Бойцы особого назначения. Под прикрытием

— Дорогая, я дома, — эхом разнёсся голос по небольшой, но довольно современной квартире. — Я почти готова, — раздался из спальни приятный женский голос. Мужчина улыбнулся, поставил дорогой кейс в шкаф в коридоре, скинул пиджак и вдруг принял упор лёжа и начал быстро отжиматься. — С ума сошёл? — прыснула вышедшая из комнаты женщина. — Нам выходить пора. — Две секунды, дорогая, — ответил тот, даже не сбив дыхания. — Заебался я что-то. — Последняя фраза была произнесена еле слышно и на чистом русском. Мужчина поднялся, немного покрутил шеей, застегнул верхнюю пуговицу рубашки и, надевая пиджак, расплылся в широкой улыбке. — Ты как всегда восхитительна. — А ты как всегда галантен. Они засмеялись и вышли из квартиры. — Господин Джихан ждёт нас на приёме, — тихо прошептала женщина. — Нам нечего ему передать. Возможно, хотя бы он что-то выяснил. — Мужчина по-прежнему улыбался, как будто рассказывал спутнице нечто очень весёлое. — Надеюсь, — выдохнула та и, чтобы скрыть озабоченное выражение лица, наклонилась, делая вид, что поправляет на голове макнаэ(1). Они переговаривались всю дорогу, пока шли к автомобилю, но в салоне замолчали: у машин тоже бывают уши. Современный отель в центре Тегерана встретил их огнями, суетой и небольшой давкой, которую создавали даже не гости, пришедшие на банкет, а огромное количество автомобилей. — Омид Араш с супругой, — представился мужчина, передавая секьюрити приглашения. Большую часть вечера они делали вид, что пьют шампанское, танцевали и общались с немногочисленными знакомыми. Наконец к ним подошёл один из сослуживцев Омида и представил им мужчину средних лет. Высокий, статный, темноволосый с небольшой проседью незнакомец казался довольно приятным на вид человеком. Если бы Омид не знал, кем тот был на самом деле, решил бы, что коренной иранец. — Омид, это мистер Джихан, он хороший друг нашей семьи. — Очень приятно, — поздоровался Омид. — Рад знакомству. Позвольте представить вам мою жену Гвинет. Новый знакомый мило улыбнулся и доброжелательно кивнул женщине: — Мадам, вы англичанка? — Да, мистер Джихан, — ответила Гвинет. — Мы с Омидом познакомились в Лондоне, когда учились в университете, с тех пор вместе. — Всегда приятно поговорить с образованным человеком. — Джихан вдруг протянул ей руку и предложил: — Может быть, вы окажете мне честь и потанцуете со мной? — С удовольствием, — согласилась Гвинет. — Вы получили какие-либо сведения из Лондона? — еле слышно спросил Джихан, пока они танцевали. — Меня сильно беспокоит это неожиданное молчание. — Нет, — ответила Гвинет и рассмеялась, делая вид, что тот сказал ей что-то смешное. — Два дня назад мы пытались связаться сами, безрезультатно. Думали, может у вас что-то есть? — К сожалению, нет, — прошептал он ей на ухо почти интимно. — Завтра заберёте у меня документы. Адрес: бульвар Акбари, дом восемь. Жду вас в пять часов. Если что-то пойдёт не так, с вами свяжется мой человек, зовут Харун, он полицейский. Скажет: мистер Файзул велел кланяться и спрашивал о вашем здоровье. Ответ: у мужа проблемы с желудком, а в остальном всё слава аллаху. Наконец танец закончился, и они вернулись к Омиду и его коллеге. — Мистер Омид, — пригубив шампанское, поведал Джихан, — у вас очаровательная супруга, и она божественно танцует. Я с удовольствием остался бы в вашей компании, но, к сожалению, мне пора. Оба мужчины распрощались и пропали в толпе, а Гвинет с Омидом остались вдвоём. — Может, и