Я вижу лишь тебя

Мистер Тай еле поднялся с дивана и нахмурился. В большом неуютном доме царил полумрак и холод. Конечно. Камин ведь не горит. Эль давно перестал зажигать его. Он делал это только в старом доме в Вене и то ради матери. Эрика любила атмосферу, которую создавали поленья, полыхающие жарким огнем. Лоран болезненно скривился и осторожно осмотрелся. Даниэль уже ушёл в университет. Он даже извиниться перед сыном не успел. Не стоило ему вываливать на него свои переживания перед финальной игрой и экзаменами. Да и вообще, не стоило пить. С хриплым вздохом Тай старший стыдливо уткнулся лицом в свои руки. Как он только умудряется постоянно портить жизнь своим близким. Как у него выходит все усложнять? Его желание быть счастливым обернулось адскими страданиями для всех них. А, что хуже всего, в конце концов, сам он никакого счастья так и не испытал. В голове неприятно запульсировало и, словно уставший старик, постанывая и вздыхая, Лоран пошел в свою спальню. Накинул на плечи теплый халат и услышал слишком громкий для его нынешнего состояния звук входящего сообщения электронной почты. Болезненно прищурившись, мистер Тай подошел к столу и стукнул пальцем по экрану планшета. Налил из графина минеральной воды в стакан, что стояли тут же. Потянул спасительную жидкость ко рту, вчитался в сообщение и чуть не поперхнулся: - Жалоба на Эля?! Даниэль сидел в аудитории и слушал изнуряюще неинтересную лекцию об экономических подъемах и спадах на рынке, когда в дверь постучали и на пороге показался его отец. «...Это срочно», - все что услышал Эль из тихого разговора между ним и лектором. Вдохнул поглубже и начал собирать вещи в сумку. - Тай, иди. - Раздалось посреди стихшей болтовни, и Даниэль поднялся. Он знал, что заявление отцу уже пришло, а потому, спускаясь между рядов, не горел желанием оставаться с ним наедине. - Доброе утро, кстати, - Тай старший не обернулся к нему, шагая чуть впереди, когда они неторопливо двинулись по коридору. - Жалобу уже видел. - Не стал ходить Эль вокруг да около. - Видел. - Отец выглядел измученным и тревожным. Но Даниэль лишь зло хмыкнул. - И что? Устроишь сцену прямо посреди универа? - Я был бы не против услышать, как все было на самом деле. – Остановился мистер Тай и посмотрел на сына. - Я его не бил. - Тот, словно, приготовившись к войне, расправил свои плечи и обдал мужчину ледяным взглядом. - А почему клевещет? - Он хочет себе девушку. Мою девушку. Мистер Тай нахмурился и ненадолго прикрыл глаза: - Девушку взамен на стажировку и на игру в финале? - попытался сосредоточиться, но голова страшно ныла. - Так это шантаж. - Он самый. Лоран украдкой глянул на Даниэля, потирая наболевший от похмелья лоб. Сын последние годы стал особенно жесток по отношению к нему, но чего он ждал? Оставил семнадцатилетнего пацана на четыре дня наедине с горем, наедине с погибшей матерью. А все потому, что хотел отдохнуть. Четыре дня. Тай старший тяжело вздохнул. Он изничтожил всяческую сыновью привязанность за каких-то четыре дня. - Оушен? Это сын начальника федеральной службы? - Да. Лоран немного подумал и кивнул: - Хорошо. Я услышал все, что хотел. Может покажешь мне стадион? На миг Даниэль растерялся: - Стадион? - Зря я что ли приехал? Все равно директора вашего еще нет. - Не смей его уговаривать. Эти угрожающие ноты в голосе на миг оглушили Лорана. Как же Эль похож на свою мать. Настойчивый, упрямый, никогда никого не слушает - Эрика во всей ее красе. - И не думал. - Ругаться тоже не надо. - В голове не было. - Тогда чего ты хочешь? Лоран снова прищурил ноющие от света глаза: - Подам ответное