Звезда в тёмном небе

Узнать адрес Ромы Данилина было для Кирилла делом одного звонка. Что — что, но связи у парня были. Пока парень ехал в машине, он думал о предстоящей встрече. Какой шанс, что он останется жив? Минимальный. Но только так он сможет получить ответы на вопросы. До боли сжимая кожу руля, он скользил взглядом по проносившимся мимо глаз зданиям. Наконец он стоял перед огромной многоэтажкой из стекла. Резко выдохнув и набросив маску безразличия, он устремился ко входу. Охрана пустила его не сразу, только когда Роман согласился принять нежданого гостя. Поднявшись на самый верх небоскрёба, Кирилл оказался в холле, отделанном в тёмных тонах. Брюнет сидел на столе, скрестив руки на груди и самодовольно улыбался. Гречкин сдерживался, чтоб не напрыгнуть на парня, чтоб не стереть эту ухмылочку. — Как все приятно складывается. Я уже начинал думать, как снова тебя найти, а рыбка клюёт даже без приманки. — Вот только у рыбака не хватит сил её вытянуть, — парировал блондин. — Посмотрим, — ещё сильнее растянул губы Рома. — Я пришёл поговорить, а не выслушивать угрозы. — Ты действительно думаешь, что я вскрою все карты? — Ну, — Гречкин развёл руки в стороны, бесстрашно смотря на парня. — Ты ведь все равно собираешься меня убить. Я на твоей территории. Один. Беззащитный. Что тебе мешает перед смертью открыть их? — Я не дурак, Кирюша. Ничего не может быть так просто. Тем более я уверен, ты не такой наивный и глупый, каким хочешь казаться. Вот тут, — парень подошёл к сыну прокурора, постукивая пальцем по лбу. — Есть мозг. Это может быть подстава. Если ты думал, что я тебе чем-то помогу, то боюсь, ты ошибаешься. Твоя смерть будет такой напрасной. — Скажи хотя бы, что ты наплёл моему отцу, — парень пропускал мимо ушей все насмешки брюнета. — А папочка тебе не рассказал? Шаткое у вас доверие в семье, получается. — Отвечай, — прошипел Гречкин, выжигая взглядом дыру в лице собеседника. — Я сказал, что это ты подстроил перестрелку. — Че за бред? Зачем мне это? — Ну это у тебя спросить нужно. Полагаю, ты хотел забрать адрес с дозой себе для своих дружков. Свалив все на нас, ты и папашу не расстроил бы, и огромную сумму денег сохранил. Вот только я успел рассказать всю правду. — Какую нахуй правду? Че ты несёшь? — Гречкин подскочил к брюнету, хватая его за грудки. Тот немного напрягся, но спокойным голосом заявил. — Если сейчас меня не отпустишь, я позову охрану. Она за дверью. Кирилл сморщил лицо, со злостью отталкивая Рому. Тот показательно поправил рубашку и улыбнулся. Блондин выдохнул и снова заговорил. — Даже если б ты был прав. Как я бы узнал, что нужно сделать, чтоб увидеть адрес? — Ты обманом выманил эту информацию. Я думал, ты просто интересуешься, а ты. — Но ведь отец может дать тебе ещё одну бумажку, вот только лично. В чем проблема? — Да, вот только когда я позвонил Сергею Юрьевичу, он сказал, что сегодня утром неизвестные забрали весь товар. Думаю, это были твои дружки. Ты и наркоту получил, и отца обманул, подорвав его бизнес, и партнёров распугал. Меня в том числе. Теперь мы ни за что не будем иметь дело с твоим папашей. Мало ли что его сынок ещё выкинет? — Ты думаешь, на мне прослушка. — Мне плевать. Мы оба знаем, что там было. Он был прав. Они оба знали. И знали, что Данилин врал. — Тогда о каких картах ты говорил в начале? Рома замолчал, переводя взгляд на свои кроссовки. Было видно, что он пытается придумать ответ, но прокололся. — Расставим все точки над i. Прослушки на мне действительно нет, а даже если б и была, ты уже лоханулся, чувак. Ты прав, ты не дурак. Уверен, твоя игра намного интереснее, чем кажется. Но вот только я не собираюсь быть в ней жертвой. Я тоже игрок. Рома удивленно поднял бровь. Очевидно, Гречкин сейчас далеко не в том положении, чтоб выражаться подобным способом. — Я предлагаю сделку. Ты мне даёшь информацию, а я тебе предоставляю все, что захочешь. Темноволосый парень сощурился. — С чего ты думаешь, что ты можешь мне что-то