Обсессия

...в которой история начинается с конца.

***

Конец декабря тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года.

База красных, кабинет Медика.

***

      На одной из больничных кушеток сидит юноша в резиновом костюме ярко красного цвета, подпоясанном толстыми кожаными ремнями. Его руки, облачённые в чёрные плотные перчатки, покоятся на коленях. Он неотрывно следит за собеседником, коим в данный момент являлся Медик Красной команды. Высокий брюнет в белом докторском халате стоит напротив своего "пациента", уперев руки в бока. В данный момент между ними происходил крайне неприятный разговор. Можно было сколько угодно тянуть время в ожидании, чтобы он не состоялся, да только доктор удачно подловил Поджигателя в коридоре и вежливо пригласил зайти к себе в кабинет. Отказаться нельзя. - Ты же понимаешь, что своими действиями ты наносишь вред не только себе, но и окружающим?       Поджигатель хотел уже было произнести, что это совсем не так, но не решился перебивать речь старшего коллеги. Не добавлял уверенности в собственных словах сверкающий в свете ламп начищенный Ампутатор, лежащий на рабочем столе доктора. В гневе Людвиг страшен. - Я замечаю уже не первую неделю, что... - мужчина театрально поправил указательным пальцем сползающие с носа очки и продолжил, - твоя продуктивность на поле боя упала с девяносто процентов до сорока двух. Можешь это объяснить как-нибудь? Очевидно, что дурные мысли голове покоя не дают. Иначе вместо того, чтобы сбивать вражеские жучки с построек Инженера и жечь Шпиона Синих – считаешь ворон в небе. Герр Марлен, нужно быть собраннее.       Парень, которого Людвиг назвал Марленом, стыдливо опустил глаза в пол. Что ни говори, а доктор прав. Вместо того, чтобы помогать команде – он слонялся по полю в время боя без дела. Его задача – защищать постройки, выискивать наглого Шпиона Синей команды, помогать захватывать контрольные точки, изредка подстраховывая Солдата или Скаута в бою. Вместо своих прямых обязанностей Поджигатель просто бродил по территории с огнемётом наперевес, изредка замахиваясь топором, обвитым колючей проволокой, на замешкавшегося чужого Подрывника. Пару раз это стоило Марлену жизни и обратного возвращения на точку респауна, где он, потоптавшись на пороге комнаты несколько минут, выходил наружу, чтобы снова бродить по территории и предаваться нерадостным мыслям. Бои проходили с переменным успехом - сегодня чудом выиграли Красные, завтра реванш легко могут взять Синие. - Можешь потрудиться объяснить мне, что происходит? - резкий голос Медика возле самого уха заставил Поджигателя сильно дёрнуться и удариться локтем в стену позади кушетки. В такие моменты немец пугал его до дрожи в коленях. - Я?.. - Ну не я же!       Юноша запнулся. Как доктору поведать то, в чём он пытается разобраться сам вот уже на протяжении последних трёх месяцев? Оставалось надеяться только на то, что после всех объяснений Людвиг не схватится за рукоятку медицинской пилы, чтобы разрезать Марлена на маленькие кусочки, а после скормить своим голубям. Ладно, голуби у Медика приличные и мясо не едят, но с хозяина станется поменять им рацион питания. - Я, не знаю, как рассказать. - Ртом, dummkopf, ртом! Он нужен не только для того, чтобы потреблять пищу. Или вы у нас, как растение, питаетесь солнечным светом и воздухом? Любопытно, тогда занесу это в личное дело, а вас – на обследование столь странного феномена. Говорят, что однажды Пулемётчик признался в том, что он боится Поджигателя. Мол, что там скрывается под противогазом – непонятно, пугает он и точка. Если бы только Михаил знал, чего, точнее кого, этот "ненормальный" с огнемётом боится на самом деле – взял бы все свои слова обратно.       Чтобы не навлекать на себя гнев доктора, Поджигателю пришлось рассказать то, что с ним произошло в самом начале декабря, когда команду на пару-тройку дней перебросили на другую базу. Людвиг нахмурился, после чего достал из кармана халата блокнот с ручкой, и стал что-то записывать, пока Марлен рассказывал. Голос юноши то и дело сбивался - невооружённым глазом видно, что ему тяжело рассказывать такие подробности личного характера.       Когда своеобразная исповедь подошла к концу, Медик убрал письменные принадлежности обратно в карман, после чего резко подскочил к коллеге по команде и резко схватил того за левую руку. Марлен не сопротивлялся.       Резиновая перчатка с громким шлепком упала на кафельный пол лазарета; аккуратная надпись тёмно-синего цвета отчетливо выделялась на бледной юношеской коже, покрытой тонкими полосками шрамов. "Ты нужен мне до конца моих дней..." - Когда появилась? - Людвиг внимательно рассматривал метку на руке, проводя по ней указательным пальцем. Без сомнения, он знал, кому может принадлежать такой почерк. В глубине души, он даже немного завидовал ему; сам доктор иногда писал как курица лапой. Поди ещё разбери, что он там начеркал. - П-почти т-три недели назад.       Медик отошёл к рабочему столу, рухнув на стул рядом. Он закрыл глаза, медленно потирая виски пальцами, прокручивая в голове рассказ Поджигателя раз за разом.       