Секрет

Да он себе просто места не находил. Будто его решили изолировать от всего в этом мире на какое-то время. Или не просто «на время». Закрыли в невидимом вакууме, откуда постепенно будет выкачиваться воздух, пока Саске не умрёт от этого. И никто даже не приблизится, не посмотрит, не освободит медленно сгнивающее тело. Так он и останется разлагаться в одиночестве, темноте и тишине. Как всегда. За многие годы жизни такое стало привычным, зато за последний месяц, или даже больше, такое не вписывалось, не подходило под привычный образ жизни. Саске всегда быстро к чему-то привыкал. К новому месту жительства, порядку дня, изменившимся с кем-то отношениями и другому. Вот и сейчас. Он уже хорошо привык к шумному светлому урагану, что отличался своей энергичностью и издаваемым постоянно звуком. С Узумаки было уютно, создавалось ощущение настоящей семьи, не просто дружбы. Это было что-то необъяснимое словесно, невообразимое. Они легко понимали друг друга, чувствовали эмоции, было такое ощущение, будто они давно смешались, распались на мелкие частички, и теперь в Наруто есть добрая часть Саске и наоборот. Было такое чувство, что если один поранится, другой это почувствует, будет испытывать ту же боль. Было такое чувство, словно они предсказывали действия друг друга, могли видеть чужими глазами. Было вообще много чувств. А сейчас ничего. Пустота. Холод. Будто Узумаки порвал эту связь. Может, он давно планировал это? А может «связи» и не было? Всё казалось нереальным... Тут начали закрадываться глупые, но подозрительно имеющие смысл догадки о том, что, возможно, всё это — галлюцинации, которые являются последствием какого-нибудь психологического заболевания. Причём и не понятно, что именно входит в спектр возможных «глюков». А Саске точно решил приютить Узумаки у себя дома? А Итачи вообще заезжал сюда пожить? А вдруг у Учиха вообще нет брата? А что, если он сейчас далеко не у себя в квартире, а в остром отделении психбольницы? Или всё же с ним всё в порядке а со всем миром как раз нет? Может наступил конец света, все эвакуировались, и именно Учиха остался в неведении? — Я псих, раз думаю о таком, — сказал Саске тишине, впрочем, не имея под своими словами ничего серьёзного. Это так, просто, для разрядки атмосферы, хотя и вероятность того, что что-то для этого может поспособствовать, невероятно мала. Эта самая атмосфера была накалённой до предела, но необычно-лёгкой на первый взгляд. Учиха сидел прям на полу, в углу, которым служили стена и одна из сторон кровати в его комнате. Перед глазами был высокий белый потолок, кажущийся серым из-за так и не включённого света. Шея уже затекла от долго задранной головы и слегка покалывала, а кровать в месте, где лежала голова, уже нагрелась. Такое чувство, что он смотрит на чистый холст, где постепенно будет вырисовываться картина, а там будут изображаться переживаемые сейчас чувства. Что-то с оттенками чёрного и синего, красными крапинками, белыми очертаниями... Странные мысли и ассоциации. Саске даже не переоделся после школы, как всегда это делал, что противоречит всем правилам. Не очень удобный пиджак слегка мешал, но Учиха предпочёл не обращать на это внимание. Он как в тумане помнил последние несколько часов, что провёл, не выходя из дома. Просто не хотелось. Ничего не хотелось. Смысл каких-либо действий мгновенно исчез. Сознание мучали вопросы, много вопросов... «Зачем?» «Для чего всё это?» «В чём смысл?». Возможно, многие бы сразу в такой ситуации выбежали на улицу, стали звать пропавшего, будто это поможет. Так бывает, наверное, только в фильмах. И он считал это глупым. Просто обычная стадия отрицания, или как там можно назвать это состояние? Впрочем, неважно. Учиха до этого момента не спеша закрывал все окна, разбирался с переставшими работать часами, убирал раскиданные ветром вещи и занесённые им же листья. Он пытался отвлечься, завязнув в рутине, пытался делать вид, будто его это всё совершенно не трогает, и вообще, ничего не произошло. Навести порядок ведь правда надо. Залетевшие в квартиру листья достаточно отличались своей яркостью на фоне чёрных, серых, или, наконец, белых тонов. Они пестрели оранжевыми, жёлтыми и красными цветами, впрочем, не очень-то и плохо вписываясь в декор. При упоминании тёплых оттенков снова пришла ассоциация с кое-каким неугомонным парнем, что преследовал Саске в мыслях почти всегда, особенно в последнее время. Он такой же яркий и так же иногда не вписывается в серую массу людей. Он необычный, выделяющийся. Будто лишний. Но Узумаки, кажется, умел находить со всеми общий язык, если захочет, и редко где-либо считался неуместным. Всё этот проклятый город, район, люди, что слепо верят легендам или сами же их распускают. Наруто нигде не лишний, по крайней мере, не в жизни Саске точно. Учиха с кряхтением встал. Его спина затекла от долгого сидения в не очень удобной позе. Пол холодом встретил голые ступни, глухие шаги от комнаты хозяина до коридора нарушили тишину. А ещё эти часы.

