Гарри Поттер и Серебряный Ворон.

─ В смысле родственники из Германии? ─ неопределенно всхрипнул Поттер, и было тяжело определить, возмущён он или растерян. ─ Гарри, мне нужно навестить их. ─ практически по слогам произнёс Сириус, словно разговаривал с ручным лукотрусом. Изумрудная зелень глаз парня стремительно становилась болотной, словно в неё влили что-то мутное, грязное и совершенно дерьмовое на вид. ─ Это опасно. ─ отрезал Гарри, но даже так в голосе не было той твердости, услышав которую, человек понимает, что ему вскоре не оставят выбора, зато оставят сидеть на месте любыми средствами: шантажом, угрозами, магией и ядами из арсенала общедоступного зельевара, а это значило, что Гарри вели только врождённая упрямость и волнение. ─ Не опаснее, чем оставлять тебя один на один со Снейпом. ─ сипло отозвался Блэк, напоследок улыбнувшись и выскочив из дома. Вздохнув, Гарри поплёлся в библиотеку, где ему оставалось смиренно ждать профессора. Они договорились с ним провести остаток каникул в библиотеке Блэков, занятый каждый своим решением поставленной задачи и помогая друг другу кто чем сможет. Конечно, при этом Снейп очень уж выразительно фыркнул, но не прокомментировал, что определённо указывало на то, что Поттер, по всей вероятности, действительно может быть полезен. Это было и приятно, и страшно, ведь разочаровать Снейпа Гарри не хотел уж точно, а такой исход был практически определён, ведь, несмотря на полученные за лето и половину учебного года знания, он вряд ли мог сказать, что чем-то превзошел школьную программу, а уж тем более самого Северуса Снейпа, который, как ему нередко казалось, знал совершенно всё, к чему обращался любопытный нос парня. Пораскинув мозгами, Поттер попытался примерно вырисовать всю картину на сегодняшний день и составить маломальский план. Собирается он в конце концов думать или нет? А имелось у него в руках кипа начатых дел, незавершённых по той простой причине, что чтобы закончить одно, нужно было залезть в другое, а удерживать в руках все поводки становилось сложнее. В какие-то моменты ему становилось даже не до Тёмного Лорда, хотя тот казался единственно верной причиной того, что парень сейчас скакал, как заяц на костре в ночь летнего солнцестояния, по всем магическим наукам, пытаясь заодно вытянуть из завала свою учёбу. О личной жизни приходилось не только молчать в тряпочку, а ещё и свернуть эту тряпочку и добровольно бросить в костёр, потому что вот чего ещё ему не хватало, так это выяснения отношений или вечного нестабильного состояния из-за внутренних распрей! Бр-р. Определённо о своей личной жизни придётся вспоминать лет через "когда он убьет Тёмного Лорда". Артефакторика, руны, зелья, рода и еще куча-куча всего этого пепла, потому что взять хоть что-то из этого глубже, чем вставшие ребром вопросы, он не мог, ибо времени оставалось всё меньше, а если говорить честно, то его совершенно-то и не было. А уж разбираться с тем, кто друг, а кто враг... Поэтому в пристанище Поттера скромно ютились лишь Сириус, Снейп да Вал, которым он хоть что-то мог доверить. Душещипательные разборки внутри него о том, предали ли его Рон и Гермиона, кто из них прав, а кто околдован, не было даже желания. Потом, сейчас есть дела важнее и насущнее. Он даже Драко отодвинул на задний план, хотя обещал позвать его на Рождество. Что же... Раз Сириус уезжает, есть смысл пригласить Драко завтра, написав сегодня письмо Малфою-старшему о том, что Поттер ждёт его сына. Вот умора, если письмо попадет Тёмному Лорду! Возможно этого не стоит делать? Драко могло нехило перепасть из-за их дружбы. Прознай об этом Волан-де-Морт и Малфою придётся вставать перед выбором поддаваться ему или ставить