Путь гордого малинового кустика в северной широте.

- Эм, добрый вечер, господин Мобэй-цзюнь. А что я делаю в ваших снах? - Осторожно уточнил Шэнь Цинцю, глядя на ледяного демона. Тот, как и лорд Шэнь, был одет в ночные одежды, то есть был совершенно гол и даже не прикрывался. За ним стоял и пытался спрятаться Шан Цинхуа, на котором из одежды была разве что серебристая лента на шее. Можно даже не гадать, почему в Царстве Снов они в таком виде. Вопрос в другом: что они вообще здесь забыли? [Вас приветствует Система. Идёт подготовка к запуску первого этапа миссии "Карты на стол". Цель миссии - довести уровень взаимного доверия пользователей с 34% до 80% и выше.] - Можно отказаться? - Без особой надежды уточнил Шэнь Цинцю. [Поздно, первый этап запущен. Пожелать пользователям удачи?] - Лучше скажи, что здесь делает Мобэй-цзюнь! - Повышение взаимного доверия? Что ж, придётся сказать и тебе. Я, как и ты, не родился в этом мире. Когда-то давно я был человеком, - признался Мобэй-цзюнь... Кем бы он ни был на самом деле. Сказать, что Шэнь Цинцю офигел, всё равно, что промолчать. Всё встало на места: и знание людской психологии, и удивительные познания в деле па-па-па, и необычные для канонного Мобэй-цзюня предпочтения в одежде и причёсках. Шэнь Юань мог поручиться, что и Ло Бинхе Мобэй-цзюнь столкнул неспроста. Неужели он решил помочь им с Шан Цинхуа, но не захотел или побоялся себя выдать? Если так, то за такую заботу можно простить даже крайне постыдный инцидент с тремя свидетелями (тем более, что уже который день Шэнь Цинцю сам, добровольно и с постыдным энтузиазмом вставляет в себя шарики и считает дни до свадьбы с Ло Бинхе), всего-то раз было. - Эм, а вы... - Я не из Китая. Ваши ники знаю, мне сказал Цинхуа. Имя не скажу, зовите Малиновым Кустом. - А что, его писанину даже переводят? - Усмехнулся Шэнь Цинцю, любуясь возмущением на лице братца Самолёта. Мобэй-цзюнь промолчал, а вот Шан Цинхуа молчать не стал и высказал Шэнь Цинцю всё, что о нём думает. Между тем пустота, в которой они висели, поплыла, наполняясь формами, и совсем скоро они оказались в маленькой, захламлённой, подозрительно знакомой квартире. За столом сидел Шэнь Цинцю и, как стало понятно, строчил разгромную рецензию на "Путь гордого бессмертного демона". Точнее, это был Шэнь Юань - коротко стриженый очкарик заурядной наружности. - А-а-а, так вот, как ты выглядел! - Коварно потирал руки Шан Цинхуа. - Можно подумать, ты сам был писаным красавцем, - напряжённо пробормотал Шэнь Юань, прекрасно знающий, что сейчас будет. Он дописал рецензию и выложил её. Затем, подумав, дописал роковое "Тупой автор, тупая новелла" и потянулся за пирожком. "Господи, ну чего мне тогда стоило выйти с сайта и только потом начать есть?!" - Страдальчески думал Шэнь Цинцю, наблюдая последние минуты своей жизни. Смех Шан Цинхуа резко оборвался, стоило Шэнь Юаню начать кашлять и хрипеть, держась за горло. Не в силах смотреть на свою же смерть, Шэнь Юань отвернулся. На плечо ему легла даже во сне холодная когтистая рука. - Сочувствую, - проговорил Мобэй-цзюнь. - Система любит бить ниже пояса, тебе и правда не стоит это видеть. - Братан, блин, мне тебя жалко. Сам-то я даже не заметил, как умер, а ты... - Помолчи, - не то попросил, не то приказал Мобэй-цзюнь, позволив уткнуться в свою грудь и немного поплакать. Всё-таки смерть от удушья - не то, что хочется вспоминать всерьёз. Когда Шэнь Юань успокоился, комната расстаяла. Послышался звук появления Системы. [Первый этап успешно пройден. Примите мои поздравления.] - Система, иди