Полюбить Дракона

- Немедленно выпусти меня! - Прошу не начинай… - Я сказала, выпусти! - Марла, ты же знаешь, согласно Кодексу я имею полное право… - Мне плевать на Кодексы! Отправь меня домой сейчас же! Я приказываю! - Боюсь, Ваше Высочество, на мою скромную обитель власть дома Шаллье не распространяется. - Не смей надо мной издеваться! Выпусти меня! - Прояви благоразумие, Марла. Я ведь не какой-нибудь монстр. - Ты, буквально, дракон!       Это была не совсем правда.       Верховный гильдмейстер Бальтуссар действительно имел кровное родство с древними порождениями бурь*. Это легко можно было заметить по его внушительным размерам (примерно, в полтора изолитянского* роста), чешуйчатой тёмно-серой коже и выпирающим костяным хрящам на скошенном назад массивном черепе. И всё же, назвав его «драконом», Марлена де Шаллье – юная наследница престола одноименного королевства – сильно преувеличила.       Род гильдмейстера относился к той эволюционной ветви крылатых чудовищ, что много веков назад пошла по пути смешения с куда более миролюбивыми расами, населяющими многочисленные изолы* и архипелаги воздушного пространства Девяти Небес. Природная страсть к похищению молодых девушек, обладающих высоким социальным статусом, не могла пройти даром для соплеменников Бальтуссара: потомки ужасных ящеров с каждым поколением приобретали всё больше гуманоидных черт, и, со временем, им пришлось встроиться в систему общественных отношений, приняв нормы поведения цивилизованных народов. Даже функционирующие крылья и способность к пламенному дыханию стали редкостью среди единородцев гильдмейстера. Соответственно, и страха на изолитян они наводили куда меньше, чего нельзя сказать о тех малочисленных огнедышащих гигантах, что парили в потаённых уголках Девятинебесья, поражая воображение редких учёных и искателей приключений, посвятивших жизнь охоте на древних чудищ.       Марлена, конечно же, знала, что верховного гильдмейстера правильно называть «драконидом», но сейчас ей было не до соблюдения межвидовых приличий. - Выпусти меня из этой клетки! - Марла, прошу… - Ты хочешь, чтобы я умерла в заточении!? - Ты здесь два дня… - Здесь, в этой хладной темнице, я не выдержу и недели! - Так прекрати орать и прибавь отопления. - Отвори темницу, чудовище! - Зажги свет, если тебе темно! Правда, Марла, я ведь старался, всё там обустраивал для тебя…       Возможно, принцессе Шаллье, привыкшей к вычурному комфорту покоев родного замка, находиться в камере временного содержания королевских особ было действительно тяжко. Но называть это помещение «темницей», или, тем более, «клеткой» было чересчур несправедливо с её стороны. Начнём с того, что верховный гильдмейстер Бальтуссар заплатил кругленькую сумму батракам подрядного цеха. А столь высокопоставленный драконид просто так не расстаётся с драгоценными реалами*. Разумеется, прежде всего, ему не хотелось позориться перед своими подручными и, особенно, мастерами других гильдий. Экономить на камерах содержания – дурной тон для похитителя принцесс. Но всё же…       Помимо стандартных удобств, вроде мягкой кровати, изолированной туалетной комнаты и переносной створки для переодеваний, в камере находился увитый резными цветами комод с большим вычищенным до блеска зеркалом, гардероб с новыми модными платьями и, даже, отдельная ванная. Между прочим, из-за неё пришлось перетягивать трубы водоснабжения, расширять стены кабинета гильдмейстера, а также, дополнительно платить за прочный дверной замок, дабы пленница не сочла Бальтуссара охочим до подглядываний извращенцем. Помимо одежды, Марлена получила в качестве подарка дорогой косметический набор и, вот уже второе утро в заточении начиналось для неё с нанесения толстого слоя макияжа на миловидное личико. Это было единственное время суток, когда она не орала на драконида. Даже во сне леди де Шаллье то и дело ругалась, осыпая похитителя проклятьями. - Ты не имеешь права меня тут держать! - Имею. Согласно Кодексу… - Если я ещё раз услышу про эти проклятые Кодексы, то – клянусь! – перегрызу себе вены! - О, боги… Марла, ну, нельзя же так…       Строго говоря, верховный гильдмейстер был прав. Не в том, что так себя нельзя вести – это вопрос дискуссионный – а насчёт своего законного права похитить принцессу. Небесные Кодексы дозволяли потомкам драконов временно лишать августейших особ свободы и принуждать их к династическому браку. Такая процедура давала им возможность получить титул при дворе, а порой и позволяла претендовать на трон. Для Бальтуссара – главы крупной механистической гильдии, снабжавшей боевыми автоматонами корабли Армады* - подобный карьерный рост был крайне желателен.       