Там, где ночует солнце

Его границы не уважали. Мама входит без стука, своим появлением уничтожает приятный сон — настоящую редкость для сознания Минхо. Мама проверяет рюкзак сына, сверяет учебники с расписанием и смотрит последние записи в тетрадях. После того раза, когда Минхо прогулял уроки, материнский контроль приобрёл очень жёсткую форму. — Вчерашнее число, — бубнит мама и берёт в руки новую тетрадку, — на математику ходил, — она замечает, что сын ворочается на кровати, и решает разбудить, — Минхо, пора вставать. Единственный выходной. — Оденься поприличнее, хорошо? Не забудь причесаться. Ей на глаза попадается корзина с грязным бельём, в ней валяется несколько футболок и джинсы, карманы которых тотчас проверяют.

Вдруг он что-то прячет от меня? Записки, сигареты, деньги…

— Выезжаем в семь утра. Перечить матери — табу. Минхо старается лишний раз не расстраивать её, тщательно скрывает теневые стороны «себя» и делает всё, что она требует. Вчера у них был разговор, в ходе которого было принято решение, что Минхо будет ходить на консультации к психологу. Событие, случившееся в их семье, деструктивно повлияло на психику мамы, отца и сына. Отец держится, мама тоже, но по-своему, Минхо снятся кошмары, преследует апатия. Классный руководитель сообщает госпоже Ли о том, что её сын уже неделю не ходит на занятия. Где он скитается всё это время — неизвестно. Минхо не выдаёт своего местоположения даже тогда, когда мама подключает отца. Тот кричит, грозится отнять телефон и ноутбук, но сын не обращает на это внимание. Классный руководитель также сообщает госпоже Ли о том, что у Минхо проблемы со сверстниками. Из-за своей неуверенности, прыщавого лица и неопрятного вида одноклассники вешают на него ярлык изгоя. Минхо прячет сигареты, надевает наушники, чтобы не слышать, как за стеной скандалят родители, плачет ночами, а наутро просыпается с опухшим лицом и желанием долго не задерживаться в этом мире. Мама рассказывает о нестабильном состоянии сына соседке, та советует практикующего психолога, в котором, по её мнению, Минхо очень нуждается. — Сынмин сказал, что Минхо не оправился, — её сын Ким Сынмин учится в одном классе с Минхо, — посетите с ним психолога, — госпожа Ким заботливо дотрагивается до плеча соседки, — неподалёку от центра открылась контора, где начинает работать молодой специалист. Я узнавала цену, он берёт за консультацию не так дорого, имеет хорошие отзывы и клиентскую базу. Минхо с трудом поднимается с кровати. Каждое утро я открываю глаза только из-за мамы. Он не говорит ей настоящую причину прогулов. Сынмин тоже держит эту информацию в тайне. Мама просит одеться прилично. Госпожа Ли стыдит его за необычный внешний вид, желание покрасить волосы в другой цвет, за недоступные для её понимания принты на футболках и за рваные джинсы. Она боится осуждения окружающих, а Минхо – чувство собственной никчёмности.

