Варвар

      Сны порой пугают смертных своими ужасающими и отвратительными образами, а порой удивляют и поражают красотой и невероятным буйством красок. Они словно непредсказуемый дикий зверь, действия которого невозможно предугадать. Когда он будет с тобой добр и ласков, а когда он вгрызется в твою плоть своими клыками - неизвестно. И ныне, орк был во власти этого зверя. Пребывая в месте, кое напоминала морскую пучину, он не знал, что ему делать, как вырваться из западни, в кою, как казалось воину, его поймали создания, что превосходят своей силой и влиянием существ земных. Даже не стараясь держаться на той-же глубине, и тем более не пытаясь всплыть, зеленокожий постепенно падал на самое дно. Одинокие лучи белого света разрывали тьму океана, и предавали окружающему пространству бледно-серый цвет, который постепенно темнел по мере приближение к самой глубокой точке этого "моря" сознания. Здесь, в этом обиталище мрака и отчаянья, эмоции воителя словно перестали быть столь-же яркими, как раньше. Будто нечто попросту лишило орка его привычного ментального репертуара. От полного погружения в пучину апатии и безумия, наемника спасало лишь пение могучих китов, что то и дело проплывали мимо него, не замечая столь мелкое существо, как он. Это могло продолжаться ещё долго, если бы сзади не раздался столь знакомый, столь родной голос той, кого он потерял. - Дранаш... - дошел до ушей воителя глас, что назвал ласково его имя, будто зазывая. И в этот момент, наемник словно пришел в себя. К нему пришло понимание происходящего, и вернулись те самые чувства, что были им потеряны. Попытавшись выровняться, он задвигал конечностями, беспокоя водную глубину своей активностью. И когда он более менее смог адекватно держаться в нужной позе, орсимер судорожно обернулся в направлении, откуда до него донёсся тот самый голос. В самом верху, откуда и выходил белый свет, он увидел знакомую фигуру. Фигуру той, что покинула этот мир, оставив его с грузом сожалений и горести на плечах. Той, что смогла занять свое место в сердце воителя, что не знал в своей жизни ничего, кроме боли... Быстро, словно от этого зависело благополучие всего мира, орк начал всплывать. Его не волновало, как много понадобится сил для реализации этой цели, и также не беспокоило его то, как много времени он на это затратит. Дранаш не мог позволить себе снова её потерять, нет, только не сейчас! Но сколько бы труда орсимер не прилагал, как бы не пытался, источник этого сияния лишь отдалялся от него, а темная бездна, словно болезнь в слабом человеческом организме, лишь распространяла свое влияние в пространстве. Эта тьма была словно живой, и видя, как очередной несчастный выбирается из её пут, в попытках подняться к свету - она решила действовать. И лишь великие морские создания все также исполняли свои морские песнопения, словно не видя всего происходящего. Аки древние боги, они могли лишь наблюдать с презрением за попытками низших существ решить свою судьбу, противится участи, что им уже уготована. И когда последний луч покинул бездонный океан сознания, а тьма захлестнула все сущие, вновь отняв её у воителя, Дранаш испытал чувство, что последние несколько лет было у него главным - гнев. Но не на безразличных морских царей, кои лишь бесцельно странствовали по глубинам великой бездны, и не на великий мрак, который не желая отпускать свою жертву, действовал с удивительной скоростью и решимостью. Нет, не на них он держал обиду. Не они виноваты в том, что он оставил в нужный момент её. Не они виноваты в том, что он не смог вырваться из пут отчаянья и горя. И не они виноваты в том, что он не смог её спасти.       