Звезда в тёмном небе

Звук льющейся воды не мог заглушить навязчивые мысли Кирилла. Парень стоял, оперевшись на фарфоровую раковину и смотрел на свое отражение в зеркале. В его голове все смешалось, поэтому он не мог отделить фантазии от реальности. Было ли ею все, что происходило каких-то полчаса назад? Казалось, он до сих пор слышит рванное дыхание мальчика, видит его полузакрытые глаза и ощущает губами его сладковатый вкус шоколадного мороженного. Зачем он затеял эту игру? В ней по определению проиграют оба, так почему он её начал? Только сейчас его мысли начали приходить в порядок, поэтому Гречкин попытался проанализировать этот день. Что было у Данилиных? Зачем эти люди убили так много невиновных? Да и смерть самого Кирилла была им не нужна. Даже если бы парень умер, его отец продолжил бы вести бизнес и заставил бы Данилиных вернуть деньги. Блондин не тешил свое самолюбие, думая, что Сергей Юрьевич решил бы отомстить за сына — мужчине не было до него никакого дела. Однако бизнес его действительно волновал. Что это все было? Кирилл понимал, что все на самом деле серьёзнее, чем кажется, но не знал, чего ждать дальше. Сегодня он действительно испугался. Испугался за себя, за Лёшу, за будущее. Опять показал слабину при Макарове, расплакавшись, как маленький мальчишка. Чтоб окончательно прийти в себя и успокоиться он впервые за долгое время решил покурить травку. Это принесло облегчение, вот только в совокупности с пережитым стрессом в голове получилась каша. Он не осознавал, что делал, когда поцеловал брюнета, когда искушал его, слушая его стоны, когда прервал их взаимное удовольствие. Сейчас наедине с самим собой не было смысла скрывать свою досаду. Ему было очень сложно остановиться, но он понимал, что это необходимо. Его кожа до сих пор чувствовала аккуратные и нетерпеливые пальцы брюнета, отчего блондину становилось жарче и жарче. Он потряс головой, чтоб избавиться от этих воспоминаний. Он был уверен, что это не конец, что они ещё обязательно продолжат, но не сегодня. Не после такого, не в этом состоянии. Сейчас были вещи поважнее. Что он скажет отцу завтра? Парень не сомневался, что разговор получится сложный и неприятный. Вот только как он объяснит произошедшее? Решив, что сказать правду — лучший выход, Кирилл провел рукой по влажным волосам, стряхивая капельки воды. Ему нужно поспать. Завтра все будет казаться более простым. Осторожно открыв дверь, Кирилл вышел из ванной и подошёл к кровати, на которой уже комочком лежал Лёша. Он казался таким беззащитным во сне, что Гречкин неосознанно улыбнулся. «На котёнка похож», — подумал миллиардер, пристраиваясь на другом краю кровати. Впервые за долгое время он быстро заснул спокойным и глубоким сном. Проснулся парень ранним утром. Брюнет размеренно дышал ему в шею, отчего у Кирилла пробежали мурашки. Он чувствовал себя так расслабленно, будто впервые за эту жизнь находился на своём месте. Эти мысли смутили молодого человека, поэтому он быстро поднялся. Окончательно прийти в себя заставила вибрация мобильника. Схватив айфон, блондин рванул в ванную комнату, чтоб не разбудить спящего мальчика. Увидев надпись на экране, он замер, но, когда ответил, голос был холоден и уважителен. — Доброе утро, отец. — Из-за тебя, мразь, не доброе. Если через пятнадцать минут не будешь сидеть у меня в кабинете, то сидеть не сможешь никогда! С этими словами Сергей Юрьевич сбросил вызов, оставляя сына в недоумении стоять с бешено бьющимся сердцем. Оцепенение быстро спало, поэтому Кирилл помчался вниз, оставляя Лёшу спать и крикнув прислуге, чтоб о Макарове позаботились. Сергей Гречкин увидел сына, вбежащего к нему в кабинет с растрепавшимися белыми прядями и горящими глазами. Парень долго не мог отдышаться, держась за грудь. — А теперь, тварь, говори, что за хуйню ты вытворил? — Чего? — молодой человек замер, не понимая вопроса. Он ожидал чего-либо, но не такого. — Ты думал, твои выходки всегда окажутся безнаказанными? Совсем страх потерял?! — Какой страх? — дрожа переспросил Кирилл, отходя подальше от мужчины за столом. Тот ударил кулаками по нему, срываясь на крик. — Не держи меня за идиота, я не ты! Думаешь, я с тобой шуточки шучу? Ты у меня вот уже где, — Сергей помахал ладонью у горла. — Я бы голыми руками сейчас тебя задушил, да вот сначала ты должен все исправить. Я устал за тобой говно подтирать, теперь будешь делать все сам. Меня не волнует как. Либо ты решаешь все вопросы как с Данилиными, так и с клиентами, либо я лишаю тебя всех денег, а потом тебя находят в канаве за городом. Даю две недели. — Гречкин старший поднялся, подходя к блондину, который оказался в ловушке между стеной