Геншинские попаданцы

      Запасы закончились. Еда — не проблема: всегда можно найти зазевавшуюся зверушку или забытое кем-то растение, вода — вот, что вызывало трудности. На архипелаге питьевой воды было слишком мало. Соленые заливы, разбавлялись пресными реками, но даже из них пить оказывалось опасным для жизни: утечка электричества в Татарасуне заразила водоемы по всему острову.       Пришлось искать чьей-то помощи. Остров Наруками расположился дальше остальных, да и шанс встретить Райден или солдат сегуната был велик, Татарасуна сейчас крайне опасна, оставался лишь один остров — Ясиори. Туда попаданцы и направились. Им мало, что было известно об Инадзуме, но, по сливам, они знали, что здесь находится убежище тех, кто скрывается от режима Баал.       Недомогание то возвращалось, то исчезало. Стало ясно: нужно избегать вод.       — Я читал в сливах про электроплотные территории, — прокашливался Бику, — правда, не знал, от чего они стали такими. Вроде как есть какой-то способ не помирать от этого воздуха, но я не знаю, какой.       — Просто держимся подальше от рек и берегов, — Рокки терла свой глаз, чтобы вернуть зрение, резко размывшееся.       Суми молчала. Она намного легче переносила действие избытка электричества, хоть и не понимала, почему так происходило. Она вела друзей, так как никакое из ее пяти чувств не дало сбоя и не подводило девушку, по крайней мере, сейчас.       — Эй! — окликнул друзей грубый голос.       Попаданцы обернулись и увидели высокого мужчину крепкого телосложения. Его рука лежала на рукояти меча, воткнутого в ножны, готовая в любой момент нанести удар.       — Откуда вы? — продолжил он.       — Из Татары, беглецы, если это так важно, — при виде незнакомца Суми заволновалась, она уже успела научиться мастерски не проявлять страха, что пригодится ей еще не раз.       — И куда вы идете, беглецы из Татары? — опережая ответ пленников, воин не останавливался. — У нас есть еще несколько таких же, как и вы.       — Поверь, — вздохнула Рокки, — таких, как мы, у вас точно нет.       — Так вы сначала проверьте, — улыбнулся мужчина, — вчера в убежище пришли даже ребятки с Глазами Бога — редкость в эти дни.       — Глазами Бога нас не удивишь, — сделала шаг вперед Суми.       — А что насчет тех, кто обладает стихиями без них?       Попаданцы переглянулись, до этого им не приходилось даже слышать о ком-то подобном, кроме них самих. Первые мысли были о том, что это Итер или Люмин, но с близнецами друзьям сталкиваться не приходилось, возможно, в этом Тейвате путешественников из другого мира и вовсе нет.       — Вижу, вы заинтересованы, — ухмылялся воин. — Соглашайтесь, вам все равно некуда идти. А бояться меня не стоит: в бою втроем вы явно окажетесь сильнее.       Не дожидаясь, согласия, мужчина взял Суми за руку и повел ее с Рокки и Бику куда-то вглубь леса. Вскоре деревья сменились высокими белыми скалами, и только присмотревшись к ним, приходило осознание, что это позвонки огромного скелета. Из одного позвонка показался второй мужчина, одетый в красную рубаху с широкими штанами и сандалями на ногах. Незнакомцев становилось все больше: попаданцы явно были недалеко от их убежища. Наконец, огромная рука отпустила Суми со словами: "Мы пришли".       Убежище представляло из себя неглубокую пещеру, вход в которую сторожила пара ронинов. Внутри горел костер с казаном на вертеле. Над чашей стояла высокая девушка, прибирая выпадавшие из хвоста красные локоны. Несколько бандитов сидело вокруг пламени, наблюдая за готовкой и стараясь запомнить все кулинарные советы девушки. В углу пещеры, укутавшись в плед, лежало две фигуры; лицо одной из них закрывали длинные русые волосы, волнами падавшие на острые черты; другой же сидел с поджатыми коленями и перебирал в руках амулет с сиявшим синим камнем — гидро Глазом Бога.       