Резко открыв глаза, Дранаш осознал, что все произошедшие являлось лишь дурным сновидением. Очередным из сотен подобных, что мучали его разум все эти годы. Его дыхание участилось, а лоб был покрыт испариной. Сердце билось куда чаще обычного, стуча словно молот кузнеца за работой. Несмотря на долгое время жития с этими снами, орк к ним так и не привык. Впрочем, вряд-ли к подобному можно было бы ужиться с подобным даже спустя столетия. Смотря в деревянный потолок некого здания, ему наконец-то пришло осознание того, что с ним приключилось за последнее время. Попытавшись резко подняться и схватить в руки топор, он был поражен тому факту, что даже слегка подняться ему было в тягость. Словно положили ему на грудь наковальню. Тем не менее, рукой он ещё мог относительно хорошо двигать, но весьма предсказуемо, он не смог найти свое орудие. Да и даже если бы оно было рядом - что орк смог бы с ним сделать? Пощупать рукоятку? Услышав копошение на кровати, кои были весьма не тихими, к орсимеру стал приближаться некто незнакомый. В голове Дранаш стал разрабатывать сразу несколько планов по убиению того, кто сейчас зайдет в эту комнату. Да, тело его сейчас было максимально ослаблено, но воин даже без рук и ног остается воином. Зеленокожиму и не приходила в голову мысль, что чужак мог бы быть к нему не враждебен. В итоге, решив просто выждать идеального момента для того, чтобы вцепится клыками в шею противника, когда тот будет достаточно близок, наемник стал ожидать. "Хорошо что ещё нормально головой могу двигать." - промелькнула мысль в голове Дранаша, и на мгновение, на лице его отразилась зловещая ухмылка. Вот только когда незнакомец вошел в комнату, все планы орка разбились об тотальный шок, что испытал воитель, увидев обладателя тех самых шагов. Пред его очами предстало нечто, по всей видимости женского пола. Она была похоже на некого зверолюда неизвестного до селе Дранашу вида. Каштанового цвета шерсть и короткие волосы. Высокий рост, в котором тем не менее, незнакомка орсимеру уступала, крепкое мускулистое телосложение, кое было видно даже через шерсть. Пышный бюст скрывала слегка неряшливого вида ткань темно-коричневого цвета, а нижнюю срамоту прикрывала черная юбка, чуть выше колен. На всем теле были нанесены некие узоры белой краской. Смотрела она своими черными глазами на него с неким любопытством и настороженностью. - Проснулся наконец-то. - сказала незнакомка, не отводя пристального взгляда. - Ты бы знал, каких трудов мне стоило донести тебя до дома, и как много времени и нервов я потратила на то, чтобы убедить своих родителей не сдать тебя сразу же страже, а оставить выздоравливать в нашей усадьбе. Смотря своими багровыми глазами на незнакомку, чужак не смог и слова выдавить из своего речевого аппарата. Словно известие о существование вида, к которому принадлежала эта девушка, изменило представление воина о устройстве мира как таковом, хотя это было не так. Тем не менее, собрав ту кашу, что бурлила у него в голове, в нечто целостное, орк все же выдавил из себя один вопрос. - Что ты такое? - сказал тот, глядя на свою спасительницу вопросительно. От подобного вопроса баситинку слегка покорёжила. Хотя, правильней сказать, не от вопроса, а от его формулировки. Насупившись и кинув в сторону зеленокожиго исподлобья недовольный взгляд, девушка, уже куда более агрессивным тоном, ответила. - Я тебе не "что", клыкастая ты дылда. Я - баситинка, а ты - на нашем острове. И я так тебе скажу, чужаки здесь - это редкость, а особенно двухметровые и зеленые, так что скажи спасибо, что я тебя не сдала властям, кои будут с тобой явно не добры, и не бросила лежать полу-мертвым на пляже, а отнесла с братом в свою обитель, где и выходила! И уж поверь мне, за все проделанное, я хотела бы услышать хотя бы слова благодарности! Это было правдой. Калет особо не славилась навыками врачевания, но на самом