«Тик-так»

Раньше Саске вообще на этот звук не обращал внимание, зато сейчас он напоминал о пережитом страхе пару часов назад. Да, страх — главная составляющая тех ощущений. Он был липким, следующим за жертвой, подсказывающим самые худшие варианты исхода. Да, было именно страшно. А ведь раньше Учиха презирал подобные эмоции у себя, не то что испытывал. Даже смешно возможно. Возможно. Прям у двери стояли пакеты, которые он оставил, сразу же забыв обо всём и понёсшись проверять квартиру, и только сейчас, наконец, про них вспомнил. Тогда до них вообще не было дела. Саске зашёл на кухню и поставил свою, надо признать, нелёгкую ношу на специально стоявший для этого небольшой стол. Параллельно с распаковыванием Учиха всё ещё был занят своими размышлениями. «Может, Узумаки испугался, потому что увидел Орочимару из окна и убежал?» — вполне логичное объяснение данным событиям. «Итачи вполне мог срочно уехать к себе домой из-за срочной работы там...» — тоже, более чем возможный исход. В первой сумке стояла форма с тортом. Шоколадный, с цитрусовыми – любимая сладость Узумаки. В следующем пакете был, как казалось самому Саске, годовой запас быстрозавариваемого рамена, хотя он и понимал, что по меркам Наруто его там не так уж и много, — всего пару десятков пачек. Следующая коробка — набор красок, что Узумаки давно хотел, о чём недавно вскользь рассказал. И пусть кто-то там и говорит, что всё это «не принято». Саске был уверен, что имениннику подарки понравились бы. В любом случае, всегда найдутся недовольные, всегда они смогут найти изъяны. Будто это смысл их жизни. Хотя, кто знает... Большинство осуждают окружающих из-за того, что сами не смогли чего-то добиться или, наоборот, чтобы указать на собственный успех. Почти всем этим Саске закупился заранее, чтобы не тратить зря время, чтобы можно было провести время с Наруто, и оставил в своём шкафчике в школе. Вот бы удивились одноклассники, если бы разглядели порядка двадцати пачек лапши у Учиха Саске. Он усмехнулся. И правда, изменился за время пребывания Узумаки в его жизни... А теперь от него осталась одна лишь пустота и незабытые чувства. Мысли бегали из крайности в крайность, сумбурно, не останавливаясь на чём-то на достаточное время. Голова просто гудела, казалось, что она скоро взорвётся. На ум приходило всё и сразу, не оставляя друг для друга места. Мысли боролись между собой за главенство, объединялись, менялись с пугающей скоростью. Необычно, немного страшно. Думалось и обо всём, и ни о чём одновременно. Взгляд зацепился за кружку, стоящую рядом с раковиной. Это была вещь Узумаки. С глупым рисунком, — по-детски нарисованные жабки менялись размерами и оттенками зелёного на розовом фоне. Наруто увидел такую где-то в рекламе и уговорил Саске её купить, после чего она и стала его любимой. «Потому что рисунок мне понравился! И её купил и подарил мне ты, после долгих уговоров, даттебайо!» — говорил этот идиот. Было ещё одно чувство помимо страха. Злость. Ярость. На Узумаки, который непонятно куда смылся, не предупредив, на «Гадюку», что решил явиться с угрозами и своей грёбанной сделкой, на Итачи, который поступил так же, как и Наруто, да на весь мир в целом. Понимание, что всему есть своя причина и эта злость необоснованная, не помогало. Эти чувства были испепеляющими, доставая до самого нутра, будто с целью избавиться от обладателя. Это была бессильная, бесполезная злость. Это было медленным самоуничтожением. Кулаки сильно, грозя поломкой собственных костей, сжались. Всё случилось быстро. Рядом стоящую стеклянную вазочку с конфетами запульнули в стену напротив. Изо рта вырвался недо-крик, больше похожий на яростный рык. Осколки разлетелись, наверное, по всей кухне, с громким звоном, а конфеты, что были внутри, пестрели разными цветами также, по всей комнате. Саске слегка ошарашенно смотрел перед собой, тяжело