Дитя для Брока

Отпуск Брока закончился как-то внезапно и очень быстро. Он просто проснулся в один прекрасный день и понял, что совершенно забыл о службе, хотя частенько появлялся на базе, иногда даже брал с собой Дженни, которая очень радовалась бойцам Страйка, словно запомнила их всех ещё тогда, на барбекю. И Брок бы не удивился, если бы всё так и было. Развивалась Дженни быстрее, чем обычные дети, Радмила это, конечно, заметила, рассказала Броку, называя Дженни очень способной девочкой. Сейчас Дженни уже переворачивалась, как ей больше нравится, могла довольно долго играть одна с какой-нибудь яркой игрушкой и даже почти научилась ползать по-пластунски. А слюнявчики приходилось менять по десять раз на дню, так у Дженни текли слюни, но вот зубы резаться ещё не начали. Брок и оплатил поход к профессиональному детскому врачу, а не к Сербу, который о педиатрии и думать давно забыл, получил консультацию, как и чем нужно заниматься с ребёнком, чтобы он быстрее развивал появляющиеся у него навыки, и посоветовал Броку посмотреть видео одного врача-педиатра, который совершенно бесплатно в интернете обо всём этом рассказывает. Очень хорошо и подробно. Брок кивнул, заплатил за визит, и они с Дженни отбыли домой. И вот настало время вводить прикорм. Брок сказал об этом и Радмиле, и Зимнему. Радмила в тот же день написала график кормления по часам, как давно завела его с Дженни. Брок думал, что она будет голодать и плакать, но нет, Дженни восприняла идею кормления по часам благосклонно и все выдохнули. В утро за день до возвращения Брока на работу он проснулся из-за негромкой, но очень эмоциональной ругани на, судя по всему, сербском, потому что один голос принадлежал Радмиле, а второй, вот тут Брок ушам своим не поверил, Зимнему. Ледышка ожесточённо отстаивал своё мнение, в чём-то уверяя Радмилу, но та была непреклонна. Спустившись вниз, Брок обалдел. Дженни лежала на своём коврике и увлечённо дёргала пластиковых зверей, совершенно не обращая на взрослых внимания. — Что у вас тут? — недобро спросил Брок, и оба виновника шума повернулись к нему. Маленькая Радмила, достающая Зимнему хорошо, если до плеча, выглядела очень грозно. — Мистер Рамлоу, — заговорила она почти спокойно, но Брок понял, что ничего хорошего сейчас не услышит. Когда Радмила называла его мистером, означало, что она не на шутку возмущена, — ваш друг собирается кормить Дженни этим! И показала ему баночку промышленного яблочного пюре. — И? — ничего не понял Брок. — Как вы не понимаете, — возмущению Радмилы не было предела. — Ребёнку нужны свежие овощи и фрукты… Радмила запнулась, подбирая слова, начала быстро объяснять что-то на сербском, с ней опять вступил в конфронтацию Зимний. Брок ещё с минуту посмотрел на это, а потом просто спросил. — Кто будет готовить еду для Дженни? — надеясь этим поставить обоих спорщиков в тупик. — Сам буду, — буркнул Зимний, набычился, сложил все баночки, которые купил, в пакет и вынес на помойку. — Не волнуйтесь, Брок, — Радмила уже успокоилась. — Я буду готовить для малышки. И простите, что разбудили. — Ничего, Рада, всё равно пора вставать, — Брок прошёл на кухню, сделал себе кофе и задумался. Вот такой вот его дом, можно сказать, полная чаша. Радмила, конечно, не сможет заменить Дженни мать, но у девочки хотя бы будет достойный пример, может, и немного старомодный. Яблоки в доме нашлись, и Зимний, вернувшись, занялся приготовлением яблочного пюре. Брок опасался, что Радмила будет спрашивать, чего это за заботливый хрен к Броку мотается каждый день и с удовольствием занимается ребёнком, но Радмила не задала ни единого вопроса, и Броку в ней это очень нравилось. Ему почему-то казалось, что Серб обмолвился, что это очень особенный ребёнок, но так это или нет, узнать Броку было не дано. А