Но было одно «но»…       В Кодексах чётко прописано, что вступить с пленницей в союз, драконид может, лишь одолев в поединке героя. На эту роль, как известно, подходит, кто угодно. Жадный до приключений авантюрист, пират-наёмник, профессиональный драконоборец или какой-нибудь избранный с позабытого богами изола. А в случае победы, рука и сердце принцессы доставались уже её освободителю – тоже распространённая юридическая практика в Девятинебесье. У Марлены личный герой на случай похищения имелся с самого детства, ведь её родители прекрасно осознавали аппетиты жадных до богатств и власти драконидов. Тем более, воздушная крепость Бальтуссара, откуда он, подобно другим гильдмейстерам вёл дела, не опасаясь территориальных налоговых сборов, уже давно парила неподалёку от королевства Шаллье. - Криштофф скоро прилетит! Он освободит меня, а тебя, жирное чудище, он порубит на кусочки! – грозно воскликнула леди де Шаллье. - Знаешь, Марла, - Бальтуссар устало потёр чешуйчатые веки – Мне уже начинает казаться, что это не самое плохое развитие событий. - Это ещё что значит!? – возмутилась Марлена.       Ответа она не получила.       Внезапно, воздушная крепость содрогнулась, словно от громового шторма, а в следующее мгновение половина внешней стены рассыпалась в прах. Прохладный эмпирейский* ветер ворвался в кабинет гильдмейстера, разбросав документы со стола и заставив богато украшенные люстры звенеть, подобно детским колокольчикам. Красивый барельеф с изображением величественного древнего ящера рухнул вниз и раскололся надвое. Створки шифоньеров недовольно застучали дверцами, потревоженные резким сквозняком. В зияющей, по краям оплавленной жаром, пробоине проявились очертания небольшого крылатого судна. На палубе, рядом с дымящейся старомодной пушкой, вытянувшись во весь рост, стоял худощавый юноша, облачённый в лёгкие сияющие доспехи. - Я – Криштоффер Шаллийский – возвестил молодой человек, которого, казалось, вот-вот сметёт порывом ветра - Палладин Его Величества и личный защитник… э-э-э… одну минуточку.       Покачиваясь и стараясь держать равновесие, юноша с трудом перекинул деревянный трап к разорванной выстрелом стене крепости. Он осторожно и очень медленно начал двигаться по нему, держась за свинцовые перила и заметно опасаясь смотреть вниз. - Сейчас… я это… - немного сбивчиво обратился он к гильдмейстеру – Там ветер просто… давайте я к вам переберусь сначала. - Конечно – понимающе кивнул Бальтуссар – Я пока возьму семилистник.       Гильдмейстер отворил массивную дверь оружейного шкафчика и достал оттуда огромную булаву, ударная часть которой была разделена на несколько стальных лепестков. Было видно, что даже дракониду непросто совладать с таким смертоносным орудием. Криштоффер, тем временем, еле-еле одолел путь в два с половиной метра и неуклюже спрыгнул на пол взятого им на абордаж кабинета. - Ай! – патетично вскрикнул он, ударившись о деревянное покрытие пола худыми ногами. - Всё в порядке? – участливо спросил Бальтуссар, сжимавший в когтистых лапах грозный семилистник. - Да, чуть не подвернул, представляете? - Ну, Вы осторожнее… - Ага, постараюсь. Так вот: я – Криштоффер Шаллийский. Палладин Его Величества и личный защитник леди де Шаллье. Пришёл освободить прекрасную даму из твоих лап, дракон! Ну, в смысле, драконид. - Слышишь, Марла – гильдмейстер бросил взгляд на пленницу – Молодой человек вот знает, что я драконид.       Марлена закатила глаза. - Но, не смотря на его похвальные манеры – продолжал Бальтуссар – Победы в поединке ему не видать. Убирайся из моей обители, юный палладин. Не то, встретишь здесь свою смерть!       Криштоффер обнажил сверкающий меч и встал в боевую стойку. - Эта битва станет для тебя последней, злодей! Отпусти принцессу, или приготовься пасть от моего клинка! - Твоя храбрость равна твоей глупости, раз ты считаешь, что можешь одолеть Бальтуссара Мардукая, потомка самого Мардука Разорителя! - Для драконида ты весьма красноречив, Бальтуссар, но ораторское искусство не поможет тебе, когда я… - Боги Девяти Небес, ДА ДЕРИТЕСЬ УЖЕ!!! – раздался пронзительный вопль из камеры содержания королевских особ.       Раздражённый крик Марлены заставил дуэлянтов перейти от вербального сражения к основной части поединка. - Умри, коварное чудище – воскликнул Криштоффер и ринулся в атаку, нелепо размахивая мечом над головой.       «Хоть какое-то развлечение» - подумала леди де Шаллье. Она оперлась на решётку, отделяющую её камеру от кабинета гильдмейстера, и с интересом наблюдала за началом схватки.       