Геншинские попаданцы

      Яркую поляну с пёстрой, ярко-зеленой травой рассекала желтая тропинка. Вкрапления гравия усыпали дорожку с обеих сторон, как бы образуя рамку. Легкие ножки, подпрыгивая при каждом шаге, поднимали небольшое облако пыли, скрывавшее свежие следы. Тоненькие губки насвистывали необычную для местных песенку, но вполне обыкновенную для того мира, откуда прибыла незнакомка.       Имя той девушки было Фуккацу, она, как и Суми, Рокки с Бику, попала в Тейват не по своей воле, но быстро свыклась со своей судьбой. Кацу не знала да и не могла знать о нашей тройке попаданцев, хоть и была знакома с одной из них в "том" мире.       Попаданка оказалась в далёких землях Натлана и только сейчас смогла добраться до архипелага Инадзумы лишь с одной целью.       – Скарамуш, Скарамуш, вил ю ду Зе Фанданго, – напевала Кацу, приговаривая, – Скарамучча-а-а, где ты? Я прошла марафона три ради тебя, дорогой.       Кацу смекнула, что у нее появился прекрасный шанс влюбить в себя своего фаворита из игры и зажить с ним припеваючи. Девушка поправила наэлектризованный хвост волос, ударившись раза два током и выругавшись громко и смачно, и оглянулась.       На глаза ей попадались одинокие деревья вишни, которые скоро должны уже зацвести. Вдалеке стояла высокая гора, с одной стороны ее выглядывал огромный череп Змея, позвоночником уходящий внутрь скал. У подножия горы забавно качалась из стороны в сторону маленькая фигурка с шляпой-диском на голове. Убор то и дело заваливался под своим весом набок, из-за чего путнику приходилось придерживать ее рукой.       Фуккацу, ведомая появившимися подозрениями насчёт личности юноши в шляпе, направилась к нему.       – Блядская шляпа! – пронеслись слова по ветру.       Кацу поняла: "Это он".       – Эй ты! – обратилась быдловатым тоном девушка, – подосиновик обоссанный!       – Что ты там ляпнула? – взревел юноша. – Тебе кости давно не ломали? Фуккацу перешла на бег и за несколько секунд добралась до путника – и резким ударом сбила шляпу с его головы.       – Ты не знал, что ее завязывать на подбородке надо, чтобы она случайно не падала? – усмехнулась Кацу. – Или Предвестников Фатуи такому не обучают?       Скарамучча выпучил глаза, опустил их на поваленую шляпу и перенес взгляд на девушку. Его губы побледнели и задрожали, и будто жилка выступила на виске. Правая рука скрылась за спиной и показалась вновь с фиолетовым диском в руке – катализатором.       Молния поясом окружила Кацу и сжала ее, обжигая кожу. Путы разрастались с каждым мигом, почти полностью, словно паутина, обхватив тело от груди до ног. Фуккацу напрягла мышцы, электрические нити впились в ее ткани. Кацу резко вздохнула, втянув живот, хватка подослабла у талии, дав возможность шевелить руками. Пламенная вспышка вырвалась из тела Кацу, и огненное лезвие разрезало нити изнутри. Кацу освободилась.       Не дав Предвестнику опомниться, Кацу махнула рукой на полосу огня, пламя пропало, показался меч. Клинок просвистел над головой Скарамуччи и почти отсек ее. Сказитель Фатуи не понимал, как такое возможно: меч атаковал сам, когда Кацу лишь будто приказывала ему, куда нападать. Ни для кого не секрет, что владельцы Глаз Бога обладают в какой-то степени телекинезом, но никто на памяти Скарамуччи не использовал эту способность, как технику ведения боя.       Фуккацу охватил огонь во второй раз, плывущий по воздуху меч поглотил это пламя и загорелся сам, после закружился, став диском, и полетел на мага.       