дыша. Он не ожидал, что даст сам себе слабину. Ноги отказывались держать, Учиха проскользил спиной по стене, садясь на пол, в бессильном жесте роняя голову на согнутые колени. На глазах почувствовалась влага. Из-за одной чёртовой кружки случилось всё это. Накатило. Боль же причиняют воспоминания, понимание, что такого может уже и не будет. Да, было больно. Страшно, больно, яростно. Из-за одной чёртовой кружки разрушилось то, что выстраивалось годами. — Чёрт, идиот... — скованный, хриплый шёпот протиснулся скрозь стиснутые зубы. Саске не плакал. Никогда не плакал. Даже сейчас, нет, он не плачет. Просто в организме переизбыток воды, наверное. Да и жидкости на лице, как и в глазах нет. Вроде.

* * *

Оживлённая улица могла бы поразить своим шумом, чуть ли не заглушающим собственные мысли. Хотя, это обычное субботнее утро, когда половина людей идёт работать или учиться, а половина – отдыхать. Обрывки фраз разной степени громкости и смысловой нагрузки, гудение машин, надо признать, неплохое пение уличных музыкантов, озвучка реклам, оглащающих о скидках, чей-то крик — кажется, женщина потеряла ребёнка из виду... Звуки накладывались друг на друга, мешаясь в кашу, и, после проникновения в голову, пытаясь поделиться на прежние составляющие. Перед взором была просто чуть ли не вся палитра цветов. В глаза бросались ярко-жёлтый рюкзак какой-то девушки, зелёная куртка мужчины, почему-то открытый чёрный зонт женщины с ярким макияжем. Люди проходили мимо, толкались, извиняясь только после того, как прошли больше метра, не надеясь, что их услышат, оставляя после себя неприятное ощущение на коже. В глазах каждого человека, что удавалось увидеть мельком, затаилось своя частица личности. У каждого своя жизнь, своя история, свои привычки, что было видно даже сейчас, свой стиль, своя аура. Каждый из них сторонний наблюдатель существования других людей. Понимание того, что, скорее всего, каждый из толпы появляется перед глазами первый и последний раз, необъяснимо трогала. Возможно, стоящая на остановке женщина могла бы сыграть значительную роль в чьей-то судьбе, а возможно, сейчас она, вроде как, обычным стоянием на месте разрушает чьи-то ожидания. Может она опаздывает, или наоборот, хочет добраться слишком рано? А может и вовсе просто поедет на работу, и ничего от этого не изменится... Чужие руки, случайно коснувшиеся лица, по ощущениям, обожгли кожу. Было холодно, как и во время всего последнего месяца. Пронизывающий ветер скользил между людьми, касаясь каждого. Только что выпитый кофе перед выходом из дома всё ещё слабо согревал внутренности, оставаясь во рту в виде горьковатого привкуса. Саске даже не пытался лечь спать после вчерашнего прихода со школы. Он наблюдал, как на электронных часах сменялись цифры и, наконец, дата. Сегодня одиннадцатое октября, сдача проектов по химии, кстати. Учиха провозился с ним не меньше недели, и не без помощи Узумаки. Узумаки... Глаза буквально слипались, бодрящий напиток и холодный утренний душ вообще не помогли. Ворота школы были уже близко. И как только Саске сможет сконцентрироваться на учёбе в таком состоянии? Вспомнился Наруто, который частенько не спал по несколько суток. Вспомнился. Опять. Да что ж такое... Он теперь везде его будет преследовать в воспоминаниях? Конечно, не хотелось его забывать. Сбегать от прошлого и от своей же памяти глупо, надо это признавать. Но такая частота появления этой личности в голове даже слегка пугала. Ну, или же не слегка. Саске всё больше и больше, с увеличением возраста, убеждался в том, что именно память причиняла боль. Ну, а ещё, привязанности. Они прям на первом месте. Раньше в сердце были лишь семья и немногочисленные друзья. Не очень давно — лишь Итачи. Обязательно нужно будет попробовать снова позвонить ему, а если не получится, то связаться через клан. Этот «идеальный старший братик» пропадал сейчас