Атаки палладина напоминали попытки щенка запрыгнуть на хозяйскую кушетку. Каким-то образом, Криштоффер умудрялся не попадать по туше драконида, который нависал над субтильным героем чешуйчатой скалой. Личный защитник Её Высочества потешно отпрыгивал и ставил неумелые блоки, хотя Бальтуссар даже не предпринимал попыток нанести удар. Кажется, булава оказалась не лучшим выбором оружия – гильдмейстеру явно не хватало техники владения семилистником, и драконид растеряно прижимал железную рукоять груди, лишь иногда парируя редкие точные выпады противника. - Давай, Криштофф! – нетерпеливо подбадривала Марлена своего верного рыцаря – Он вообще не двигается! Бей его!       Наконец, один из неумелых взмахов сверкающего клинка достиг цели. Ну, как достиг… порвал гильдмейстеру деловой костюм на предплечье и чуть задел зеленоватую кожу, оставив еле заметную бледную полосу на ней. Бальтуссар даже не озаботился надеть броню перед поединком. Коммерция ему давалось явно лучше, чем боевые искусства. Тем не менее, порча дорого сюртука разозлила драконида. Грозно зарычав, он попытался сокрушить тонконогого Криштоффера своей увесистой булавой, но всего пара неудачных заходов вынудила гильдмейстера отступить назад и немного отдышаться. Теперь он мог, разве что, опираться на рукоять семилистника, дабы не свалиться от усталости. Если б ящеры умели потеть, то на лбу Бальтуссара, прямо между его костяными хрящами, уже выступила бы испарина. Грузный, привыкший к сидячему образу жизни мастера гильдии пожилой драконид, едва ли мог составить конкуренцию умелому воину. К счастью для Бальтуссара, его противником был трусоватый Криштоффер, которого один вид семилистника повергал в плохо скрываемый ужас.       Именно такой унылый поединок и наблюдала из своей камеры Марлена де Шаллье. Ещё больше раздражённая нелепым зрелищем, принцесса решила вмешаться в потешную битву. Разув тонкую ухоженную ступню, она просунула руку сквозь прутья решётки и запустила туфелькой в драконида. Марлену никто никогда не учил премудростям владения метательным оружием, но она так часто кидалась бокалами и вазами в нерадивых слуг, что самостоятельно усвоила эту боевую дисциплину. Туфелька достигла цели и вонзилась каблуком в правый глаз Бальтуссара. - РРРААФФРХААА!!! – дико завопил тот от боли, хватаясь за одутловатую морду. - Боги Девяти Небес! Вы в порядки, гильдмейстер? – испуганно осведомился Криштоффер. - Да, да… жить буду – махнул когтистой лапой Бальтуссар, успокаивая противника – Забирай свою принцессу! - Правда? Не уверен, что по Кодексу так положено… - Я признаю поражение! Забирай её, и летите отсюда! Я лучше куплю себе баронский титул, или типа того.       Драконид тёр чешуйчатые веки, не размыкая слезящихся глаз. - Ну, раз Вы признаёте… - неуверенно протянул палладин. - Криштофф! Выпусти меня уже из этой проклятой темницы! – прикрикнула на рыцаря всё ещё заточённая леди де Шаллье.       Криштоффер схватил ключ со стола гильдмейстера и поспешил к камере временного содержания королевских особ. Маленькие руки палладина дрожали, и ему никак не удавалось отворить решетчатую дверь. Марлене это напомнило, как юный герой неловко снимал с неё корсет одной тёплой незабываемой ночью. Забыть ту ночь леди де Шаллье не удавалось вовсе не из-за романтичной сентиментальности, а просто потому, что ничего смешнее она в жизни не видела. Вот и сейчас она не смогла сдержать улыбку, глядя на тщетные потуги своего личного защитника. Криштоффер же прочитал в мимике принцессы лишь радость от скорого освобождения славным рыцарем. Это придало ему уверенности, и замок, наконец-то, поддался.

***

      Прохладный ветер Эмпирей надувал паруса и легонько трепал крылья маленького небесного кораблика. Почти неслышно жужжали боковые пропеллеры, чуть покачивая судно из стороны в сторону. Где-то вдали таяла за облаками воздушная крепость механистической гильдии, в которой одноглазый драконид раздумывал, как ему сэкономить на ремонте пробитой снарядом стены. Даже глуповатое лицо Криштоффера в лунном свете казалось красивым.       Марлена привстала на цыпочки и легонько чмокнула своего спасителя в щёку. Формально, он всё-таки герой - согласно Небесным Кодексам, которые принцессе королевства Шаллье стоило бы чтить. Лицо палладина расплылось в довольной улыбке, и Марлена положила голову ему на плечо, почувствовав, что Криштоффера всё ещё бьёт мелкая дрожь.       На горизонте показался родной изол, со всех сторон окружённый гладью ночного неба. Ещё немного, и можно будет различить зубчатые башни королевского замка. Марлена де Шаллье возвращалась домой.       «Интересно, как Криштофф будет рассказывать придворным о своём поединке с драконом?» - подумала Марлена, и тут же мысленно поправила себя – «Вернее, с драконидом»