Медовый месяц в Чистилище

Сэм слонялся по бункеру как неприкаянный. Ему покоя не давали прощальные слова Ровены. Говорить о важном… словами через рот… хах. Да разве Дин так умеет? Тревога о брате крепко держала Сэма за грудки и не давала ничего толком делать. Накануне у Джоди он поспал от силы часа четыре, потом еще полтора провалялся рядом с Эйлин, боясь ее потревожить. Она уютным клубочком свернулась под боком и устроила голову на его груди. В тот момент Сэма так и подмывало приподнять одеяло и рассмотреть ее голенький живот. Сквозь одежду вроде пока ничего в глаза не бросалось. Интересно, когда станет заметно? У них будет ребенок! В тишине спящего дома Сэм разулыбался так, что заболели скулы. От порыва расцеловать и занежить Эйлин до писка удерживало только нежелание ее будить. Пусть отдохнет. Ей, наверное, теперь нужно побольше спать и хорошо питаться. Витамины, смеси, полезные коктейли? Нужно будет почитать литературу по теме. Купить книгу, скачать или посмотреть в библиотеке Хранителей? Должно же у них быть что-нибудь про воскресших из небытия, а после забеременевших женщин? Жаль, у Ровены не спросил, чем это может быть опасно. А еще поискать про Чистилище. Дина и Каса надо выручать. В этот раз он обязан сделать хоть что-то, помочь брату, а не как тогда… Мысли неслись по кругу бешеной каруселью из радости и тревоги. В конце концов Сэм не выдержал и улизнул из постели, когда Эйлин завозилась, меняя позу во сне. В поисках чего-нибудь съестного на кухне он столкнулся с Алекс, с видом зомби ковырявшейся в тарелке с мюсли, и составил ей компанию, но не решился приставать с медицинскими вопросами. Ей и без того пора было ехать на работу в больницу, на дневную смену. У Джоди было вечернее дежурство, так что она спала, как и остальные хозяйки дома. Проводив Алекс, Сэм до обеда промаялся разбором артиллерийской сумки, пытаясь, упихать содержимое обратно в багажник так, чтобы он после этого закрылся. Машинально почистил пару стволов. Но дело не спорилось. Сэм то и дело увязал в своих мыслях, как в зыбучем песке. Эйлин проснулась и тоже выползла на кухню, где уже колдовали над завтраком и сооружали перекус для них в дорогу Джоди и Донна. Джека единогласно решили не будить, пока сам не встанет. Сэм опасался, что мальчик захочет во что бы то ни стало вернуть отцов собственными силами. Он-то не по наслышке знал, до чего можно дойти, когда хочешь сделать что-то во благо и вроде даже знаешь, как, только сил маловато. Если пытаться срочно их нарастить, опираясь на сомнительные костыли и превозмогая себя, ничего хорошего не выйдет, только ноги переломаешь. В общем, Сэм не собирался упускать ребенка за своими проблемами. А то его папаши потом Сэму голову открутят. Эти мысли иррационально успокаивали и не давали ему заглядывать в комнату Джека проверить, как он там, чаще, чем раз в полчаса. От Джоди они уехали только во второй половине дня. Дорога домой вымотала их как никогда. В машине было неуютно - слишком свободно, тихо и угрюмо. Детка бунтовала и упрямилась, куда-то пропала плавность хода, а магнитола зажевала две чертовы кассеты подряд. Да и вообще музыка и радио скорее раздражали. Джек сидел понурый и отвечал на осторожные реплики Сэма через раз. Одна Эйлин старалась держаться на позитиве, рассказывала про детство среди зеленых холмов и свою первую охоту на кельпи, травила анекдоты, не давая парням скатиться в глухую тоску. До бункера добрались к ночи. Сэм разрешил себе посидеть с семьей в библиотеке, поискать информацию о Чистилище, чтобы хоть немного унять тревогу перед сном. Но только час и только после полезного легкого ужина. Конечно, толку от этих