нам пора свалить? — прошептал Омид. — Не возражаю, дорогой. — Супруга привычно оперлась на его подставленную руку. — Поехали. * * * — Я так понял, ничего, да? — вздохнул Омид уже дома. Гвинет только покачала головой и опустилась на диван. — Ты чего? — Мужчина сразу сел рядом и обнял жену за плечи. — Всё нормально будет, не дрейфь, спецназ. — Знаешь, я так устала, — пожаловалась та. — Мы очень давно не были дома, как там наши? Мужчина вздохнул, потерся носом о её макушку и чмокнул в висок. — Пошли спать. А у наших как всегда всё заебись, я уверен. Привычно уже раздевшись, они легли в одну постель. — Саш, — прошептала «Гвинет», то есть никто иной как Мура ему в спину, — все данные шли всегда регулярно и без сбоев. И вдруг почти неделю ничего. В Лондоне что-то произошло, я уверена, а значит, нам нужно быть наготове. Тот развернулся к ней. — Мы и так всегда начеку. Единственное, чего у нас нет, это новых документов. Если придётся спешно уходить, то нынешние паспорта спалят нас в два счёта. — Джихан сказал, что мы сможем забрать их завтра, — обрадовала его Мура. — Документы готовы и лежат у него в тайнике. — Вот и хорошо, — отозвался тот. — Спи и не переживай. Они несколько минут лежали в тишине, думая каждый о своём. — Жень, — попросил он, — позови меня, пожалуйста? Этот «Омид» у меня уже в печёнках сидит. — Кикир, — прошептала та, — какой же ты смешной. Тот выдохнул так счастливо, будто Мура не позывной его сказала, а сообщила, что он стал миллиардером. Эта операция продолжалась уже около полугода. Мура и Кикир работали под прикрытием. По официальным визам они приехали из Лондона как молодые специалисты. Легенду для ребят разрабатывали долго и с особой тщательностью, и сейчас Гвинет Араш являлась психологом и работала в центральном госпитале Тегерана, её муж Омид занимался компьютерными технологиями в одной из крупных компаний. Оба закончили «Голдсмитс», где и поженились несмотря на то, что он иранец, а она англичанка. У обоих была отличная репутация, и никто даже предположить не мог, что главная причина их появления в Тегеране — передача данных, шедших из Европы и обратно. Джихана до сегодняшнего дня они лично не встречали, знали только по фото и то, что он российский разведчик, шесть лет назад внедрённый в высшие эшелоны власти Ирана. Все сведения получали от него и передавали ему, пользуясь исключительно тайником, который находился в огромном торговом центре. Но два дня назад он сам назначил им встречу ввиду сложившейся ситуации. Если в Лондоне случился провал, то вся европейско-азиатская сеть была под угрозой. Обстановка на Кавказе по-прежнему оставалась напряжённой, нужно было знать, что планируют те, кто поддерживал чеченских боевиков, кто снабжает оружием и деньгами банды. Шпионская сеть, налаженная много лет назад, работала отменно, но неделю назад произошёл сбой. В Иране шпионаж в пользу другого государства карался смертной казнью, поэтому мало бы кто осудил Муру и Кикира за их волнение. * * * — Ох, — выдохнул Мирон и с силой вцепился Славке в волосы, — су-ука. Оргазм медленно отступил, и он обессилено раскинулся на кровати. Улыбаясь, Славка вытер рот и завалился рядом. — Успокоился? — Угу, — кое-как выдавил Мирон. Тот чмокнул его в мокрый висок и поднялся с кровати. — Мне пора, я обещал Замаю несколько тестов на тренировку памяти пройти. А ты не нервничай давай, всё как всегда устаканится. — Да, — со вздохом кивнул Мирон. — Пойду к аналитикам схожу, извиниться