В народе.

И снова он в Фелиции. Снова государственные дела. Курон понимал, что на этот раз ему придётся задержаться в стране короля Феликса, поэтому без ночлега не обойтись. Бакалейщик посоветовал гостиницу некой мадемуазель Фрейи и рассказал, как дойти. В Фелиции, как всегда, светило солнце, жители радушно приветствовали чужестранца. Курон вежливо кивал в ответ. Откуда-то со стороны прилетел мяч и угодил послу в голову. Курон тихо айкнул, потирая ушиб, и заметил рыжего мальчишку, как вкопанный остановившийся при виде иностранца. На его веснушчатом лице отразились одновременно и любопытство, и чувство вины.  — Филипп! Вот ты где! — Вслед за мальчиком прибежала девушка. Невысокого роста, стройная, с загорелой от яркого фелицийского солнца кожей, с очками на миловидном лице. Самым удивительным в её внешности были волосы. Струящиеся по плечам, они, казалось, блестели под солнечными лучами, из-за чего были похожи на расплавленное золото. Это приковывало взгляд, и Курон несколько секунд смотрел на девушку, не в силах отвести глаза. Сама фелицийка, увидев мяч на земле рядом с иностранным гостем и виновато опустившего голову мальчика, сразу поняла, что произошло.  — Извините, пожалуйста. Это моя вина, я слишком сильно запустила. — Она сделала шаг ближе, прикрывая мальчика.  — Мне очень жаль, — добавил мальчик, которого назвали Филиппом.  — Всё в порядке, — успокоил их Курон. — Меня не сильно задело. Девушка облегчённо вздохнула. Филип повторил за ней. В эту секунду Курон понял, что немного позабыл, как идти к гостинице. Вроде бы он уже недалеко? Бакалейщик что-то говорил про сахарный столб, но их тут много!  — Вы не подскажите, как дойти до гостиницы мадемуазель Фрейи? — Ох уж эти фелицийские обращения! Почему они такие заковыристые, что не выговоришь?  — Вот она, за углом, — ответила девушка, указав рукой направление. — Ей как заведует наша с Филипом сестра.  — Вы сестра мадемуазель Фрейи? Она кивнула.  — Пойдёмте. Фрейя будет очень рада принять иностранца. Кстати, как Вас зовут?  — Курон, — ответил посол. — А Вы…  — Фэнни. — Девушка улыбнулась, обнажив ряд белоснежных зубов. Курон невольно отметил, что у неё красивая улыбка. Гостиница оказалась небольшим, но уютным заведением, которое пользовалось популярностью не только у приезжих, но и местных жителей. Несколько фелицийцев ели за круглыми деревянными столами, их обслуживала девушка возраста Курона, с русыми волосами чуть ниже плеч, собранными в хвост. Она сновала между столиками, стуча туфлями на небольшом каблуке по половицам и мелькая чистым белым фартуком.  — Фрейя! — окликнула её Фэнни. Фрейя остановилась — она выглядела запыхавшейся — и, кое-что сказав одному из посетителей, подошла к сестре и брату.  — Как же хорошо, что ты пришла, Ния! — с облегчением сказала она. — Я одна с ними не справлюсь. Курона заинтересовало, почему его проводницу назвали Нией, но решил узнать об этом потом.  — Надеюсь, на ещё одного посетителя тебя хватит? — спросила Фэнни, отходя в сторону, чтобы Фрейя разглядела Курона. При виде чужестранца хозяйка оживилась.  — Добро пожаловать в мою гостиницу! — воскликнула она, превратившись из уставшей официантки в энергичную хозяйку. — Меня зовут Фрейя.  — Курон, — пожал посол протянутую ему руку.  — Вы на сколько приехали? Есть особые пожелания относительно комнаты? — полетели вопросы от хозяйки. Курон был краток. Приехал на несколько дней. Пожеланий нет. Фрейя быстро записала его ответы в блокнот и дала указания младшим:  — Ния, подмени меня ненадолго. Филипп, поднимайся к себе в комнату. Прошу следовать за мной, — обратилась она уже к Курону. Филипп вприпрыжку поскакал по лестнице в свою комнату, а Фэнни повязала фартук, что достала из-за стойки. Фрейя провела Курона на второй этаж и открыла комнату №6. Посол увидел маленькую, но опрятную комнату в неярких жёлтых тонах, в которой стояли односпальная кровать с чистым постельным бельём, прикроватная тумбочка, платяной шкаф, пара стульев и стол. Комната освещалась лампочкой с абажуром в середине потолка.  — Как Вам? — поинтересовалась Фрейя.  — Неплохо, — ответил Курон и протянул хозяйке несколько монет. Она приняла оплату.  — Если что-то понадобиться, зовите, — дала знать Фрейя и ушла. Курон расположил свой немногочисленный багаж и вернулся на лестницу. Лучше не терять времени и сейчас же направиться во дворец. Он спустился вниз и увидел разговаривающих сестёр. Фрейя давала Фэнни наставления, и та кивала, запоминая их. Заметив Курона, младшая улыбнулась, а старшая удивилась:  — Вы уже уходите?  — Дела, — коротко ответил посол и покинул гостиницу.