поисков не было никакого. Все трое, слишком вялые и уставшие, держались только на фирменном семейном упрямстве и с трудом соображали, что читают. Отправляя Джека спать, Сэм взял с него обещание завтра с утра вместе выйти на пробежку - взбодриться. А потом уже, на свежую голову, взяться за каталог, прошерстить полки библиотеки и архива. Возвращаясь по коридору жилого блока к Эйлин, в их спальню, Сэм невольно притормозил возле открытой двери в комнату Дина. А потом бездумно и неожиданно для себя дал еще пару кругов по всем коридорам и помещениям бункера. Бестолковая надежда застать в одном из них Каса и Дина за теплой неспешной беседой с позабытыми и ненужными бутылками пива в руках не желала отступать так просто. Бункер вдруг стал для Сэма стылым и пустым. Условия, которые Джек случайно поставил для возвращения этих двоих, казались какими-то нереальными. Ведь Дин и Кас три месяца просидели в бункере, часто были наедине, никто им не мешал. И, вроде, жили душа в душу поначалу. Во всяком случае, Дину явно было лучше, чем до этого. После гибели Каса Сэм всерьез боялся, что Дин сопьется. Смотреть на него было страшно, он держался на алкоголе, упрямстве и веселой обреченной злости. Ради Каса и его жертвы, ради Сэма с Джеком, ради мира и последней работы, которую надо было сделать. Прихлопнуть Бога - главного гада во что бы то ни стало. Та еще задачка. Что с братом будет потом, если это потом вообще наступит, Сэму тогда и представлять не хотелось. Но они победили Чака, и Кас воскрес, слава... Кому? Чему? Сэм не знал. Просто был благодарен. Дин оживал постепенно. Первые дни после возвращения он глядел на Каса больными глазами и не отходил от него ни на шаг, даже спал в его комнате, на время забыв о своих играх в конспирацию. Едва ли замечал вокруг хоть кого-то кроме, когда Кас был рядом. Сэм понимал, он тоже теперь боялся надолго расставаться с Эйлин, между свиданиями забрасывал ее смс, уговаривал снова переехать в бункер и наконец преуспел. Но Дин в своей тоске был неистов. Потом брата начало отпускать, он снова стал похож на себя. Теперь уже Кас ночевал у него, а утром обнаруживался на кухне или в библиотеке. Давал Дину возможность побыть одному, шанс сохранить лицо. А через месяц им для охоты что-то понадобилось в подвале, и Дин вызвался сходить. Полчаса спустя Сэм нашел его в кино-берлоге, сидящего в одном из двух больших кресел со стаканом виски в руке и бездумно глядящего в черный пустой экран. Встревожился не на шутку. Окликнул Дина вполголоса, но тот не услышал. Стакан был наполнен на треть, бутылки поблизости не наблюдалось. Сэм хотел было подойти, но тут из глубины комнаты выступил Кас, отрицательно качнул ему головой, развернулся и встал у Дина за спиной. Навис над ним, успокаивающе-расслабленный, словно дерево, укрывшее усталого путника от непогоды. Начал что-то тихо говорить. Слов было не разобрать, да Сэм и не пытался, ему хватило тона - ласкового, проникновенного, утешающего. Дин молча слушал, откинувшись назад, запрокинув голову, и смотрел, не мигая, снизу вверх, как истово верующие смотрят в небо, влажными отчаянными глазами. А уж выражение... Он смотрел на Каса так, словно тот мог исчезнуть, стоит отвести взгляд. Его пальцы на стакане свело от напряжения - Дин чудом сдерживался, чтобы не вцепиться в своего ангела изо всех сил, как тогда на пляже. Вот Кас замолчал, плавно наклонился к нему через спинку кресла, прижался губами ко лбу и замер так, слегка покачиваясь, погрузившись в транс. Сэм развернулся и на цыпочках пошел прочь от “берлоги”, стараясь не издать ни звука. Подумал, что Дин никогда не простит, если узнает, что он их видел. Что хоть