Путь гордого малинового кустика в северной широте.

- С-сомкни колени, ох, да, вот так! - Простонал демон-змей, когда Гунъи Сяо послушно свёл бёдра, сжимая второй член и, похоже, доставляя любовнику двойное удовольствие. Нежная кожа поначалу горела от трения, но потом они догадались смазывать её маслом, и с тех пор заклинатель не чувствовал дискомфорта. Гунъи Сяо теперь точно знал, что заклинателям противопоказан секс с демонами, и потрясающие ощущения даже не были главной причиной. Просто теперь у него могло встать во время боя, просто от раны демоническим оружием. Да он тогда чуть не умер от стыда! Он даже пробовал отказывать любовнику, но Чжучжи Лан уже на второй день воздержания начал смотреть с такой тоской во взгляде, что сердце не выдержало, и человек сорвался. У него и самого была жёсткая ломка по прикосновениям, даже не по самому сексу - как оказалось, для душевного равновесия ему достаточно немного посидеть в обнимку с демоном, что пугало гораздо больше возросшей чувственности и открывшихся пристрастий. Нельзя людям спать с демонами. Да и дружить, пожалуй, тоже. Так и до любви недалеко. Но в данный момент Гунъи Сяо ни о чём не думал, а лежал под демоном и подмахивал бёдрами, ублажая оба члена и наслаждаясь накатывающими волнами удовольствия. Его руки удерживали, не позволяя ласкать себя, но он уже привык к такому обращению и даже не очень-то хотел заканчивать. Движения демона стали быстрее, резче, удовольствие от двух членов явно сносило крышу, и в один момент в лодыжку вонзились острые зубы, а внутренности и низ живота обожгло горячее семя. Оно извергалось долго, Чжучжи Лан бился в долгой, животной эйфории, и заклинатель под ним жмурился от довольства. Он сам ещё не кончил, что даже радовало: значит, в этот раз он оказался выносливее, и губы сами растягиваются в улыбку от маленькой победы. Или от распирающего чувства внутри, ведь набухшие отростки будут замечательно проходиться по самым чувствительным местечкам, когда демон попробует выйти. Они некоторое время просто лежали в обнимку. Чжучжи Лан зализывал рану, а Гунъи Сяо ерошил длинные мягкие волосы, и так они могли пролежать довольно долго, если бы не... - Вы ещё долго? - Деликатно поинтересовался Тяньлан-цзюнь, стоящий у входа в пещеру и с улыбкой взирающий на племянника и его человека. Как будто не он несколько дней назад пытался убить Гунъи Сяо, едва узнав об их связи с Чжучжи Ланом. Демоны обычно не любили родню, но Тяньлан-цзюнь заботился о племяннике, и тот в итоге даже смог его вернуть, пусть и в виде непрочной древесной куклы. Узнав, что Гунъи Сяо не просто любовник Чжучжи Лана, но и из дворца Хуаньхуа, небесный демон исполнился гнева и чуть не убил ни в чём не повинного юношу, крича что-то о людском коварстве и о том, что не позволит племяннику повторить свою судьбу. Насилу его успокоили, рассказали о судьбе Старого Главы и всей школы, Гунъи Сяо поклялся в искренности своих чувств, и только тогда Тяньлан-цзюнь, сменив гнев на милость, рассказал о своих отношениях с Су Сиянь и том, к чему они привели. Весть о том, что у него есть сын, его не обрадовала, ведь про Су Сиянь с тех пор никто ничего не знал, но вот разрушение дворца его вполне удовлетворило. И хотя он всё ещё с подозрением косился на человека, личной жизни племянника он больше не мешал. До этой минуты. - Дядя, я же проси-ил! - Выдохнул демон-змей, невольно дёрнувшись и вновь возбуждаясь от давления нежных стенок. Человек, всхлипнув, закрыл лицо руками. Какой стыд! - Но вас не было так долго, что я забеспокоился. Кстати, я удивлён, что твой человек так много тебе позволяет. Су Сиянь долго не соглашалась даже свет оставить, а вы... - Избавьте меня от подробностей, - попросил заклинатель, красный и всё ещё возбуждённый, но ещё недостаточно потерявший голову, чтобы отдаваться в присутствии постороннего. - Между прочим, я беспокоюсь о племяннике, - строго произнёс Тяньлан-цзюнь. - То, как люди привязываются к демонам... -...Ничто, ведь демоны привязываются гораздо сильнее, - ровно проговорил Мобэй-цзюнь. - Вы меня поняли? - Я не предам доверие Ло Бинхе, - уверенно кивнул Шэнь Цинцю. - Тогда начинайте, - махнул рукой Мобэй-цзюнь и, опустив полог, явно сел на стул рядом. Полог над кроватью был непрозрачным только изнутри, снаружи же любой мог видеть, чем занимается человек в постели. Обычно полог был непрозрачным снаружи, но сегодня его вывернули наизнанку, чтобы Ша Хуалин, Мобэй-цзюнь и примкнувший к ним Му Цинфан руководили важнейшим этапом подготовки к свадьбе Ло Бинхе и Шэнь Цинцю. Если коротко, то Цинцю оставили наедине с нефритовыми бусами и плошкой с маслом. Он не хотел этого. Честно. Он уверял, что справится сам. Он понял, что любит своего ученика, он преодолел смущение и даже целовался с ним, и после этих божественных поцелуев готов был идти на любые жертвы, но становиться порнозвездой он не намерен! Да верит он, что Мобэй-цзюню нужен лишь Шан Цинхуа, Ша Хуалин больше по девочкам, а Му Цинфан движим лишь научным интересом, идея ужасна в принципе! Но его никто не послушал, и теперь ему предстоит на глазах у беспристрастных свидетелей запихнуть в