ещё Брок был очень удивлён, что с Радмилой Зимний вёл себя не просто нормально, он охотно с ней общался, упрощая ей жизнь и говоря по-сербски, да вот и сегодня эта перепалка... То ли Зимнего давно не обнуляли, то ли ещё чего. Брок очень надеялся, что не обнуляли. Потому что когда в какой-то момент он пришёл к нему сильно под вечер, обнулённый, забывший себя, Броку стало не по себе. Нет, это была не жалость, это было желание уничтожить машину, уничтожить Гидру. Зимний в тот вечер уложил Дженни спать, а потом свернулся на диване в гостиной. Радмила к тому времени уже ушла, и Брок сел рядом, устроил голову Зимнего у себя на коленях и долго гладил его по голове и живому плечу, пока тот не заснул. Утром всё пришло в норму, Зимний стал любящей Дженни Ледышкой, не было больше в его глазах чёрных провалов в бездну. Зимний как Зимний. Брок уже собирался на пробежку, когда ему позвонил Стикс, сказав, что у него кое-что есть. Брок предложил ему приехать часа через два, и тот согласился. И вот через два часа Брок и Стикс сидели у него на диване, пили кофе и ждали, когда Радмила уйдёт с Дженни гулять. Зимний этим утром не появился, и Брок поймал себя на мысли, что скучает и волнуется. Что не ускользнуло от Стикса. — Ледышка к заданию готовится, — сказал он. — У нас завтра инструктаж и вперёд. Куда, пока не знаю. — Я завтра выхожу, — сказал Брок. — Так что, может, с вами поеду. Под командованием Джека. — Давай, без тебя как-то грустно, — улыбнулся Стикс. — Итак, смотри, что я нарыл. И он рассказал Броку об искусственной матке. Эти эксперименты были не новыми, но выращивать пока пытались только овец, по крайней мере, открыто. А если копать глубже, то выясняется, что проект “Ева» — это та же искусственная матка, только для выращивания в ней человеческих эмбрионов. Как понял Брок, проект практически закрыли, потому что финансово это была просто чёрная дыра без какой бы то ни было прибыли. Кто давал деньги, Стикс не узнал. Но он узнал, что воюющая часть Гидры пока не знает о существовании этого проекта, но выяснил, что отчёты Пирсу приходят раз в квартал. Но нарыл, что эксперименты на людях шли полным ходом, но всё чего-то не получалось. Женщины почему-то не так охотно делятся своими яйцеклетками, как мужчины своей спермой. Но это не столь важно. Важно, что проект “Ева” почти загнулся, финансирование сошло на нет, пока не появился Зимний. Вот тогда-то всё это и началось. Сколько детей умерло, не дожив даже до двадцати восьми недель, сказать сложно, но когда они взяли биоматериал Зимнего, дело пошло на лад и деньги полились туда рекой. — Но как можно достать биоматериал Зимнего без ведома Пирса? — задумчиво спросил в пространство Брок. — Понятия не имею, — честно ответил Стикс. — Короче, это всё, что я нашёл в открытых и полуприкрытых источниках. Но ты мне объясни, на кой чёрт нам вообще всё это нужно? Если важно, давай тряхнём Ледышку, пусть расскажет, что знает. — Вот завтра и спросим, если он сам что-то знает, вообще, — вздохнул Брок. — Молодец, Стикс. — Да фигня война, — Стикс улыбнулся. — Ладно, у меня ещё дела, бывай. — До завтра, — проводив Стикса, Брок подумал и, оставив Радмиле записку, что он уехал на службу, собрался и рванул на базу. Нужно было обрадовать Роллинза, что он возвращается, и завтра пойти со своими ребятами. А ещё он решил прикупить небольшую кровать для Радмилы, не спать же почтенной женщине на диване. А так будет жить в одной комнате с Дженни, та потеснится, не обидится. Завтра наступило очень быстро. Брок проснулся в четыре, быстро привёл себя в порядок, написал записку, что позвонит, когда будет возвращаться, и оставил карточку на еду и прочие расходы, мало ли что может случиться, пока его не будет. Всё проверив, Брок не стал заходить в детскую, но оставил на столе