Владелец гидро Глаза Бога посмотрел на попаданцев, улыбнулся им и жестом пригласил к себе.       — Выглядите уставшими, у вас был долгий путь, не так ли? Ну ничего, мы с моим другом, — кивнул он на спящего рядом мужчину, — тоже пришли издалека. Не знаю, какие слухи ходят про Горных бандитов, но, как сами видите, они очень доброжелательны к попавшим в беду.       — Что-то вы какой-то слишком бодрый для "попавшего в беду", — в разговор влилась только Суми: Рокки и Бику уснули в тот же момент, как присели.       — Мы просто устали, но, в отличие от вас, истощены жаждой не были. У меня вода всегда под рукой, — в руке блеснул Глаз Бога.       — Давно его получил?       — Несколько лет назад, долгая история, поэтому не вижу смысла ее рассказывать.       — Как зовут-то?       — Мое имя Жуан, я из Натлана, — поспешил ответить Жуан, видя непонимание на лице девушки. — Моего друга зовут Габриель — земляк.       — Суми, — назвалась попаданка и посмотрела на спавшего Габриеля. — А у земляка тоже Глаз Бога есть?       — Не твое дело, — буркнул разбуженный разговорами Габриель и перевернулся на другую сторону.       — Ой, кажется, госпожа Фуккацу закончила с бульоном, — приподнялся Жуан, рассматривая содержимое казана, — пойдем-те, отобедаем.       Бандиты и их гости взяли заранее заготовленные тарелки и по очереди подходили к Фуккацу за порцией обеда. Когда к девушке подошла Суми, они обменялись внимательными взглядами, ища что-то в глазах друг друга, и разошлись.       День шел не спеша. Попаданцы высыпались, Фуккацу отдыхала после утомительной готовки, Жуан и Габриель вышли на прогулку размять мышцы. Разбойники сторожили логово, отправляя свои отряды обходить гору, внутри которой расположилась пещера. Воздух донес странный гул, охвативший весь остров. Один из бандитов донес: "Вокруг Татарасуны воздвигли купол", что сразу давало понять: у Баал появились дела поважнее охоты за преступниками и сбежавшими шахтерами — можно было расслабиться.       Под вечер попаданцы проснулись, тем временем бандиты собирались устроить пир.       — Пир? По какому поводу? — интересовался вернувшийся с Жуаном Габриель.       — Разве тот факт, что нас еще не убили — недостаточный повод для праздника? — улыбнулся главарь банды.       — Давайте на чистоту, — засмеялась Фуккацу, — это все потому, что я у вас появилась и могу много всякой всячины наготовить.       — Ведь и ты когда-нибудь продолжишь свои поиски и покинешь нас, наслаждаемся твоей готовкой пока можем, — захохотал лидер в ответ.       — И в чем заключается пир? — нахмурился вялый после сна Бику. — Мы просто поедим и ляжем спать?       — А вот тут, молодой человек, ты категорически не прав, — повел указательным пальцем бандит. — Среди прибывших к нам пришла очаровательная, не побоюсь этого слова, леди, умеющая играть на лютне.       — В Инадзуме есть лютни? — недоумевала Суми.       — А кто сказал, что я из Инадзумы? — произнесла мягким голосом, в котором, однако чувствовалась некая надменность, невысокая девушка в черно-бирюзовом платье, с расписным струнным инструментом в руке.       — И откуда ты? — вмешался Габриель.       — Из далека.       — Насколько далекого? — чуть наклонившись, спросил Жуан.       — Достаточно, чтобы вы не знали названий этих земель, — отрезала девушка. — В любом случае, сегодня я, ваш бард на этот вечер, буду играть все, что вы захотите. Могу что-нибудь для плясок — могу и песню.       — Боюсь, сейчас здесь соберется очередь, — улыбнулась Фуккацу.       — Вы очень помогли нам, — лидер бандитов приобнял девушку и подвел ее ближе к барду, — заказывайте первой музыку.       Фуккацу вгляделась в лица присутствующих, задержавшись на попаданцах, будто что-то подозревала, и повернулась к барду:       — Импровизировать умеешь? А то в своей группе я была вокалисткой.       — Так вы тоже музыкант? — удивилась бард.       — Своего рода, — нервно хихикнула Кацу и прочистила горло. Сначала девушка начала отстукивать ритм ногой, затем помогала глухими хлопками до тех пор, пока не услышала звук лютни за спиной. — Эту песню очень любит моя подруга, другая участница группы. Итак...На запястье ролексы, а под ними полосы... ...на моей постели твои волосы...       — ...переслушиваю войсы с твоим голосом, — тихо подхватила Суми, — знаешь, я не справлюсь с этой болью сам.       Кацу и Суми посмотрели друг на друга, девушки выпрямились, всматриваясь друг в друга и продолжая петь:       — На запястье ролексы, а под ними полосы; на моей постели твои волосы, переслушиваю войсы с твоим голосом, знаешь, я не справлюсь с этой болью сам!       — Что они, блять, несут? — прошептал Габриель, нахмурив лоб.       — Да тихо ты, — шикнул Жуан, — тут походу воссоединение друзей происходит.       — Ну? — подняла бровь Суми. — Как тебя зовут теперь?       — Фуккацу, но можешь сокращать как "Кацу".       — А если я сокращу "Фукка"?       — То я тебе шею нахер сверну.       Подруги засмеялись и крепко обняли друг друга. Суми повела Кацу к попаданцам.       — Позвольте представить мою "элпэшку".       — Суми много рассказывала о тебе, когда мы еще не попали сюда, — пожал новой знакомой руку Бику.       — Тоже наслышана о тебе, — последовала примеру друга Рокки.       — Кто-нибудь желает быть следующим? — спросил лидер бандитов.       — Вы, конечно, молодцы, — обратился к Суми и Кацу Бику, — но вот только, кроме вас, никто ничего так и не понял.       — Петь песню из нашего мира — гении, — в шутку упрекнула их Рокки.       — Кто-нибудь? — повторил вопрос главарь.       — Я! — вызвался Бику. — Представляю вам традиционную песню Снежной!       — Ой бля-я-я, — протянула Суми и присела на корточки в углу, готовясь испытать испанский стыд.       Бику быстро напел мотив на ухо барду, та тут же начала идеально его повторять на лютне. Парень еще не начал петь, но уже несколько разбойников закачали головами, так как эта музыка почему-то казалась им знакомой.       — У мене налитий самогон стаканчик Біля хати бродить молодий кабанчик Скоро буде свято, весела гулянка - Ой яка ж чудова гарна буде п’янка!       На последней фразу бандиты хором начали подпевать, наливая друг другу саке и соджу в небольшие стаканчики. Одна из деревянных рюмок попала в руки Бику, которую тот залпом выпил. Рокки медленно схватилась за голову:       — Ему же пятнадцать.       — Пизда рулям, — прикрыла рот рукой Суми.       — Сейчас повеселимся, — улыбнулась Кацу.       — Наливай куме горілки стаканчик Бігає по полю весело кабанчик, — под ритм музыки Бику начал неуклюже перепрыгивать с ноги на ногу, как бы имитируя кабана. Бандиты охотно повторяли за попаданцем. С каждой новой строкой юноша делал очередной глоток, пока наконец не напился до такой степени, что опухшие губы отказались подниматься, а массивный язык перестал шевелиться. С нечленораздельным бурчанием Бику выковылял на свое место и завалился спать, еще не зная, каким похмель его ждет. Однако бандиты, казалось, лишь одобряли такую раскрепощенность юнца.       