Записки между делом

ᅠВ лазарете пахло кровью, спиртом и густой чёрной магией. Эд быстро пришивал руку умершего неделю назад солдата к ещё живому юноше. ᅠ— Дыши, ещё немного, — попытался подбодрить маг скулящего парня. ᅠТот нервно кивнул, челюсти сильней сжались на деревяшке. Её выпилил и принёс в лазарет Чернов, когда услышал от некромага, что его маковая настойка снова закончилась, а на то чтобы сделать новую требовался как минимум месяц и три редких в магическом мире ингредиента. Чернова он латал месяца три назад. Без настойки. Послуживший ему тогда кляпом ремень, носить было уже невозможно. ᅠИголка с полупрозрачной золотистой нитью ловко входила в плоть и крепко соединяла мёртвое с живым. Пришить — это дело плёвое. Хотя золотые нити быстро заканчивались, достать их сейчас не было проблемой. Эдик закусил внутренние стороны щёк, сделал последний стежок и потянулся за ножницами. Старинные, золотистые как нить, они блестели рельефными перьями на узоре в виде открывающей клюв цапли. Только бы хватило сил. Клацнули ножницы, раздался высокий звон. Получилось!Оставшийся в руках конец нити безвольно повис, и Эдик оглядел ножницы. Снова затачивать. Ещё чуть-чуть и он попросту сточит лезвия в пустоту. ᅠ— Слышишь меня? — Эд крепко сжал пальцы на плече мокрого от крови и пота парня. Как же его там звали? Юра вроде. ᅠ— Ага, — промычал тот в деревяшку. ᅠ— Будет больно, — Эд слизал пот над губой. — Лучше кричи. ᅠИ не дожидаясь ответа, пустил обжигающую жёлтую магию в ладонь. Свет влился в плечо раненого и пустился вниз, пролился по венам в предплечье и затормозил у стыка с мертвой плотью. Несчастный забился на кушетке, завыл и неосознанно дёрнулся вверх, выгибаясь, силясь скинуть с себя раскалённую ладонь мага. Куда там, и не таких удерживали. Эд лишь крепче сжал пальцы и прикрыл глаза, выскребая из себя остатки волшбы. ᅠРука это быстро, минут двенадцать и мёртвая конечность, напитавшись свежей кровью, оживает. Вот нога, да если ещё и обе. Такое мало кто переживал. ᅠЭд аккуратно вынул изо рта парня кляп, стараясь не смотреть на свежие следы от зубов. Руки мелко тряслись, а в виски снова впилась раскалёнными прутьями боль. Маг налил в стакан холодной воды, добавил каплю живой и помог Юре выпить всё до дна. ᅠ— Нормально? ᅠКивнул. Раз головой шевелить может, значит и правда нормально. ᅠ— Ну-ка, сожми, — Эд протянул парню пустой стакан. ᅠНовая рука трясётся как у запойного пьяницы, но надо же, не разбил. А крепкий парень этот Юра. ᅠЛазарет опустел. Некромаг распустил уставшие от тугого пучка волосы, зацепил краем взгляда рыжие пряди у лица и вновь убрал их назад. Сколько он уже тут? Полгода, год? За это время оттенок из светло оранжевого стал почти красным, как мякоть грейпфрута. Локоны ярко блестели, напитанные кровавой магией. ᅠЭд секунду помедлил и достал запечатанный глиняный кувшин. Символы сохраняющего заклинания тускло блеснули у горлышка и погасли. Вампирская. Крепче и забористей, волосы от неё враз темнели ещё на пару оттенков. Ну и пусть, кровь оборотней он по привычке жалел. После бойни, что устроили Серые, найдя молодое гнездо со скрывающимися кровопийцами, спасти чудом переживших то утро Эд не мог. Обожжённые светлой магией нечистые тела залатать невозможно, вампирская плоть медленно тлела, угрожая мучительно убить каждого раненого. Являясь сильнейшим ядом для вампиров, дарящим к тому же чувство эйфории, кровь оборотней стала их единственным шансом на спокойную кончину. ᅠЭд сделал последний глоток и снова запечатал кувшин. Надо проветрить голову. ᅠНа улице горели фонари, осенний ветер гонял жёлтые листья и в воздухе пахло сыростью. Маг достал потрёпанный портсигар и обхватил губами самокрутку с ядовито-зелёным табаком. Да уж, видел бы его сейчас Мирослав Аврелиевич. Только вот ему-то не нужно было спать, есть, искать моральные силы на то чтобы не свихнуться в этом аду. Мирослав Аврелиевич уже лет триста как был мёртв, Эдик же продолжал влачить своё жалкое существование в тени репутации великого некроманта. ᅠСкучал ли он? Вообще-то да, сильно. И не только по Лебедеву, по Орловской, Снигирёву, Василе. Думать о наставниках было легче, чем о сверстниках, оставшихся в