и отцом. — Надеюсь, ты понял. Мужчина с размаху ударил сына, распоров щеку кольцом на пальце. По скуле Кирилла, который только зашипел, скатилась пару капель крови, падая на дубовый паркет. Чуть встряхнув кулаком, Сергей отошёл от сына, взревев: — Пошёл вон! Блондин, стараясь сохранить равновесие, вылетел из дорогого кабинета, прижимая к лицу ладонь. Он, не останавливаясь, пронёсся до своей машины и только запрыгнув в неё, смог прийти в себя. Что это было? Почему во всем обвинили его? Что ему делать и что отец от него хочет? Слишком много вопросов и ни одного ответа. Парень не понимал, что происходит, но ясно оснознавал одно: мужчина не шутил. Если Кирилл что-то не сделает, то жить ему осталось 2 недели. Вот только он даже не представлял, с чего начать. Ладно, хорошо, у Гречкина появилась бредовая мысль: отправиться к Роме. Прийти к тому, кто чуть его не убил. Но это была единственная ниточка к развязке. Лёша зажмурился от солнечных лучей, попадающих прямо в глаза. Ему было так тепло и уютно, что совсем не хотелось открывать глаза. Он будто оказался в прошлом, в одной кровати с Лизой, которая иногда пробиралась к нему, когда ей снился очередной кошмар. Они засыпали в обнимку и просыпались так же. Дети всегда чувствовали поддержку друг друга, но теперь… Лёша подскочил, понимая, что было вчера, а главное с кем. Он удивленно огляделся по сторонам, замечая, что лежит один на кровати Кирилла. Интересно, блондин вообще спал? Где он? Вспомнив окончание вчерашнего вечера, мальчик залился краской. Как он мог позволить Гречкину вытворять все те вещи? Как он мог посметь потерять голову от таких страстных прикосновений? Как он показал свои истинные чувства, если сейчас трезвой отдохнувшей головой понимал, что это было отвратительным решением? И главное, что ему сейчас делать? Теперь он не сможет отрицать, что его тянет к Кириллу, да и зачем это делать, если и так всем все понятно. Изменится ли отношение Кирилла к нему? Макаров понимал, что блондин принесёт ему ещё много боли, но не мог противостоять своему влечению. Будь что будет, но он просто хотел отключить голову и плыть по течению. Не думать о будущем, не думать о Лизе, не думать о своих принципах. Думать только о нем. Приняв ванну, он нашёл поднос с английскими тостами и кофе. Впервые за долгое время он позавтракал, почувствовав хоть какое-то удовлетворение от еды. На сердце было неспокойно, но легко. Только решив прогуляться по особняку, Лёша заметил подъезжащую машину Гречкина. Сердце подпрыгнуло. Мальчик схватил первую попавшуюся газету, чтоб сделать вид, будто ему плевать на появление блондина. Тот влетел в комнату, хлопнув дверью, отчего Макаров подпрыгнул на месте. Кирилл выглядел встревоженным, обиженным и злым. Мальчик заметил кровь на его скуле, отчего его сердце сжалось. Брюнету стало страшно, но он все-таки начал разговор. — Что произошло? — Не знаю, — огрызнулся молодой человек. Лёша вздохнул, решив не обращать на это внимание. — Не ври. - Парень подошёл к нему, кончиками пальцев дотрагиваясь до раны. Гречкин зашипел и отстранился, но Макаров все равно провел рукой по кровавой корочке. - Откуда это? Нужно обработать. Где аптечка? Миллионер с силой откинул его руку. — Отвали. Не думай, что я буду перед тобой отчитываться. Ты — никто, — его голос дрогнул, а глаза наполнились слезами. Макаров мягко перехватил его ладонь, затягивая на кровать. Блондин плюхнулся рядом с ним, судорожно моргая, смотря вверх. — Ты можешь мне рассказать. Так будет легче. Попробуй. Гречкин выдохнул, сжимая пальцы Лёши. — Видимо, отец решил, что в перестрелке виноват я. — Что? Почему?! Это же неправда? — заискивающе спросил брюнет. Кирилл удивленно взгянул на него. — Нет, конечно. Зачем мне подставлять самого себя? Думаю, Данилины связались с папой, чтоб обвинить меня. — Зачем им это? — Вот это я и хочу выяснить. — Постой, — Макаров поднялся, возвышаясь над парнем. — Не говори, что ты собрался ехать к ним. — А что мне ещё остаётся делать? — Но они могут тебя убить! — Если не поеду, меня убьют со стопроцентной вероятностью. — В смысле? — Забей. — Нет, объясни. — Не твоё дело. Да зачем я вообще с тобой говорю? — Кирилл поднялся, задевая плечом Лёшу. Тот схватил сына прокурора за руку. — Будь аккуратным. — Что, уже волнуешься за меня? — с усмешкой загнул бровь Гречкин. — Не хочу остаться без средств к существованию, — пробурчал мальчик, вызывая улыбку собеседника. — Не волнуйся, не останешься. Кирилл выходил из здания, чувствуя душевный подъем и уверенность. Впервые он получил от кого-то поддержку. Это придало ему сил. Теперь ему было для кого жить. Его жизнь перестала быть такой бессмысленной.