непонятно где, собрал вещи, и даже, к примеру, записку не оставил. Но если тот уехал планово, то, наверное, сказал Узумаки, который, в свою очередь, тоже пропал. Прекрасно, что сказать. Но всё же если удастся дозвониться до главы клана, то тот либо полностью прояснит ситуацию, либо поможет найти этого... омегу? альфу? бету? Да неважно... Вспомнился разговор с братом около трёх дней назад. Это было глубокой ночью, в гостиной, когда Узумаки уже давно спал. Итачи сидел рядом с ним на диване, обманчиво-заинтересованно читая газету. Время его совершенно не смущало, – режим и без этого ужасно сильно сбит. — Он же тебе симпантичен. А знаешь его вторичный пол? — как бы между прочим спросил тогда старший, не отводя взгляда от новостей. — Нет, не знаю. Мне вообще сейчас абсолютно всё равно. Даже если он и альфа, обманывать самого себя из-за стереотипов общества или ещё чего-то весьма глупо, — послужило ответом, кажется, даже слишком серьёзно, соответствуя тону спрашивающего. А Итачи лишь хмыкнул, будто не веря словам брата. Ну а потом он, как ни в чём не бывало, начал разговор о делах Учиха. О том, что доход увеличился, но есть небольшой риск потерять власть. Шанс правда небольшой, но надо заранее просчитывать все варианты. Отец, а позже и Мадара, повторяли это каждый подходящий момент. «Дисциплина — это важно! Каждый Учиха мечтает стать главой клана». После повторной мысли о клане в голову пришло ещё одно истечение событий. Если Итачи и Наруто убили, во что верить не хотелось, то будут избирать новую главу Учиха, и первый на очереди Саске, наряду с Шисуи. Вот этот вариант ему чертовски не нравился, что, впрочем, неудивительно. Как минимум смерть близких людей уже много что значит. Да и желания разгребать бумаги, следить за капиталом и, не надо отрицать, не редко избавляться от «ненужных посредников», не было. Саске глубоко вдохнул, выдохнул, ещё раз. Нужно успокоиться. И трезво оценивать ситуацию, не поддаваясь эмоциям. И не слишком сильно вдаваться в воспоминания, как и в неизвестное будущее. Всё же сейчас будут уроки, к многим из которых, кстати, Учиха был не готов. Только подумать, кажется, впервые в своей жизни он не выполнил домашнее задание. Скатывается по наклонной, как сказали бы всё те же отец или Мадара. Впрочем, плевать. Уже абсолютно плевать. — Саске-кун! — донеслось со двора школы. День начинается ужасно. Хотя нет, даже хуже. Высшая степень ужасности? Такое слово вообще существует? Хотелось бы сказать что-то по типу: «типичный понедельник», и не важно, что сегодня, вообще-то, суббота. И даже не типичная. Типичный будний день? Не важно. Насколько это всё глупо. Бессмысленные рассуждения. Сказывается недосып. — Саске-кун! — повторилось чуть с другой стороны. Его окружают? Это фанатоопакалипсис? К нему подбежал кто-то один, мелькнув темными волосами прям перед глазами, и накинулся на шею. Краем глаза удалось заметить, как ещё кто-то, бежавший с другой стороны застыл, а потом резко развернулся и ушёл. Как эти «фанаты» достали... Несомненно, сейчас чужое тело согревало, что придавало даже комфорта, но непрошенные касания всегда, всё равно, казались неприятными. Эта тактильность... не устраивала. Обычно. Учиха стоически остался на месте, терпя объятия. Даже не сказал ничего. Где его медаль за терпение? Хотя, всё равно скидывать с себя, как он понял, ученика его школы, не имело смысла. Да и, тем более, на какое-то время остальные, по большей части омеги, успокоятся, подумав, что Саске уже в отношениях с кем-то. Надо признать, сложно представить, чтобы кто-то терпел его достаточное время кроме двух человек. Ну и крест всем этим ученикам в руки с благословением на накрученные сплетни. Сейчас бы крикнуть: «Благославляю, дети мои! Будьте сообразительными, да включите мозги свои куриные, ибо хорошую ложь да сплетни правдивые без этого не придумаешь! Я верю в