себя под прямой удар. Нет, Гарри, конечно же, не мог такого допустить со своим единственным пока другом. Малфои ему спасибо не скажут, к слову-то. А если вернуться к делам насущным, то вскоре здесь должен был объявиться профессор, как он выразился: "Для решения важных задач", совместных, разумеется. Поттер вскользь пробежался взглядом по артефакту, который Сириус небрежно впихнул ему в ладонь. Тот выглядел не в меру хрупким для артефакта, вершащего время, способного на более ёмкое волшебство, нежели даже известные всему миру хроновороты, которых осталось всего пару штук. Министерство Магии считало своим первейшим долгом стереть с лица земли саму возможность перемещений, и, если взглянуть с прагматической точки зрения, они, вне сомнений, правы всенепременно, но ведь есть те, которые за исправление ошибки, цена которой чужая жизнь, готовы были отдать всё что угодно. Артефакт очень напоминал сердце родового зала Поттеров, шар крутился вокруг своей оси, ничем не прикреплённый ко внешнему тонкому ободу, диаметром с ладонь Гарри, таким тонким, что на нём едва была видна плотная вязь рун, которые, словно живые, качались и толкали друг друга. Или воображение шалило? Магией от артефакта не несло, как от обычных темномагических или тех, что содержали в себе громадное количество магии. Но разве такого уровня артефакт не должен был вмещать в себя невероятный объём волшебства? Поттер прекрасно помнил описание артефакта: "Глаз Бога ─ артефакт времени, попытки привести в действие которого пытались увенчать успехом более пяти поколений Поттеров. Чертежи, вязь рун ─ всё разрабатывалось Мастерами этих наук, коих было достаточно в нашем роду. В конечной, совершенной стадии артефакт должен не только переносить его Господина во времени, но и быть способным сделать так, чтобы разрыв пространства и времени не был заметен, а к тому же, мог быть в силах совершить невозможное доселе ─ чтобы на один год путешествия во временной петле, в реальности приходился всего один день. Мы долго считали это невыполнимой задачей, но однажды наш предок смог сомкнуть вязь таким образом, что там, в далёком будущем, при более раскрытой науке рун и замене некоторых в вязи, наши дети смогут обновить определённые элементы, такие как руны пространства и временных ворот. Соотношение времени, задуманное нами, слишком велико, но не наш ли род ─ род величайших артефакторов! Не наш ли род идёт от Певереллов, и когда-нибудь мы вернем ему былую славу, которая возродится с помощью нашего многовекового труда в руках наших потомков." Однако последние записи ─ его деда, не были утешительными, потому что тот исполнил все, как ему казалось, инструкции предков, но артефакт и не думал наконец соединять точно выточенные пазлы в цельную картину. Как писал Лорд Поттер ─ артефакт наотрез отказывался заводиться, поэтому его дед, решив эту идею не более, чем мечтаниями фанатиков в своём роду, поспешил избавиться от мук совести, запихнув бесполезную вещицу в сейф и продолжив жить проблемами насущными на благо Поттеров. Честно, хоть и изучив руны на уровне полного понимания строения оных на артефакте, Гарри не знал совершенно, что ему предстоит исправить, что убрать, добавить и нужно ли это делать. В конце концов, оказалось весьма неприятным фактом то, что записей, оставленных предками, не хватало. Вернее, пояснений, ибо многие расчёты и чертежи Поттер не понимал от слова совсем. Также практически не было расчётов вливания магии ─ а как ему понять сколько нужно поглотить артефакту для того, чтобы тот запустился? Да и Вал вне сомнений права, как его испытывать? Не на своей же шкуре, в самом деле? Ведь если что-то пойдёт не так, Англия лишится своего избранника. Не