заявление. За клевету. Прощупаю Оушена, Витса. Разберусь в ситуации. Варианты есть. Или ты забыл на чем я специализируюсь? Всего-то нужно уточнить где ты был в момент, когда, как он говорит, ты его избил. Даниэль неприязненно изогнул губы: - Я даже не знаю, когда я его избил, по его словам. - Ну, значит, узнаем, - отец положил свою руку на широкую спину сыну, а тот вздрогнул. Лоран еле сдержался, чтобы не взвыть от досады. Его единственное наследие - его кровь и плоть... А словно чужой. - Ну так что? Где ты тут с мячом носишься? Холодный недоверчивый взгляд шоколадно-алых глаз напомнил о прошлых грехах. - Нет, - Тай старший устало вздохнул. - Я из добрых побуждений. Давай... - Ему было сложно вести этот деликатный разговор особенно, когда в голове была каша, а язык вообще казался чужим и лишним во рту. - Давай попробуем снова. Ведь, как ни крути, а у нас с тобой остались только мы. - А сука та где? На которую ты маму променял? - Даниэль повел плечом, давая понять, что отцовская ладонь ему мешает, и Лоран убрал руку в карман. Молча перетерпел гневные слова сына и вновь осторожно заговорил: - Я расстался с ней сразу как погибла Эрика. Ты же знаешь. - Ты так много врал, что уже непонятно чему верить, а чему нет, - фыркнул Эль и, сунув руки в карманы черных брюк, направился дальше вдоль коридора. - Послушай, - мистер Тай пошел за ним. - Пожалуйста послушай, Даниэль, - он встал перед сыном. - Я слишком поздно понял, что на самом деле был нужен тебе и маме. Я был растерян! А в той женщине... Мне казалось, я нашел в ней утешение. Даниэль хмыкнул. Лоран не знал, как объяснить причины своего поведения. Но может, если его не понимает сын, поймет мужчина? - Ты никогда не ощущал себя одиноким? - тревожно спросил Тай старший. – Когда вокруг знакомые люди: приятели, женщины, коллеги и рядом с тобой, вроде как, та самая, но ты, - подыскивал он нужное слово, - пустой. - Лоран с надеждой взглянул на Даниэля. - И даже ее близость не спасает тебя от этой пустоты. Ты все всматриваешься в ее лицо, пытаешься найти в нем хоть что-то, что тебя зацепит, но нет. Оно чужое. И день ото дня это чувство только нарастает, и ты начинаешь ненавидеть ее и себя, и вообще всю свою жизнь. Что-то изменилось во взгляде алых глаз. Отчужденность сменилась на растерянность, и Лоран торопливо продолжил: - Я искал кого-то, кто спасет меня от этого губительного чувства, Даниэль. Я знаю, конечно, я понимаю, что это ничего не меняет, но я хочу, чтобы ты понял почему я так поступал. Поверь, если бы я только знал, что тогда произошло, я приехал бы в тот же час. - Но ты не приехал. Горечь и разочарование, уже давно живущие в резком голосе, убивали Лорана. Он опустил голову: - Я не знал, что ты звонил. Я был пьян. А потом телефон выключился и... Я просто решил его не включать. Я хотел тишины и спокойствия хоть на пару дней. Старший Тай боялся смотреть на сына. В осуждающем взгляде карих глаз он слишком отчетливо видел жену, но, что еще хуже, слишком ярко видел ненависть. Однако затянувшееся молчание заставило его поднять голову. Эль хмуро смотрел на него. - Изменять-то зачем было? Не мог сначала оставить маму, а потом уже пускаться во все тяжкие? - Эрика не отпускала меня, - Лорана пугал возможный исход этого разговора. - Она всегда знала. Просто верила, что все наладится. Алые глаза наполнились удивлением. Даниэль оторопел. Его словно тяжелой доской по спине ударили. И в груди неприятно заныло. - Так мама знала? - С самого начала. Я рассказал ей сразу же, как понял, что хочу уйти и подал бумаги на развод. Но она не подписывала их. - Да быть