Через несколько часов две трети разбойников повалилось в пьянствующий сон. Габриель сидел в стороне, нервно потягивая свежую воду из кружки. Бард затихла, устав перебирать струны в ожидании нового исполнителя. Рокки, в каком-то роде обделенная, ведь осталась без своего шанса блистать, как бы невзначай подсела ближе к девушке с лютней.       — Сугиши хи о арагау-у моно, — вполголоса начала она, поглядывая на барда, которая заметно напряглась, вслушиваясь в слова и мотив, — ятсура ва кучику субеки теки да.       Мозолистые пальцы зажали аккорд, правая рука ударила по струнам, Рокки продолжила увереннее:       — Ано хи дона као де хитоми-и де Оретачи о митсуметеита? — дальше Рокки текста не знала, заменив его на "На-на-на" и "Та-да-та", и после заорала во все горло под аккомпанемент барда:       — Сасагейо! Сасагейо! Шинзоу во сасагейо! Субото но гисеи ва има, коно токи но та-а-амене!       Рокки была готова продолжить петь, если бы ее не прервал настороженный собачий лай.       — Что это? — спросила она, высматривая пса в пещере.       У одной из стен стоял Жуан, вытянув руку. Пальцы его зажимали водяной поводок, обхвативший шею летающей головы водяного добермана, похожей на мимиков Океанида.       — Гади кого-то учуял, — мрачно произнес он.       Габриель вскочил и вынул меч, прятав его все это время под плащом. Суми откатила от стены пьяного Бику, Кацу так же расчехлила клинок, правда, не касаясь его, а лишь мысленно отдав приказ взмыть в воздух. Те бандиты, что не успели уснуть приготовились защищаться.       Вскоре из рук Жуана появилось еще две собачьи морды: корги и бульдога. Псы навострили уши и оскалили клыки. За каменной стеной послышался шорох — кто-то полз к убежищу. Когда шпион понял, что его обнаружили, он затих. Прошла напряженная минута. Вдруг позади послышались крики:       — Сегунат!       Все обернулись ко входу, копейщики в фиолетовых доспехах забежали внутрь. Вдруг стена треснула, окатив пылью разбойников и беглецов. Из трещины показалась лучница с маской красной птицы на голове.       — Я, Сара Кудзе, исполняя приказ Великого Сегуна Райден, приговариваю вас к смерти! — произнес холодный голос.       — Ди, Гади, Гаду, фас! — приказал Жуан. Головы собак одновременно бросились на генерала армии сегуна. В ту же секунду Сара обернулась молнией, исчезла и появилась в нескольких метрах от гидро-существ. Кудзе натянула лук и выстрелила в собаковода.       Из плаща мужчины показалась магическая сфера, Жуан вытянул руку, из которой вырвалась пасть добермана и разломила летевшую стрелу клыками.       У входа также началась битва: воины Сегуната набросились на пьяных бандитов, убивая стоявших и затаптывая лежавших. Суми посмотрела на умиротворенное лицо Бику — и влепила ему смачную пощечину, отрезвляющую даже от самого глубокого опьянения.       После побега из Татарасуны попаданцы были обделены оружием, кроме Кацу, которая пыталась закрыть подругу и ее друзей спиной.       — Ты ультануть можешь? — обратилась Суми к Кацу.       — Им пиздец, — зловеще скривила рот девушка, затянув хвост красных волос потуже.       Меч подлетел к ее рукам, попаданка зажала лезвие между двумя ладонями и начала разворачивать одну ладонь по часовой стрелке, другую — против. Оружие начало расслаиваться и раскладываться, будто веер. Так, из одного плотного клинка получилось пять тонких. Пять мечей вспыхнули пламенем и стаей полетели прямо в солдат сегуната, разрезая их броню и обжигая кожу, покрывая ее волдырями. В пещере стало душно, но Кацу не планировала заканчивать. Клинки вернулись и закружились вокруг девушки. Попаданка кивнула в сторону еще не тронутых солдат. Стая мечей полетела в их направление, хаотично метаясь между друг другом.       