себя восемь шариков, самый маленький из которых не больше ногтя большого пальца, а вот самый большой немногим меньше кулака. У Мобэй-цзюня большая коллекция секс-игрушек, и Шэнь Цинцю просто привели в хранилище и предложили на выбор больше десятка вариантов как раз под нужный размер. Что ж, выбора у него не было, и под ободрительный гул Системы Шэнь Цинцю, старательно не думая о зрителях, окунул в масло цепочку и, удобно устроившись на боку, протолкнул сразу два шарика. Он уже пробовал растягивать себя пальцами, но, как оказалось, небесный столп Ло Бинхе больше и толще трёх тонких перстов, и если он не хочет испортить первую брачную ночь, подготовку лучше начать заранее. Третий шарик пришлось смазать ещё раз, а вот на четвёртом уже возникли трудности. Шэнь Цинцю в глубине души не очень-то хотелось принимать член протагониста, они с Бинхе могли бы прекрасно жить, каждый день целуясь и, возможно, время от времени лаская друг друга руками. Во всяком случае, ощущение чего-то постороннего не воодушевляло. - Владыка Ло заслуживает чего-то лучшего, - послышался шёпот Ша Хуалин, - не спорю, этот человек красив, но его темперамент не подходит даже полудемону. - Есть средства, повышающие либидо. Может, если ввести в рацион больше бобов, укропа и устриц, лорд Шэнь станет благосклоннее... - Цыц. Он нас слышит. - Господин Мобэй-цзюнь, говорите потише! - Мне скучно, он почти ничего не делает. Может, сыграем в карты? - Шэнь Цинцю, закройте глаза, - вдруг велел Мобэй-цзюнь. Шэнь Цинцю повиновался быстрее, чем успел осознать приказ. А меж тем, Мобэй-цзюнь явно что-то решил и начал воплощать план в действие. - Закройте глаза и думайте о Ло Бинхе. Представьте, что он среди нас. - Это был бы ужас, - сдавленно простонал несчастный злодей. - Вовсе нет. Я считаю, Владыка Ло был бы рад видеть лорда Пика Цанцюн в таком виде, - пропела Ша Хуалин. О да, он был бы счастлив. От мысли, что Бинхе мог наблюдать, в животе загорелось пламя, и вторжение шариков больше не казалось уж слишком неприятным. Пожалуй, к ним можно даже привыкнуть. И четвёртый шарик наконец вошёл. - Если тебе будет больно во время соития, Ло Бинхе захочет умереть. Чтобы это не случилось, ты должен подготовить себя. Похоже, тебе начало нравиться. Не понимаю, почему ты выглядишь удивлённым. - Я-я... Я прежде никогда... - едва выговорил Цинцю, которого свидетели уже не беспокоили. Его стержень стоял, чувство наполненности и растяжения стало приятным, и вторжение пятого шарика было воспринято почти с радостью. - Беру свои слова назад, лорд Шэнь станет хорошим супругом. Просто его стоило чуточку подогреть. - Цинцю, попробуй пустить по нити духовную силу, - вдруг предложил Му Цинфан. Лекаря надо слушать, поэтому Цинцю последовал его совету. В тот же миг он чуть не закричал, ведь завибрировавшие от пропущенной ци шарики нашли внутри него какое-то место, пославшее разряд удовольствия по телу. Он совсем забыл о точке, что обычно называют внутренней жемчужиной, и прежде даже не думал её искать. Поэтому удовольствие сбило его с толку. Шестой шарик уже был диаметром со средних размеров член, но вошёл он безболезненно. Возможно, время от времени стоит заниматься па-па-па с Ло Бинхе. Не слишком часто, конечно, но раз в месяц он выдержит. - Я выяснил, почему обмен энергиями во время соития не вредит Шан Цинхуа и не будет вредить тебе. Ты знаешь, что во время тренировок, разумно распределяя и постепенно повышая нагрузки, заклинатель усиливает тело. Пропуская сквозь тело небольшие порции демонической энергии, можно добиться схожих эффектов и для меридианов. Они привыкают к этой ци, в дальнейшем большие дозы уже не нанесут им непоправимого вреда. И само по себе парное совершенствование благотворно влияет на золотое ядро. Шэнь Цинцю слабо понимал, что именно ему втолковывает целитель, потому что седьмой шар всё же смог войти, и заклинатель дрожащей рукой двигал нитью, чувствуя себя немного чересчур заполненным и раскрытым. Пожалуй, если даже игрушка ощущается так замечательно, он согласен не раз в месяц, а два или даже три... - Ещё один. Думай о своём женихе и вставляй. Он будет тобой доволен. Низкий, скучающий голос ледяного демона стал последней каплей. Последний шар с усилием вошёл в Шэнь Цинцю, и в глазах у того потемнело. Возможно, он потерял сознание на минуту, потому что когда мир вернулся, сладостное ощущение уже постепенно сменялось дискомфортом. И ещё такое очень глупое чувство, какое часто бывает после мастурбации, но в этот раз ощущения хотя бы стоили того. Надо признать, что-то в анальном сексе всё же было, и, возможно, Шэнь Цинцю будет не так уж возражать против близости раз или два в неделю... - Дальше сам, - выдохнул ледяной демон и, судя по звукам, пошёл вместе с вредной демонессой и увлечённым целителем по делам. М-да. Конечно, Ло Бинхе наверняка знает, что его верный сподвижник слишком серьёзно относится к своим обязанностям, но всё-таки рассказывать ему о данном этапе подготовки не стоит. И вовсе не потому, что Шэнь Цинцю теперь будет краснеть при виде собрата по хребту Цанцюн. Кстати, что там Му Цинфан говорил про парное совершенствование?