надо, а то я, кажется, погорячился малость. — Малость? — хмыкнул Славка. — Да ты так на них орал, что мы тебя на полигоне услышали. Он умолчал, что когда грозный рык подполковника Федорова разлетелся по базе, все будто замерли. Не водилось за ним такого. Рявкнуть приказ — всегда пожалуйста, матюгнуться от души тоже не проблема, но чтобы так орать — никогда. Он одним взглядом или своим коронным зловещим шипением такой кипиш нагнать мог, что голос повышать необходимости не было. Только вот Кикир и Мура уже полгода не на базе, переживал за них командир, да они все волновались. Видимо, по этой причине тот и сорвался. Фаллен, услышав, как блажит командир, фыркнул и очень многозначительно посмотрел на Славку, а за ним и остальные парни. Он показал им фак и двинул в канцелярию. — Что вообще случилось? Мирон пожал плечами. — Да так, навалилось как-то всё. — Он поднялся, застёгивая брюки. — Отменяется, Слав, твой тест. Через полчаса жду в кабинете тебя, Охру, Томаса и Карму. У вас срочное задание, — и поморщился, привычно потерев грудь. — Болит? — Славка вытащил из тумбочки пузырёк с мазью и, не обращая внимания на возражения Мирона, принялся втирать противно пахнущую субстанцию ему в кожу. Месяц назад на задании Мирон словил пулю. И хотя жизненно важные органы не пострадали, по касательной задело ключицу: вроде и не повредило, врач сказал, что чиркнуло только, но болело до сих пор. Рана давно затянулась, а вот кость ныла и ныла. Мирон даже смеялся, говорил, что теперь как настоящий старик всё изменения погоды чувствует. Славка мазал рану, а сам грустно улыбался. — Ты чего? — нахмурился Мирон. Тот покачал головой и горько усмехнулся. — Вспомнил вдруг, как в первый день в «Версусе» ебанул, что руководство школы отлично в тылу окопалось(2). — Он скривился, понимая, каким был тогда долбоёбом. — Когда вижу тебя в очередной раз на больничной койке, ранения твои вижу, так стыдно становится, что пиздец. Мирон уткнулся носом ему в шею и тихо засмеялся. — Тоже мне, нашёл повод загоняться. Год прошёл, да и не знали вы с парнями ничего о нас с Фалленом, так что выкинь эту хуйню из головы и вали выполнять приказ. Славка кивнул, опять тяжело вздохнул и вышел за дверь. * * * Мирон всё же сходил к аналитикам и извинился за резкость. Ребята там понятливые, отмахнулись и доложили, что маршрут небольшой группы наёмников наконец вычислили. Он вернулся к себе. В коридоре, тихо переговариваясь, стояли парни. — Заходите, — велел он и сразу перешёл к готовящейся операции. — Сегодня утром в Абхазии предотвратили два теракта: центральная больница и аэропорт, два боевика взяты на месте, один убит, а ещё трём удалось уйти. Всё бы ничего, ушли и ушли, но сейчас они знают, что их там ждали, а значит, кто-то предупредил власти. Они не должны сообщить, что с их стороны идёт утечка, всех троих нужно уничтожить во что бы то ни стало. Аналитики составили примерный маршрут их отступления, вы должны перехватить их в Афганистане. Там местность гористая и по большей части малонаселённая. Готовность один час, вертушка уже ждёт, старшим пойдёт Гнойный. Всем всё понятно? — Так точно, — отозвались те дружно. — Эх, Кикира бы сюда, — вздохнул Томас, — с его-то знанием языков он бы очень пригодился. Мирон внимательно всех оглядел. — Я не могу вам многого сказать, сам не в курсе, но знаю одно: эта операция напрямую связана с Мурой и Кикиром. От нас сейчас зависит, выполнят ли они своё задание. Парни удивлённо переглянулись, но