не может. «Мама знала», - никак не укладывалось у него в голове. Зато он не знал! И сейчас не понимал, как к этому относиться. Эль совсем запутался и растерялся. И хоть дождя сейчас не было, и на нем была рубашка, но он отчетливо ощутил, как громко барабанят холодные капли по капюшону той самой красно-черной толстовки. - Пойдем, - тихо произнес, не глядя на отца. - Я покажу тебе стадион. Вайолет сидела у окна и наблюдала за тем, как на площадке играют в баскетбол парни из команды университета, но Эля среди них не было. А ведь он сегодня на занятиях. - Привет! - рядом уселась Ирис и тоже посмотрела в окно. - Что, переживаешь, да? - Ты, о чем? - вопросительно уставилась Ви на подругу. - Ну, из-за исключения Тая. - Какого исключения? - она не понимала, о чем речь. - Ты не слышала? На него же Дин директору заявил, тот и подпер его со всех сторон. Стипендию отозвали. Из команды исключили. Вроде как до разъяснения ситуации. - Чего!? - а вот такого Вайолет совсем не ожидала. - Какой ситуации?! - Так избиение, - Ирис обрисовала круг вокруг собственного глаза. - У Дина синяк размером с мой кулак. - Синяк? - Вайолет оцепенело глядела на подругу. - Эль? - В голове вспыхнула настоящая гражданская война. - Избил Дина? - однако победитель был определен мгновенно и безапелляционно. - Да чушь собачья! Ирис пожала плечами: - Чего не знаю - того не знаю, но факт, как говорится, на лицо, - усмехнулась она. - Ну сукин сын, - прорычала Ви и, оставив на парте все свои тетради, уверенно направилась на выход. - Ты куда?! - Сумку посторожи! Она не могла не вмешаться. Эти проблемы у Эля только из-за нее, и она обязана их решить, а потому ей необходимо поговорить с Дином. - Оушен! - Вайолет влетела в аудиторию и, увидев парня, сидящего за столом и флиртующего с какой-то девушкой, зло оскалилась. - Ты совсем края потерял?! Да как ты мог его оговорить?! Улыбка медленно сползала с лица Дина. - Могла бы для начала поздороваться. - К черту приветствия! Что ты творишь?! - нависла Ви над ним, облокотившись ладонями на стол. - Воздаю по заслугам, - процедил Оушен. - Я не знаю, что ты наговорил директору! Но зато я прекрасно знаю, что этот фингал под глазом у тебя не от Даниэля! - Откуда? - Дин уставился на Ви. - Тебя там не было. Откуда ты знаешь? Почему так уверена!? - зло рявкнул он и тоже встал. - Забери это заявление! - зашипела Вайолет. Уж кто-кто, но точно не Даниэль должен расплачиваться за ее выбор. - Нет, - ехидно ухмыльнулся Оушен. - Пусть этот гад побудет в шкуре неудачника. - Дин! - Вайолет готова была прибить его на месте. - Я сказал нет! - Значит будешь клеветать, лишь бы потешить свое эго?! - Свое эго?! Я?! - опешил парень. - Да это Таю пора спуститься с небес на землю! Этому кретину слишком сладко живется! Он всего лишь рожей вышел, а смотрит так высокомерно, как будто королевских кровей! - Что ты несешь?! - Ви не узнавала в человеке напротив своего друга. - Завидуешь что ли? - Завидую? - Лицо Дина перекосило от злобы. - Чему? Что он трахает закомплексованных тупых дур, подобных тебе? И тут громкая пощечина прозвенела в воздухе. - Да подавись, - зло выплюнула Вайолет. - Я никогда тебя не любила, но считала достойным человеком. Однако ты сумел меня разочаровать! Надеюсь папа гордится тобой! - и, гордо вскинув голову, Ви вышла из аудитории, провожаемая десятками удивленных взглядов. Она быстро зашагала по коридору, как, вдруг, ее осторожно прихватили за плечо. Вайолет резко обернулась, уже готовая в ярости заорать на Оушена, но это был не он. Перед ней стоял светловолосый друг Даниэля. - Сэм? - Прости, - он убрал руку