Письма. На другой стороне дождя.

У меня было много плохих праздников. Неуютных. Нелепых. Глупых. Но рождество того года, определенно, возглавило бы список. В январском номере твоего любимого журнала отчего-то хотели опубликовать интервью со мной. Сам текст был готов еще в октябре, но фото... фото им нужны были с духом Рождества. Около елки. Огоньков. Условились, что фотограф придет к нам домой и сделает пару снимков. Потом в редакции их просто вставят в готовый шаблон моего интервью. Я до жути боялась больших прожекторов, студий и толп народа, поэтому с радостью согласилась на такой вариант. - Нина, фотограф придет двадцать четвертого утром, ты будешь здесь? - я выглянула из своей комнаты. Тишина. Говорю громче, - Нина! Снова тишина. Прохожу в гостиную. Ты сидишь у телефона, рисуешь сердечки в блокноте для сообщений. Расслаблено щебечешь. Я не хотела подслушивать, правда. Так вышло. Я не могла уйти. - Да, конечно, Саймон, я буду готова двадцать четвертого утром. Буду ждать тебя. Жаль, что не выйдет встретиться до тех пор, - помолчала. Слушаешь его оправдания, - я понимаю, конечно. Работа. Целую тебя, - "и я тебя" вероятно ответил он, - пока. - Нина? - голос дрожит. - Джо, отличные новости! Саймон хочет, чтобы мы поехали на это Рождество к его родителям, - ты сияешь от гордости и радости. А я стою и думаю, насколько же у нас разное понятие о "мы". Мы - это твое огромное сердце и моя горячая любовь к тебе. Мы. - Джо, ты тоже можешь поехать, если хочешь, - как великодушно. Спасибо. Нет. - О, Нина, спасибо большое, но я не могу, - вру напропалую, - я поеду к своим родителям, - да, как же. Нелепость. Ты ни за что не поверишь. - Хорошо, - ты отворачиваешься к телевизору, - ты видела это новое кулинарное шоу? Я так хочу попробовать приготовить что-нибудь из того, что они показывают... Я отступила в темноту холла. Еще шаг назад. Еще. До тех пор, пока лопатки не встречают прохладу стены. Дышу. Дышу. Дышу. Иду в ванную. Включаю душ. Раздеваюсь, провожу руками по телу. Пальцы описывают восьмерки на бедрах. Встаю под воду. Задерживаю дыхание. Сажусь на корточки. Обнимаю себя руками, сгребаю себя в охапку. Я боюсь распасться на миллион колючих осколков. Моя любовь к тебе никогда не была простой, Нина. Это был долгий и тернистый путь. Путь самопознания, путь самоопределения. Путь, на котором я набила много шишек. Я часто выбирала повороты, за которыми меня ждали разочарования и пустота. Тупики. Моя любовь к тебе - путь, не залитый солнечным светом. Но быть с тобой, пусть и так, пусть не настолько, насколько мне хотелось бы... Быть с тобой - лучшее решение, которое я приняла в своей жизни. Я так хотела, чтобы это была наша жизнь.