в жопу, - очень серьёзно попросил Шэнь Юань. [Пользователь должен быть вежлив, за грубость списываются баллы! Итак, начало второго этапа миссии "Карты на стол". ] Пустота вновь поплыла, на сей раз открывая куда более просторную и богато обставленную комнату. За столом сидел ещё какой-то парень, жевал лапшу и листал ленту комментариев к "Пути...". Не нужно было даже гадать, кто это - Шан Цинхуа побледнел и вновь спрятался за Мобэй-цзюнем. - И ты ещё что-то говорил о моей внешности? - Съехидничал Шэнь Юань. - Ничего я не говорил! Не додумывай! А в это время писатель, дойдя до отзыва постоянного критика, явно рассердился и даже вскочил с компьютерного кресла. Кресло откатилось назад, вырвав штепсель из розетки. Шэнь Цинцю с ужасом увидел, что изоляция провода кое-где порвалась, и штепсель в крайне сомнительном состоянии. Но Шан Цинхуа в прошлой жизни явно игнорировал технику безопасности и жмотился на новый провод, поэтому секундная вспышка в тот момент, когда горе-писака сперва случайно облился газировкой, а потом полез мокрыми руками к проводу, была даже закономерна. Смерть от удара током наступила очень быстро, Шан Цинхуа и пикнуть не успел. Поэтому ему, в отличии от Шэнь Юаня, не понадобилась психологическая помощь Мобэй-цзюня. - Ладно, моя смерть была быстрой и не слишком мучительной. - Похоже, остался только я, - вздохнул Мобэй-цзюнь. - В таком случае, мне стоит сказать заранее: в прошлом теле я был... Женщиной. - Мой Король, вы шутите? - Нет. Я был женщиной. Меня звали Марина, на момент смерти мне было тридцать два года. -... Значит, я натурал? - Ошалел Шан Цинхуа. - Кхем...в жизни бы не подумал, что вы были женщиной, - признался Шэнь Цинцю. - Спасибо. И предупреждаю: моя смерть не была лёгкой. [Спойлеры! По завершении третьего этапа сможете всё обсудить. ] Обстановка вновь изменилась. Полумрак. На просторной кровати лежит, прикованный к спинке наручниками из секс-шопа, мужчина средних лет. Рядом с кроватью стоит кресло, и в нём удобно устроилась блондинка в откровенном нижнем белье, и лично Шэнь Цинцю не дал бы ей и двадцати пяти. Впрочем, возможно, ей подыгрывало освещение. А ещё он бы понял, кем раньше был Мобэй-цзюнь, с первого взгляда - эта женщина вела себя как настоящий ледяной демон. А ещё, судя по обстановке, сейчас они увидят крайне откровенную сцену. Но обошлось: женщина, поднявшись с кресла и продемонстрировав весьма приятные формы, пошла было к кровати, но вдруг замерла и принюхалась. - Сер, ты ничего не чувствуешь? - Спросила она. - Я чувствую жар страсти! - Твой жар пахнет гарью! - Не поддержала любовную игру женщина, теперь выглядя испуганно. - Ты опять забыл чайник? - Упаси Боже, это... Это не у меня, это от соседей! Ну, бабка... Она, уже не столь величественная и холодная, схватила со стола ключи и освободила мужчину, и несколько минут горе-любовник лихорадочно одевался и распихивал по карманам полосатого халата всё подряд, пока Марина весьма умело вскрывала сейф и складывала в полиэтиленовый пакет драгоценности и документы. Она даже не успела что-то надеть, когда громкий визг пожарной сигнализации раздался совсем рядом, и они поспешно побежали прочь из квартиры. Шэнь Цинцю горе-любовник не нравился, и даже не потому, что его внешность была невзрачной даже для европейца. Просто этот придурок суетился даже больше, чем Шан Цинхуа, а пользы от него ещё меньше, чем от горе-писаки. Зарядку для смартфона прихватить догадался, а футболку любовнице нет! Когда они покидали квартиру, огонь как раз дошёл до прихожей. Однако