то, чтобы ему было до этого дело, но за свою шёрстку Поттер радел с недавних пор. Парень зашёл в библиотеку, ложась животом на мягкий ковер и раскладывая перед собой около десяти бумаг с чертежами. Он словно смотрел на эволюцию ─ предки предусмотрительно оставили все чертежи, даже базовые, которые позже были изменены так, что и не скажешь, что они относятся к этому артефакту. Это было невероятно умно, они всегда могли вернуться, если что-то бы не заладилось, но, как понимал Поттер, не ладилось у них до сих пор, несмотря на конечный результат. Он таковым и был, Гарри чуял, и дело было не в замене рун, это скорее обновление, нежели причина того, что его не могли запустить. В чём же тогда дело? Что так упорно ускользало от взгляда его предков? Но если это не дано было увидеть Мастерам, разве может потягаться с ними мальчишка, ещё даже не окончивший школу волшебства? Отчаяние начало накатывать волной. На это же уйдет вся его жизнь! Гарри беспомощно оглянулся на портрет, собираясь высказать свои страхи, но простонал, вспомнив, что Вальбурга сегодня ушла к Найджелиусу в Хогвартс для обсуждения важных дел. ─ Столы придуманы для всех, кроме вас, Поттер? ─ Гарри так вздрогнул, что артефакт выпал из рук, прямёхонько укатываясь под ноги Снейпу. ─ Ого, фамильное достояние Поттеров? Наслышан. Некий артефакт времени, о котором мы также узнали в ваших воспоминаниях. Говорят, это бессмыслица, ведь повелевать временем на таком уровне не сможет никто. Потрать вы хоть три тысячи лет на это. ─ профессор цепко глянул в глаза парню. ─ Подумайте получить Мастера на каком-то... более приземлённом проекте. ─ если бы он знал, что это нужно Гарри не столько из-за Мастера Артефакторики, он бы явно... сломал бы сейчас все труды Поттеров. ─ Вы хоть бы предупредили о том, что придёте... ─ сипло пробурчал парень, натягивая на кисти рукав изумрудной водолазки. ─ Вам письмом или отчётом? ─ резко ответил зельевар, после чего Поттер смутился, но извинений не принёс. ─ Вы говорили, что у вас есть дело ко мне... ─ начал было Гарри, но Снейп бесцеремонно вскинул руку, затыкая его и садясь в первое же кресло около столика, вынимая из мантии какой-то свиток. ─ Когда вы будете нужны, я всенепременно вам об этом донесу, мистер Поттер. ─ он скользнул по мальчишке сухим взглядом, отчего тот вспыхнул, поджав губы. ─ Занимайтесь, Гарри. ─ парень тут же уткнулся в свои записи, чувствуя негу от своего имени с чужих губ. Мерлина ради, Снейп уже дважды назвал его Гарри! Поттер задумчиво поднял взгляд, рассматривая профессора. Этого человека, как гласит его будущее, он полюбит. Но он будет любить лишь молодую версию Снейпа, что же до взрослой... Он нахмурился, оценивая мужчину. Дело не во внешности. Та была экстравагантной, необычной, но и не уродливой отнюдь. Сравнивать молодого и взрослого Снейпа было странно, словно он говорил о разных людях, о кардинально разных людях. Они ему представлялись как две противоположные фигуры ─ чёрный и белый ферзь. Молодой Снейп, он видел, неуверенный, зажатый, угрюмый, а Снейп сейчас был самим воплощением стати. Спокойный, умный, задумчивый, и, вероятно, несущий непомерную боль, которая до сих пор так и не смогла придавить его к земле. Что его держало? Ведь у этого человека не было любви, близких, друзей. Была только цель, и то не его, скорее навязана. Навязанная так же, как Гарри. Они оба были кому-то или чему-то обязаны и шли на передовой, размахивая флагом, на котором россыпью художника легла кровь. Ведь они похожи, Поттер раньше этого и не замечал. а сейчас, под снегопадом мелкой книжной пыли, смотря на профиль профессора, озарение пришло словно само собой. Это не было для него открытием, приятной вещью. Было