Захват разведданных в первых числах декабря. Да, он прекрасно помнил тот день и то, что команду Синих Красные разгромили практически всухую. Новая стратегия, которую наёмники решили применить, успешно себя показала. Конечно, их соперники предприняли пару отчаянных попыток захватить желанный красный чемоданчик с документами, но вместо этого натыкались на жёсткое сопротивление. Сколько раз вражеский Скаут умер, попав под обстрел турели Инженера или под меткие пули Снайпера - не сосчитать. Тоже можно сказать и про Шпиона. Под конец боя Людвигу даже стало немного жаль его - столько раз мучительно погибнуть от огня Поджигателя, что даже Звон смерти не спасал.       Хорошо. После боя команда тогда пошла отмечать победу на базу, рейдов на следующие пару дней не планировалось, ибо выходные. Эти подробности можно опустить. Потом они начали праздновать в общей комнате. Подрывник принёс несколько ящиков пива, Шпион предложил сыграть пару партий в покер и вечер обещал пройти интересно. В какой-то момент к всеобщему веселью присоединился Инженер, который наверняка был занят тем, что разбирал свои постройки (вне боя они не нужны), а Поджигатель крайне редко посещал подобные командные "мероприятия". Под алкоголем всё воспринимается в ином свете, и не успей Медик приговорить бутылочку-другую пива до того, как техасец вернулся, он бы заметил, что его сокомандик явился... каким-то другим. Нет, Конагер вёл себя, как обычно - пил пиво с остальными, играл на гитаре и много шутил, но в его глазах читалась грусть. Тогда Людвиг не стал заострять на этом внимание, списав всё на усталость последнего, но сейчас, после рассказа Марлена, картинка наконец-то сложилась воедино. Инженер был разочарован поведением Поджигателя.       Как выяснилось из рассказанного, после того, как сокомандники ушли, они остались вдвоём в комнате с разведданными. Марлен помогал Деллу перетаскивать ящики с оборудованием. Разговор. Неловкая пауза. Поджигатель снял противогаз, впервые показав лицо кому-то другому, кроме Медика и... - То есть, после поцелуя ты позорно сбежал? – Людвиг откинулся на спинку стула. После того, как юноша уйдёт, ему надо будет расслабиться за чашкой чая или, желательно, чего покрепче. - Сбежал, - по крайней мере, сейчас ему очень и очень стыдно. Марлен понимает, за что доктор его отчитывает, как нашкодившего первоклассника, разбившего футбольным мячиком окно в школьном спортзале. - И продолжаешь избегать Инженера, несмотря на то, что именно от тебя зависит безопасность техники и его самого? - Продолжаю, - Марлен снова виновато опустил голову, спрятав глаза за длинной рыжей чёлкой. По щеке медленно покатилась слеза. Медик давил на больное не хуже, чем надпись-метка на руке. - Такими действиями ты и себя, и своего соулмейта подвергаешь опасности, - по своим должностным обязанностям, Медик просто обязан был знать, что творится в его команде не только по физическому здоровью, но и ментальному; всё, что мужчина знал по теме соулмейтов – заносилось в особую папку, которую он держал в секретном сейфе. Медицинский спирт от посягательств Тавиша так не охранялся, как несколько бумажных листков с рукописным текстом.       То, что два таких, казалось бы, разных человека с противоположных концов планеты могут быть связаны узами судьбы, звучало… удивительно? Если Людвига с Михаилом что-то объединяло помимо работы (не при свидетелях будет сказано), то в ситуации с другими двумя коллегами – непонятно, как действовать. В любом случае, если судьбе угодно, чтобы они были вместе, то надо их к этому подтолкнуть. Из рассказа было понятно, что до того злополучного дня с поцелуем всё было относительно хорошо. Наёмники иногда проводили свободное время вместе; в понимании Людвига – ковырялись в технике в амбаре, приводили в порядок турели и оружие. Несколько раз ездили вместе в город за продуктами на старом пикапе Конагера.       У доктора моментально созрел план, который поможет окончательно расставить точки над И в этом деле, тем более что выполнению этого плана благоволило само время. Через несколько дней наступали Рождественские праздники. - Значит так. Через пять дней сочельник. Пока у нас нет рейдов, можешь напроситься к Шпиону или Снайперу съездить с ними в город. Купишь Деллу подарок и утром двадцать пятого подаришь. И без фокусов мне тут, понятно?       Поджигатель закусил губу. Звучало, как полнейшая авантюра. Как он скажет Снайперу то, зачем ему понадобилось в город? Не хотелось посвящать в свои проблемы остальных. И потом, он что, с порога должен заявиться в гараж к техасцу с подарком в руках? Нет, теоретически это хорошо звучит, но из-за того, что Марлен старательно избегал Делла почти весь декабрь – вопросов к нему будет предостаточно. - Вы всё поняли, герр Поджигатель? – предаваясь собственным мыслям, наёмник не заметил, что доктор обращался к нему в официальном тоне. В неформальном общении Людвиг делал так крайне редко и только для того, чтобы его собеседник раз и навсегда уяснил то, что ему говорят. - Да, понял, - юноша кивнул мужчине, после чего сполз с кушетки и, подобрав с пола перчатку, вышел прочь из лазарета. Марлен не любил бывать здесь лишний раз, но порой Медик вынуждал это делать – медицинское ли обследование, проверка после боя, или вот как сейчас. Возможность докопаться до корня проблем.