***

— Мы будем в очень неудобном положении, если тебе что-то диагностируют. На носу выпускные экзамены. Госпожа Ли припарковывает машину. Минхо старается соответствовать родительским представлениям о «нормальности», подавляет агрессию и скрывает настоящего себя ради психологического здоровья мамы. Если психолог его «раскусит», попытается изменить восприятие жизни, то поток новых мыслей просто уничтожит Минхо. Дождь усиливается. Мама и сын быстро забегают в здание. — Ищи табличку с фамилией и именем «Хан Джисон», — говорит госпожа Ли, озираясь по сторонам. Хан Джисон был одним из тех, кто работал по выходным. Он совсем недавно переехал в Сеул. Столица требовала определённые затраты, поэтому молодой специалист решил работать сверхурочно. Минхо закатывает глаза и начинает делать вид, будто поиск нужного кабинета – смысл всей его жизни. — Госпожа Ли? — доносится где-то позади. — Пройдите с сыном в конец коридора, справа находится мой кабинет. Перед ними предстаёт молодой парень, промокший до нитки. Куртка с драконом, чёрные волосы-сосульки и такого же цвета лаковое покрытие на безымянном пальце левой руки тут же бросаются в глаза госпоже Ли. Пирсинг брови отталкивает. Если бы не оплаченная консультация, мама с сыном давно бы покинули здание. Внешний вид Хан Джисона не внушает доверия. — Лови. Он кидает Минхо ключ, тот неуклюже ловит. — Мне нужно отметиться в журнале, не ждите в холодном коридоре, открывайте кабинет и располагайтесь. Госпожа Ли задыхается от возмущения. Они проходят в кабинет, и через несколько минут появляется сам Хан Джисон. — Извините, — звучит не слишком виновато, — я плохо ориентируюсь в новом городе. Джисон убирает в шкаф дурацкую куртку с драконом, теперь на нём клетчатый пиджак и белая футболка, занимает рабочее место. — Ещё раз напомню, если вам не понравится консультация, вы вправе вернуть деньги обратно. Опыт работы у меня небольшой, всего полтора года. Клиенты не жалуются, наоборот, звонят и просят вернуться обратно в Инчхон, — он громко смеётся, вызывая у Минхо прилив пассивной агрессии. — Нас всё устраивает, — госпожа Ли неестественно улыбается в ответ. — Тогда можем приступать. Зовут меня Хан Джисон, — он выдерживает паузу, когда взгляд падает на безучастного клиента, — а ты Минхо, верно? Тот кивает. — Знаете, моего сына мучают кошмары, у него проблемы с учёбой и трудности в общении со сверстниками. Джисон всё это время наблюдает за Минхо и не обращает внимания на посторонние речи. Работать он будет с подростком, а не с его матерью, говорить здесь будет Минхо, поэтому в джисоновой голове рождается план, как деликатно спровадить женщину. Минхо пытается скрыть злость за хрустом пальцев и угрюмым лицом. — Госпожа Ли, — мягко обращается он, — сеанс будет длиться полтора часа, вам есть где переждать это время? — Джисон улыбается, а мама выглядит растерянно. Она была уверена, что будет рядом с сыном, но вопрос молодого психолога застал её врасплох. — Вероятно, у вас есть какие-то дела? Полтора часа — отличная возможность выполнить их! — он поднимается со стула и направляется к госпоже Ли, протягивает руку, чтобы помочь встать и ведёт к выходу, гипнотизируя своей болтовнёй, — ваш сын позвонит вам, когда мы закончим, — Джисон подаёт озадаченной женщине пальто. Действия его быстры и ловки. — Вчера вы упоминали о гипермаркете, скорее всего, вам нужно было за продуктами. Удачи, госпожа Ли. — Д-да… — неуверенно кивает та. Первостепенная задача психолога: создать благоприятные условия клиенту, чтобы построить диалог. Джисон усаживается обратно и обращается к удивлённому Минхо: — Не переживай, вынужденная мера, — говорит он, откидываясь на спинку стула, — кстати, красивая кофта, — комплимент звучит искренне, но Минхо это не впечатляет. Он становится хмурым и вместо приветствия выдаёт: — Продам её на аукционе каким-нибудь ценителям красоты. — Почему бы нет? — Джисон не поддаётся подростковому сарказму, указывает пальцем на вязаную кофту и прищуривается, — истинная красота сейчас такая редкость. — Одежду будем обсуждать? — Знаешь, Минхо, — Джисон придвигает стул ближе к столу и кладёт руки полочкой, — мы можем болтать о чём угодно, но у нас у обоих есть цель, не забывай. — Младший не выглядит заинтересованно. Он вообще хочет отпроситься в туалет и вернуться