Open wound – called life

Пустота. Это чувство переполняет, когда мы теряем того, кого любим больше жизни. Крышу сносит от того понимая, что этот человек может быть с другим. Он может чувствовать её запах, целовать её нежные губы, смотреть в глубокие родные карие глаза, он может прикоснуться к желанному телу, которое ранее трогал любимый. Юнги знаком с этой ситуацией. Каждый божий день вспоминает и представляет её. Он до сих пор чувствует её запах на своей любимой безразмерной кофте. Первое время проведённое без неё было по истине трудным. А ведь именно поэтому он и стал пить, и принимать наркотики. Когда он вдыхал очередную дозу, видел её. Девушка сидела у парня на коленях. Такая лёгкая и родная. Нереальная и потерянная. А он уткнувшись в её изгиб шеи тяжело дышал, пока она нежно гладила его по волосам. Всё тело покрывалось липким потом из-за жара. Кончики пальцев прошибало током, в животе зарождались бабочки, которые вскоре превратятся в прах. После девушка постепенно испарялась, шепча о том, как любит его, обещает о следующей встрече. В тот момент Юнги готов был убить любого и себя в том числе. Понимал, что так нельзя, но потребность в родном человеке полностью переходила все границы. Он нуждается в ней. Мин ненавидел себя из-за того, что так просто порвал с девушкой. Он сказал, что устал от неё и давно разлюбил. Говорил, что не хочет мучать себя и её. В итоге стало всё только хуже. Сейчас он соврёт, если скажет, что по-настоящему разлюбил её. Только вот остались ли у Хани ещё какие-нибудь чувства к Юнги? *Flashback* – Хани, я устал, – сильные порывы ветра задувают волосы на лицо, где они прилипают к мокрым от слёз щекам, – Пойми, мы не можем быть вместе, – Хани тянет руку к Юнги, хватает того за рукав кофты. Но он лишь убирает их и смотрит без тепла, без заботы. Добивает стеклянным взглядом. За ним скрываются большие чувства. – Почему? – До говорит спокойно, а после срывается на крик, – Почему? Ты обещал. Ты обещал быть рядом, не смотря ни на что. Ты обещал, не бросать меня. А что сейчас? Устал?! – она думает, что Мин шутит. Просто дурацкая неразумная шутка, но чувство холода, которое веет от некогда любимого парня заставляет отбросить мысли о розыгрыше. Будто возвращает в реальность, где Юнги предлагает расстаться. – Ты хоть любил меня? – шепчет одними губами Хани и пронзает взглядом. – Я не хочу мучать ни тебя, ни себя, – парень не реагирует на бурлящие эмоции и чувства девушки. Но внутри кошки скребут, а в мыслях одно "Так надо. Так будет лучше." – Прошу одумайся. Скажи, что это твоя тупая шутка! Скажи прошу... – Хани падает на колени и рыдает, захлёбывается в собственных слезах. Люди оборачиваются на парочку, перешёптываются и тыкают пальцам, но им всё равно. Сейчас всё не важно. – Извини, – он сконяет голову в извинение. О искренности и речи идти не может. Он слишком хорошо скрывает свои чувства. – Юн-и, – Хани закрывает руками лицо, склоняется к земле. Выглядит унизительно, но ничего с этим поделать не может. Нет сил, чтобы подняться. И желания, тоже, нет. – Так будет лучше.. – шепчет парень и девушка его прекрасно слышит. Она сможет прочитать по его губам. Хани смотрит на Юнги разочаровано, печально. Встречается с ним взглядом, но тот сразу же его отводит. Сам же не может больше терпеть этого. Хотелось подойти и обнять её. Прикоснуться к мягким губам, зарыться руками в густые волосы и шептать, что любит её и никогда не отпустит. Но этого не может произойти. Мин слишком плохой для невинной девушки. Он переезжает обратно в Россию, а когда вернётся не знает. Он не хочет заставлять До ждать. Он не хочет, чтобы она мучалась без него. Она не для него. Юнги разворачивает и уходит, его сердце разрывается на мелкие куски. Ещё бы чуть-чуть и он сорвался, подлетел бы к девушке и вымаливал прощения. Хани, сидя на асфальте, проводит его глазами до конца, пока тот не скроется вдали. Разве так будет лучше? *Flashback End* Юнги идёт по улице, раздражённо пинает мелкие камушки. Периодически оглядывается по сторонам и всматривается в небо, будто ища подсказки на будущее. Он останавливает у магазинчика и решает купить пиво. Ещё больше бесится из-за того, что его просят показать