***

Вернулся Курон поздно вечером, уставший и нервный. Среди придворных короля Феликса, наверно, только Франца можно считать вменяемым и понимающим. Остальные… Объяснять им что-то просто невозможно. Ох, а ему с ними ещё разговаривать и разговаривать… Курон покачал головой. Он зашёл в гостиницу и увидел пустой зал. Лишь за стойкой сидела Ния и занималась плетением.  — С возвращением! — Она встали, увидев Курона. — Вы поздно.  — Пришлось задержаться, — объяснил посол, присаживаясь с другой стороны стойки. Фэнни отложила плетение и скрылась за кухонной дверью. Через минуту она вернулась с тарелкой супа, из которой валил густой пар.  — Вы, должно быть, голодны, — произнесла она, ставя перед Куроном тарелку.  — Спасибо, — поблагодарил он, действительно проголодавшись. Фэнни села обратно на своё место и продолжила плести. Волосы золотой завесой спадали на её лицо, иногда загораживая руки, и девушка время от времени их убирала, легко касаясь пальцами. Изделие в её руках постепенно стало приобретать более-менее «товарный вид», и Курон, наблюдавший за её действиями, увидел бело-жёлто-оранжевый шнурок, который Фэнни повязала на запястье, критично рассмотрела, покачала головой и снова начала плести.  — Что это? — спросил Курон. —М? — Фэнни отвлеклась. — Ох, Вы про это? Браслет. Точнее, будет браслет. Его надо сделать подлиннее, иначе не получится надеть.  — Интересный узор.  — Спасибо! Я сама придумала. — Девушка зарделась от похвалы. Немного помолчав, посол поинтересовался:  — Извините, если это не моё дело, но почему товарищ Фрейя называет Вас Нией?  — Меня так все называют, — ответила Фэнни. — Я не возражаю, мне всё равно Ния нравится больше, чем Фэнни. А почему Вы назвали Фрейю товарищем?  — Так принято у меня на родине. Мы все называем друг друга товарищами. И ещё мне сложно выговаривать «мадемуазель».  — Да уж, «товарищ» точно легче звучит, — согласилась девушка. — Значит, Вы товарищ Курон, да? Посол кивнул.  — А Вам приходилось бывать в других странах… товарищ Курон? — Фэнни хихикнула. Она сейчас напоминала маленького ребёнка, услышавшего новое слово. Курон на это не отреагировал, ему как раз обращение «товарищ» было привычнее, чем фелицийское «мсье».  — Только в Зонтопии и Пиковой Империи, — ответил он.  — И как там? — Глаза за стёклами очков загорелись.  — Боюсь, из меня плохой рассказчик…  — А Вы попробуйте. Ну пожалуйста, товарищ Курон. — Фэнни сложила руки в умоляющем жесте. Посол сдался. Он пытался рассказать как можно красочнее, чтобы со стороны слушательницы не возникло вопросов, но у него выходило из рук вон плохо. Но Фэнни этого было более чем достаточно. Она слушала посла с восторженным лицом, не перебивая и не расстраиваясь из-за скупости информации. Курон как раз перешёл к зонтопийской религии, когда кукушка на стене звонко отбила одиннадцать часов.  — Уже так поздно? — Фэнни встала. Курон удивился, как он не уследил за временем.  — Вы идите, я уберу. — Девушка взяла суповую тарелку с ложкой, про которые забыли на время разговора. — Спокойной ночи, товарищ Курон.  — Спокойной ночи, то… — Посол осёкся и вопросительно посмотрел на Фэнни.  — Можете назвать меня товарищем, если Вам удобнее, — кивнула она.  — Спокойной ночи, товарищ Фэнни. — Курон поднялся к себе, напоследок бросив взгляд на золотистую головку, скрывшуюся за дверью кухни.

***

Следующим вечером они тоже разговаривали. И вечером, который был после. Это стало их, можно сказать, традицией за те дни, что Курон провёл в Фелиции. Фэнни всегда ждала посла с супом и интересной историей, а Курон рассказывал девушке о некоторых моментах своей работы и других странах. Это их сблизило, и ко дню отъезда Курона они пускай и остались на «Вы», но называли друг друга чисто по имени. Курон заметил, насколько легко ему было с Фэнни. С ней интересно разговаривать, она умна, умеет слушать. Послу была приятна её забота. Он не особо любил бывать в Фелиции, но ради одного такого человека был готов приезжать почаще. Провожать Курона отправилась одна Фэнни, она шла с ним до ворот. Уже у самых границ Фелиции Фэнни спросила:  — Вы приедете к нам снова, Курон?  — Обязательно, — ответил посол. К сожалению, в Фелицию Курон снова приехал ещё очень нескоро, но всё это время он вспоминал об интересной девушке с красивыми золотыми волосами.