вас, фанаты мои!» Глупо. Это сказываются долгие разговоры с Узумаки, пропитанные юмором с огромной долей сарказма. Ну и опять же, недосып, конечно. Учиха даже прошлую ночь, с девятого числа на десятое, очень плохо спал. А спал ли вообще? Память пожала плечами и развела руки в стороны. Когда не надо, она с радостью подсовывает картинки прожитого, а как надо, так не допросишься. Парень, практически повисший на нём, притих. Четыре девушки и три юноши, стоящие у ворот, до этого находясь в ступоре, начали шушукаться. «Включили мозги свои куриные.» Саске слегка вздрогнул, когда почувствовал, как по шее несильно стукнули два раза и очень слабо поцарапали, кажется, слегка отросшим, ногтём на пальце. Ещё раз. Ещё. Что-то похожее обычно делал Наруто, по большей части непроизвольно, как чаще всего казалось. Такое случалось почти всегда вечером, при просмотре очередного фильма или простой болтовни, когда они уютно устраивались на кровати. На седьмой удар Учиха резко отстранил от себя парня, не выдержав мучительно-счастливых воспоминаний. На него смотрели зелёные глаза с малой долей насмешки и больше — облегчением. Мир сомкнулся на одном месте, Вселенная остановилась, а непонимание происходящего прошлось цунами. Его куда-то упёрто потащили, как оказалось позже, просто подальше от школы. Остановились они у какого-то кафе, где, надо признать, было немного меньше народу. Огромных стёкол, как это бывало в некоторых заведениях, не было, да и народу рядом тоже мало. Почти никого не видно и не слышно. Ну, хоть толкаться никто не будет. Ещё здесь ветер почти не дул, благодаря стенам зданий, напиханных в это место с слишком маленьким расстоянием между друг другом. Что ж, весьма неплохое место из ближайших для разговора. Учиха практически не знал о его существовании раньше, хотя это и недалеко от школы. — Прости, что ушёл, ничего не сказав, — со слабой улыбкой всё того же, но уже более заметного облегчения, начал шатен. — Так получилось. Непредвиденные обстоятельства, так сказать. — Ты... — не нашедши слов, Саске просто дотронулся до непривычно-уложенных, да ещё и крашеных волос. Взгляд зацепился за чуть-чуть, меньше чем на миллиметр, но всё-таки съехавшую линзу. Непривычно, очень-очень непривычно. — А, это... — Узумаки тоже дотронулся до волос, неловко задев руку брюнета, из-за чего тот её убрал. — Краска скоро смоется. Лучше натуральный цвет? — в этом весь Узумаки... У них тут важная проблема, у Саске куча вопросов, а он говорит о совершенно сейчас неважном. Хотя, говоря начистоту, для Учиха всё, что касалось Наруто, казалось важным. Пройдёт ли это когда-нибудь? Хотя, честно говоря, не особо-то и хочется, чтоб всё проходило. Или это очень даже неплохой вариант? — Светлые мне нравились больше, натуральность нынче в моде, — слегка перевёвши это в шутку. — Но если тебе нравится, то я не в праве оспаривать твоё решение, — серьёзно добавил Саске. — Нет, не нравится, — Наруто покачал головой, кажется, вздохнув с чувством успокоения, — Саске-кун, — насмешливо добавил он спустя пару секунд, из-за чего Учиха притворно вздрогнул от ужаса и неприязни, дотронувшись одной рукой до головы, а другую приложив к сердцу, ещё и закатив глаза для правдоподобности. — Только посмей меня ещё раз так назвать, пожалеешь, — его угроза казалась даже чересчур убедительной. — И, вообще, тебе не стоило выходить на улицу, — не менее строго сказал Саске, засунув руки в карманы. — Да ладно тебе, — Узумаки махнул рукой. — Было забавно наблюдать за Хиши, когда он увидел кое-какое сходство меня с собой же, как бы это странно не звучало, даттебайо, — со смешком выдал шатен, ну или блондин. — Возможно, сразу он подумал, что мой дух пришёл мстить. По сути-то, именно он же виноват в моей «смерти», — Наруто закавычил последнее слово ладонями, подвигав двумя пальцами на каждой руке. Смерть-то всё же подставная в итоге. Правда