поместье. Основатели давно привыкли терять старых знакомых, ведь такова участь вечных. А они, молодые, не прожившие и века, захлёбывались в человеческом гневе и бешенстве вырвавшихся адских тварей. Разве, что Маришка держалась. Она и не такое переживёт, уже переживала однажды, хотя молодой вампирше только стукнуло пятьдесят с хвостиком. Немногим позже после его ухода, она тоже присоединилась к их отряду. Некромаг старую подругу одновременно понимал, и вместе с тем вообще не видел причин её побега. У Маришки были настоящие друзья, названный отец, в конце концов, поместье было её настоящим домом, а не просто приютом. ᅠЭдика же в поместье уже ничего не держало. От него отвернулась Орловская, Лебедев отказался проводить обряд, а Марк… Марк повёл себя как Марк. Эд уходил на войну за смертью, за тем, чтобы вытрясти из своей души и тупой башки все посторонние мысли, убить ненужные чувства и начать жить с чистого листа. Или смертствовать. Тут уж как повезёт. Оправдывался он тем, что получит новый опыт, ума наберётся, поможет своим. Боже правый, какие свои? Он был человеком. Да, практиковал магию, но душа-то людская. Хотя, после стольких литров нечистой крови, тысячи сотворённых тёмных заклинаний и наложенных на себя чар какой уж он человек? Скорей наспех сляпанный из плоти и крови голем, держащийся на чистой воле всевышнего. ᅠСтало мерзко. ᅠЭд выбросил окурок и прикрыл глаза, откидываясь на кирпичную стену. Мигрень, как всегда после адского табака, отступила. Скрипнула дверь чёрного хода. Ангелы ходили тихо, только чуть шуршали крыльями, когда взлетали. ᅠ— Ты как? — спросил Александр. ᅠЗначит, закончил с безнадёжными, вышел проверить последнего. ᅠ— Нормально, — не открывая глаза, ответил Эд. ᅠНикто из них в это не поверил. ᅠ— Там тела, — осторожно сказал ангел, — я те, что целей оставил в морге, остальные сжёг. ᅠМаг кивнул и лениво поднял веки. Александр возвышался над ним, закрывая широкими плечами свет от тусклой лампы над чёрным ходом. Мудрые серо-зелёные глаза внимательно изучали лицо Эда. Вот ведь прилип, беспокоится крылатый. ᅠ— Много набрал? — Эд кивнул на склянку в руке ангела. ᅠАлександр поднял колбочку повыше к лицу и встряхнул. Выглядит пустой. Люди души видеть не могут, да и всякая нечисть скорей их чует, нежели видит. А вот небесные, те глазастые, и цвета магии легко различают. ᅠАнгел неопределённо пожал плечами. Не хочет говорить и не надо. Сожжённые трупы Эдик пересчитать не сможет, но всё равно потом увидит длину сплетённой ангелом из человеческих душ нити. ᅠЕсли честно, задолбало уже это всё. С бойцами его никуда не пускают, берегут от всего подряд, недоговаривают. Только и делай, что сшивай, что можно сшить, заменяй неисправное исправным, разбирай старое на новые запчасти. Руки, ноги, лёгкие, сердца, глазные яблоки. Вырезать, запечатать заклинанием, убрать банку в холодильник. Эд как-то разозлился и предложил перестать кромсать трупы на детали, гораздо же проще наштамповать из мертвецов зомби. ᅠКонечно, идея была ужасная со всех сторон. Мертвяки дрессировке поддаются плохо, сами по себе жутко опасные, да ещё и сил магических жрут, что мама не горюй. А Эд бы после парочки таких обрядов уже точно ни за что не уберёг бы свою светлую душу от черных нефтяных пятен тёмной магии. ᅠПосле этого-то Александр и таскается за ним. Подговорить что ли Маришку и удрать с ней? Да куда он денется, кто кроме него здесь будет латать раненых. ᅠ— Отоспись, — посоветовал ангел. — Ближайшую неделю должно быть спокойно. ᅠЭдику захотелось фыркнуть, но он удержался и лишь послушно кивнул. Александр так же неслышно ушёл. ᅠВот уже несколько месяцев Эд думал попросить хмурого ангела себя убить. Мёртвым Эдик будет куда полезней: отпадёт потребность во сне, станет легче восстанавливать магию, от запаха трупов перестанет тошнить. Обряд создания некроманта, конечно, штука не простая, но Эд хранит при себе подробные указания Лебедева, а вместе с ними Александр с этим делом справится. К тому же, как ангел, он вообще был единственным, кто мог поймать душу Эда и вернуть её в умерщвлённое тело. То же самое тело, та же самая душа, Эдик может стать первым «целым» некромантом. А может и не стать. Души