кто-то, кроме Каса, видел его таким открытым и уязвимым. Стакан Сэм позже нашел на подлокотнике. Полным на треть. Но, несмотря на этот и другие моменты щемящей нежности, которым Сэм был невольным свидетелем, Кас и Дин в последнее время все равно грызлись почти каждый день. Два безнадежно влюбленных идиота, неспособных внятно изъясняться. Какое уж тут поговорить начистоту и помочь друг другу? Сэм снова свернул в жилой коридор и заглянул в комнату Джека. Парень с дороги и после всех треволнений последних дней крепко спал с любимым медведем в обнимку, горестно хмурясь. Дойдя наконец до своей спальни, Сэм на цыпочках просочился внутрь. Он был уверен, что Эйлин не дождалась его и давно уже спит. Но та сидела на кровати с ноутбуком на коленях и что-то сосредоточенно читала. Заметив движение, подняла взгляд на Сэма. - Как Джек? - Уснул, - Сэм встал вполоборота, раздеваясь ко сну. - А ты чего не спишь? - Связалась со старой боевой подругой. Спросила помощи без подробностей. У них семья охотников не в первом поколении, примерно как ваша. Может, найдется что-нибудь в семейной библиотеке про Чистилище. Эйлин закрыла ноут и отодвинула в сторону от себя, сосредоточив все свое внимание на Сэме, откровенно любуясь. Это было приятно и все еще немного смущало. Скинув джинсы вслед за рубашкой и футболкой на стул, он убрал больше не нужный ноут на стол, чтобы Эйлин не пришлось вставать лишний раз. Присел на кровать, все еще погруженный в собственные мысли. Эйлин, молча понаблюдав за ним пару минут, подобралась по кровати ближе, запустила руку в его волосы, помассировала пальцами затылок, спустилась руками на плечи и привстала на коленях, чтобы хорошенько надавить и промять мышцы. Сэм благодарно вздохнул. - Хэй, красавчик, расскажешь мне, что творится в этой большой и жутко умной голове? Эйлин поцеловала его в макушку. Сэм мотнул головой. Волосы упали вперед, занавесив лицо. - Да ничего такого… - начал было он. Сообразил, развернулся, забираясь на кровать с ногами. Эйлин посторонилась, давая место. Сэм вытянул свои ножищи по стороном от ее ножек, обнял по-крабьи, подтягивая ближе. Завязалась шуточная борьба. Повозившись немного, они устроились, сидя лицом друг к другу. Сэм выдохнул прочувствованно: - Спасибо, что помогаешь, - и поцеловал ее в нос. - Балбес, - констатировала она, возвращая ласку. - Разве может быть иначе? Сэм только рассеянно погладил ее по бедру, снова провалившись в свои мысли. - Сэм? - Эйлин взяла его лицо в свои ладони, убедилась, что он на нее смотрит. - Что тебя гложет? Он вынужденно улыбнулся, взял ее за руки, погладил большими пальцами по тыльной стороне изящных кистей. Ответил после паузы. - Это все Дин. ...И Кас. Сердце не на месте. - Я это понимаю, Сэм. Но ты можешь объяснить, чего ты так боишься? Они опытные охотники и сумеют найти дорогу домой. Что до остального… - она пожала плечом. - Люди и прочие ссорятся, мирятся. Это нормально, у всех бывает. Что такого ужасного может случиться с ними? Сэм никак не мог сформулировать ответ даже для себя. Он сжал ладошки Эйлин в своих руках, глубоко вздохнул и решил начать хоть с чего-то, точно зная, что его выслушают и поймут. - Хотя так с виду и не скажешь, но я, наверное, более толстокожий, чем Дин. Вся эта история с Чаком сильно по нему ударила, да и раньше ему здорово досталось. Хм… знаешь, я особенно волнуюсь за него с того дня, когда родился Джек. Ведь это был еще и день смерти Каса. Впервые такой осязаемой, очевидной смерти, когда все случилось у нас на глазах и даже тело осталось, а не исчезло в воде или… В общем, даже мне тогда было паршиво, но Дин, он... он просто разваливался совершенно. Сразу