и обеспокоенно уставился на нее. - Не лезь в это, пожалуйста. - Что?! - Эль сам со всем разберется. - Миринати явно был встревожен происходящим. - Ты хоть понимаешь, что эти проблемы у него из-за меня? - Я-то прекрасно понимаю, но для Эля все иначе. Вайолет на мгновение почувствовала себя контуженной: - Ты, о чем вообще?! - Эль. Ему проще, когда он сам по себе. Понимаешь? - Нет! - взъерепенилась Ви. - Ты говоришь странные вещи! Мне что, просто смотреть как Оушен портит ему жизнь? - Да. - Чего?! - Она все больше не понимала происходящее. - Я знаю, как это выглядит, - Сэм шумно выдохнул. - Но порой мужчине, чтобы быть мужчиной, нужно чтобы женщина не совала свой нос в его дела. Вайолет всплеснула руками: - Да ты с ума сошел! - Не надо, - тихо попросил Сэм. - Он отмахнется, гарантирую. Тебе еще и достанется. - Вот и посмотрим, - резко развернулась Вайолет и пошла к выходу, как вдруг остановилась. Эля же отстранили. Тогда где он сейчас? - Во дворе. К нему отец приехал, - словно прочитав ее мысли, с тяжелым вздохом, ответил Миринати. Даниэль проводил отца до кабинета директора и теперь сидел за столом на скамейке в ожидании итога переговоров. Если ничего не выйдет, то он лишится места в команде, лишится места стажера, лишится стипендии. Не лучший конец обучения, не лучшее начало взрослой жизни. Эль вздохнул и нервно облизнул губы. Сейчас бы он закурил. Его жизнь обратилась в сплошной кавардак. Где-то система дала сбой. Он столько сил вложил, чтобы победить в финале и, в конце концов, не попадет на него? Столько ненавидел отца, а, по итогу, стоило ли? Так отчаянно убивал в себе всяческие привязанности, а сам не смог отпустить Вайолет. - Какого ж, - раздражённо стукнул ладонью об стол и резко встал. Все вышло не слишком удачно. Из образцового парня за один день он превратился в отрицательный пример для студентов. Тренер, хоть и не обвинял, но на площадку не пускал. Директор, хоть и не вдавался в подробности, но поддержать отказывался. Все вокруг шептались, преподаватели игнорировали, но сейчас он переживал не только из-за этого. Оказывается, он похож на отца - такой же гонимый собственным одиночеством. Неужели его пустота тоже сделает его несчастным? Неужели и он не найдет никого по-настоящему родного и любимого? Мимо проходящие парни кивнули в сторону Даниэля и засмеялись, а он кулаки сжал. Все эти люди вокруг... Эль не знал, как себя успокоить. Не знал где взять сил и, вглядываясь во все эти лица, искал в них хоть что-то похожее на спасение, но ничего не находил. И тут на крыльце университета он заметил Вайолет. Закатное солнце мерцало в рыжих волосах, и они отливали роскошными рубинами. Ветер играл с длинными прядями, и девушка выглядела так, словно пришла из сказки. Маленькая, хрупкая. Такая милая, такая простая и открытая. Чудесная. Вайолет искала кого-то взглядом, осматриваясь по сторонам. Но вот, увидев его, радостно заулыбалась. И это выражения нежного личика затмило собой весь кавардак, воцарившийся в жизни Эля. Исчезла паника и страх, а с ними и все эти пустые лица вокруг. И как он раньше не понял... Почему он раньше не понял, что искал не кого-то; что в этой разномастной толпе он всегда искал именно ее. Он годами смотрел на эту девушку. Однако только сейчас, увидев ее улыбку, обращенную к нему, осознал почему. Эль улыбнулся и, наконец, почувствовал, как тяжесть, висящая на нем, стала отпускать. Быстрым шагом пошел к Ви, и она торопливо кинулась навстречу. Все, вдруг, показалось куда проще. Нет финала и не надо, в конце концов, он никогда не собирался заниматься спортом профессионально. Стипендия