промолчали. Через час Мирон провожал взглядом поднявшийся в воздух вертолёт. Несмотря на то, что он уже десятки раз отправлял своих ребят на задания, так и не научился быть хладнокровным. Наверное, уже не научится. Только когда все до единого, включая Кикира и Муру, вернутся на базу живыми, тогда он успокоится, а пока его ждала бессонная ночь. * * * — Через полчаса стемнеет — и пиздец, — прошептал Карма, вытирая с лица пот. — Ни зги не будет видно. — Оптика ночного видения тебе на что? — Охра невозмутимо перекинул винтовку на другое плечо. — Темнота наш помощник, а не противник. — Бля, — вздохнул тот, — терпеть не могу эти приборы, от них... — Тихо, — шикнул на них Славка. Они замерли, прислушиваясь. В горах стояла тишина, непривычная и сильно раздражающая. Через секунду рядом приземлился Томас, появившийся, казалось, из ниоткуда. — Двигаются на юго-восток, — доложил он. — Пустые, поэтому быстро идут. Наёмники точно не арабы, на инглише шпрехают, как я по-русски. Они один раз рядом прошли, еле спрятаться успел. Тихо говорят, но я услышал. Матёрые, здоровые бычары. Славка кивнул и развернул карту. Они уже около часа преследовали боевиков, практически нагнали, только Окси просил провести операцию максимально тихо: никто не знал, в какой конкретно точке тех будут встречать, лишний шум ни к чему. Но скоро ущелье, и тогда они сами станут как на ладони, не было смысла искать лучший вариант для захвата. — Так, парни, — обратился он, — Охра, Томас, вы справа заходите по возвышенности, мы с Кармой их слева обойдём. Двигаемся быстро и бесшумно, вперед. — Есть, — еле слышно кивнули те. Вся операция не заняла и получаса. Идущего последним наёмника убрал Томас, метнув ему в спину нож. Бандит захрипел, заваливаясь навзничь, но никто уже не обращал на него внимания, потому что одновременно с ним Охра снял первого точным выстрелом из своей оптики, и тот, не издав ни звука, ткнулся носом в каменистую почву, будто запнувшись. Оставшийся бандит, не понимая, кто и откуда на них напал, отчаянно рыкнул и ринулся в сторону, за валуны. В сумерках он не заметил, что пробежал мимо Славки. Обогнув большие камни, тот остановился в их тени и атаковал неприятеля сзади, перерезав ему горло. Никто из «Беркутов» не произнёс ни слова, они действовали на поражение — молча и быстро. Только когда всё закончилось, Карма шутя посетовал, что так нечестно — ему ни одного гада не досталось. — Какие твои годы, — хмыкнул Охра, который во время операций всегда был неразговорчивым и сосредоточенным. — На твой век хватит. — Надеюсь, — нахмурился Карма. — Я их, блядей, до последней секунды своей жизни давить буду. За командира, за погибших друзей, за свой плен. — Поверь, — похлопал его по плечу Славка, — в этом никто не сомневается. — У многих из нас к ним претензии имеются, — добавил Томас, — так что пакостить на нашей территории безнаказанно они точно не смогут. * * * Они возвращались на точку высадки и тихо переговаривались. Такие удачные операции выпадали нечасто, обычно головняков и нервотрёпки хватало. Но сегодня им повезло. — Тихо! — Славка вдруг замер и поднял руку, до места назначения оставалось всего ничего. — Слышали? Все тут же прислушались, а Славка метнулся в небольшой овражек, который загораживали чахлые и низкие кусты. Недалеко виднелись огни горного кишлака. — Как ты здесь оказался, маленький? — еле слышно прошептал Славка. Прячась за камень, на него зыркал зелёными глазками-пуговками рыжий котёнок. И хотя тот явно