деле, она ими владела весьма неплохо. "Воину нужно быть готовым ко всему!" - говорил ей дед, обучая как ей сначала показалось, бесполезным для воителя навыкам. Вот только по мере взросление, девушка начинала понимать их важность. Воин-авантюрист, что скитается по свету, должен владеть хотя бы азами медицинского ремесла, и уж тем более такой странник должен знать, что в лесу есть можно, а что нет, ибо между городами часто расстояния не маленькие, и запасов может не хватить, а с охотой может и не повезти. Очень повезло, что у старика имелась древняя книга по растительной пище континента и островов. - Зачем? - задал второй вопрос чужак, не сводя с Калет подозрительного взгляда. Баситинка выгнула бровь в недоумении, и хмыкнув сказала. - Ну, тебе нужна была помощь, вот я тебе её и оказала. - спокойно ответила та, скрестив руки на груди. Воитель не поверил. Было что-то, что она утаила, чутье ему подсказывало. А оно его ещё никогда не подводило. Он научился его слушать ещё во времена, когда выживал в лесах Предела. - Ты недоговариваешь. - сурово, проговорил Дранаш, будто пытаясь запугать. Девушка расширила глаза и приоткрыла рот в удивлении. Она не ожидала такого от чужака. Хмыкнув и ехидно ухмыльнувшись, словно ребенок, застуканный за проказой, она ответила. - Ха, интересно, интересно. Что-же, ты прав, это так. Была ещё одна причина. - сказала Калет, после чего выждала небольшую паузу, и добавила, уже более мягко и добродушно смотря на спасенного. - Твои глаза. Тут уже кинул недоумевающий взгляд орсимер. - И что в моих глазах такого...необычного? - Я увидела в них силу и волю, кою было не сломить. Тут уже орк посмотрел на неё не с удивлением, а скорее со скепсисом. - Ты спасла меня, чужака, что весьма вероятно может быть опасен, просто из-за взгляда? - Да, именно эта была основная причина. - спокойно, ответила баситинка. - Это не благородство, а дурость. - проговорил Дранаш незнакомке. - Может быть, может быть... - с загадкой в голосе, вымолвила она. - Ладно, пойду я, меня ещё ждут тренировки и ужин. Тебе я тоже принесу порцию, не голодом же морить тебя. - сказал Калет, после чего неспешным шагом направилась к выходу, но перед тем как покинуть помещение, она задала воину один вопрос. - Тебя как звать то? Орк помялся. Говорить свое имя этой...этой...представительнице невиданной до селе расы, не опрометчиво ли это? Обычно, зеленокожий не говорил своего имени даже редким напарникам по заданиям, которых его принуждали держать при себе некоторые заказчики, дабы быть точно уверенными в успешном выполнении миссии. Но она - это иной случай. Она спасла его, да ещё и по столь глупой причине. Орк же в свою очередь мог читать на лицах ложь, как и в движениях тела. Он был уверен - она говорила правду. Возможно, назвать ей - это не такая-то и плохая идея... - Дранаш гро-Марад. Лик девушки исказился в выражении недоумения. - Дранаш гро-чего?? - попыталась та выговорить имя своего собеседника, но ожидаемо, её попытка провалилась. - Тьфу, ну и имечко у тебя, зеленый. Лучше буду звать тебя просто Дранашем, так удобнее. - Не слишком ли фамильярно? - уже особо без интереса к персоне Калет, сказал орк. - Не слишком. - с ухмылкой, ответила баситинка. - Зачем тогда вообще имена, как не для обращения по ним к друг другу? Меня кстати Калет звать, будем знакомы! Странник лишь хмыкнул, после чего отвел взгляд от ушастой спасительница. Та лишь пожала плечами, и ушла прочь, оставив чужака наедине с собой. "Это не Скайрим. Нет, даже не так. Это точно не Тамриэль..." - промелькнула мысль в голове у орка. Подобных ей он нигде не видел, хотя за годы своей недолгой жизни, он объехал весь Тамриэль. Обычно, попадая в подобную ситуацию, смертное создание начинало впадать в дикую панику от неописуемого ужаса