не так важна в конце обучения; они не бедствуют, он легко доучится. А стажировка... У него есть АиБ. Что может быть лучше огромной компании, известной во всем мире? Не это ли признание его невиновности? Против корпорации Миринати никто не пойдет. В руках дяди Лукаса давно уже больше богачей и сильных мира сего, чем под отцом Оушена. - Привет! - Ушей коснулся ее звонкий приятный голос, и Эль крепко обнял девушку. Закрыл глаза и отдался на волю тепла, что окутало его. - Вайолет, - Даниэль уткнулся в копну рыжих, пахнущих лавандой волос и притих. - Эль, как ты? - в нежном голосе зазвенела тревога, но он покачал головой, не желая портить момент. - Просто обними. Ви послушно прижалась к нему, и, почувствовав ее дыхание на своей шее, Даниэль окончательно успокоился. - Ты не замерз? - Нет, - осторожно приподнял ее лицо, взяв руками за точеные скулы. - Мне тепло, - и прильнул к мягким розовым губам, на вкус терпким и сладким, словно пряный крепкий глинтвейн. Нежный неторопливый поцелуй был непохож на все предыдущие, и Ви не могла унять тревожного желания. Даниэль ласкал ее губы, игриво посасывал и слегка прикусывал. Его крепкая рука немного щекотно прогулялась по тонкой шее, а вторая обхватила гибкую талию потуже, притянув Вайолет так близко, что она почувствовала, как буянит его, обычно спокойное, сердце. - Эль, - выдохнула, когда он отстранился и, глядя на ее губы, провел по ним большим пальцем. - Что? Не здесь? Много народу? - Да плевать на них, - пробормотала Вайолет. - Я хотела поговорить насчет Дина. Я хочу помочь, всем чем смогу. - Ты и так уже помогаешь. - Его горячие губы вновь запечатали ее рот, и язык сладострастно принялся играть внутри, заставляя Ви растворяться в ощущении неспешно накатывающей страсти. Его руки опустились ниже и резко притянули ее бедра к своим, позволив Вайолет впервые ощутить возбуждение этого молодого мужчины. Ви ошарашенно уставилась на него, хоть взгляд и был разбавлен вожделением. - Эль. Ты чего это? Прямо так... Я не ожидала... - Не ожидала, что возбуждаешь меня? Я ведь уже говорил об этом. Его грубый голос звучал сейчас неимоверно сексуально, и внизу живота приятно заныло. - Я... Мы ведь теперь вместе...И это...Нормально. Просто... - Расслабься, - он осторожно сжал ее бедра. - Тебе надо привыкнуть ко мне, не кажется? И пусть Ви была напряжена, испытывала она совсем не страх. - Вайолет, - Эль приблизился к ее уху настолько, что коснулся его своими губами, когда заговорил. - Ты такая красивая. У Ви сердце замерло, а затем диким галопом понеслось вскачь. - Почему же ты не замечал этого раньше? - Я всегда так считал. - Но вокруг были девушки покрасивее, да? - А сама? Или у ворот тебя твои братья встречали? - поддел ее Даниэль. - Ты видел? - она удивилась и смутилась одновременно. - Ну так не слепой. Вайолет поджала губы: - Просто подошел бы первый и не пришлось искать тебя в других. Он перестал улыбаться и серьёзно заглянул в ее глаза: - Так я и подошел. Ви задумчиво нахмурилась: - Эль, - неуверенно пробормотала. - Насчет Дина. - Хочешь спросить я ли врезал твоему другу? - Нет. Я знаю, что не ты. Ты не стал бы рисковать финальной игрой и стажировкой из-за него. - Из-за него и правда бы не стал, - улыбнулся он. - Я польщён тем, что ты переживаешь, но не стоит - я разберусь. - Но эта каша из-за меня! - Ничего подобного. - Еще как... - Вайолет, - нахмурился Тай. - Не зли, пожалуйста. - Даниэль! - сердито фыркнула она и отошла от него. - Орменс! - гневно рыкнул он. Ви сжала свои кулачки и вопросительно уставилась в шоколадно-алые глаза. Даниэль выдохнул: - Будем из-за