Daddy Jesus

Тусклые солнечные лучи оставляют блики на лакированной поверхности стола. В голове — полный сумбур, но это не мешает вслушиваться в напряженный диалог тети и адвоката за дверью. Время тянется мучительно медленно, а уши временами сковывает эхо звенящей тишины. Атмосфера невыносимо давит, тёмное дерево, из которого сделана вся мебель, и серые стены заставляют чувствовать себя в клетке. Парень резко отодвинул стул, вышел в длинный коридор и направился к туалету, пока заседание ещё не началось. Раздражает все вокруг — глухой стук плоского каблука о паркет, гул тишины в коридоре и собственное одиночество. Он зашел в одну из кабинок и сел на спинку унитаза, опираясь ботинками на крышку. Внешне он был спокоен, но изнутри тело сжирало волнение. Ощущение, будто бы хотелось выкурить пару сигарет, хоть и никогда не курил вовсе. Мамы нет уже месяц, и это до сих пор навевает на сердце тоску. Он любил и очень дорожил ею, но никогда ее не понимал. Не понимал, зачем она пожертвовала своей молодостью ради его воспитания, когда могла прожить ярко все те годы, что были ей отведены. Одиноко без ее светлой улыбки и искренности, слишком наивной для взрослого. Пальцы подрагивали от неописуемой ненависти, граничащей с обидой, к человеку, которого никогда не видел, но в то же время от явного предвкушения долгожданной встречи. Подождав ещё некоторое время вдали от бурных дискуссий, заставляющих голову болеть, он решил вернуться в зал ожидания. Парень умыл лицо прохладной водой в надежде, что она хотя бы чуть-чуть отрезвит от уныния, сочащегося из каждой трещины этого здания. Он открыл дверь и, едва выйдя в коридор, врезался в мужчину, лицо которого было наполовину скрыто под затемнёнными очками. — Глаза разуй, — слишком гневно сказал парень из-за собственного скверного настроения, толкая незнакомца плечом. Он прошёл мимо, толком не взглянув на него. Мужчина ничего не сказал, посмотрев вслед удаляющейся фигуре, и продолжил свой телефонный разговор, от которого отвлёкся из-за внезапного столкновения. Лица недовольного он не увидел. — Тэхен, вот ты где! — окликнула его тетя около входной двери. — Пошли, заседание начинается. По коже прокатилась холодная дрожь волнения. Деревянные лавки, стол, возвышающийся над остальным залом, и грозная женщина посередине. Судья говорит пару скучных слов, общается с адвокатом и с тетей, а парень тем временем покорно сидит на скамейке, нервно перебирая пальцы и ожидая своего часа. Внезапно дверь открывается, и у Тэхена сердце вниз падает. Как же долго он представлял этот момент… Какой он, тот самый человек? — Мистер Чон? — спрашивает судья у вошедшего. — Да, все верно, — его низкий голос разнесся по аудитории. — Присаживайтесь. Тэхен, переборов сомнения, наконец, переводит на него взгляд и смотрит неотрывно. Мужчина снимает свои темные очки, и сам устремляет взгляд на парня, которого замечает среди присутствующих. «Так это он?» — проносится в голове у обоих. Они глядели друг на друга добрые десять секунд, пока судья не вырывала из оцепенения стуком деревянного молотка. Заседание длилось медленно, а в воздухе звучало много разных слов, но парень даже не вслушивался. Тетя говорила наперебой, а мужчина просто вздыхал, не особо принимая участие. Пока взрослые обсуждали его дальнейшую судьбу, парень изучал черты человека напротив. С каждым его словом, с каждой полуулыбкой, взглядом, жестом ненависть, прежде неустанно кипевшая в венах, начинает медленно рассеиваться. Остаются лишь горькая обида и нарастающее любопытство. Сам мужчина изредка поглядывал на него, улавливая в нем черты молодой девушки, которую когда-то знал. — Тэхен, встаньте, — окликнула парня судья, вырывая из вакуума. — Решение суда во многом зависит от вас, с кем из присутствующих вы бы предпочли остаться? К слову, выбор у Тэхена был невелик — либо слегка полоумная тетка, либо же… — С отцом, Ваша честь, — ответил парень под ошарашенный взгляд тети и не менее удивлённый взгляд мужчины, которого сегодня повстречал.