загадочные, плохо изученные и капризные сгустки энергии. Александр об этом особо не распространялся, но маг знал, что с десятка умирающих будет удачей поймать четыре души. ᅠЭта идея в отличие от зомбаков была хорошей, только вот Эдик всё медлил и никак не мог решиться. Хотя, казалось бы, из поместья удрал в поисках решения именно этой задачи. Стоило написать Лебедеву. Наставник бы обрадовался, на следующий же день появился бы у них на пороге, засыпал вопросами Александра и вместе с ним провёл обряд. Ещё бы пол поместья с собой притащил на такое событие или наоборот уговорил приехать самим. Нет, это было слишком рискованно. Не дай Бог, кто-то из людей узнает о местоположении поместья. Может, когда кончится война. Тогда он сможет на всякий случай попрощаться со всеми, перед тем как лечь на красивую мраморную плиту для обрядов в лаборатории Лебедева. ᅠНа улице занялся мелкий дождик, и Эдик отлепил себя от стены. Захотелось подогретого вина. ᅠКомнату маг занял на третьем этаже, прямо под скошенной крышей. Неудобно было таскаться ночью на кухню, но зато от лазарета тут было дальше всех, а ещё от морга и крыла бойцов. Эд поставил кружку с тёплым вином на тумбу у кровати. Без специй и апельсинов было не совсем то, но и так сносно. Вино тут держали приличное, хоть и не ровня коллекции Василе. ᅠВ поместье всегда с нетерпением ждали осень в частности из-за вкуснейшего глинтвейна, что варил первородный вампир. Даже Марк, всегда бурчавший из-за дождей и холода, не торопился возвращаться в солнечную Грецию. Они собирались в одной из небольших гостиных с камином, пили глинтвейн и, если повезёт, в тысячный раз слушали рассказы Снигирёва. В такие вечера даже Маришка с Марком почти не ругались, а однажды вовсе вместе уснули на диване. ᅠЭто только первая осень вне поместья, а кажется будто прошла вечность, годы там остались словно в прошлой жизни. Так оно и было. Теперь всё по-другому: теперь нет уютных вечеров у камина, занятий по магии в подвальных лабораториях и светлых кабинетах, нет пышных праздников и любимых книг из большой библиотеки. С тех пор как люди объявили нечисти войну, а Люцифер распахнул все адские врата у них больше нет ничего, кроме обязанности выжить и спасти близких. ᅠСтоило бы уже привыкнуть к этому. Мир сходил с ума. В пору было танцевать на могилах, а он продолжал над ними реветь. ᅠВ дверь тихо постучали и, не дожидаясь ответа, открыли. ᅠ— Не спишь? ᅠМаришка выглядела неважно. Шрамы на руках вспухшие и красные, багряные волосы растрёпаны, под глазами залегли тени. В изящных пальчиках она сжимала большой бокал, наполненный чем-то красным. Не вино, кровь. ᅠ— Нет, — покачал головой Эд. — Что-то случилось? ᅠМаришка дёрнула плечом. ᅠ— Похоже, что так. Саня зовёт к себе, говорит, что срочно. ᅠВот она, неделя покоя. Эдик грустно усмехнулся и поднялся с кровати, прихватив кружку. ᅠСтол у Сашки как всегда был заставлен пустыми чашками с кофейными разводами. Воистину: кофе, кровь и вино — вот и всё, что пили в этом доме! Выглядел чрезмерный потребитель кофеина и правда встревоженно. ᅠ— Вы лучше сядьте, — предложил он. ᅠЭд и Маришка кинули взгляд на заваленный бесконечными древними книгами, рукописями, расчётами и графиками диван и отказались. ᅠ— Ладно, — нервно кивнул Саша. — Со мной сейчас связались ребята с юга. Они там прикрывали стайку оборотней и заодно приглядывали за вратами неподалёку. Оттуда периодически вырывалась всякая хтонь, а сегодня двери запечатали. ᅠ— Запечатали? — Эд уставился на Сашку. ᅠ— Как они это сделали? — Маришка выглядела не менее удивлённой. ᅠ— В том-то и дело, это не они. Никто не в силах запереть врата обратно, кроме особых личных стражей врат и самого Люцифера, конечно. По крайней мере, мы так думали. Но парень, который это сделал, не выглядит ни как первое, ни как второе. ᅠ— Кто он? Наш? ᅠСашка покачал головой. ᅠ— Боюсь он… — парень вздохнул и стащил очки, с силой потёр глаза и вернул их на место. — Его схватили Серые. Мне прислали фото. ᅠОн повернул ноутбук. ᅠРаздался высокий звон. Эдику показалось, кто-то перерезал сотканную из душ золотую нить, но это всего лишь Маришка выронила свой бокал. ᅠС экрана Сашкиного ноутбука на них смотрел Марк.