решил, что раз Кас умер, то и мама умерла - не пропала без вести в другом мире, а погибла. Ведь это вообще не в его характере, он же всегда бьется до последнего! Эйлин, он вскоре после этого чуть не покончил с собой под предлогом охоты на каких-то призраков. Рядовое было дело, обычно мы такие как орешки щелкаем. А потом, когда Кас к нам вернулся и мама тоже, а еще Джек... Я, наверное, за всю жизнь его не видел таким счастливым. Недолго, правда. Дальше был Михаил. В общем, ровно у нас никогда не бывает. Еще раньше, после истории с Амарой было хорошее время. Она маму воскресила, все были живы-здоровы, из проблем только чопорные бриташки. И то, что жнецы на нас зубы точили - ну, знаешь, после смерти... Смерти. Они посмеялись вместе. Какой период ни возьми, семейная история Винчестеров в кратком пересказе звучала как бред сумасшедшего. - Мы же с Билли сделку заключили, чтобы из тюрьмы выбраться. Когда она за нами пришла, Кас так разозлился, что сам ее угрохал на месте и Дина чуть не прибил за такие фокусы. Дин потом долго на него рычал, все боялся, что Касу это боком выйдет, а сказать спасибо так и не смог. Эти двое вечно ругались из-за таких вещей. - Они уже тогда в отношениях были? - поинтересовалась Эйлин. - Свечку я не держал, но думаю, у них после Амары все завертелось. Серьезно, я имею в виду, а не вечное взаимное томление. Дин со мной об этом никогда не говорил. Он вообще предпочитает все в себе носить. Но я же не слепой! Может, и раньше что-то у них было, когда они часами на телефоне висели, еще до Метки Каина, но... вообще, ты знаешь, Дин же всегда на Каса реагировал. Представляешь, появляется в нашей жизни настоящий, всамделишный грозный ангел с Небес... Кас тогда совсем иное впечатление производил. Сейчас он как-то... Не знаю, просто свой. А тогда я почтение к нему испытывал, временами даже трепет. Ангел же! Брата моего из Ада вызволил и к жизни вернул! В общем, появляется Кас, и что делает Дин, как думаешь? Начинает с ним флиртовать напропалую. Я знал, конечно, что ему не только девушки, но и парни нравятся, хотя он даже об этом молчал - наверное, из-за отца и его вечной муштры... Но у Дина же все на лбу написано. А тогда он вообще кадрил все, что движется, но чтобы так! Я сперва думал, это у него пунктик на ангелов, кинк разыгрался или еще что. У него тогда было море порнухи с ангелами, демонами и прочей ролевухой. Он ее даже Касу показывать пытался для просвещения. А-а-а, тот случай с разносчиком пиццы в мотеле! - Сэм запрокинул голову, но тут же вернул обратно для Эйлин и продолжил. - В жизни не забуду. Я думал, как бы мне провалиться хоть в Ад, хоть куда... Кас тогда совсем не от мира сего был. Реально странный. Вечно появлялся из ниоткуда прямо у него за спиной или сбоку. И когда общался с Дином, вставал вот так близко. Сэм выставил перед лицом Элин свои огромные ладони, повернутые друг к другу так, что они едва-едва не соприкасались. Она тут же сграбастала их себе, переплела пальцы, рассеянно начала поглаживать крупные костяшки и фаланги, продолжая следить за разговором. - Они могли ничего не говорить даже - уставятся друг на друга и смотрят, не мигая. Я тогда не обращал внимания. Ну ангел, ну не понимает про личные границы, хрен его знает, что это значит. Может, мысли читает? У нас тогда других проблем было выше крыши. Лилит и Захария, вся небесная и адова рать на хвосте. И Люцифер в перспективе. Да и у меня голова была занята... хм... другим демоном. Он попытался забрать руки, чувствуя себя неловко, что почти затронул тему с Руби и демонской кровью. Но Эйлин не отдала, грозно зыркнула, защищая свою добычу и требуя продолжать рассказ. - Я