Не в голове?

      Ночь. В старом советском дворе всё притихло. Лишь одинокий огонёк маячит в каком-то окне, и тянется тонкая струйка полупрозрачного дыма. На четвёртом этаже, усевшись на подоконник и свесив ноги вниз, на улицу, сидит семнадцатилетний паренёк и курит. Его взгляд прикован к чему-то, что он даже не видит из-за сгустившейся темноты. Пустые печальные глаза смотрят в чёрное небо, где подросток пытается разглядеть что-то интересное и красивое, что-то, ради чего стоит жить. – Антон! – слышится откуда-то издалека, словно из другой вселенной, отвлекая парня от его размышлений. – Да? – отстранённо произносит он, не торопясь отводить взгляд от столь завораживающей картины.       В ответ не звучит ничего, кроме тишины, которую Антон не хочет прерывать повторным вопросом.       Вдруг дверь комнаты беззвучно приоткрывается, и за спиной школьника показывается фигура его матери. Парень не обращает на это никакого внимания, продолжая наблюдать за красотой ночного неба, в котором начинает видеть замысловатые фигуры, плывущие одна за другой и манящие своим великолепием. – Есть будешь? – поинтересовалась женщина, легко, но уверенно касаясь спины сына.       Антон выдохнул очередную порцию дыма и наконец очнулся. – Нет, я в школе ел, – непринужденно протянул парень, всё ещё стараясь не спугнуть тишину, так приятно, до мурашек обволакивающую всё вокруг.       Мама спокойно кивнула, понимая, что развёрнутых ответов точно не дождётся, наклонилась и, обхватив ладонями виски сына, притянула его ближе к себе и нежно чмокнула в лоб, после чего будто испарилась.       Антон теперь думал только об одном. Он опять соврал, соврал любимому человеку. Соврал гнусно, сделал хуже не только матери, но и себе самому. Парень почти ничего не ел уже около трёх дней, но продолжал отмазываться, не признавая этого, дабы мама не беспокоилась. Как же ему хотелось прямо сейчас ворваться к ней на кухню, крепко обнять и рассказать правду, но вспомнив о еде, Антон поморщился - не то, что аппетита нет, школьника просто воротит от одного упоминания какой-либо пищи.       От мыслей парня отвлекает внезапно появившийся на улице силуэт. Кто-то уверенным шагом направляется к его дому, даже не глядя по сторонам. Подойдя почти вплотную к бетонной стене, силуэт остановился, задрал голову наверх и посмотрел на Антона. Юноше стало не по себе. Хоть лица человека и не было видно, парень чувствовал, что тот смотрит ему прямо в душу. По телу пробежали неприятные мурашки. Школьник подогнул ноги под себя, словно думал, что незнакомец вдруг подпрыгнет, достанет до четвёртого этажа и утащит его куда-то во тьму... Но этого не случилось. Вместо каких-либо странных действий, которые Антон ожидал увидеть, он услышал голос. – Эй, парень. Сигаретой не поделишься?       Юноша оторопел. – Огонёк издалека видно, темно ведь, а это единственный свет, – словно прочитав мысли школьника с вопросом о том, как же этот человек сюда попал, ответил силуэт.       Антон мог запросто скинуть пачку из окна, ему не жалко, но вместо этого, что-то потянуло его на улицу. Захотелось отдать сигареты лично, из рук в руки.       Подросток быстро сбежал вниз по лестнице, предварительно всё-таки удосужив мать ответом "Я скоро". Приоткрыв тяжёлую дверь парадной, он сразу заметил знакомую тёмную фигуру под окном.       Спустя несколько минут они уже стояли и мило беседовали. Оказалось, что незнакомец вовсе не страшный, а очень даже опрятно одетый мужчина двадцати пяти лет по имени Арсений. Надо сказать, Антон сразу почувствовал себя в безопасности рядом с пусть и незнакомым, но безумно тёплым и душевным человеком. Они болтали уже больше получаса, как вдруг Арсений предложил пойти прогуляться по ночному городу. Как ни странно, Антон мгновенно согласился, сам не зная, почему ему так приятно находиться в компании человека, которого совсем недавно считал монстром и серийным убийцей. – Таак... И куда же мы пойдём? – задумчиво поинтересовался подросток.       Вместо ответа Арсений молча взял его за руку и слегка потянул за собой. По телу Антона рванула армия мурашек. В этот момент парень думал, что вряд ли кто-то на Земле вообще когда-нибудь испытывал подобные чувства. Чувства доверия и привязанности к человеку, которого он впервые увидел от силы минут сорок назад, но казалось, что они были знакомы с самого рождения, что Арсений всю жизнь сопровождал Антона, был для него как бы вторым отцом.       А тем временем мужчина всё вёл школьника за руку куда-то в темноту, но подростку уже не было страшно.

***

– Арс... – тихо прошептал Антон, глядя в небо. Разгорячённые коньяком, купленным в ближайшем ларьке, они уже перешли "на ты", и парень без всякого зазрения совести называл нового знакомого Арсом, как брата. – Да, Тош? – Мне холодно, – по-детски пожаловался юноша, поджимая губы, скрещивая руки на груди и недовольно ворочаясь на мокрой от утренней росы траве посреди парка.       Арсений, всё так же молча, закинул руку на Антона и притянул его к себе. Школьник тут же зарылся лицом в складки потрёпанного худи на груди мужчины. Ему было так удобно лежать здесь, в объятиях нового друга в парке рано утром, что не хотелось отпускать такого тёплого, молчаливого и пахнущего дорогим шампунем Арса...