перед неизвестными, новыми землями, кои были наполнены опасностями. Это нормально, страх перед неведомым был самым древним из всех, и самым сильным. Пред его могуществом, слабые духом ломались, словно ветки под ногами охотников из Валенвуда, и впадали в безумие, из которого выхода не было. Достаточно крепкие находили в себе силы идти дальше, но осадок от столкновения с этим кошмаром, что преследовал род смертных с начала времен, давал о себе знать весьма часто. В случае с Дранашем, оба варианта развития событий не подошли. Он не испытывал ничего, кроме сильнейшего удивления и небольшого раздражения от собственной беспомощности в нынешней ситуации. Когда его очи узрели лик спасительницы - он не смог и слова выдавить от шока, но тем не менее, орк быстро вернулся в свое нормальное состояние. И пусть он до сих пор поражался факту происходящего с ним в данный момент, его разум все же был свободен от страхов. Все же, орсимерам всегда была свойственная невероятная храбрость, граничащая с безрассудными самоубийственными наклонностями. Недаром именно орочьи наемники, ставшие элитой в военном ремесле, часто использовались как главная сокрушающая сила армии, что врывается в стан врага, устраивая кровавую баню тем несчастным, что посмели встать у неё на пути. Наемник хотел лишь одного в данную минуту - вновь встать на ноги, надеть уже родную броню, взять в руки топор и направится в путь, ища себе достойный конец. К его сожалению, тело с ним было несогласно. Оставалось лишь все также лежать, пялясь в потолок. Его разум не был отягощен желаниями узнать, как он сюда попал, как вернуться в Тамриэль, и что это были за старинные монолиты. Орк лишь хотел вновь подняться с ложа. Смерившись с тем, что ему все же придется ожидать момента, когда его физическая оболочка вновь наберется сил, орсимер закрыл глаза, и вновь погрузился в пучину сновидений, кои были ему так противны, но в данный момент сильно нужны для телесного отдыха и проматывания времени.       - Я до сих пор не могу поверить в то, что родители позволили тебе оставить это чудовище у нас дома! Ты хоть понимаешь, какую ответственность ты на себя взяла? А если когда он выздоровеет - ему вдруг приспичит поубивать всех нас, пока мы спим? Ты об этом не думала??? - не унимался в своем возмущении Ален, отчитывая нерадивую старшую сестру. - Ещё и разбирательство с властями, это ещё хорошо, что у нашей семьи есть имя, и нам могут доверить такую ответственность, как содержание этого клыкастого страшилы. А представь что было бы, если бы мы были обычной семьей каких-нибудь лавочников? Представляешь, что было бы??? Впрочем, радоваться рано. Если этот уродец что-то вытворит - будет это на нашей совести! Я не понимаю, неужели я единственный, у кого есть в голове голос разума!! - Да помолчи ты, балабол! - огрызнулась Калет, уже не находя в себе сил терпеть нравоучения брата. - Ты мне уже минут 30 эти нотации читаешь, когда же ты уже угомонишься!? - Когда ума наберешься! - проворчал брат, смотря скептическим взглядом на родственницу. - Ладно, ладно, признаю, это было безрассудно, но поверь мне, моя интуиция ещё никогда меня не подводила, от него не стоит ждать угрозы в нашу сторону. Да и ты видел этот взгляд!? - В нашу сторону может и не стоит, но опять же, ты не забывай, что как я и говорил, если этот утырок что-то не то сделает, где-то оступится - отвечать будем мы. Так что тут важно понимать, стоит ли нам ждать с его стороны угрозы вообще кому бы то ни было. Отец с Роландом глаз с него не спускают, они то куда более ответственно подходят к делу, ибо понимают, что стоит на кону! Хотя я до сих пор поражаюсь, как они согласились его выхаживать! И хватит ты упоминать этот свой "взгляд"! Иль ты думаешь, что это достойная причина приносит в дом