знают об этом лишь человек пять... Вроде как «больше двух говорят вслух». Определённо это выражение не подходит почти ни к какой ситуации. — Ты издеваешься... Собираешься воскреснуть? Как у Хиши только волосы не поседели? — насмешливо спросил Саске. — Я бы посмотрел на это... — О-о, поседели, — злорадно ухмыльнувшись, заявил Наруто, мечтательно вспоминая это. — Но в итоге он подумал, что ему просто мерещится, да и я ушёл, тебя как раз увидел. И пепельные пряди ему, знаешь ли, идут. Будет стильный, как Какаши-сенсей. Они теперь чуть больше похожи. Я как-то видел у Хиши в вещах прекрасную книжечку, «Приди-приди рай». Вот постареет Хиши, и будет старым девственником-извращенцем, — Узумаки почти мечтательно прикрыл глаза. — Всё твои шуточки, — обречённо покачав головой. Саске был рад, что с его идиотом всё хорошо, и такие глупые моменты считались даже ценностью. С какой-то стороны даже тупой, но ценностью. — Кстати, Саске-кун, теперь я твой новый фанат, раз уж леди и джентльмены у ворот узрели наши объятья, — игриво сообщил Наруто, перекатываясь на ногах с носков на пятки и обратно. — Где ты обитал всё это время? — резко сменив тему, спросил Учиха, перед этим в обязательном порядке усмехнувшись на предыдущую реплику Узумаки. — Вот именно туда мы сейчас с тобой и пойдём, — воодушевлённо сообщил Наруто. — И не волнуйся ты так, школа никуда не денется! — заметив взгляд на здание, спешно добавил он. — От одного прогула ничего не случится, ты же у нас влиятельный малый, даттебайо! — Хн. Хоть пока что особо ничего и неизвестно, Саске был рад, чертовски рад, что с Узумаки всё хорошо. И не так уж и важно, что он этого не сильно-то и показывает, Наруто всё равно поймёт. Всегда же понимал. Впереди пока что была неизвестность. Куда же всё-таки этот усуратонкачи его поведёт? Не сильно важно, честно говоря. Лишь бы рассказал хоть что-то. Но чувствуется, что впереди будет ещё какое веселье... И уж точно не в самом хорошем смысле. Узумаки что-то определённо задумал и это скорее всего относится, как минимум, к мафии. А вдруг Узумаки, как в глупых фильмах, как раз и является её главой? Это, конечно, навряд ли, но всё равно в ближайшем будущем точно будет что-то серьёзное. Да, правда, впереди ждёт веселье. Ещё какое...

* * *

Учиха ступал за одним идиотом, который решил, что лестница — самый лучший выбор и вообще, лифты изобрели инопланетяне, которым нельзя доверять, и, ужас какой, эти железные монстры способны закидать страусиными яйцами. Саске усмехнулся, поражаюсь своей фантазии, когда представил эту картину. Наруто выглядел бы милым только что вылупившимся страусёнком со скорлупой на голове. Если уж говорить честно, то неизвестно, почему Наруто решил тащиться на одиннадцатый этаж пешком. Незапланированная тренировка? Решил подражать Року Ли из третьего класса? Саске лишь молчаливо следовал за ним, всё же он здесь впервые и не знал, куда они направляются. Глухие шаги с эхом от них же прекратились, и Узумаки открыл дверь, даже не позвонив. Странно. Никто не удосужился воспользоваться ключами во имя безопасности? — Ты уже вернулся, — сразу же наполовину вопросительно донёсся женский голос из квартиры, и они оба вошли. Внутри это было обычное, особо ничем не примечательное жильё в спокойных зелёно-жёлтых тонах. — Сегодня брат приедет, — в прихожую суетливо ворвалась блондинка, по виду, того же возраста или на пару лет старше, чем они, по пути собирая вещи в свою сумочку. Парни, до этого ещё снимающие обувь, встали. — Представляешь, он не перестаёт удивлять своими закидонами! Только подумай, взял мою карту и понакупил, видите ли, очень важных деталей для своего хобби! — она начала надевать пальто, с чем ей помог Наруто. — Ох, так непривычно, — имея ввиду вид бывшего блондина, девушка на какое-то время остановилась, внимательно разглядывая его лицо. Потом она как-то по