никак. Как будто он и до этого знал. Будто это было непреложной, абсолютной истиной. Любил ли он Снейпа сейчас? Нет, он восхищался, пытался разгадать. Интересовал ли его молодой профессор? На уровне интереса исследовательского ─ да. Честно говоря, он даже готов был поспорить, что Гарри из будущего его и не любил, возможно, это была теплота и забота скорее братская, покровительственная, но не та. ─ Поттер, дыру прожжёте. ─ лаконично сказал профессор, впрочем, не отрываясь от написания чего-то там в своих свитках. ─ Ну в конце концов, я не могу, мне интересно, зачем я вам был нужен! ─ не выдержал пытки Гарри, резво подскакивая и подходя к зельевару, который выразительно уставился на него, отчего парень тут же стушевался. ─ Но профессор... ─ заискивающе пробормотал он. ─ Избавьте меня от лицезрения детских способностей выклянчивать игрушку. ─ мгновенно прервал его Снейп, устало потирая переносицу. Он махнул рукой в кресло напротив, и Поттер охотно приземлил туда свою беспокойную филейную часть, поджимая ноги под себя, на что Снейп тут же неодобрительно скосил взгляд, однако ничего не сказал. Его бледные руки быстро стали раскладывать на столе свитки с непонятными перечеркнутыми словами, по сто раз заменёнными. Выглядело это... как черновик. Снейп что, решил поинтересоваться у него о чём-то, что делал сам? Даже у Гарри не было такой веры в себя. ─ Что это? ─ поторопил парень, не в силах сдержать любопытство. ─ Полагаю, что то зелье подвязано на рунах. Мне интересно, что вы скажете по этому поводу, Гарри. А Гарри бы и рад подсказать, только от боязни попасть впросак ладони вспотели и мысли спутались в клубок, поэтому он лишь беспомощно заскользил по всунутому в руки пергаменту. Убористый почерк вдвойне отвлекал внимание, и мозг поплыл, кидая все ресурсы на запоминание, словно глаза возомнили себя колдокамерой. ─ Почему вы так думаете? ─ капитулировал Поттер, юрко выходя из под надобности отвечать на поставленный вопрос. Профессор откинулся в кресле, закидывая ногу на ногу и устремляя взгляд куда-то поверх парня. ─ Понимаете, это зелье условно сделано так, словно помимо самой жидкости, в неё всунуто ментальное заклинание, но это невозможно, так как наша дневная магия, как её называют в трактатах по рунам, уже влита из сосуда волшебника, её нельзя добавить больше, зелье воспримет это как пресыщение, и выйдет из под контроля. Это ясно? ─ взгляд на секунду вернулся к Поттеру, который кивнул, утыкаясь в исписанный пергамент обратно. ─ Значит, должна быть влита совершенно другая магия, а самая распространённая, которая мне приходит на ум - руны, да и не думаю, что Мёфиус иностранец. Он, скорее, иновремец. ─ Гарри сдавленно хмыкнул, проглатывая смех и смотря во все глаза на скользнувшую улыбку на тонких губах напротив. ─ Но каким образом он влил магию в зелье? ─ парень положил свиток, выхватывая перо из чернильницы и начиная что-то приписывать к записям Снейпа, на что тот заинтересованно глянул, но охотно продолжил отвечать на вопросы студента. ─ В процессе создания зелья индивидуальная магия мага вливается постоянно и непрерывно, просто в таком незначительном количестве, что по обыкновению волшебники этого не замечают. Конечно, есть специфические зелья, требующие довольно-таки много энергии, но это не такое. Я бы сказал, само зелье несложное, на уровне зелий для ЖАБА, а не Высших. Уникальность его всего лишь в этом вплетении вязи рун. Признаться, впервые такое вижу. ─ Поттер, помня автора этого зелья, непроизвольно покраснел. ─ Не имеете ли вы в виду, что он, в процессе варки зелья ещё и создавал параллельно вязь, втаскивая её в поток нашей магии? ─ восхищённо выдохнул Гарри, не веря своим ушам. Поверить