боялся и трясся, как осиновый листок, всё равно зашипел на Славку, топорща усы и выгибая спинку. — Бля, братан, — весело фыркнул Славка, — да ты отчаянно смелый пацан. Он подхватил малыша под мягкий животик, и котёнок, сразу извернувшись, цапнул его за палец. — Сука-а, — зашипел Славка, — вот же кусачка мохнатая. — Гнойный, — еле слышно окликнул его Охра, — что там? Славка вернулся на тропу. — Парни, смотрите, кого я нашёл. Из кишлака, наверное, съебался, засранец, и в овраг свалился, а выбраться не смог. Охра сразу полез гладить котика, а за ним и Карма с Томасом. — Давайте заберём его на базу? — предложил последний. — Классный котан, люблю рыжих. — Конечно, заберём, — категорично заявил Охра. — Тем более у него вон ухо одно покоцано, и лапку он прячет. Его скорее всего собаки сюда загнали. — Всё, уходим, — велел Славка, засовывая громко мяукнувшего котёнка за пазуху. Тот сразу впился острыми коготками ему в грудь, но затем немного повошкался, укладываясь удобнее, и затаился. На базе Славка забежал в столовку: там, разумеется, уже давно никого не было, но на кухне натужно гудел большой холодильник. Он быстро налил в первую попавшуюся кружку молока, вытащил из сушилки блюдце и, подумав мгновение, спёр из холодильника ещё и сосиску. Мелкий хоть и не был ещё взрослым котом, но явно не совсем малыш — месяцев пять, а то и больше, одного молока ему мало будет. Так рассудил Славка и рванул в спальню, которую давно делил с Мироном. Несмотря на глубокую ночь, тот не спал. — Командир, — обратился к нему Славка, — задание выполнено, наёмники уничтожены. — Все целы? — Мирон в майке и форменных брюках оторвал взгляд от большой карты, развёрнутой на столе, и поднялся. — Да, — кивнул Славка и прыснул в кулак. — Ты чего? — не понял Мирон. — И вообще, на хера ты молоко и сосиску припёр? Я тебе нормальный ужин принёс. — Ну и видуха у тебя, — снова засмеялся Славка. — Форменные брюки и домашние тапочки. А молоко не мне. — А кому? — тот проигнорировал Славкино замечание про внешний вид. — Ну, — Славка немного замялся, только сейчас понимая, что, возможно, лично Мирон и не будет против котёнка, но вот как на это отреагирует подполковник Фёдоров, в чьём подчинении находится база и который чтит устав, как священнослужитель библию, — ещё вопрос. — Мы тут нашли кое-кого,— и аккуратно вытащил мелкого из-под камуфляжа. — Котик, — улыбнулся Мирон, и у Славки отлегло от сердца. Всё же притащить кота на военную базу — так себе идея. — Его, видимо, собаки погрызли, — сообщил Славка, когда Мирон протянул к мелкому руку. — Ухо вон кровит и с лапкой что-то. Однако несмотря на травмы, рыжий заморыш снова зафыркал, зашипел и резко полоснул здоровой лапой Мирона по руке. — Ух ты, какой кот-баюн! — воскликнул Мирон, слизывая с запястья выступившие капельки крови. — Наш парень, храбрец. Хрен с ним, пусть остаётся, тем более уже давно хотел кота завести, да всё как-то не до этого было. Они решили его сначала покормить, задобрить малость, а то тот точно не дал бы себя полечить. С молоком котёнок управился за несколько минут, а когда, грозно урча и придерживая здоровой лапой, доедал сосиску, в дверь быстро стукнули, и на пороге нарисовались Охра и Фаллен. — Где? — выпалил последний. — Вон лопает, — Славка кивнул за шкаф. Примерно через час они закончили мазать пораненное кошачье ухо, промывать глаза, вытащили из подушечки передней лапки острый маленький камушек. Накормленный и оставленный наконец в покое котёнок мирно