***

      Поджигатель покинул больничное крыло. Нащупав висящий на поясе противогаз, он взял его в руки, но не стал надевать. Сейчас на базе кроме него, Медика да пьющего где-то Подрывника никого нет, так что шанс нарваться на кого-нибудь из команды, ничтожно мал. Все разъехались по своим делам. Даже Инженер.       Спустившись на второй этаж, где располагались жилые комнаты для наёмников, Марлен дошёл до конца коридора, где располагалась его обитель.       Слегка пнув ногой дверь, юноша вошел внутрь. Он никогда особо не заботился о порядке в месте, где жил. Полупустые тюбики из под акриловых и масляных красок валяются тут повсюду - на полу, на столе, под шкафом и даже на кровати парочка. Альбомные листы, скомканные и испачканные чернилами, лежат горкой в корзине для мусора. Листы почище, на которых что-то изображено, аккуратно приколоты кнопками к стене над кроватью Поджигателя.       Не раздеваясь и не снимая обувь с ног, Марлен падает на кровать спиной, широко раскидывая руки. Его взгляд устремлён на стену возле окна, где акрилом не до конца нарисован летний пейзаж рощи возле родного городка Бангор, что находится в Уэльсе. Ему уже говорили, чтобы он не пачкал краской стены, но ему не нравился девственно-белый цвет вокруг себя.       Рассматривая причудливые зелёные узоры, символизирующие молодую кленовую листву, юноша размышлял. Он прокручивал в голове разговор с доктором; глупо отрицать правду, коли она бросается в глаза. Не стоило поступать так только потому, что все его плохие "навязчивые" мысли отображались на теле соулмейта. И если Делл видит то, что терзает Марлена в данный момент - одним подарком и извинениями ему не отделаться. Прежде чем сделать новый шаг и перейти к чему-то значимому, предстоит поработать. "Ты нужен мне до конца моих дней..."       Марлен перевернулся на бок и, хватая пальцами мягкую игрушку-единорога, притянул к себе. Он обхватил того руками, после чего крепко прижал руками к животу. В резиновом костюме жарко, но юноше лень лишний раз шевелиться и вставать с кровати, чтобы его снять. До ужина оставалось несколько часов, значит у него будет время немного вздремнуть, чтобы уже после ужина поймать Снайпера или, на худой конец, Шпиона, и попросить, чтобы кто-нибудь из них завтра отвёз Поджигателя в город, чтобы успеть купить Инженеру подарок. Перед самыми праздниками полки магазинов резко пустеют - люди скупают даже самый бесполезный и залежавшийся товар, но как говорится, лишь бы было.       С мыслями о завтрашнем дне Поджигатель уснул.