матерински, снова торопливо поцеловала его в щёку на прощание, почти пробежала мимо и стала быстро обуваться. — Это у тебя он всё это время жил? — обращаясь к Саске, которого до этого будто и не замечала, подтягивая резинки на волосах, стоя перед зеркалом. — Ага, — в своей манере «мне плевать на всех и вся», ответил Учиха. — Я была мягко говоря разочарована, когда узнала о смерти этого лягушонка, — услышав прозвище, Саске незаметно усмехнулся. О да, оно подходит Наруто. — И знаете, что мне не понравилось больше всего, так это то, что сказал нам про это всё знаете кто? Орочимару, зараза. Он даже не поленился, приехал прям лично. Никакого такта и уважения... Думаю, он хотел, чтобы брат сдался под его напором, — она вздохнула, мысленно собираясь. Видимо опаздывала на важную встречу. — Так, ладно, я опаздываю, — подтверждая мысли Учихи, — так что побежала. Даже не буду просить тебя, Наруто, не пропадать, но ты хотя бы поживи уж. Ну ладно, пока! — девушка, улыбнувшись, махнула обоим рукой, и резво побежала на выход. Узумаки тоже улыбнулся, закрыл дверь, теперь уже на ключ, и повернулся, смотря на Саске, привалившегося к стене, как-то уж очень странно. Учиха поднял одну бровь, уже почти не борясь с желанием раскрыть всю подноготную Наруто. Нет, ну серьёзно, может отправить Одзи-сану список своих вопросов в порядке хронологии, касающихся Наруто Узумаки-Намикадзе? С появлением ответов постоянно появляется всё больше вопросов. Причём в огромном разнообразии: от вторичного пола до пропажи одного из достаточно влиятельных людей мира. Что дальше? К этому добавится что-то по типу тайны о том, когда ожидать конец света? Или что-то про инопланетян, которые сделали из лифтов существ, которые высаживают страусиные яйца и кидаются ими? Это всё конечно же забавно, но сейчас не до смеха. Наруто подошёл к Саске и резко обнял его, немного сильнее, чем надо, сжав шею. Учиха прерывисто выдохнул, и особо не понимая, к чему всё это, и где искать повод, обхватил его талию, поглаживая ладонями по спине. — Я волновался... — шёпотом сказал Узумаки. — Орочимару страшный тип. Сам же знаешь. — Ты ушёл, потому что его испугался? — также, шёпотом, можно сказать, заворожённо спросил Саске. — Бред, — Наруто покачал головой и, вздохнув, отстранился. — Пойдём в комнату, расскажу, что могу. Уже подойдя к кровати, Наруто расслабленно-устало буквально что упал на неё, из-за чего матрац подкинул его на несколько сантиметров. Наверняка Узумаки не спал этой ночью. Впрочем, это часто случалось до этого. Зато, живя у Учиха, он высыпался. Можно гордиться за свою квартиру? Или за себя самого? Саске сел рядом, опёршись о стенку и, сложив руки на груди, начал, не собираясь медлить: — Что ж, обвиняемый Узумаки-Намикадзе, допрос начинается. Потрудитесь объяснить, почему вы находитесь сейчас не в моей кровати, а здесь? И не смей говорить что-то о двусмысленности этой фразы, не переводи тему. — Ла-адно, — Наруто сел. — Итак, думаю, стоит начать с малого. Это квартира нашего с тобой одноклассника, так скажем. Твои предположения? Так уж и быть, разрешаю проверить твою интуицию, — он слегка игриво махнул рукой, как бы показывая свою благосклонность. Вот уж подвиг — Наруто-сан позволил включить логику и интуицию, чтобы ответить на собственный вопрос! — Инузука? Яманака? Нара? — нельзя сказать, что Учиха уж очень был в этом заинтересован, но это всё равно являлось важной составляющей сложившейся ситуации. — Почему именно про них подумал? — хитро ухмыльнувшись, поинтересовался Наруто, будучи человеком, что знает намного больше подробностей. Или абсолютно все подробности. В любом случае, побольше, чем Саске. — Знаю, что Киба живёт со старшей сестрой, да и ты с ним больше общаешься. Но та девушка не похожа на кого-то из клана Инузука, так что этот вариант отметаем. Насчёт Ино – попросту по цвету волос и похожий стиль как