засопел в мягком кресле, сами же боевые офицеры, изрядно поцарапанные и покусанные мелким задирой, улыбаясь, смотрели на него. — Как назовём? — спросил Мирон. Славка с Охрой переглянулись и пожали плечами. — Гришкой пусть будет, — заявил Фаллен. — Был у меня в школе дружок Гришка, тоже рыжий. Мелкий, дохлый, но никому себя в обиду не давал. Его даже старшаки уважали. Этот шпингалет сильно на него похож. — Подходит, — согласился Охра, остальные только кивнули. — Всё, отбой! — велел Мирон. — Валите, вам завтра его ещё с парнями знакомить, а пока — спать. Когда парни ушли, Славка быстро помылся, съел ужин и завалился к Мирону под бок. Тот уже спал, чуть похрапывая. Славка обнял его и, засыпая, подумал, что сегодня был отличный день. Лишь бы Кикир и Мура вернулись живыми, а в остальном всё о’кей. * * * Телефон зазвонил в три утра. Кикир схватил спросонок трубку, машинально ткнул в кнопку, переводя на беззвучный режим. Кинул взгляд на дисплей: номер не определялся, звонили с телефона-автомата. Внутри сразу заныло нехорошим предчувствием. Покосившись на спящую рядом Муру, он осторожно подхватился с кровати, вышел в соседнюю комнату, прикрыв за собой дверь. Нажал на кнопку, молча ожидая. — Это Харун, я от Джихана, — сообщил хриплый голос, и Кикир замер, выпрямился. Медленно подошёл к окну, выглянул на пустую тёмную улицу. — Какого ещё Джихана? — бросил нарочито раздражённым и усталым голосом. — Кому вы звоните? — Мистер Файзул велел кланяться и спрашивал о вашем здоровье, — отозвались на том конце провода. — Проблемы с желудком, а в остальном всё слава Аллаху, — быстро ответил он, перехватил трубку вспотевшей ладонью и спросил уже другим тоном: — Почему так рано? — Вам нужно срочно уходить, — чуть приглушённо заговорил Харун. — Джихана арестовали. Он уничтожил большую часть документов, но явно не всё. Теперь мы не знаем, сохранился ли в оставшихся данных компромат на вас. Сожгите бумаги, прямо сейчас. — Что с паспортами? — коротко уточнил Кикир. — Я не успел их забрать, вам придётся выбираться самим, — подтвердил тот самые худшие опасения. — В девятнадцати милях на северо-восток от Тегерана есть заброшенный кишлак, там я спрятал машину. Заберёте — и немедленно отправляйтесь в сторону бахши Маку(3), найдёте проводника, он переправит вас до турецкой границы. Я постараюсь передать по спецканалу, чтобы в Турции вас встретили. — Почему не через Афган? — не понял Кикир. — Так гораздо ближе и удобнее, да и... — Афганистан, Грузия и Армения оцеплены, пройти невозможно, — перебил тот. — Турецкая же граница охраняется как обычно. Кикир задумчиво покивал, мысленно соглашаясь. В прозвучавших словах был резон: их сейчас начнут усиленно искать, расставят посты, везде будет немалый риск нарваться на засаду. Но если сделать так, как предлагает Харун, то есть шанс проскочить: никто не поверит, что они попрутся в обход. Пока сведут концы с концами, их с Мурой и след простынет. — В Турции вам нужно в Эрджиш, — продолжал Харун, — там есть наш человек. Пойдёте по адресу... — он быстро шепнул несколько слов и цифр, которые Кикир машинально уложил в памяти. — Торопитесь! Полиция может прийти за вами в любую минуту, — в трубке щёлкнуло, и связь прервалась. Кикир отключил телефон, кинул ещё один внимательный взгляд в окно и заметил едва уловимое движение внизу. Бросился в комнату, на ходу хватая со стула штаны и рубашку. * * * — Гвинет! Гвинет! — ставший за полгода почти родным голос звал издалека, и Мура поморщилась. Её