этого ругаться? - сделал шаг к ней. - Не хочу ссориться с тобой. Вайолет не ожидала такой быстрой сдачи, но в этой схватке она явно осталась в числе проигравших. Что же, видимо, его друг был прав. Он знает Эля лучше. В этот раз Вайолет его послушает. - Ладно. Даниэль одарил ее ласковой улыбкой, и сердце радостно затанцевало извечный нежный вальс. Дождалась. Его тепло, его сердечная мягкость, наконец, обращены к ней. Вот он Даниэль Тай, по-настоящему которого знают лишь некоторые. Он заботливый, теплый и он ее. - Эль, - Вайолет обняла его. - Прости за все это. - Тебе не за что извиняться. Это только между мной и им, - спокойно ответил Даниэль. - Я даже не знаю, что сделать, чтобы все исправить. А он так легко вздохнул и покачал головой, с улыбкой посмотрев в полные тревоги зеленые глаза: - Я знаю, Вайолет. Но этот вариант мне не подходит. - Ты уверен? - Я уверен, - и Даниэль вновь притянул ее к себе, зарывшись лицом в рыжую копну волос. А Лоран, что вышел из здания университета, внимательно наблюдал за девушкой, на которую Эль смотрел так, как он на свою жену, никогда не смотрел. Да и вообще, он не был уверен в том, что хоть когда-то любил Эрику. Брак с ней был удобен, но не приносил долгожданного счастья. Не приносил удовлетворения или удовольствия. Он просто знал, что женат и на этом все. Ему каждый день так хотелось освободиться от этой кабалы. Мистер Тай горько усмехнулся и растерянно покачал головой. Но почему же теперь он не чувствует себя свободным? Эль вернулся домой. Отец сидел за ноутбуком и смотрел записи с видеокамер. - Что это? - сел он рядом на диван, вглядываясь как на экране в темном переулке, какой-то человек в толстовке с накинутым на голову капюшоном избивает Оушена. - Это, видимо, я? Отец задумчиво кивнул, и тут Даниэль напрягся: - Так значит ты мне не веришь? - Что? - тот словно выпал из забытья. - Верю конечно. Ты бы так не бил. Сколько лет ты ходил на бокс. Тебе и одного удара хватило чтобы уложить этого мелкого и, к тому же, я знаю, что ты не идиот, ты бы не бил по лицу. Ты ведь знаешь, как не оставлять следов. Я не об этом думал. Я думал о том, кто этот человек в капюшоне и как донести все это до директора и лиги. Даниэль нахмурился. Не ожидал он, что отец его поддержит. - Может черт с ним? Тот удивленно уставился на сына: - В каком смысле? - За это меня не исключат. Такой шумихи они точно не допустят. Диплом я получу. - А как же все остальное? - Ну, я подумал, что это не так уж и важно. - Ты ведь любишь играть, - мистер Тай сказал эти слова чрезвычайно осторожно, и видя это, Даниэль в первый миг, желавший высказаться по поводу их многолетних пререканий о баскетболе, решил, все же, смолчать. - Начнутся разбирательства. Втянут тех, кого я хотел бы огородить от этого. - Например, Сэма и твою девушку? - Да, - и сказав это Даниэль в полной мере осознал, что Вайолет и правда теперь только его. - Я не хочу их вмешивать. Пока дело касается только меня, это всего лишь... - Временные трудности, - вздохнул отец и отодвинул ноутбук в сторону. - Кажется, так всегда говорит Лукас. Даниэль кивнул. - Знаешь, наверное, я и правда плохой отец, раз ты цитируешь совсем не мои слова. Видимо, я не сказал в своей жизни ничего, что бы стоило твоего внимания. Эль зло глянул на мужчину перед собой, и тот виновато покачал головой. - Ничего хорошего. Да, я знаю. Я думал только о себе. Но больше я не допущу такого. Ты слышишь? - он сжал плечо сына. - Больше я не оставлю тебя, Даниэль. Я пообещал себе, что бы ни случилось, больше ты не будешь один. Я разобьюсь, но верну тебе все то, что этот Оушен у