Даже слухи иногда бывают полезны

Дилюк старательно не смотрел в сторону шумного стола рыцарей. Особенно в сторону определённого рыцаря. Пришли они уже довольно давно, и скоро настанет время, когда эту весёлую компанию придётся за шкирки выпроваживать из таверны. — Хэй, мастер Дилюк, что это у вас такая кислая мина? — игривый шёпот раздался чуть ли не возле самого уха. Дилюк отшатнулся и повернул голову в сторону нахала, сразу сталкиваясь взглядом с Кэйей. Решив ничего не отвечать, Рагнвиндр вернулся к протиранию бокалов. — Неужели ваше скучное занятие важнее меня? — надул губы капитан. — Сэр Кэйя, прошу вас прекратить, — ровно произнёс хозяин. Тот вздохнул и опёрся щекой о руку, стоящую на локте на стойке. Какое-то время он просто пялился на него. Когда это стало откровенно раздражать, и Дилюк хотел прогнать его вон, он неожиданно выдал: — Ты сегодня такой красивый, Люк. — Ты что несёшь! — прошипел на него Рагнвиндр, косясь в сторону остальных посетителей. — Ерунду всякую… — Оно и видно, — фыркнул Дилюк. — Иди-ка ты отсюда. — Проводишь? — с надеждой спросил Кэйя, строя милую моську. — Я работаю, — отрезал мастер. — Ладно… Тогда до встречи, — явно расстроенно пробормотал Альберих и направился к выходу, даже не попрощавшись с собутыльниками. Только за ним захлопнулась дверь, внутри Дилюка что-то царапнуло. Месяц назад он узнал от Венти о чувствах капитана и день ото дня находил им подтверждение. Сначала он яростно отрицал подобное, бард был пьян (пьян, да!) и нёс всякий бред, а потом вернулся Кэйя и все сомнения постепенно улетучились. Его флирт теперь выливался на него с конкретной целью, недвусмысленные взгляды и осторожные редкие прикосновения очевидно намекали. Всё это было абсолютно понятно. Только вот, что делать с этим, Дилюк не знал. Что чувствует он сам? Братскую привязанность, дружескую симпатию или… (Аделинда почему-то хихикала, если он заводил разговор на эту тему.) Рагнвиндр тряхнул головой, растрепав и так не слишком опрятный хвост. С анализом собственных чувств и эмоций у него было плоховато. Но, довольно долгое время, он пытался разобраться в мешанине в мыслях и разложить всё по полочкам. Прокручивая в голове свои взаимодействия с Кэйей, в тихую наблюдая за ним, даже подслушивая негаснущие слухи — он пришёл к определённому выводу. Он нихрена не понимает.

***

— Ох, вы видели? — И не говори, поругались что ли? — Капитан такой расстроенный ушёл… — Жалко-то как. Глаз Дилюка дёргался уже где-то с минуту. Чёртов Кэйя! Вот и надо было ему!.. Вспомнив о Альберихе, мастер раздражённо простонал про себя. Почему всё, связанное с ним, такое непонятное, запутанное и нелогичное? Даже собственные, вроде бы, чувства кажутся чуждыми и очень злят. Чего ему хочется? Чего хочется его сердцу? Это слишком сложно, даже практически невозможно, осознать, а главное — принять, бурлящее внутри нечто. Было бы лучше оставить все по-старому, не пришлось бы волноваться и разрываться на части от происходящего. Кэйя тоже не помогал, набрался смелости в своём Ли Юэ и теперь не упускает возможности сблизиться. (Получается очень неплохо, но Дилюк этого не признаёт.) Что ему делать? Пустить его дальше кого бы то ни было? С чего вдруг? «Глупый вопрос», прозвучало в подкорке сознания голосом Аделинды. Глупый…да? Ладно, пора признаться хотя бы самому себе: Да, очень похоже на то, что он, действительно, возможно, скорее всего, влюбился в Кэйю. (Аделинда обрадуется, когда он ей это расскажет.)

