Вот прям совсем? Точно? – Да точно… – пробурчали мне куда-то в шею. – Я так рад, спасибо. – начал я осыпать макушку младшего поцелуями, а после, подняв его лицо за подбородок пальцем, продолжил выцеловывать своё сокровище. – Джун-и… – сладко выдохнул в мои губы розововолосый и посмотрел таким взглядом. – Люблю тебя, маленькие вы мои.