теперь думаю, может, это была какая-то форма ангельского флирта? Дин же не возражал, наоборот. - Сэм, ты боишься, что они не разберутся без тебя? - Да нет. Я что сказать хочу... Дин, он всегда тянулся к Касу. А уж Кас... Сколько раз он умирал за нас, за него... Но Дин такой упрямый и твердолобый! Он меня-то всю жизнь близко не подпускал. И не отпускал тоже. Но я привык, что ему нужно время перебеситься, и потом, может быть, с ним можно будет поговорить по душам. И я брат, он до сих пор считает, что за меня в ответе. Мы с ним друг от друга никуда не денемся. А Кас понимает все буквально и хочет помочь сразу. Джек в этом очень на него похож. - Папина копия, - Эйлин улыбнулась, потом нахмурилась. - А вот Дина парнишка тоже любит, но еще и боится. Почему? Сэм поджал губы и долго вздохнул, размышляя как бы сформулировать покороче. - Я тебе, кажется, не рассказывал... Ник - тот бедолага, который долго был сосудом Люцифера, вконец свихнулся и пытался призвать дьявола снова в наш мир. Почти преуспел, но Джек остановил его. Сжег на месте. Джек был тогда уже при всех своих силах, но потерял душу, а я знаю, каково это. Эмпатия отключается, ты больше не понимаешь, хорошо поступаешь или плохо - внутреннего ориентира нет, только сухая логика. Но это у меня, у взрослого, так было, а Джек еще совсем ребенок. В общем, он собой не владел, был как мина, которая может взорваться от малейшего толчка. Прогнал Люцифера, убил Ника, тут же вылечил меня от смертельной раны - все с одинаковой легкостью и без сомнений. Наша мама в тот момент была с ним рядом, и ее это, конечно, потрясло. Думаю, она ему сказала, что он поступил с Ником жестоко, а Джек испугался, что он теперь плохой и мы его бросим. - Трехлетний малыш, но почти всемогущий, - кивнула Эйлин. - Да, как-то так. В общем, похоже, у него случилась паническая атака - эмоции захлестнули, взрыв, и... Мама погибла, парень сбежал, а Дин - он тогда просто взбесился. Обвинил Каса в ее смерти, будто Джек только его ребенок. Мы же все знали, видели, что с ним творится неладное. И я, и мама, Дин и Кас - все недоглядели. Сэм в нервном жесте сжал в горсти ладони Эйлин, вновь переживая потерю. Продолжил после короткой паузы. - Мы устроили маме охотничьи похороны. Помню, как Кас хотел подойти к Дину, обнять, но я удержал - боялся, что брат на него сорвется. Всю жизнь через это прохожу. В горе Дина утешать бесполезно, только хуже сделаешь. Он сначала крушит все вокруг, выплескивает боль через ярость, а потом уползает в логово зализывать раны в одиночку. Эйлин выдержала паузу, давая Сэму собраться с мыслями, чтобы продолжить. Она мяла его длиннопалую кисть, проводила пальцем по линии жизни и любви, массировала крупные холмы Венеры и Луны. - Я никогда не слышал, чтобы Дин сказал Касу прямо, что про него думает. Мне кажется, Дин мне больше говорил о Касе, чем ему самому. Я не знаю, как Кас терпит все его упреки и вообще... Дин слишком часто его задевает за живое. После смерти мамы брат вел себя с ним просто ужасно, огрызался все время. Уж на что у Каса ангельское терпение, но и он не выдержал, они тогда почти расстались. - Я думала, это их обычное состояние, - улыбнулась Эйлин, пытаясь немного успокоить Сэма и заодно разобраться. - “Подаю на развод” было у обоих на лбу написано, когда ты мне тело вернул. Сэм улыбнулся теплым воспоминаниям о том, как она вышла из ванны после ритуала, но снова нахмурился, возвращаясь мыслями к разговору. - Да нет. У них бывают мирные периоды, и довольно долгие. - Как в первую неделю после победы над Чаком? Дин тогда хвостом за Касом ходил, разве что в рот ему не заглядывал, - Эйлин умиленно, чуть ехидно