Письма. На другой стороне дождя.

Мне все время кажется, что ты зовешь меня по имени. Джо. Джо, где ты? Джо? Там, где я была, пахло чужим домом. Незнакомые звуки. Цвета. Расположение мебели. Я вернулась с балкона на кухню и застала Дэна за приготовлением ужина. - Помочь? - мой голос дрожал от напряжения, как и я сама. Дэн бросил на меня взгляд, улыбнулся. - Нет, Джо. Лучше сними наконец это мокрое пальто. - Прости. Я чувствовала себя виноватой перед ним. В том, что навязалась ему. В том, что не смогла позволить поцеловать себя. В том, что отнимаю его время. В его доме повсюду были книги. Множество книг. Киплинг, Бредбери, Пратчетт, Чехов. Кажется, я даже видела томик одной из сестер Бронте. У Дэна были длинные музыкальные пальцы, и я удивилась, не обнаружив в квартире фортепиано. Я отвлекала себя на мелочи, чтобы не думать о главном. О тебе, Нина. О Саймоне. О вашей свадьбе, на которой меня не будет. - Голодна? - Дэн доставал тарелки и столовые приборы. Я кивнула. Мы сели за стол. Он ел пасту с тунцом, запивал ее красным вином и не смотрел на меня. Я сделала глоток Кьянти. Прочистила горло. - Прости, что я вот так, - слова растерялись, и я лишь виновато пожала плечами, - я уйду сейчас, вот только все же попробую, что ты здесь наготовил, - указала глазами на тарелку, - пахнет очень хорошо. - Тебе не нужно уходить, - Дэн нашел мою руку своими холодными пальцами и сжал ее. Странно, но его прикосновения не вызывали у меня желания отпрянуть. Они нравились мне, - оставайся, Джо. Я вижу, как тебе плохо. И я просто хочу помочь. Отправлять тебя туда, к ней - это не помощь, это убийство. Я молчала, не зная, как выразить свою благодарность. - Ну же. Я не буду приставать, обещаю, - он шутливо поднял руки вверх, - можешь спать в моей комнате, а я лягу на диване. - А что в закрытой комнате? - я кивнула в сторону белой двери слева. - Кабинет, - неопределенно ответил Дэниел, - я покажу тебе, когда доешь. Надо же, какой строгий. Я машинально принялась жевать. Вкус был потрясающий. Очевидно, мне выпал шанс познакомиться с мужчиной многих талантов. Мы с ним разговаривали. До утра. Телефон разрывался от твоих звонков, поэтому я просто написала тебе "Все хорошо, я у друга" и выключила его. Зная, что ты будешь вне себя. Прости, в тот вечер мне не хотелось жалеть тебя. Мне хотелось уколоть тебя как можно больнее. Дэн сказал, что я должна высказаться. Рассказать о тебе. О ней. О нас. Я с удивлением поняла, что никогда ни с кем не обсуждала то, что творится в моей жизни. Что ты была моей тайной, только моей. - Начни с простого, - уговаривал он, - расскажи, как вы познакомились. И я рассказывала. - Расскажи, какой она была тогда? И я рассказывала. - Расскажи, когда ты впервые поняла, что это любовь, а не просто детский бзик? И я рассказывала. Снова и снова. Все, о чем бы он не попросил. Оказалось, что это было легко - делиться с кем-то. Мне больше не нужно было нести эту ношу в одиночестве. - Ты очень красивая девушка, Джо, - Дэн приобнял меня, и я положила голову ему на плечо. Теплый. Близкий. Мне нравилось это ощущение, - но больше я ценю твой талант. И мне так жаль, что тебе пришлось пройти через все это. А еще больше мне жаль, что я не могу помочь. Я не могу дать тебе понять, насколько ты прекрасна. Джо, как это не удивительно, Нина - не единственный человек в мире. Есть другие. - Ты, например? - я улыбнулась вслух. - Да, например, я, - Дэн сжал мое плечо, - как бы там ни было, я не хочу терять тебя. С тобой хорошо. Давай будем друзьями. - Поцелуй меня, - я повернула к нему лицо, - я хочу попробовать. - Закрой глаза. Его поцелуи были мягкими и обволакивающими. Не требовательными. Это был поцелуй ради поцелуя, а не ради продолжения. Он отстранился от меня, когда с моих губ сорвался тихий стон. - Попробовала? Я молчала, мне хотелось еще. Во мне зарождалось желание. Целовать, жить, творить, делать глупости. Дэн отнес меня на кровать, укрыл пледом и целомудренно поцеловал в лоб. - Спокойной ночи, Джо. - Спокойной ночи, Дэн. Я тогда совсем не думала о тебе, душа моя. Все, чего мне хотелось - поверить в то, что ты и правда не единственный человек на земле. Но это было не так. Ты и только ты. Ты. Нина.