планшет, на котором записал для Дженни “Доброе утро”. И собирался по нему же устраивать видеочат, если будет такая возможность. Как ни странно, Радмила очень легко пользовалась техникой, поэтому Брок не сомневался, что Дженни его увидит. Но уходить из спящего дома было тяжело, хоть Брок и знал, что он оставляет Дженни в надёжных руках. На службе он появился чуть раньше, впрочем, как и всегда. Его бойцы уже подтягивались. Ещё вчера, принимая у Роллинза полномочия, от которых тот с радостью избавился, сказав, что не его это — командовать, Брок разузнал, куда их собираются отправить и на сколько. Опять пески пустынь, наводить демократию местным бедуинам, или кто там у них живёт, в этой грёбаной Африке. Миссия была рассчитана на неделю, но вот было у Брока подозрение, что неделей они там не отделаются. И снова лететь через полмира. Хорошо, у них в группе свой пилот, не нужно снаряжать лишнего человека, выдавая на него пайку и прочее. Это радовало Брока, не любил он чужих. А сейчас не любил ещё больше. В комнате для инструктажей, куда, перешучиваясь и обмениваясь последними новостями, подтянулись страйковцы, уже сидел Зимний. Привычно угрюмый, с немытыми патлами, которые он снова не удосужился собрать в хвост, словно прячась за ними. Брок посмотрел на него и понял, что отвык он видеть в Зимнем оружие. Кольнуло сердце холодной иглой. Как хотелось подойти и обнять Зимнего, прижать его голову к своей груди, коснуться губами макушки. Но Брок отогнал от себя эти мысли. Он уже поверил в то, что это снова просто оружие, когда Зимний поднял глаза, ловя взгляд Брока, и едва заметно улыбнулся. — Доброе утро, — вошёл в комнату один из заместителей Пирса. — Сбежал один из наших людей. Последний раз его видели в Чаде. У него очень важная для Гидры информация. Этого человека надо найти и вернуть. Дальше шла сводка о том, что сейчас творится в Чаде, кто у них связной и прочая-прочая-прочая. Всё можно было прочитать и с планшета уже в полёте, но этот хрен был страшно дотошный. Что за информация была у разведчика, им так и не сказали, но для Брока это было неважно. Сказано вытащить — значит, вытащат. — Нужный вам человек, Кадир Котиги, — на экране высветилось фото этого самого Кадира, хотя Брок точно знал, что мама назвала его не так. Но истинного имени им не раскроют. На фото был средних лет негр с широким носом, не в меру пухлыми, словно накачанными силиконом губами и светло-карими глазами, с абсолютно лысой головой, похожей на шар для боулинга. — Мы думаем, что он находится где-то в районе города Фада, — дальше Брок и отряд получили исчерпывающую информацию о Фаде, и наконец им рассказали, где же их связной. На экране появилось изображение тоже негра, но менее губастого и носатого, с коротким ёжиком кучерявых волос. Мимо такого можно пройти и не заметить. — Максим Боро, вы встретитесь с ним в Абеше. Он вам поможет разобраться на местности. Вопросы есть? — А зачем нам Ледышка? — спросил прямо Брок. — У него своё задание, — только и ответил ему проводивший инструктаж. — Вы должны найти и доставить в Штаты либо живого Котиги, либо его тело. В других случаях задание не является выполненым. Вам всё ясно? — Куда уж яснее, — сквозь зубы ответил Брок. Он не любил этого мужика с непроизносимым исландским именем, хотя к Исландии он вряд ли имел какое-либо отношение. — Нас доставят, или мы сами? — Сами. Сядете по пеленгу на указанной частоте, там вас будет ждать всё необходимое, кроме оружия, — закончил инструктаж псевдоисландец. — Вылет через полчаса. — Разойдись, — скомандовал Брок, и вся команда пошла собираться. Когда джет подлетал к месту посадки, не обнаружилось никаких сигнальных огней, не было и пеленга на нужной частоте. Ничего. Словно грёбаные пески Чада поглотили его. Садиться пришлось где