улыбнулась. - Да, примерно так, - хмыкнул Сэм согласно. - Даже подольше недели. А сейчас я боюсь, что Дин снова перегнет палку и все похерит, только на этот раз окончательно. Наговорит Касу всякой фигни, и Кас просто уйдет. Или снова решит остаться в Чистилище один. Или... я не знаю. Только на нервы из-за очередного Апокалипсиса это будет уже не списать. А дойдет до Дина, когда будет слишком поздно. До него вообще всегда доходит и пробивает на искренность только через горе. Как он бесился на Каса за ту историю с Кроули, кровью монстров и открытием Чистилища! Каса тогда знатно занесло, да. Но... в общем, все было и так понятно, но вот до Дина, похоже, дошло, насколько Кас ему дорог и насколько он - семья, только когда наступила беспросветная жопа и Каса разорвало левиафанами у него на глазах. Блин. Да Дин тогда его старый плащ с пятнами крови в багажнике возил и перекладывал из машины в машину как реликвию. У меня самого с головой тогда было не очень, но вот это я хорошо помню. И что он сделал, когда Кас нашелся живой, еще и себя вспомнил? Думаешь, Дин сказал ему хоть слово о том, как убивался из-за его смерти? Нет. Он притащил Каса ко мне в психушку, и Кас забрал мое безумие на себя. Свободной рукой Сэм ударил себя кулаком по колену. - И даже потом Дин продолжал на него злиться. Эйлин, я... мне кажется, что это Дин из-за меня так. - Из-за тебя? Ты-то тут причем? - Может, если бы не я, они бы давно уже были вместе. Но Дин же всегда ставил семью выше всего на свете, меня ставил выше себя и своих интересов. А я его всегда подводил, и из-за этого он Каса вечно отталкивал. Даже когда Кас потерял благодать и стал человеком, был уязвим как никогда, Дин выгнал его из бункера. Ему тогда другой ангел, который во мне сидел и меня лечил, ультиматум поставил - угрожал, что я умру, если Кас останется. Боялся, что тот его обнаружит. А мне Дин соврал, что Кас сам ушел! Он так себя потом за это ненавидел. До сих пор ненавидит. Не за вранье, а… за то предательство и многое другое. А я просто... больше всего хочу, чтобы брат был счастлив. Я так рад был, когда понял: "Ну все, Дин втюрился по уши, это его". Особенно радовался, что именно Кас, который Дина любит и бережет больше жизни. Да еще и в нашем деле варится давно, все понимает. Впервые кто-то, кроме меня, стал для брата родным, впервые он кого-то подпустил к себе так близко - даже в чем-то ближе, чем меня. И тут они нет бы успокоиться - давай танцы с бубнами устраивать! Особенно Дин хорош. Чуть Кас к нему потянется, так он вспоминает, что волки - свободный народ, но как пропадет куда - мается и места себе не находит, потом опять по новой... Годами наблюдаю, не лезу. Только пытаюсь делать все, чтобы Дин Каса не прохлопал. Просто хочу помочь. - Ты очень любишь брата, - констатировала Эйлин. - Очень. - Так отпусти его, Сэм. Перестань цепляться за его куртку и дай Дину самому устраивать его жизнь. Сэм посмотрел на Эйлин большими глазами. Видно было, как он со скрипом пытается уложить в голове эту революционную мысль. - Пока ты ни на шаг от него не отходишь, ему ничего не остается, как все время быть старшим, опекать и заботиться. Отдавать, - Эйлин говорила мягко, но прямо, что думала, не пытаясь сглаживать углы. - Принимать любовь и заботу он так не научится. Дину не нужна дуэнья, он в надежных руках. Они с Касом два сапога пара, и у них прекрасный ребенок. У нас, кстати, тоже скоро будет. Или ты забыл? - Нет, конечно, - спохватился Сэм. - Просто все это так неожиданно! - Ты разве не рад? - спросила Эйлин без обиняков, скрестив руки на груди. - Ужасно рад, - Сэм осторожно сгреб ее в охапку, лбом прижался ко лбу, нежно