тебя отнял. - Отец... - Просто предоставь это мне. Дай мне шанс вернуть твое доверие. Эль глядел на него и понимал, что сам уже устал от вечной ненависти к, по сути, единственному родному человеку. Он и сам уже бы с радостью все позабыл. Ведь раз мама была готова все ему простить, почему он не может? - Знаешь... - Но его отвлекло сообщение, пришедшее на телефон. Даниэль вчитался и, зло сжав в руке мобильник, быстро поднялся и, почти бегом, выскочил из дома. Вайолет ходила по гостиной, меряя ее мелкими шагами, в то время как отец пытался посмотреть фильм. Однако дочь уверенно мешала ему, то и дело, загораживая своей фигурой экран телевизора. Наконец, мистер Орменс набрал в легкие побольше воздуха и, стараясь быть как можно спокойнее, произнес: - Милая, мой друг предложил поужинать семьями. Она просто кивнула. - Ты не против если он приведет с собой своего сына? - Какая мне разница, папа, - пробормотала Вайолет. - Я к тому, что ты пообщаешься с ним, чтобы парень не чувствовал себя не в своей тарелке. Хорошо? - Да как скажешь, - отмахнулась Ви и торопливо направилась в свою комнату. Она держала в руках телефон, но никак не могла решиться позвонить. Как вдруг тот зазвонил сам. От неожиданности Ви чуть не уронила гаджет на пол, но успев ухватить его уже в воздухе, торопливо ответила: «Да», - надеясь, что это Эль. «Привет, Ви». Ее передернуло, и она решительно убрала мобильный от уха, желая скинуть звонок, как Оушен, торопливо закричал в трубку: «Пожалуйста выслушай, я хочу все исправить!» Вайолет призадумалась: - Исправить? С чего бы это? «Я был идиотом. Я все понял. Хочу извиниться за свое поведение. Давай встретимся?» - Это плохая идея. «Да брось, Ви. Мы же друзья. Да, я вёл себя как последний скот, но я разобрался». Вайолет молчала. «Я обещаю, завтра заберу жалобу. Только дай мне все объяснить». - Ладно, - вздохнула Ви. Как бы там ни было, а именно из-за нее началась вся эта каша, и раз уж ей выпала возможность помочь Элю, она не должна ее упускать. Вайолет вышла к нему в домашних джинсах и футболке, убрав волосы в неряшливый пучок на затылке. Оушен окинул ее оценивающим взглядом и скривился: - Хоть бы переоделась. - Говори уже, - зло бросила она. - Пройдемся? Хочу объясниться по-человечески. А там, я видел, площадка. Посидим недолго. - Чем тебе здесь не нравится? - Вайолет совсем не прельщала мысль уединяться с Дином. - Ладно тебе, Ви. Я же уже пообещал, что заберу заявление. Дай мне хоть немного своего внимания. Вайолет тяжело вздохнула, но кивнула: - Недолго. - Конечно, - заулыбался Дин, и они неторопливо пошли к беседкам неподалёку. Парень прочистил горло, покашляв в кулак, и, указал на лавку. Подождал пока Вайолет присядет, сел рядом и положил свою руку ей на плечо. - Ви, - заговорил, но девушка торопливо убрала его ладонь и отодвинулась. - Так и продолжаешь бегать от меня, - процедил Дин. - Если опять собрался ерундой страдать я пошла, - поднялась Вайолет. - Ты сказал, что объясниться хочешь, почему руки распускаешь? - Я? - Дин собственным ушам не поверил. - Это я руки распускаю? А Тай твой что делает? - Причем здесь Даниэль? - Мы с тобой три года знакомы, а обычное объятие значит уже руки распускаю? А с этим кретином ты знакома без году неделя и ему уже все дозволено? Вайолет поняла, что все это было ошибкой. Общение с Дином, ее молчание, ее бездействие. Ей нужно было рубить якоря куда грубее и увереннее, тогда сейчас не было бы всех этих проблем, и Эль не лишился бы стипендии, да и Дин не вел бы себя так отвратительно. - Я повторю тебе, наверное, уже в тысячный раз. Мы с тобой только