предложить? — задумчиво проговорил молодой человек, смотря на Кирилла. Тот пожал плечами — Если б ты хотел меня убить, убил бы, не начиная разговор. Значит, ты сомневаешься. Значит, я зачем-то тебе нужен. А значит, я могу тебе что-то предложить. Так что же ты хочешь, просто Рома? Данилин задумался, глядя в панорамное окно. Казалось, он что-то анализирует, но вскоре он все-таки ответил. — Ты говорил, — начал он, расслабленно садясь за свой стол. — Что привёл вчера в китайскую комнату своего друга. Я его видел вчера мельком. Симпатичный малыш. Отдай его мне. — Че? — Гречкин удивленно моргнул, пытаясь понять, как их разговор дошёл до упоминания Лёши. — Я бы не прочь опробовать его. К тому же ты, — наркоторговец сделал многозначительную паузу. — убил моего мальчика. Зуб за зуб. Блондин нахмурился, пытаясь схватить хоть одну мысль. В голове было пусто. Он был просто в шоке, как Роман до этого додумался. — Я не согласен, — слова вырвались прежде, чем Кирилл успел их обдумать. Он даже и размышлять не хотел, чтоб оставить Макарова, не то, чтобы просто предать его. Он действительно привык к этому мальчишке. Он походил на щенка, радостно лаявшего при появлении хозяина, хотя и пытался это скрыть. Гречкин не понимал, когда он успел так привязаться к Лёше, что даже когда на чаше весов находится благополучие самого миллионера и брюнета, он выбирал не себя. Парень понимал лишь одно: он не может допустить, чтоб Макарову навредили. Он хотел закрыть его в своей комнате, не допуская до проблем окружающего мира; хотел словно в коконе закрыть своими объятиями, чтоб никто кроме него самого не мог ранить брюнета. — Проси всё, что угодно, кроме него. — Ты так шутишь? Я предлагаю спасение твоей жизни в обмен на какую-то живую игрушку и ты отказываешь? Может, ты влюбился в этого выродка? — Ещё одно слово, — Кирилл сжал зубы, стараясь не идти на поводу у эмоций. — И что же ты сделаешь? — подначивал его Рома, нахально улыбаясь. — Если ты и правду настолько поглупел, чтоб привязаться к какому-то безродному оборванцу, то у меня есть ещё одно предложение. — Говори, — протянул Гречкин, благодаря судьбу, что он смог найти выход. — Мы переспим. — Чего? — Да. Ещё вчера увидев твоё тело, я понял, что хочу увидеть большее. Не так многое за сведения, спасущие твою жизнь, да? — Рома подошёл к Кириллу, проводя большим пальцем по нижней губе. Сын прокурора отшатнулся. — Ты видимо растерял чувство юмора. — Либо ты, либо мальчишка. Выбирай. — Какие у тебя отвратительные предпочтения, гомик. — Заткнись, — выплюнул брюнет, испепеляюще взглянув на собеседника. — Жизнь требует разнообразия. Без него она довольно скучная. Да и можно подумать, будто ты сам им не являешься. Так каково твоё решение? Кирилл понимал, что выбора у него как такового нет. Ему нужны были ответы, подставлять Лёшу он не хотел. Как бы противно ему не было, но это надо сделать. Потерпеть всего пару минут ради счастливой, а главное долгой жизни. Кажется не такой и большой жертвой, так ведь? — Когда? — Думаю, послезавтра меня устроит. Ты ведь не торопишься, правда? — Зачем тебе это все нужно? Разве ты не должен скрывать это в тайне? — ответил вопросом на вопрос блондин, заставляя Данилина расплыться в усмешке. Видимо он подозревал о времени, отведённому Гречкину. — Вот это тебя точно заботить не должно. Это ты предложил такую сделку. Тебя проводят до выхода. До встречи. Охрана действительно сопровождала Кирилла до улицы. Обратно он ехал с мерзким осадком на душе. Понимал, что больше выхода нет, но принятое решение отвращением откликалось внутри. Зайдя в свою комнату, он обнаружил Лёшу, сидящего за приставкой. Мальчик смешно высунул краешек языка, пытаясь победить в виртуальной гонке. Сначала он даже не заметил, что не один, но когда увидел Гречкина, отбросил джойстик в сторону, подбегая к блондину. — Кирилл! Ты вернулся! — немного пристыдившись своей реакции, он отошёл. — Как все прошло? — Не бери в голову. Есть пару зацепок. — Поделишься? — Нет