документы. Мин открывает банку 0,5 литра. Такое количество алкоголя не повредит. Он никуда не спешит. Медленно плетётся в сторону какого-то переулка, чтобы уединиться. Валится на ближайшую лавку и залпом выпивает спиртное. Сминает жестяную банку в одной руке, когда видит знакомого человека. – Давно не виделись, – Чимин садится рядом, держа руки в карманах. Он поворачивает лицо в сторону Юнги и подмечает, что вид у него больно замученный. Всматривается в запомнившиеся зрачки. – Надолго к нам? – спрашивает он и отворачивается. – Чимин, ты же не из-за интереса интересуешься, – вздыхает парень и закидывает смятую банку в бак. Он достаёт с глубокого кармана куртки новую пачку сигарет и вытаскивет одну. Мин поджигает её, зажимая меж губ. Вдыхает привычный едкий запах, который стал выходить через нос. Чимин лишь молча пожимает плечами. Мин Юнги и Пак Чимин – друзья не разлей вода. Если в школе получал один, значит получит и второй. Даже в независимости от того, что Пак был младше Мина на один год, они ладили. Чимин, который не испытывал практически ничего и Юнги, который являлся шатким на эмоции. Вывести первого было невозможно, а второго как пальцами щёлкнуть. Из-за этой особенность они и познакомились. Пак пошёл в первый класс, когда Мин был уже во втором. Он сразу же дал знать, что до него и дотронуться пальцем не посмели. А другой оценил это. В общем и повздорить в тот день они тоже успели, за что и полетели в кабинет директора, а потом в мед. пункт к Джехи. Казалось, кроме вражеских отношений, о другом и речь не могла идти. Дружба цвела. И Чимин, который ни с кем не водился обзавёлся другом. Он не сможет объяснить чувства, испытывавшие втечение дружбы. Его просто тянула к Юнги. Это единственное, что он понял. Только вот и это явление не длилось вечно. – Виделся с Хани? – давит на больное Чимин. Он знает, что Юнги не просто. Он видит это. Но нужно напомнить, что в прошлом сделал друг. – Я с ней порвал год назад, – Мин прищуривается и отводит взгляд на дом. Он знает Чимина как облупленного и сейчас Юнги не прочь хорошенько вмазать в его притягательное личико. Сдерживается. – После вашего расставания ей тяжело. Из-за тебя Хани достаточно получала от шлюх Чи Ён и от неё самой, – цокает парень и закидывает голову назад. Кадык выглядит эстетично, когда он проделывает такие движения. Он продолжил: – Джин в айдолы подался. Видел его? Взлетел всего-то за год. Чонгук совсем стал отмороженным, как и Тэхён. Видел бы ты как они махаются, – блондин делает паузу и вдыхает воздух. – Был я свидетелем их драки.. в общем повезло, что их разняли. А так бы прямиком в больничку, – Чимин усмехается и опять смотрит на Юнги, сидевшего с лёгкой ухмылкой, которая вскоре сменилась всё той же серьёзной гримасой. – Кстати о Чонгуке. Видел как он пару раз к твоей Хани свои яйца подкатывал. Я предлагал ей просто потрахаться, но она не в какую. Верной тебе осталась? – спрашивает, поднимая одну бровь вверх. Юнги подскакивает с лавки и хватает за грудки Чимина. Тот не сопротивляется, мякнет в руках друга, чем ещё больше бесит Мина. Он не помнит, когда стал испытать некую ненависть к некогда лучшему другу. Он не думал, что всё в конце концов закончится ненавистью и обидой друг к другу. Причина, по которой пришёл конец дружбы с каждым разом казался всё глупее. – Хочешь ударить? Ударь. Избить? Избей. Сделай то, что делаешь всегда, Юнги, – кулак парня разжимается и он отступает. Размягчает хватку и вовсе убирает руки от Пака. Он разворачивается и уходит, перед этим выпалив: – Давай больше не пересекаться, – Чимин не согласен. Чимин хочет, чтобы Юнги без оправданий ( что он ненавидит) искренне извинился. Он не хочется воспринимать последние его слова. Он не хочет воспринимать причину их затянувшейся ссоры. Из-за девушки? Для Чимина это несуразно, смешно и противно. А для Юнги это может быть принятым и больным. Они не могут ничего поделать с собой. Гордость перелополняет. Ни один из них не подойдёт и прямо не предложит о мире. Нет. Повлияв и буквально заставив блондина почувствовать неиспытанные эмоции и чувства, Юнги ушёл из его жизни также быстро, как и пришёл. И заодно забрал с собой всё то, что подарил.