друзья! Хотя, после того, что ты сделал, вообще уже непонятно кто мы друг другу. - Ах, вот оно как, - усмехнулся Оушен и встал. Заходил из стороны в сторону и уставился на Ви. - Значит появился какой-то выскочка и я уже даже не друг? - Да как ты умудряешься все так коверкать? - недоуменно всплеснула руками Ви. - Просто пойми, что... - Ничего я не собираюсь понимать! - вдруг заорал Дин, и Вайолет оцепенела. Она и понятия не имела какой Оушен на самом деле. Все эти годы ей казалось, что он совершенно безобидный. - Хватит, - Ви стала торопливо отступать. - Я лучше пойду. У нас явно не получится поговорить. Она развернулась уйти, но Оушен одним резким движением притянул ее к себе. Вайолет замерла, поняв, что на ней чужие руки. Чувство омерзения стало расползаться по телу, словно скользкие змеи, и Ви рванула от него так, будто от этого зависела ее жизнь, однако Дин не позволил и только сильнее прижал ее к себе. - Отпусти. Это не разговор, - попыталась она отцепить его от себя, но Оушен оказался на удивление сильным. - Я больше не хочу тебя видеть. Все, - толкалась Вайолет, - это конец, Дин! - Конец? - Он умудрился поймать ее руки и, болезненно схватив запястья, убрал их за спину. - Какой конец? Чему конец? Ты бессердечная сука! У меня фингал от твоего распрекрасного Тая, а ты на его стороне!? - Оушен выглядел таким злым, что Ви приходила в ужас. - Отпусти! Но он сжал ее за скулы и больно впился в губы. - Чтоб тебя, придурок! - наконец, сумела вырваться Вайолет и спешно вытерла свои губы тыльной стороной ладони. - Совсем сдурел?! А он вновь начал пытаться ее обнять: - Я люблю тебя, Ви! - Дин все не останавливался. - Я очень люблю тебя, Ви. Пожалуйста, пожалуйста дай мне шанс. Она отбивалась как могла, но сил не хватало, и Оушен снова прижал ее к себе. Вайолет все больше впадала в истерику, повернула голову и оцепенела. Неподалёку стоял Сэм, на лице которого было выражение сплошного обалдайса, а вот чуть позади него Эль... Смотреть на которого было страшно. Ярость, затаившаяся в алых глазах по истине пугала. Это ощущение гнева, окутывающее всех присутствующих, не шло ни в какое сравнение с только что пережитым испугом. Он так зол. Поняв, что девушка перестала сопротивляться, Дин посмотрел туда же куда и она и выругался. Первый ступор закончился, и Даниэль медленно пошел к ним. Подошел. Протянул руку. И Оушен отпустил Вайолет. - Эль! – утонула она в спасительных крепких объятиях, уткнувшись в широкую грудь. - Кажется, он здесь тебя тронул. - Теплые пальцы коснулись еще саднящей кожи на скулах. Вайолет подняла голову. Взгляд алых глаз сейчас был таким губительно тяжелым, но горячая ладонь невероятно осторожно скользила по ее щеке. - Я не бил его, - тихо произнес Даниэль, - но сейчас изобью. Ви испуганно уставилась на него. Испуганно взглянула на его друга неподалёку и осознала, что натворила. - Эль нет! Он этого и хочет! Пустишь кулаки в ход и шанса на реабилитацию уже не останется! А Тай вдруг тепло улыбнулся: - Иди в машину, Вайолет. Я скоро приду. Сэм, не двигаясь с места, протянул ей ключи: - Возле твоего дома стоит. Ви покосилась на Миринати, вспомнив его слова, торопливо смахнула накатившие слезы и, схватив ключи, побежала к изумрудному мустангу, а Эль проводил ее внимательным взглядом. Но вот он расправился, уверенно поднял голову и взглянул на Оушена. - Как недавно сказал мой отец, Дин, я прекрасно знаю, как надо бить, чтобы не оставлять следов. Сэми, покараулишь? Парень кивнул и направился чуть подальше, а Эль просто пошел на худосочного Дина: - Не надо было тебе втягивать ее во все это. Не надо было!