попало, но недалеко от города, хорошо, за бортом была глубокая ночь и непроглядная тьма. И звёздное небо, такое, каким не увидишь его нигде, только в кромешной темноте жаркой южной ночи возможно полюбоваться подобным великолепием. Словно ты под пологом бархатного шатра, расшитого изнутри сияющим бисером. Брок в созвездиях ничего не понимал. Ещё меньше он понимал, почему их никто не встретил, хотя должны были, и уверенность, что они вообще оказались там, где надо, таяла на глазах, хотя к координатам, по которым должен быть город, они были близко. — Что делаем, командир? — спросил Роллинз негромко. — Думаю, Джек, думаю, — Брок понимал, что оглядываться бесполезно. — Денвер, пеленгуй, делай что хочешь, но найди мне точку встречи. — Есть, командир, — и Денвер взялся за дело. Бойцы встали у распахнувшего свой зев джета. Брок ещё раз оглядел тьму пустыни. — Погасите огни, — скомандовал Брок, и джет словно уснул, свои налобники бойцы тоже повыключали. Резко стало темно, но попривыкнув, можно было разглядеть друг друга. Нет, света одних лишь звёзд маловато, чтобы куда-то уверенно дойти. Можно топать, нацепив на морду очки ПНВ, навигатор чётко указывает, что двигаться им чуть меньше десяти миль строго на юг, не заблудишься. Брок задумался, не угробили ли где-то их связного, или тот забыл про них, дни перепутал? Вопросов много, а вот ответов ни одного. Но нужно было что-то решать. И быстро. — Так, Я, Финли, Стив, Стикс, Шпала, Уилкис, Рэдспи — Альфа. Джек, Эммс, Генри, Серб, Зверь, Грешник, Денвер — Дельта. Джек за старшего, — разделил группу Брок. — Ледышка, что у тебя за задание? Я понимаю, что секретно, но всё равно? — С вами пойду, — буркнул Зимний, и Брок понял, что ничего от него больше не добьёшься. — Хорошо. Альфа, двинули. Я впереди, Ледышка замыкающий. Дельта, быть на связи, отдыхайте пока, — скомандовал Брок и потрусил рысцой, надвинув ПНВ на глаза. Остальная группа побежала за ним колонной. А не потеряться им точно поможет Зимний. Бежать в жаркой ночи Чада было то ещё удовольствие, но у Брока был адрес их связного, этого грёбаного Максима Боро. И ему очень не повезёт, если они его найдут по этому адресу. Брок понимал, что семерых белых в насквозь чёрном Чаде не спрятать, как они ни переодевайся. Брок даже не пытался прикинуться туристом. Он надеялся, что они быстро разузнают, куда подевался связной, раздобудут транспорт, вернутся, чтобы где-то в Фаде искать потеряшку. Солнце взошло как-то внезапно: вот они ещё бежали почти в кромешной темноте, и вот уже солнце поднимается над горизонтом, и ПНВ не нужны. Три часа. Они добрались до Абеше все вымотанные, мокрые, как мыши, но никто не роптал. У них бывали и покруче забеги, но по такой жаре с полным обвесом это то ещё приключение. — Так, вон Абеше, — Брок указал в сторону городка с глинобитными домиками, крытыми соломой или чем-то таким, Брок не разбирался. — Привал пятнадцать минут, пьём, жрём батончики и вперёд. Ледышка, если не устал, организуй разведку. — Есть, командир, — хмуро отозвался Зимний и ушёл вперёд. Прятаться тут негде, всё выжжено адским солнцем. Да и чего разведывать тут, тоже было непонятно. Городишко Абеше был страшным захолустьем. Он словно вырос из пустыни, был её неотъемлемой частью, такой же охровый, коричневый и песочный. Эти цвета были здесь везде, и Броку они уже мозолили глаза. Пока летели, Брок ни о чём не думал, просто сидел, прикрыв глаза. Пока бежали по пустыне, думать было просто невмоготу, а вот сейчас, на привале, он задумался, зачем посылать целый Страйк, да ещё и именно Страйк, где был только один негр, в Чад искать какого-то перебежчика. Зачем послали Зимнего, вообще непонятно, ведь он тут совершенно не нужен. Это как палить по воробьям из пушки. Но так или иначе, они здесь, во всеми богами забытом