***

Прошло несколько дней с принятия для самого себя. Дождь застал его на полпути к винокурне. С самого утра тучи нависли над Мондштадтом, холодный ветер заставлял жителей прятаться по домам. К вечеру всё стало совсем мрачно, но Дилюк надеялся успеть вернуться из города до ливня. Не успел. Благо по пути попалась полуразрушенная, но с целой крышей торговая лавочка. Вся покосившаяся и с дырявыми стенами она послужила хоть какой-то защитой. Вдалеке громыхнуло, ветер завыл с новой силой. Видимо, застрял он тут надолго. Внезапно по дороге заслышались торопливые шаги. За стеной дождя Дилюк с удивлением признал Кэйю, полностью промокшего и от этого казавшегося болезненно худым и бледным. Увидев, что не один, Альберих на мгновение остановился, а после расплылся в улыбке и поскорее заскочил под навес. — Какая встреча! — пытаясь стряхнуть с себя излишки воды, на распев произнёс он. Дилюк не ответил, лишь продолжил наблюдать за его руками, которыми тот старательно отжимал волосы. Молчание затянулось и грозилось стать неловким. — Ты похож на растрёпанную птицу. Блять. Молодец, Дилюк, это был лучший комплимент в твоей жизни. Кэйя недоумённо вылупился на него, застыв в неудобной позе, затем его лицо прояснилось, и он откровенно заржал. — Спасибо, — сквозь смех выдавил он. Ещё некоторое время он ухахатывался, схватившись за живот от перенапряжения, а потом неожиданно хитро блеснул глазом и сделал стремительный выпад в сторону Рагнвиндра. Тот и моргнуть не успел, как чужие руки оказались у него на голове, старательно трепля их в разные стороны. От удивления он даже не сразу стал сопротивляться, что позволило Кэйе завершить начатое. — Ну вот, теперь здесь две растрёпанные птицы! — снова засмеялся капитан, а руки далеко не убрал, оставил на его плечах. — Да ты!.. — вскинулся было Дилюк, как замер, увидев такую прекрасную и такую редкую искреннюю улыбку на лице Кэйи. Тот, открыв прикрытый ранее в приступе смеха глаз, тоже не двигался и не отводил взгляда. — Я… — Люк… Начали они одновременно и смущённо замолчали. Капитан отстранился и убрал руки. В повисшей тишине ветер выл сквозь щели и громко стучали по доскам капли. В голове мастера почему-то всплыло разозлённое лицо Аделинды. Решив, что надо бы действовать, раз выдалась такая возможность, Дилюк, не глядя, поймал ладонь Кэйи своей и некрепко сжал. Тот вздрогнул, но руку не вырвал, даже словно придвинулся ближе. — Я… — А может не будем этого говорить? — внезапно прервал он. — Что? — Ну…этого, — неопределённо махнул свободной рукой Альберих. — Мы не умеем говорить о… чувствах. Может… Сразу? — Можно и сразу, — помолчав, ответил Дилюк. Затем резко дёрнул за руку, притянул к себе, обняв за талию, и поцеловал. Из головы вылетели все мысли, остались только ощущения прохладных губ и горячих даже сквозь перчатки ладоней. Зарывшись во влажные рыжие пряди пятернёй, Кэйя ответил и углубил поцелуй, проникая языком и чуть прикусывая за нижнюю губу. Дыхание смешалось, по коже пробежали мурашки и волны удовольствия. Отстранившись, капитан снова захихикал, прижался вплотную и прошептал: — Мастер, а вы и вправду настоящий мастер во всём. Дилюк наконец нашёл превосходный способ затыкания.

***

— Я хотел спросить… — Да? — повернул голову в его сторону Кэйя. — В то время, когда ты…после моего ухода, — Дилюк прервался. — Кто помог тебе? — О! — Альберих засмеялся. — Его зовут Дайнслейф, он тоже из Кхаэнри’ах. Вообще он так называемый Хранитель ветви, прошу, не спрашивай, что это значит. Но в нашей стране он также исполнял роль учителя для детишек. После твоего ухода, когда я подумывал…о всяких глупых вещах, он пришёл и наподдавал мне хорошеньких подзатыльников. Кэйя придвинулся ближе к Дилюку и положил голову ему на плечо. Тот в ответ переплёл их пальцы и мягко улыбнулся. — Я благодарен ему за это, — Рагнвиндр скосил глаза на синюю макушку. — Может, как-нибудь смогу вас познакомить, — Кэйя поднял голову. — Он хороший человек, пусть и своеобразный. А ещё жутко занудный, на его уроках я часто засыпал, за что мне потом влетало. Особенно ни за что на свете не начинай говорить с ним о флоре. Он закончит свои разгагольствования только когда в могилу уже ляжет третье поколение после тебя. — Я это запомню, — мастер наклонился ниже и тихонько поцеловал Кэйю в уголок губ. Им предстояло ещё много с чем разобраться, не раз Аделинда всыпет им за разбитую посуду, Аякс подставит дружеское плечо или кулак, а Венти притащит успокоительную бутылку «Полуденной смерти», но они хотят пробовать, хотят пройти через это и хотят быть вместе. Слухи, наконец, нашли своё подтверждение, порадовались, кто-то забрал заслуженную на ставках мору, кто-то лечил разбитое сердце, а кто-то тихо хихикал в сторонке. А началось всё с Эмбер, которая просто оказалась не очень внимательна и обычный наклон головы с определённого ракурса приняла за поцелуй. Но, порой, и слухи бывают полезны.