Кончики пальцев Скарамуччи выпустили тоненькие молнии, электричество сплелось в сеть и разрядом, будто пушечный залп, направились на крутящееся пламя, обхватив его, сжав и отбросив в сторону.       Предвестник продолжил. В центре катализатора появился моток, в один момент своеобразное веретено выпустило нитки, пронзило ими землю, обхватила стволы деревьев и маленькие травники. Кацу оглянулась и поняла, что оказалась в электрической паутине. Несколько нитей проходило прямо возле нее. Они искрились и были готовы разрезать все, что коснется их.       – И что теперь? – улыбнулась Фуккацу. – Я могу так стоять хоть час, и ты меня не достанешь.       В ответ на провокацию Скарамучча лишь насмешливо повернул голову к катализатору. Колесо по центру, испускавшее нити, начало вертеться, натягивая паутину. Линии зашевелились, начали стягиваться. Кацу аккуратно сделала шаг назад, обходя ловушку. Вдруг колесо зашевелилось быстрее. Девушка махнула рукой – лежавший неподалеку клинок взмыл в воздух и остриём вперёд полетел на Сказителя. Вдруг на пути меча натянулась ещё одна нить и разрубила оружие вдоль клинка.       – Что ты теперь сделаешь без своего оружия, а, сука? – злорадствовал Предвестник.       – Это, – повременив с ответом, выпальнула Кацу.       Девушка подбежала к лежавшей шляпе Скарамуччи – и бросила ее в катализатор. Шляпа раскололась, электрическая паутина исчезла. Скарамучча бросился к осколкам, упав на колени и нежно перебирая остатки убора в руках.       – Ты пожалеешь об этом, тварь! – завопил он, но, когда поднял глаза на Кацу, ее уже не было.       Фуккацу бежала, не давая себе шанса отдохнуть. Она не оглядывалась, ведь останавливаться было опасно: Предвестник мог следовать за ней. И лишь, когда ее голова закружилась, а ноги пошатнулись, Кацу остановилась, встав на четвереньки.       – Надо было его на прощание засосать, – упрекнула сама себя Кацу и засмеялась. – Гандон мелкий, меч мой сломал.       Девушка запустила руку в волосы, чтобы почесать затылок, но тут же отдернула ее – Кацу ударило током. "Скарамучча?" – испугалась она, но Сказителя нигде не оказалось. Молния снова пронзила все ее тело.       – Да кто?! – проорала она. Ещё один разряд. Затем ещё один и ещё. Кацу огляделась. Недавно голубое небо покрылось лиловыми пятнами, облака почернели. Река, протекавшая неподалеку, была мутной, вода дрожала. Складывалось ощущение, будто ее изнутри толкали разряды тока.       – Где я, блять, оказалась? – дрожащим голосом спросила Кацу и рванула прочь.       Удары продолжались, ноги свело, девушка упала, дыхание сперло. Фуккацу вытянула руку к дереву неподалеку. Ветка отломилась и подлетела к попаданке. Опершись на нее, как на трость, Кацу поднялась и подошла к дороге. Она снова упала и прикрыла глаза, задремав.       От лёгкого сна ее пробудил скрежет повозки какого-то торговца.       – В деревне Хибоки невозможно торговать, – ворчал незнакомец, – после той аварии половина населения слегла, другая собирается слечь. Если и в Татарасуне будет такая же срань, я разорюсь окончательно!       Мысль пронзила Фуккацу, словно молнии, продолжавшие бить ее. Она поняла: вот её шанс спастись. Кацу заставила трость взмыть в небо, ветвь залетела между колес телеги, повозка остановилась.       – Какого черта? – яростно взревел торговец и бросился к колесу.       Фуккацу медленно обошла мужчину – ноги снова поддавались ее воле. Кацу подкралась к телеге и запрыгнула внутрь, укрывшись дорогими тканями – товаром торговца. Ещё один разряд молнии заставил Фуккацу потерять сознание. Торговец вытащил ветвь из колеса и продолжил ход, не заметив девушки.