в то, что он сможет сделать такое, не могло уложиться у него в голове. ─ Думаю, ты прав. ─ но Поттер уже стремительно что-то чертил, обводя некоторые руны, что писал сам Снейп. ─ Вот здесь вы ошиблись, полагаю, что скорее тугаз... Послушайте, это невероятно! ─ вдруг вскричал Гарри, вскакивая и обходя стол, буквально тыкая свитком профессору в руки. ─ Это не было вязью рун как вязь заклинательная, он просто из рун составил монолог, в котором просит руны выполнить свою задумку, вот почему вышло так аккуратно, здесь приложена рука самой Магии, даже у Мёфиуса не вышло бы так незаметно, действуй он лично... ─ он перевёл горящий взгляд на Снейпа и слова застряли в глотке, потому что чужое лицо было близко, настолько, что он видел каждую, мать его, ресничку, подрагивание уголка рта и даже родинку, такую маленькую, что она не была заметна. У самого края глаза, почти утонувшая в ресницах. ─ Молодец, я не думал о... ─ профессор наконец повернул к нему лицо, и Гарри без всякого артефакта почувствовал, как время растягивается, застывает, как желе, становится вязким, потому что эти глубокие чёрные глаза смотрели прямо в него, туда, дальше сознания, укреплённого теперь всегда мощными щитами, дальше души, куда-то в самую-самую суть, в изумруд, спрятанный на дне самого глубокого океана, почти касаясь его своими тонкими ледяными пальцами, словно он сам житель этого океана. Глаза, агатово-чёрные, кричали обратное ─ он житель ночи, самой запретной и тёмной ─ судной, где он Бог и вершит судьбы он и только он. Чужие ресницы затрепетали, словно грозясь спрятать, сокрыть этот невероятный взгляд, сквозь который Поттер летел через многолетние ледяные пустыни, приземляясь на выжженном поле, где над головой сплошь тучи, а там, чуть дальше ─ храм, горящий изнутри невероятной силы Магией. И всего на мгновение та дала почувствовать всю свою боль, всю редкую радость и невероятную усталость, как Гарри выбросило, словно рыбу на берег, когда профессор резко отвернулся от него. Ошеломлённый парень выдохнул, понимая с изумительной точностью, что та Магия ─ Снейпа, его суть. ─ Дальше вы сами, руны я набросал. ─ неуклюже вытолкнул он, возвращаясь к своим свиткам. Руны теперь выглядели чужими, мысли были далеко. Всё ниже опуская голову, Поттер был на грани того, чтобы не уткнуться носом в достояние Поттеров, как его вырвал из нирваны бархатный голос. ─ Когда вы были у Поттеров, вы пообещали им очищение магии до первоначальной тёмной. Как вы собираетесь это сделать? Ведь у них сильно смешалась Магия, уже вот как несколько веков. ─ Гарри уже было открыл рот, чтобы в красках рассказать, что он Мерлин его знает, ещё не думал, как внезапная мысль заставила его шокировано уставиться на профессора. ─ Вы гений... ─ выдохнул он, вскакивая и уносясь вон из библиотеки со своими свитками. Снейп только и успел услышать хлопнувший камин. Пожав плечами, он вернулся к зелью. А Гарри, уже летящий в родовой зал Поттеров с трясущимися руками, клял всё на ходу, ускоряясь. Если только его догадка верна, то пазл сложится. Фонтан отъехал в сторону, а парень влетел в зал, на ходу поднимая руку с перстнем и громко рявкая: ─ Созываю! ─ предки вспыхивали один за другим вокруг него, удивлённые, спокойные, раздражённые. ─ Мальчишка... ─ Рот надо было открывать при жизни, завались. ─ рыкнул Гарри, устилая пол перед ними свитками. ┬ Ваше добро? Гениальное, неправда? А знаете, почему не вышло? Вы забыли о самом лёгком, оно просто затерялось в ваших высоких умах. Магия нужна тёмная для наполнения артефакта, а у вас смешанная, разбавленная, как вино на празднике в Хогвартсе. ─ язвительно обнародовал парень. ─ И артефакту просто-напросто не хватало мощи и густоты