Сара продолжала битву с Жуаном. Псы пытались зацепить лучницу зубами, но та всегда успевала в последний момент телепортироваться, выстрелив пару раз в гидро-катализатора. Жуан отпрыгнул на шаг назад; корги Ди, доберман Гади и бульдог Гаду метнулись к хозяину; их форма потеряла свою четкость, головы превратились в капли воды, смешались друг с другом и раздулись в огромную волчью пасть, метра три высотой. Морда бросилась на Сару, Кудзе переместилась в сторону, но все равно оказалась в радиусе атаки. Водные клыки сжали лучницу. Из спины генерала показались три пары вороньих крыльев, в руках появился веер из черных перьев. Из сводов пещеры ударила молния, заставив стены задрожать. Жуан пошатнулся, попятился назад и упал. Позади мелькнул Габриель и подхватил мужчину на руки, аккуратно положив того на камень.       — А ты еще кто? — нахмурилась Кудзе.       — Твой конец, — завывающим голосом сказал мечник, прибрав волосы за уши.       Габриель вытянул руку с мечом вперед. Сара пригнулась, готовясь увернуться. Тоненькая молния пробежала по лезвию меча Габриеля, вдруг у самой гарды вырвалась огромный поток электричества, размера настолько колоссального, что попаданцы на секунду спутали его с поездом, проносящимся с огромной скоростью. Фиолетовый водоворот охватил Сару с головой, вжимая ее в камни. По стенам пробежали глубокие трещины, пещера задрожала, несколько булыжников обвалилось сверху, придавив воинов сегуната и последних выживших разбойников.       — Ты чего творишь? — ворчал пьяный Бику, — она же сюжетный персонаж! Не убивай ее!       — Пошли, блять, похуй на нее, — бормотала Суми, силой выталкивая друга из обваливающейся пещеры. — Да кто вообще этот Габриель?       — Может, это у него ульта такая? — предположила Рокки, выбегая из убежища с казаном бульона, который только что украла с очага.       — Сейчас нам вообще не о них волноваться надо. Вы вообще какого хрена забыли в Инадзуме? — Кацу бежала первой, так как единственная имела при себе оружие. — Вы забыли, что в игре это хай-левельная локация? Вам же здесь каждый бомж пизды одним мизинцем дать сможет. Давайте телепортируемся отсюда по-бырому.       — Стой, в смысле "телепортируемся"? — остановилась Рокки. — Ну, в эти... точки телепортации, там... к статуям Архонтов... — насторожилась Кацу и начала объяснять таким голосом, каким пытаются сказать детям не совать пальцы в розетки. — Вы касаетесь точки телепортации — вжух — искры-свет, потом можете при должной концентрации перемещаться к ним.       — А почему, — развела руками Суми, — игровая механика работает в этом мире?       — Какая нахуй "игровая механика"?! — вспылила Кацу. — Вы вообще читали, что в Геншине пишут и говорят персы? Телепортироваться могут все с Глазами Бога, а также попаданцы! Не слышали?!       Кацу громко выругалась, попаданцы побежали прочь из разоренного убежища разбойников. Неподалеку засверкал один из монументов, плывущий над землей и сверкающий красным светом. Попаданцы коснулись точки телепортации, красное свечение сменилось синим.       — Вы, конечно, даете, — вздохнула Кацу, успокоившись.       Четверка путешественников добежала до припаркованной на все том же месте шнявы. Кацу побурчала насчет того, что корабль стоит слишком на видном месте и что его нужно в срочном порядке припрятать. Попаданцы забрались на борт и остались пережидать эту беспокойную ночь в каюте, доедая украденный бульон и пытаясь усмирить свои мысли о том, как сегунат нашел убежище бандитов, почему Габриель настолько могущественный и куда исчезла девушка-бард.