провел пальцами по волосам. - Знаешь, я ведь всегда хотел завести свою семью, детей. Даже пытался сбежать от отца с братом в другую, нормальную жизнь - сейчас вспомнить смешно. Как будто у меня был выбор! - Да, ты рассказывал. - Но после стольких лет, после всего, что мы пережили, я даже не надеялся, что у меня когда-нибудь все это может быть на самом деле, а не в мечтах, - признался он наконец. - Да и кто в здравом уме согласится связать свою жизнь с охотником? - Другой охотник, - Эйлин ободряюще улыбнулась, поцеловала Сэма в уголок губ и прильнула к его груди. - У нас все получится. Сэм довольно вздохнул, чувствуя, как у него прибавляется сил, возвращается спокойствие и уверенность просто от того, что Эйлин рядом. Сейчас она казалась поразительно надежной, внушающей чувство безопасности маленькой ложечкой. Серебряной, конечно, с черненым четырехлистником на ручке. - И потом, - продолжила Эйлин негромко, зная, что ее услышат, - для Каса на Дине свет клином сошелся, он так его любит, что и слепому видно, и лучше всех понимает. Прогнать его насовсем Дин уже не сможет. А ты для Дина навсегда останешься младшим братишкой. Он ведь так же крепко за тебя держится, как ты за него, и не может заниматься своей жизнью, пока не убедится, что за тобой есть кому присмотреть. Брат желает тебе счастья больше, чем кто-либо в мире. Разве не так? Прекрасно, что вы друг друга любите, защищаете и оберегаете. Но вы давно уже взрослые, и поводок гиперопеки вам обоим мешает. Ты не подумай, - тут Эйлин сжалась в комочек и начала машинально гладить Сэма по груди, - я не к тому все это говорю, что ты должен забыть про брата и думать только обо мне. Разумеется, вы с Дином всегда будете самыми близкими друг другу людьми. Ваша семья никуда не делась, просто больше стала, и у каждого наконец появилась своя половинка. Она подняла на Сэма глаза. - У меня прекрасная, у него - ужасная, - протянул он задумчиво. - Почему ужасная? - Ну ты представь… все эти крылья, звериные головы, глаза повсюду, огненные колеса и какие там еще причиндалы у ангелов. - Какая разница? Главное, чтобы Дину нравилось. Сэм усмехнулся, погладил Эйлин по волосам и бережно приподнял ее лицо за подбородок. Серьезно заглянул в глаза. - Я понял, о чем ты. Правда понял, - он прижался нежным долгим поцелуем к ее губам. - Спасибо, заяц. Мне полегчало. - Обращайся. Эйлин расслабилась и улыбнулась увереннее. Сэм подобрался ладонью под ее домашнюю футболку к плоскому животу и погладил. Спросил: - А когда заметно станет? Эйлин смешливо фыркнула, но ответила серьезно. - В интернете пишут, что недели через две. Может, чуть позже… хотя у кого-то уже на моем сроке все очевидно. - Ты говорила, уже двенадцать недель? - Ага. С хвостиком. Я точно помню. Ты тогда, дрифтуя, затормозил на лужайке, залетел в дом, глазищи на пол-лица, волосы развеваются... В общем, без слов было понятно, что ты очень рад меня видеть, - с нежной ехидцей в голосе выдала Эйлин. Сэм прикрыл рукой глаза, справляясь со смущением. - Я ведь тогда думал что все, совсем все… После Чака даже душу неоткуда было возвращать. Эйлин потянула его кисть на себя. - Эй-эй, я совсем не против. Мне все понравилось. И наша встреча, и продолжение, и особенно результат. Сэм довольно зарделся. - Значит, девочка? - Кас был уверен. Он вообще больше меня по теме знает, как оказалось, - Эйлин улеглась обратно к Сэму на грудь. - Представляешь, когда я ему сказала, что хочу почитать о беременности, но не знаю, с чего начать, он выдал мне по памяти такой список литературы, что хватило бы на целую библиотеку, еще и сам кучу всего рассказал, что на моем сроке актуально. Мне теперь даже