магии. Активируйте сердце, будем вычищать с вас блох. ─ Мальчишка невероятно умён. ─ прошептал Аурелиус, пока Гарри усаживался на полу. ─ Да начнётся возрождение Поттеров! От сердца Поттеров рванула Магия, вся, заполняя весь зал густой мощью, от которой Гарри задыхался, пока не позволил ей пройти через себя, раствориться в ней. ─ Сколько же грязи... Магия вилась нитями, и среди тёмной, словно кровь, проскальзывали серебряные, почти серые из-за контакта с густотой тёмной. Парень палочкой скрупулёзно подцеплял это серое недоразумение, отправляя в сферу, которую любезно предоставили предки. К слову о тех, они ходили по залу, подталкивая серую массу к Поттеру, который был им невероятно благодарен, что ему не надо вставать. Работа кипела. *** Северус почти до ночи просидел в библиотеке, всё-таки выложив окончательную вязь, и размышляя, в зелье вплетать её, её противоположность, или просить магию от себя? Вновь всплыли глаза Поттера, и его цветущее поле внутри, полное маленьких дубков, которые грозились вырасти в вековые деревья. Его Магия была на свободе, висела над озером, кристальным, неомрачённым, её золотые нити сливались в огромный ком, дышащий молодостью, влюблённостью, болью и желанием сражаться. За ту секунду он узнал Поттера больше, чем за все года шпионажа. Столько он скрывал в себе света, настолько яркого, настолько... заражающего, словно чума, что это казалось удивительным чудом света. Он отдаленно напоминал ему Мёфиуса. Забавно, что тот с Гарри очень схож. Оба плохи в зельях, хороши в рунах, оба из рода Блэк... Северус резко впился пальцами в обивку кресла, бледнея на глазах. Быть того не может... Не может же быть, чтобы это и был Поттер! Носящийся со своим нереальным артефактом времени как с писаной торбой! Так всё-таки артефакту жить. И если учесть, что Гарри явно посетило какое-то прозрение, а камин подключён только к дому Поттеров... Оставив уже бесполезные свитки на столе, потому что это, видимо, и было ключом ─ понять кто такой Мёфиус ─ он возликовал, что Поттер дал ему доступ даже до родового зала. Оставалось малое и невероятно большее ─ успеть. А как показывала неутешительная практика, время было явно на стороне мальчишки. *** Гарри встал, со стоном разминаясь. Предки было собирались уйти, явно тоже истощённые такой длительной прогулкой в мир живых, но Поттер поднял артефакт. ─ Я активирую его сейчас же. У меня больше нет времени. ─ Ты его тестировал? ─ вмешалась какая-то женщина, беспокойно смотря ему в глаза. ─ У меня нет времени. ─ как мантру повторил парень, кладя артефакт на алтарь рода. ─ Запустим же само время. Магия, очищенная, ещё не ушедшая в сердце, благодарно хлынула в артефакт, отчего руны на нём вспыхнули таким ярким голубым, что Поттер прищурился. Всё прекратилось также скоропалительно, как началось. Тот мерцал голубым, а воздух вокруг вибрировал от магии. ─ Как запускать? ─ он повернулся к предкам. ─ Memento mori. ─ немного запнувшись, сказал кто-то. ─ Помни о смерти... ─ кивнул Гарри. ─ Помнить о смерти, это двигаться вперёд, пока ты жив. Помнить о смерти - это не сдаваться и предпринимать попытки в достижении цели. Помнить о смерти - это прощать проступки. Помнить о смерти - это пытаться понять другого человека, ведь он смертен и равен тебе. Помнить о смерти - это делать своё дело хорошо не для себя, а для тех, кто придёт после тебя. ─ все застыли, понимая, что сейчас решится то, зря ли они потратили столько лет или нет. ─ Memento mori. ─ Поттер коснулся артефакта, и последнее, что он увидел и услышал - ввалившегося в зал Снейпа, яростно крикнувшего одно: "Мёфиус!" "Догадался..." ─ промелькнуло трепещущее. ─ Прости, Северус... ─ успел прошептать он, и его утянуло.