вместо того, чтобы сломя голову бросаться прочь из дома, женщина вдруг замерла, не дойдя до обшарпанной лестничной клетки. - Кошка! - Забудь про кошку, бежим уже! - Взвизгнул мужчина, но женщина вместо этого сунула ему в руки пакет с ценностями. - Ты беги, а я за ней. - Дура! - Не сдержался мужчина, на что Марина, не удостоив его более и взгляда, пригнулась и выбежала обратно в квартиру, чьи стены уже были в огне. Дальше Шэнь Цинцю стало страшно смотреть. Он повернулся к Мобэй-цзюню и Шан Цинхуа, но если земляк смотрел на разворачивающуюся трагедию с ужасом, сквозь растопыренные пальцы, то взгляд Мобэй-цзюня был серьёзен и внимателен. - Послушай, тебе не нужно смотреть, смерть - не лучшее воспоминание, - сказал Шэнь Юань. - Я должен убедиться, что спас тогда кошку, - упрямо проговорил ледяной демон, и Шэнь Цинцю снова посмотрел на воспоминание. Кошка оказалась в самом дальнем углу самой дальней комнаты, и пока Марина ловила её с помощью пледа, огонь дошёл и до этой комнаты. И только прижав серую кошку к груди, женщина поняла, что в ловушке. Взгляд её заметался по комнате, но других выходов не было - только окно. Его-то она и распахнула. Это был не первый и даже не второй этаж, а как минимум шестой, и Шэнь Цинцю стало очень жаль несчастную, которая уж точно не заслуживала ужасной смерти в огне. А что Марина вот-вот умрёт, сомнений не было: это Титаник можно смотреть и надеяться, что Джек выживет, а сейчас они видят точное воспроизведение последних минут прошлой жизни Мобэй-цзюня. - Я надеюсь, ты умеешь лазать по деревьям, - пробормотала Марина и, сев на подоконник, внимательно посмотрела вперёд. Напротив дома росло белое дерево в полосочку - берёза. Немного посидев, Марина решительно метнулась с кошкой на руках к трюмо, достала кучу ремней и поспешно связала вместе. Руки её дрожали, кошка жалобно мурчала, а огонь уже охватил закрытую дверь. Небеса все благие, да где эти пожарные?! Она со второй попытки добросила канат из ремней с противовесом в виде кучи тряпья до дерева, сунула кошку в свёрток из пледа и отпустила её, и свёрток с орущей на всю улицу кошкой повис на согнувшейся, но выдержавшей ветке. Мобэй-цзюнь выдохнул и, наконец, отвернулся. За ним последовали и два других попаданца. Смотреть, как их брат...то есть сестра по несчастью горит заживо, им что-то не хотелось. - Мой Король и в первой жизни был очень хорошим человеком, - обнял того со спины Цинхуа, и в кои-то веки Шэнь Цинцю был совершенно с ним согласен. Он, поколебавшись, тоже подошёл к демону и положил руку на плечо, как совсем недавно Мобэй-цзюнь (как бы его ни звали раньше) поддержал его самого. - Несправедливо. Мы умерли по собственной глупости, а вы - как герой. Система могла устроить вас и получше. - Мне и так досталась лучшая роль из возможных. Мне даже меняться почти не пришлось, - возразил Владыка Севера. - Но спасибо за сочувствие. Я боялся, что узнав о моём прошлом, вы перестанете воспринимать меня всерьёз. - Да с чего вы это взяли? - Изумился Шэнь Юань. - Разведенную женщину за тридцать без детей трудно считать достойной. Мне так сказал один из китайских партнёров. - Проклятый шовинист! - Не сдержался Шан Цинхуа. - А у кого в новелле все женщины существуют только для того, чтобы Ло Бинхе с ними спал? - Парировал Мобэй-цзюнь с лёгкой улыбкой. Шан Цинхуа зарделся и залепетал оправдания, Шэнь Юань от души над ним посмеялся, и им троим уже было вовсе не до Системы, уведомившей об успешном завершении миссии "Карты на стол" и начислении пары сотен баллов каждому пользователю.