к концу сеанса. — Минхо, я не настаиваю на лечебной беседе. Психолог вообще не должен вторгаться в чужую душу без разрешения. Если ты не настроен на консультацию, то давай посидим в тишине, я верну деньги за сеанс, а ты заберёшь непроработанные проблемы во взрослую жизнь. — По словам моей мамы, у меня самый настоящий сдвиг по фазе. Джисон внимательно слушает, Минхо едва сдерживается, дабы не сорваться на крик. — Сколько же ты молчал, — мысли вслух, Джисон сочувствующе смотрит на Минхо. Тяжёлый случай, работа предстоит масштабная. — Минхо, сейчас от тебя требуется лишь одно — принять психологическую помощь. Выбор за тобой. — Я в порядке, — противится он, — верните деньги за консультацию, и мы разойдёмся с миром. Я — в свой мрачный, вы — с розовыми лошадками. — Эй! Я настолько ванильное пятно в твоих глазах? — шутливо возмущается Джисон. Минхо фыркает. Отлично, реакция есть. Будем работать дальше. Госпожа Ли упоминала, что у Минхо трудности в общении. Профессия не позволяет быть навязчивым, но случай Минхо требует психологического вмешательства. Эмоциональное неблагополучие может привести к краху психики. — Минхо, — голос Джисона становится серьёзным, — я хочу тебе помочь. Всё, что будет происходить в этом кабинете — конфиденциально. Поговори со мной. — Это не обязательно, — мотает головой Минхо, — вы всё равно мне не поможете, только зря потратите время. Приступ тревоги. Дилемма. Хочется выговориться и в то же время набрать в рот воды. У Минхо большие проблемы с доверием. Джисон хрустит шеей и после недолгой паузы выдаёт: — Хорошо! Давай тогда фильм посмотрим, пока твоя мама в пути? — он включает ноутбук и начинает перечислять список фильмов. — Мстители? Чёрная Пантера? Выбирай, Минхо… — Вы точно психолог? — на лице подростка появляется отвращение, ему кажется, что над ним тупо издеваются. — Или так... мимо проходили? — Хм… — задумчиво тянет Джисон, — моё «проходил мимо» равносильно твоему «нет проблем». Неправда, противоречащая здравому смыслу. Согласись, Минхо, это ведь полный абсурд — человек без проблем. Я на верном пути, осталось дожать немного. — Вы со мной не справитесь. — Бросаю тебе вызов. Заключим пари? Я верну тебе душевный комфорт, и ты выйдешь из этого кабинета другим человеком. — А если вы проиграете? — Минхо выглядит заинтересованным. — Выполню любое твоё желание. На самом деле, Минхо испытывает бессознательное влечение к Джисону. Такой тип людей заряжает пассивно-агрессивных энергией и заставляет терпеть этот мир. — Соглашайся, — дразнит Джисон, — заманчивое предложение. — Вы странный, — произносит Минхо, — моя мама мыслит стереотипно, и, по её мнению, психолог не должен иметь такой внешний вид. Пирсинг, лак, куртка броская. Вероятно, она подыщет мне другого специалиста, — он отводит взгляд, — сделайте так, чтобы этого не произошло. Это «да»? Я могу приступить к лечению? Джисон широко улыбается и начинает бродить по кабинету, поддерживая диалог. — Для меня важно, чтобы ты видел над моей головой огромную надпись: «ЕМУ МОЖНО ДОВЕРЯТЬ». Лак у меня только на одном ногте, это благотворительная акция в поддержку детей из приюта. Пирсинг — моя личная прихоть. Я действительно не разбираюсь в моде, одежду выбираю по зову сердца. Минхо слушает внимательно. Голос психолога приятный, с эффектом успокоительного. — Увлекательно, — Минхо натянуто улыбается и показывает «класс». Джисон щурится, застывает на месте и показывает на свою шею. — Это ведь неудобно. — Что? — недоумевает Минхо. Джисон подходит к подростку и торопливо расстёгивает верхнюю пуговицу. Минхо задерживает дыхание, ибо терпеть не может, когда его кто-то касается. — Так-то лучше, — успокаивается Джисон, затем придвигает стул и садится напротив, — если надеваешь рубашку, то не застёгивай верхнюю пуговицу, ты шею натрёшь. Минхо неуверенно кивает. — Неприятно? — интересуется Джисон. Младший не замечает, как психолог копирует его позу. — Смотря что. — Когда я нарушил твои личные границы. Судя по маме, твои границы постоянно нарушают. Проблема номер один, Минхо. Выход: отстаивать свои границы. Никто не должен трогать тебя без разрешения, никто не должен вторгаться в твою комнату без стука и брать личные вещи. — Маме так спокойней. — Проблема номер два: никакого упоминания о матери. Она у тебя замечательная, но