Абеше, да и дело само себя не сделает. Возможно, всё объяснялось банально войной, которая шла даже в этих отдалённых от столицы, всеми забытых местах, и если Страйку с Зимним придётся принять бой, то они явно выиграют, если на них не натравят какой-нибудь ну очень большой отряд вооружённых аборигенов. Ну а что за задание у Зимнего, Брока не волновало, не перестрелять же их всех за какие-нибудь грехи. Можно было их и в джете положить. Но нет, они ещё живы. Брок тряхнул головой, отгоняя странные мысли о задании Зимнего. Заставлял себя верить, что с Дженни всё хорошо, и про неё никто не знает. Зимний вообще был талантливым, как-то же он шароёбился и заваливался к Броку регулярно, хотя считался секретным оружием. Брок у него спрашивал прямо, но тот не ответил. Спрашивать сейчас не ко времени, поэтому Брок решил подождать, пока они выяснят, что стало с их связным, вернутся к джету и полетят в эту ебучую Фаду, потому что так быстрее и проще. Адрес-то у них имелся, но найти нужный дом среди глинобитных построек, которые располагались в хаотичном порядке, было заданием не из лёгких. Брок со своей группой шёл, положив руки на винтовку, которую повесил на грудь, и осматривался. Местные, что уже проснулись, поглядывали на процессию вооружённых людей скорее заинтересованно, но с опаской, чем враждебно. Бедность и разруха. Абеше был маленьким, стрёмненьким, а о цивилизации тут говорили только машины. Они проходили мимо рынка, где торговцы раскладывали свои товары на циновках прямо на хорошо утрамбованной земле. — Стив, спроси у кого-нибудь, они знают, где это? — скомандовал Брок, и Коле отделился от группы и подошёл к одному из торговцев. Фарси тут никто не знал, но фрацузский был в ходу, и Коле попробовал обратиться именно на нём, но успеха не добился. Этот абориген вроде бы и понимал его, но ответить внятно, особенно своим беззубым ртом, ничего не смог. И они пошли дальше. Только через полчаса неспешной ходьбы какими-то задворками они вышли в более цивилизованную часть города. Тут были лавки и небольшие магазинчики, асфальтированная дорога. Они обзавелись водой, которая стоила каких-то баснословных денег, но была нужна. В этом месте Коле удалось найти франкоговорящего аборигена, который на пальцах объяснил, как им найти нужное место, и только после этого Брок с командой двинулись в нужном направлении. Отчего-то Брок был уверен, что найдут они труп. Так оно и вышло. Сколько тому трупу дней, Брок даже предположить не мог, но он уже выглядел как подвяленный. Что ж, связного у них нет, но есть задание. Пожалев, что не взял с собой Серба, Брок связался с Дельтой, описал ситуацию. Серб по рации сказал поискать повреждения. Беглый осмотр лежащего на кровати и прижавшего руку к груди трупа ничего не дал. А больше Серб ничего сказать не мог, но предложил поискать какие-нибудь лекарства. Перерыв небольшой домик вдоль и поперёк, нашлись ноут, лекарства от сердца и всякого по мелочи. Стикс сразу сел за ноут, проверять, что там интересного, а Брок, снова связавшись с Сербом и прочитав ему этикетку с лекарства, получил ответ, что это от сердца. Так же Серб, получив детальное описание позы трупа, предположил, что это банальный сердечный приступ. Никакого криминала, в общем. Брок вздохнул. — Стикс, что у тебя? — спросил Брок. — Фото нашего потеряшки, наверное, самое ценное, что тут есть, — отозвался Стикс, и Брок стал изучать фотографии. Все фото были сделаны в очень похожем на Абеше городке, таком же забытом всеми богами, но действительно был оазисом среди пустыни. Фада окружён песками Сахары, но в нём, в отличие от Абеше, росли пальмы и вообще было зелено. Они попали всего в несколько кадров, а вот фото потеряшки, окруженного вооружёнными людьми, было больше. Похоже, там собралась целая армия. Почему