смысла. Всё… Не так просто. Увидев брюнета, миллионер ещё острее осознал, как он не хочет видеть никого, кроме этого мальчика. Такого чистого и наивного. Мальчика, который сначала делает, а потом жалеет. Мальчика, который переворачивает его мир. Мальчика, который стал ему правда дорог. — Иди сюда, — Гречкин обхватил запястье брюнета, притягивая к себе. Он просто обнял его, не желая нарушать столь хрупкий момент. — И все-таки, тебе не плевать на меня, — прошептал Лёша, вдыхая запах стирального порошка, уткнувшись носом в плечо Кирилла. Парень ничего не ответил. Всё было понятно без слов. — Тогда почему ты. Не закончил всё вчера? Для чего был спектакль? — Если ты думаешь, что один не можешь разобраться в своих чувствах, то смею тебя огорчить. Пара секунд тишины, и сын прокурора продолжил. — А ты так хотел довести до конца? Можем повторить. — Да ты придурок, Кирилл. Твои эмоциональные качели уже задолбали. Все, отстань. Лёша оттолкнул молодого человека, отходя обратно к кровати. Гречкин удивленно остался стоять, раздираемый обидой, недоумением и нарастающей страстью. «Отстань? Посмотрим, что ты скажешь на это». Кирилл хватает Лёшу за запястья, грубо поворачивая его спиной к стене. Мальчик не сопротивляется, но с его губ срывается хриплый стон. Гречкин больше не способен сдерживаться. Он впивается в такие манящие губы брюнета, неистово врываясь в его рот. Он покусывает нижнюю губу, отчего Макаров мычит, не способный противостоять такому напору. Он больше не вырывается, погружаясь в огонь блондина, сгорая вместе с ним. Кирилл стягивает белую футболку Лёши, покрывая поцелуями его нежную шею, ключицы, грудную клетку. Мальчик лишь цепляется за локоны Гречкина, прижимая его к себе, не желая отпускать его ни на секунду. Он живёт этим моментом, хочет чувствовать блондина всем телом, хочет знать, что он только его. Миллионер снова поднимается, находя губы Лёши, снова набрасывается на них, будто путник в пустыне, давно ищущий воду. Он также долго нуждался в этих движениях, прикосновениях, стонах. Всего пару мгновений, и они оказываются на кровати, где-то теряя рубашку Кирилла и штаны обоих. Они пылают, обследуя тела друг друга, они сливаются в единое целое. Дрожащие от нетерпения пальцы, горячие поцелуи, переплетающиеся ноги. Кирилл быстро разрывает пакетик с презервативом, слишком умело натягивая его. Глаза Лёши расширяются, хотя он уверен, что хочет этого. — Будет больно, пузырик. Постараюсь сделать все, как ты любишь, — шепчет на ухо блондин, отчего и без того нетерпеливое тело Макарова покрывается мурашками. Он затыкает молодого человека поцелуем, впиваясь пальцами в мягкую и поддатливую кожу. Гречкин воспринимает это как призыв к действию и резко входит в мальчика. Тот резко вдыхает носом воздух, зажмуриваясь. Кирилл даёт брюнету пару секунд свыкнуться с ощущениями, начиная аккуратно двигаться, наращивая темп. Лёша стонет, закатывая глаза, наслаждаясь этой близостью и новыми, совершенно незнакомыми чувствами. Он ощущает парня внутри себя, ощущает, как он возбужден, как он прерывисто дышит, покрывая его тело горячими мокрыми поцелуями. В голове пустота. Ни одной мысли. Только этот огонь, заставляющий забыться, отдаваясь чувствам и Гречкину. Темп все быстрее и быстрее, и, наконец, Макаров понимает, что находится на этом пике наслаждения, понимает, что ещё одна секунда, и он кончит. Момент, и по телу мальчика разливается волна оргазма, заставляя его вздрогнуть. В глазах засверкали звёздочки, а изо рта вырвался протяжный стон. Тепло, которое ни с чем не сравнится. Удовольствие, которое хочет ощущать снова и снова. Никогда до этого он не чувствовал ничего подобного. Но теперь, сжимая пальцы блондина, он понимает, что счастлив. Счастлив, что это случилось именно с этим наглым цинником, который оказался просто маской невероятного человека, сочетающего в себе наглость и совесть, резкость и мягкость, безнаказанность и чувство вины. Счастлив, что у них оказался такой счастливый финал.