мы оба должны быть зациклены на тебе, а не на ней. — Минхо сжимает кулаки. — С пассивной агрессией тоже поборемся. Проблема номер три. Время летит медленно. Минхо испытывает дискомфорт от напора психолога. — Уроки начал прогуливать из-за какого-то конкретного человека? Учитель там, одноклассник, одноклассница? Кто-то из них вызвал у тебя неприятное чувство, которое ты больше не хочешь испытывать. Я правильно предполагаю? Зачастую, дети не хотят идти на урок из-за учителя, который может высмеивать при всём классе, или одноклассника, который проявляет токсичность по отношению к тебе. — Не важно. — Ага, — соглашается Джисон, — оставим это непроработанным, забьём на учёбу, завалим экзамены, чем там ещё тебя припугнуть? — Я не горю желанием получить хорошее образование, не боюсь экзаменов. Мне безразлично, понимаете? — Минхо начинает злиться. — Понимаю, но и ты пойми. Моя цель — не твой высший балл за экзамены. Мы должны уничтожить твой внутренний дискомфорт и боязнь появляться в школе. — Не хочу об этом говорить, простите. Джисон кивает. — Как давно тебя буллят? — мягко интересуется он. Передо мной потерянный ребёнок. На самом деле, его проблемы — моё рабочее клише. Минхо не уверен в себе, лишён эмоциональной поддержки родителей. У него нет базовой установки в том, что он «нужный» и «интересный». Я должен поработать и с его матерью, ведь она — источник нарушенного психологического состояния сына. Минхо пожимает плечами. — Всегда буллили, но после того, как я сделал кое-что противоестественное, меня стали гнобить вдвойне. Вы заметили, у меня прыщавое лицо, — он хлопает себя по щекам, — мои сверстники имеют гладкую кожу и отвратительное чувство юмора. А ещё я хилый. Надеюсь, больше не услышу от вас глупых вопросов. Буллят меня за внешний вид, отличный от других, и нелюдимость. — А ты им веришь. Джисон ведёт юного клиента к зеркалу. — У тебя потрясающие пропорции, приглядись. Прыщи и недовес исправимы. А тем ублюдкам стоит организовать совместный поход к офтальмологу. С губ Минхо слетает тихий смешок. — Ты пока не готов мне открыться, но это поправимо. Не всё сразу. Захочешь поболтать, — он протягивает Минхо визитку, — я буду доступен двадцать четыре на семь. Минхо принимает её и убирает в карман. Сеанс подходит к концу. — Не уподобляйся другим, не верь в своё «уродство». Ты очень красивый, Минхо. Просто вдолби это в голову, и увидишь, как изменится твоё восприятие по отношению к самому себе. Вроде он не врёт, но всё равно как-то не сразу верится. Внешние позитивные изменения обязательно повлекут за собой изменения внутренние. Джисон верит в это. Минхо набирает маму, и та отвечает, что приедет с минуты на минуту. — Вы сможете выполнить одну просьбу? — Да, за исключением побриться на лысо. Серьёзно! У меня такой кривой череп. Младший еле заметно улыбается. — Пусть эта кофта побудет у вас. Можете избавиться от неё, если будет мозолить глаза. Маме я скажу, что забыл её в вашем кабинете. Не хочу её носить, жутко колется. — Кхм, кхм, кхм, — кашляет Джисон и закидывает руку на шею Минхо, — у кого-то из нас проблемы с чувством стиля? Мне нравится эта кофта! — он выхватывает её и прячет в шкаф. — Придёт время, и ты заберёшь её, а пока пусть будет здесь. Джисон весёлый. Находясь рядом с ним, Минхо и впрямь забывает о своих проблемах.

***

Перед сном Минхо изучает джисонову визитку. У него столько фотографий! Джисон на них такой разный, одетый нелепо, татуированный. Действительно, у психолога имеется несколько наколок на руках, и Минхо это привлекает. — Мам, я пойду мусор вынесу. — Минхо, поздно уже. Пусть стоит до утра. — Сынмин тоже пойдёт выносить, я быстро. Сынмин задротит в Counter-Strike. Минхо обманывает мать, чтобы выйти покурить. Целый день без затяжки. Курить он стал из-за Феликса — старшего брата. В директ приходит сообщение: «Пососи, изголодался». Следом — фотография члена. Минхо бросает в рот две подушечки жвачки, чтобы избавиться от запаха табака. Телефон вибрирует. Сынмин. — Как ты? — Как обычно. — Хёнджин пьян, вот и отправляет всякую чушь, не принимай близко к сердцу. — Мне плевать. — Так стоп! — Сынмин, откуда ты узнал? — Ты разве не заходил в школьный чат? Не заходи! Не слушай его голосовые. Он взялся за старое. Хван Хёнджин — причина прогулов Минхо. — Мне плевать…