именно там, Броку было всё равно. У них задание, и теперь Брок понимал, почему послали их всех. Вооруженных людей там много, очень много, и просто так вытащить живым или мёртвым этого Котиги, которому явно нормально в этих условиях, вряд ли получится. Главное минимизировать ущерб для гражданских. — Значит, так. — В файлах с ноута нашлась информация о том, где именно в Фаде может базироваться вся эта банда, и оказалось, что они не в самом Фаде, а в горах рядом, что, с одной стороны, облегчало задачу, а с другой, сильно её усложняло. Можно было, конечно, просто разрядить боезапас джета в местах базирования, но им ясно сказали, что нужен труп. А где ты там потом будешь его искать? — Уилкис, там пикап стоит, заводи и поехали отсюда, у нас полно дел. Стикс, всю бандуру не бери, забирай жёсткий. Делать нам здесь больше нечего. — А этот? — Стикс кивнул на труп. — А это уже не наше дело, — ответил Брок. Стикс, прикидывая, как раскрутить ноут, просто взял и расковырял его ножом, вытащил жёсткий диск, и они, погрузившись в старенький пикап, рванули из Абеше на предельной скорости, который мог выдать этот дедушка непонятного происхождения. Брок связался по рации с Роллинзом, сказав, чтобы готовились к взлёту. Они должны были добраться до джета очень скоро. Препятствий по отъезду из города им никто не чинил, они спокойно покинули Абеше и уже через полчаса оказались у джета. — Так, Уилкис, — скомандовал Брок, — не глуши. Отправь машину кататься дальше. — Сейчас, — ответил Уилкис, заклинивая найденным камнем педаль газа и отправляя машину в свободное плавание. Брок устроил перекличку, проверяя все ли на месте, и, как только прозвучало последнее “на месте”, аппарель джета поднялась, и они стартовали по нужным им координатам. Пока летели, прикинули план уничтожения всего и вся, решив не мудрствовать лукаво, а атаковать в лоб, потому что обойти противника с тыла не представлялось возможным. Всего пятнадцать человек, и пусть один из них Зимний Солдат, — это не так уж и много против сотни вооруженных людей, которые не понаслышке знают, что такое война, которая в Чаде не желает заканчиваться. Вообще в Африке много воюют, только Брок не понимал, за что именно. За пески и перекати-поле? Что-то тут должно быть, но это явно не его война. Оказавшись на территории врага, Страйк высыпал из джета, кое-как посаженного между скал. Генри, как пилота, оставили в джете, чтобы не терять времени, если что-то случится, понавешали на себя всё, что возможно. Эммс нашла высоту, с которой был хороший обзор, и засела там, Зимний снял часовых, и они двинули. А дальше всё превратилось в почти непрекращающуюся стрельбу, крики команд и просто боли. Страйк шёл вперёд, выкашивая всё живое, не жалея патронов и гранат. Зимний куда-то пропал, но Броку было не до того, потому что против них вышли превосходящие силы противника. Но, судя по тому, что этих сил с пропажей Зимнего стало меньше, времени Ледышка не терял, и Брок мысленно поблагодарил его за это. Страйковцы получали ранения, не смертельные: кто в плечо, кто в бронежилет, но это были попадания, и нужно как можно быстрее закончить и сваливать. Противники кончились как-то внезапно. Брок просто понял, что стрелять больше не в кого, а потом внезапно почувствовал боль где-то в ноге. Она обожгла его, он не сразу понял, что осел на землю, но выстрелить в того, кто его ранил, успел. — Брок! — позвал его Серб, но у Брока уже шумело в ушах, в голове, он повернулся к Сербу, который зажимал его простреленное бедро. — Ничего, царапина, — заверил Брок. — Тело есть? — Есть, — ответил Грешник. — Да будет земля ему пухом. — Отлично, поехали отсюда, — скомандовал Брок. Как они оказались в джете, он почему-то упустил, только чувствовал давящую повязку на ноге и как уплывает в сон.