Быт и нравы Великой Империи

— Я ненавижу то, что мы делаем. Скордж проинформировал об этом совершенно спокойно, не пряча какого-то восторга от озвученного факта. Словно ненавидеть конкретное занятие само по себе было прекрасно. — Я не просила тебя со мной идти, — напомнила Тао, подвязывая ещё один пучок травы шнурком. — Или ты рассчитывал на что-то другое? — Да! — громко воскликнул чистокровный. — Почему за фразой «я хочу прогуляться по лесу» не может скрываться, собственно говоря, прогулка по лесу? С пикником у ручья, разглядыванием окрестностей, беседой с животными или как вы ещё, джедаи, развлекаетесь? Нирма положила аккуратный зелёный сноп к остальным девятнадцати. Любительская ботаника была одним из немногих её увлечений, которые мастер Тао обожала, но не имела возможности приобщиться с тех самых пор, как покинула Тайтон. Теперь же свободное время позволяло исследовать окрестности базы на Одессене. Из-за индустриального шума отсюда ушли почти все дикие звери, но флора была на редкость богатой. Поля пестрили звёздным шафраном и ярким ковром акклирамов, а под деревьями, в густой и покрытой паутиной траве, таились целые россыпи целебных ягод. Что-то Тао оставляла для чая, что-то забирал посыльный для экспериментов Оггуробба, а что-то просто красиво смотрелось в вазах, напоминая своим коротким жизненным циклом о тщетности бытия. — Сбор растений — тоже развлечение, — оправдалась Тао. — Ты нашёл? Чистокровный раскрыл ладонь, показывая крупные фиолетовые ягоды, целой гроздью висевшие на пушистой ветке. — Это не королевская тесимина, — покачала головой Нирма, — а… Ладонь так же медленно сжалась обратно, пока из кулака не потекла превратившаяся в кашу мякоть. — Ты сама дала описание, — процедил Скордж сквозь зубы. Лицевые отростки сильно задрожали от негодования. — Исчерпывающее. Это ему соответствует. — Зачем ты согласился помочь, если не разбираешься в растениях? За эти несколько недель Тао мастерски научилась направлять его эмоции в мирное русло. Не обманом или уловками — интересуясь причинами, по которым зарождаются те или иные реакции. И пока чистокровный думал, стимулируемая всем подряд агрессия сходила на нет. — Я вспоминаю, что доставляет мне удовольствие, а что — нет, — всполохи гнева исчезли почти сразу, как и ожидалось. — Я ненавижу примитивное собирательство. Липкую паутину на сапогах. Скребущих по коже насекомых. Деревья с низкими ветками. Пекущее затылок солнце. Крошечные хрупкие плоды, лопающиеся в пальцах. Тао не сдержала звонкого смеха. Сочувственного, тем не менее, и лишённого всякой злобы. — Ну хоть что-то тебе нравится? Скордж молча растёр в руке остатки ягод. Красная кожа стала пурпурной от яркого сока, и Нирма не решилась добавлять, что похожие на тесимину ягоды ри’фоно не отмоются ближайшие пару дней. Бежать из горящего леса, спешно набив сумку «уловом», ей не очень хотелось. — Пахнет приятно, — сухо бросил он, словно только для того, чтобы джедай отвязалась. — Всем сразу.