одежды, так и причёски. Но тоже навряд ли. Ну а насчёт Шикамару — у него девушка примерно также вроде выглядит. Хотя, я не очень-то удивлюсь, если в итоге правильным ответом окажется, например, Неджи какой-нибудь, — Учиха нахмурился, говоря о Хьюго, будто даже его имя оставляет неприятный осадок во рту. — Ты же у нас неповторимый и самый непредсказуемый. — Браво твоей логике, даттебайо, — хлопая в ладоши, со смешком выдал Узумаки. — С одним ты угадал. Да, это Темари — девушка Шикамару, но квартира не его. Есть догадки? — Получив в ответ лишь ожидание продолжения, он хмыкнул. — Что ж, это место жительства Гаары. — Вы с этой милой леди решили отомстить ему за все грехи и отобрали квартиру? Где искать труп? Я теперь боюсь быть твоим врагом, — насмешливо проговорил Саске. Хотя, честно говоря, удивиться было чему, хотя бы вспомнив отношения этих двоих в школе. Конечно, Учиха сказал про Хьюго, но это, чёрт возьми, была шутка. Всё чудесатее и чудесатее... Может Гаара совершенно не знает о том, что в его квартире живут? Или эти два блондинистых существа всё же по-настоящему являются мошенникам? — Темари — сестра Гаары. Что насчёт него, то у нас, на самом деле, не такие уж и плохие отношения, — посмотрев на чёрную поднятую бровь и недоверчивый взгляд, Наруто не мог не согласиться, — да, конечно, их отношения мало были похожи на дружеские. Если конечно дружба — это... то, что происходило между ними в школе. — Мы с ним многим похожи, знаешь ли, но он этого, увы, боялся. Понимаю, звучит смешно даже, но что есть, то есть. За ним Орочимару тоже охотится, но оставил это. Гаара, конечно, типа «ненавидел» меня, но всё же помог, когда понадобилось. Он как-то однажды спас меня даже. В общем, сложные у нас отношения. — Боялся? — Да. Ну, знаешь, он привык быть одиночкой, а тут я со своей схожестью и дружбой. В общем, он не хотел меня близко к себе подпускать, но признал, что мы могли бы дружить. — Ладно, дай мне переварить эту информацию. А что насчёт того, почему именно ты ушёл? — Что ж, начнём. Орочимару приехал задолго до твоего прихода со школы, распугивая население только видом трёх чёрных бронированных машин. Ну так вот, долго объяснять, но так уж вышло, что я поехал с ним в его лабораторию, — с первого взгляда, совершенно несерьёзно начал рассказывать Наруто, слегка размахивая руками. — Он хотел, чтобы я подписал документы о том, что согласен отдать своё драгоценное тело во имя науки. Договор был о том, что это будет только после смерти, но я уверен, — Орочимару либо переделал бы документы в свою пользу, либо приблизил бы их исполнение. Я конечно ничего не подписал, зато теперь знаю, где его убежище. В общем, выкрутился. — Во-первых, это опасно, — хмыкнул Саске, пряча своё беспокойство, и не поленился грозно посмотреть на Узумаки, обещая выговор за такую безответственность. — Да-да, — перебил его Узумаки, не особо вникая в замечание. И сам всё понимает. — Теперь дальше. Итачи об этом знает, и не волнуйся, он тоже меня уже отчитал, особенно, когда узнал, что я на достаточно высокой скорости выпрыгнул из машины. Но это уже немного другая история, — опередил он вопрос Саске. — Чтобы расправиться с Орочимару, мне нужно опять проникнуть к нему в логово, неважно как, и собрать доказательства. Дальше клан Учиха, у которого тоже разногласия с Орочимару, поможет, даттебайо. Из основного — это всё. — С машины ты выпрыгнул когда тебя как бы везли обратно ко мне домой? Наруто кивнул, пожав плечами. Действительно, что тут такого? Может то, что Узумаки мог умереть раз сто за этот маленький промежуток времени? — Значит ты хочешь наведаться в одно из самых опасных мест в городе, чтобы «победить зло»? И плевать на безопасность. Браво, — протянул Саске, поражаюсь тому, как Наруто просто об этом говорит. — Знаешь, я с тобой. И только попробуй не согласиться. Одного я тебя точно не отпущу.