кажется, что он Джека сам выносил. Сэм аж закашлялся от смеха. Лег и, поерзав, подтянулся выше к изголовью, увлекая за собой Эйлин. Прокомментировал: - Ну вообще с Каса бы сталось. Он ужасно ответственный… ангел к тому же… Только я своими глазами видел беременную Келли. Эйлин легко пихнула Сэма в бок, поудобнее укладываясь на его руке и накинула на них обоих одеяло. - Я же шучу. Вы, мужики, не для того предназначены. А Кас, ангел или нет, сто процентов мужик. Скажешь, нет? - Не скажу. - Вот и молчи. - Молчу-молчу. - Я из тех книжек уже парочку скачала. Теперь просвещаюсь. Но мне физиология оборотней и то понятней, чем моя сейчас. - Дашь мне почитать? - Тоже кого-то ждешь? - Эйлин пожамкала Сэма за рельефный пресс под одеялом. - Очень жду, - серьезно ответил Сэм, устроив ладонь на животе у Эйлин. - А как назовем? - Я не думала. Еще рано, наверное. - Почему рано? Мы ведь знаем, что девочка. У нас даже фея-крестная уже есть. - Это Джоди, что ли? - улыбнулась Эйлин. - Почему? Нет, это Ровена. - Ровена? - Эйлин сверкнула глазами. - Да, а что? - Сэм, - она привстала на локте, - я правильно поняла, что ты позвал могущественную и коварную ведьму, веками творившую беспредел, а теперь ставшую владычицей Ада, в крестные к нашей дочери? -... ну, когда ты это говоришь, - замялся Сэм, - звучит очень… - Не очень. - Эм.. да-а, но… надо было, наверное, сначала тебя спросить. - Наверное? Эйлин посмотрела на него с таким выражением, что Сэм вспомнил их первую встречу - и порадовался, что ножа при ней сейчас нет. - Зайка, у меня не было выбора! - Сэм медленно, осторожно погладил Эйлин по волосам, надеясь, что руку ему не откусят. - Ровена хотела услугу за услугу. Она поможет Дину с Касом выбраться из Чистилища, а мы взамен пригласим ее на крестины. - Но зачем ей это? - Чтобы отдохнуть от адской рутины. Ровена скучает по простым радостям земной жизни. - Что ж, я ее понимаю, - кивнула Эйлин задумчиво. - Радости в Аду не густо, мягко говоря. - Да уж. И потом, Ровена нам много раз помогала, и я у нее учился колдовству… она уже своя для нас. Передавала поздравления, велела мне тебя беречь, хвалила твой вкус и выбор… оружия, - Сэм состроил свои лучшие щенячьи глазки. - Поверь, она не желает нам зла. Я об этом даже не думал. - Не думать - это у вас семейное, - Эйлин закатила глаза и коротко поцеловала Сэма в нос. - Балбес. Просто говори мне о таких вещах сразу, а не задним числом. Я Ровену не знаю и не доверяю ей. Но я помню, что тело ты мне вернул благодаря ее записям. Если подумать, Лиллиан Лихи-Винчестер такая крестная на роду написана. Защита королевы Ада ребенку точно не помешает. - Лиллиан? - Она меня вырастила. В ее честь, - пояснила Эйлин, укладываясь обратно рядом с Сэмом. - А ты как хотел назвать? - Не знаю, - по-медвежьи обняв и подтянув ее поближе, Сэм устроился на боку, вернул руку Эйлин на живот. - Я думал, в честь брата, а тут девочка. Эйлин чуть сморщила носик, потом, сказала. - Может, двойное имя? Есть ведь женское: “Дина”, если ты так сильно хочешь. Но чур для второго я выбираю! - Второго? - Да, а что? - У нас будет второй? - Сэм довольно улыбнулся. - Почему нет? Если процесс понравится. - Может, сразу двойню тогда? - Так и быть, я подумаю… Эйлин, разнежившись в надежных объятиях, сонно медленно моргала, уже практически уснув. Сэм не стал больше донимать ее разговорами, хотя воображение уже рисовало ему большой шумный обеденный стол, за которым они с Эйлин и тремя разновозрастными ребятишками празднуют чей-то день рождения, поджидая запаздывающих гостей. Сэм нежно поцеловал ее в лоб, прижался щекой и прикрыл глаза, чтобы заснуть в свою почти осуществившуюся мечту.