немилосердно потрясли за плечо. — Жень, просыпайся! По нервам резануло тревогой, сон мигом слетел. Она открыла глаза, уставившись в сосредоточенное лицо близко склонённого к ней Кикира. Тот выглядел собранным и упрямо поджимал губы. Знакомо, как всегда перед боевыми заданиями. Кикир никогда не был склонен к панике на пустом месте, значит, это могло означать только одно: у них большие неприятности. — Что? — хрипло спросила она, подскакивая с кровати и бросаясь к шкафу. Сгребла в сторону аккуратно висящие платья, выволокла из рюкзака, запиханного на самую дальнюю полку, джинсы и майку и принялась торопливо одеваться. — Нужно уходить, — спокойно пояснил Кикир, прислушиваясь к подозрительному шороху внизу, на первом этаже. Привычным движением сгрёб из ящика деньги и документы, быстро сунул в карман рубашки, аккуратно задвинул в рукав длинный тонкий нож, повернулся к Муре. — Готова? — Секунду. — Зашнуровав кроссовки, та накинула на себя чадру(4) для маскировки, поймала кинутый ей напарником второй нож, сунула за пояс джинсов, жалея, что пистолетов у них нет. — Всё, идём. Прильнув ухом к двери, тот покачал головой, быстро огляделся. — Поздно, — шепнул одними губами. — Придётся через окно. Не задавая лишних вопросов, Мура кивнула, бесшумно бросаясь к постоянно распахнутой из-за духоты двери, ведущей на крохотный балкончик. Выскользнула на улицу неслышной тенью, глянула вниз, отпрянула, прижимаясь спиной к косяку. — Там пост. Кикир кивнул, нимало не удивлённый, задумался на секунду, вскинул голову. — Наверх, через крышу, — велел тихо и подставил сложенные ковшиком ладони. Привычно сгруппировавшись, Мура оттолкнулась и, уцепившись за карниз, подтянулась, ловко перемахнула на соседний балкон. Оглянулась подать напарнику руку, но тот справился самостоятельно, обозначился за спиной, снова сгибаясь и подставляя руки. — Давай, последний рывок, — сказал напряжённо. И снова всё повторилось: рывок-подтянуться-перелезть через перила. Тихо выдохнув, Мура мысленно посетовала о потерянных полгода, что они торчат тут. Конечно, многолетние навыки не пропьёшь, но всё-таки отсутствие нормальных ежедневных тренировок сказывалось. Хорошо, что между их номером и крышей было всего два этажа, так что, считай, почти добрались. Молча и быстро они перелезли через карниз и, пригибаясь, побежали по крыше, стараясь ничем не зашуметь. Снизу послышались громкие голоса и топот, какая-то ругань. Поймав Мурин вопросительный взгляд, Кикир поморщился. — Я не буду тебе это переводить, — отказался он, криво улыбаясь. — Валим, иначе нам труба. «Да в чём дело?» — очень хотелось спросить Муре, но она, разумеется, сдержалась. Сейчас первостепенная задача — уйти от преследования, а в том, что оно есть, не осталось никаких сомнений. Значит, где-то они крупно лажанули, раз за ними пришли прямо среди ночи. Хорошо ещё, что у Кикира слух как у летучей мыши — или чуйка сработала? — иначе накрыли бы их тёпленькими прямо в постели. Они подбежали к краю крыши, Кикир опёрся ладонями на парапет, глянул вниз, потом вперёд, стиснул зубы. — Придётся прыгать, — он мотнул подбородком на соседнюю крышу, маячившую в двух-трёх метрах. — Справишься? Я подстрахую. Мура бледно улыбнулась. Она не то чтобы боялась высоты, с такой фобией в боевой отряд её бы не приняли, но... скажем так, недолюбливала всё, что касалось полётов без страховки в воздухе выше десяти метров над землёй. Все в отряде знали её маленькую слабость, не слабость даже, а