незнакомца с гигантским топором? Калет недовольно завыла, словно обращаясь к высшим силам за помощью в усмирение братца. Чуйка девушки правда никогда её не подводило. Бывали моменты, когда даже старый Кристоф поражался ею. Тем не менее, Ален не мог доверять этому эфемерному чувству. Не смотря на то, что его сестра была не глупа, и более того, отличалась весьма пытливым умом, баситин всегда считал, что она слишком сильно доверяет примитивным ощущениям, не слушая то, что ей толкует здравый смысл. - Ладно, вечно недовольный, пойду я, потренируюсь. На счет спасенного не беспокойся, на всякий случай мы с отцом запираем комнату, где он лежит, так что в случае, если у него начнется приступ сумасшествия - он не сможет покинуть помещение. Узнав сей факт, Ален слегка нахмурился, ибо недоволен был тем, что ему сказали об этом только сейчас. - А раньше меня нельзя было оповестить, что вы его запираете!?? - воскликнул баситин. - Ну, ты ведь не спрашивал, вот мы и не сказали. - спокойно ответила та брату, после чего ушла прочь. Паренек хотел ей что-то крикнуть в след, но остановился. Все же его порадовал тот факт, что она проявила осторожность, и решила закрывать на замок комнату чужака. Это, казалось бы, было мелочью, но не для юноши. Это был знак того, что все его нотации все же дали свои плоды, и что все это время, сестра его все же слушала. Калет понимала своего брата. На самом деле, девушка сама была в шоке от того, что родители дали добро на то, чтобы оставить этого странника на поправку в своем доме. Она конечно слышала историю о том, как её отец приютил у себя тигра-путешественника, что также случайно оказался на острове, но это совершенно иная ситуация. Тигр не был представителем до селе неизвестного вида. Да и внешность машины для смертоубийств он не имел. Впрочем, в тихом омуте черти водятся...Так или иначе, побывка этого полосатого господина прошла удачно. Он даже поделился парочкой интересный рецептов с Ноелл. И, что ещё более удивительно, эти рецепты ей понравились. Самой Калет тогда было лет 6. А вот пройдет ли лечение этого зеленого человека без происшествий - остается неизвестным. Пожалуй, именно эта самая неизвестность и пугала как Алена, так и её родителей. Тем не менее, девушка была уверена, что этот воитель - не тот, с кем будут проблемы. Более того, ей невероятно хотелось узнать о том, откуда родом сей воин, к какому виду принадлежит, как попал на остров и прочее. Хотя, вернее сказать, как по его мнению он мог попасть на остров, ибо сам чужак не имел ни малейшего понятия о том, каким боком он оказался на земле баситинов. Впрочем, эти загадки только подогревали её любопытство. Жажда их отгадать была столь велика, что она прямо сейчас бы с превеликой радостью направилась бы в опочивальню чужака, дабы выпытать из него все, что было её интересно. Но она все же имела сострадание. Мучать вагоном вопросов того, кто совсем недавно в обморок падал - дело такое себе. Да и вряд-ли она что-то стоящее смогла бы услыхать подобным грубым способом. Скорее она только ещё больше оттолкнет незнакомца от себя, а это значит - не узнает то, что столь желает. - Калет! - окликнул знакомый голос девушку. - Поди сюда, надо перетолковать с тобой. - проговорил отец баситинки, зазывая её к себе. Та послушно направилась в сторону родителя. Зайдя в помещение, она сразу поймала себя на мысли, что разговор будет ей не шибко приятен. Впрочем, диалог с братом её уже морально закалил. "Я так понимаю, тренироваться мне сегодня никто давать не собирается." Проворчала девушка про себя. - Давай вот что уясним. - строго обратился Ренард, сверля дочь суровым взглядом. - Как ты понимаешь, сейчас твой новый рогато-клыкастый товарищ двигаться не может, а это значит что питаться, к примеру, сам он тоже