так, крошечный холодок в груди. Выполнению заданий он не мешал, Мура каждый раз успешно преодолевала его, но от такой завуалированной заботы Кикира стало на секунду теплее. — Конечно, — ровно ответила она на вопрос, пятясь назад для разбега. — Я первый, — отодвинул её Кикир. — Значит, смотри: сейчас я прыгну и кину тебе верёвку, обвяжешь пояс. — Он взял её за плечи, посмотрел в глаза. — Я буду держать тебя. Всё будет нормально. Верь мне. — Верю, — усмехнулась Мура. — Но верёвку не надо, смогу и так, я тебе не беспомощная дурочка... — Если ты будешь сигать без верёвки, беспомощным дурачком стану уже я, — перебил её тот и примирительно улыбнулся. — Жень, не начинай, времени нет. — Он прислушался. — Они уже близко. Всё, я пошёл. Он деловито перепрятал нож, чтобы было удобнее, подвернул рукава, разбежался и оттолкнулся ногами. Сердце зашлось на одну страшную секунду, Мура автоматически зажмурилась, ожидая услышать глухой звук от падения тела и крик, но ничего подобного не произошло. Открыв глаза, она увидела Кикира на второй крыше. Тот махнул ей рукой, бросая верёвку. Мура подобрала чадру, заправляя полы в джинсы, чтобы не болтались, шустро обвязала талию, отошла от края, подняла глаза, отчётливо видя лицо Кикира в ранних предрассветных сумерках. Тот шевельнул губами, глядя ей в глаза. — Прыгай, — приказал твёрдо. Сзади раздался шум, и Мура побежала, птицей перелетела через парапет прямо в объятия Кикира. Тот толкнул её в плечо, заставляя упасть, грохнулся рядом, ругаясь сквозь зубы и наблюдая сквозь щёлку за обстановкой. — Успели, — выдохнул облегчённо. — Они нас потеряли. — Вряд ли надолго, — возразила Мура. — Надо сваливать, они сейчас могут пойти осматривать соседние дома. — Обязательно пойдут, — согласился Кикир, перекатываясь на спину и шаря по карманам, проверяя, всё ли на месте. — Тогда уходим, — прошипела Мура, но тот только покачал головой. — Не, вниз уже не успеваем. Смотри, там караул. Мура вскинулась, возмущённо глядя. — Тогда какого?!. — Жень, какое самое надёжное место, чтобы спрятаться от врага? — снова перебил её Кикир. Она замолчала, мгновенно соображая, обречённо закатила глаза. — Да твою мать. — Угу, — согласился тот. — Самое надёжное — это только что врагом проверенное. Так что придётся прыгнуть ещё раз. — Вот же блядство, — вздохнула она и, предварительно проверив, что крыша напротив опустела, выглянула из-за ограждения. — А если и там засада? — Не думаю, — возразил тот. — Мы вещи по квартире раскидали, устроили чуть не погром, чтобы точно было видно, что мы сбежали, а не отошли в магазин. — Да, — задумчиво согласилась Мура. — Тогда давай побыстрее. Глупо будет попасться им прямо сейчас, здесь. — Точно, — ободряюще кивнул тот, снова разматывая в руках моток верёвки. — Готова? — Всегда готова, — огрызнулась Мура, пружинисто вскакивая на ноги. _____ (1) Макнаэ (перс.) — традиционный иранский женский платок с закруглёнными и сшитыми вместе концами. (2) Об этом рассказывается в первом рассказе данной серии: «Бойцы особого назначения». (3) Бахш (перс.) — район, административно-территориальная единица Ирана, являющаяся составной единицей шахрестана (области). Маку — город в северо-западной части остана Западный Азербайджан, в Иране. Расположен в 22 км от границы с Турцией в горном ущелье на высоте 1634 м над уровнем моря. (4) Чадра (перс.) — легкое женское покрывало белого, синего или черного цвета. Надевается при выходе из дома и закрывает фигуру женщины с головы до ног.