не в силах. - начал говорить старик, и тут Калет, что уже сложила два плюс два, начала понимать, к чему он клонит. Тяжело выдохнув, та продолжила слушать отца. - Надобно, чтобы его кто-то кормил. И кому как не тебе, той кто его сюда привела, заняться этим делом! - закончил отец. - Эх, я так понимаю, мне от этого не отмазаться? - обратилась девушка. - Никак. Давай, коли уж ты решила выхаживать этого упыря - то бери ответственность по уходу за ним на свои плечи, в полной мере. И не вздыхай, тебе твои вздохи все равно не помогут! - Ладно, поняла. Когда ужин то? - задала баситинка вопрос. - Через полтора часа. Сперва поедим мы, а потом мать наложит отдельную порцию нашему нахлебнику. И ты пойдешь и его накормишь. - Угу. - надувшись от недовольства, пробормотала Калет. - Ну-ну, чего это мы такие недовольные? - с ухмылкой, задал вопрос дед. - Вспомни, ты же сама говорила "Мы должны помочь путнику в беде!", и ещё "Я возьму на себя весь спектр обязанностей!". Вот, пожинай плоды своего решения. - Ну пап! Хватит уже издеваться! Вы с Аленом решили объединиться!? - недовольно воскликнула девушка. - Я не издеваюсь, я лишь напоминаю тебе о твоих обязательствах. - все также кривя лыбу, проговаривал Ренард. - Да-да, все, я запомнила! Мне может ещё ему слюнявчик завязать? - Ну, тут уже на твое усмотрение. - ели сдерживая смех, ответил баситин. - Ну добре, иди, а я пока пойду, с дядей Роландом переговорю. - В переводе с папиного языка - пойду с дядей Роландом в кабак. - ответила девушка слегка ухмыльнувшись, решив тоже подколоть отца. - Тс! - шикнул на неё родитель. - Матери ни слова! А то как узнает - то нам обоим будет плохо! - Ладно, ладно, добро. Я - могила! - проговорила уже удаляющиеся девушка, слегка посмеиваясь.       Сон орка был как всегда беспокойным. Кошмары терзали разум воина всякий раз, как тот отправлялся в угодья Морфея. Но тем не менее, орсимер все же умудрился выспаться. Когда он вновь поднял веки, пробуждаясь ото спячки - то впервые за долгое время, почувствовал себя по настоящему отдохнувшим физически. За время странствий в поисках гибели, спал он не так много, и режима как такового у него не было. Всегда он ощущал некую легкую вялость, коя пропадала лишь в моменты боя, когда гнев и ярость наполняли его силами и энергией. Теперь этого неприятного ощущения не было. Впрочем, сознание к сожалению так и не получило достойной передышки. Безобразные сновидения не давали спуску. Тяжело выдохнув, наемник снова попробовал встать, но ничего не вышло. - Грр, во имя Малоха, что с моим телом!? - в отчаянье и злости, вымолвил зеленокожий. После ещё нескольких тщетных попыток, и последовавшими за ними ругательствами и проклятьями, орк бросил это бестолковое дело. Ему оставалось лишь лежать бездвижно, ожидая, когда физическая оболочка придет в норму. А вот когда это мгновение наступит - это уже совершенно другой вопрос. Пребывая в этом безделье, время тянулось невероятно долго. Иногда Дранаш ловил себя на мысли, что оно и вовсе застыло. На него накатила уже непривычная ему скука, и в попытках от неё сбежать, воин ударился в размышления о произошедшим с ним. "Это все похоже скорее на глупую историю какого-нибудь барда-недоучки, нежели на действительность. Впрочем, к моему сожалению, ныне это именно действительность." - проговаривал про себя орк. "Отвратительно. Не могу даже на ноги встать, не говоря уже о том, чтобы держать в руках оружие. Лучше бы я наконец-то сдох." - ворчал про себя воин, в не унимаемом раздражении. Почему-то именно в этот момент, он вспомнил о временах, когда странствовал в лесах предела. Нескончаемые столкновения с изгоями, битвы с дикими тварями, кои хотели его сожрать, но по итогу были сожраны им. Каждый день орсимер преследовал лишь одну цель - выжить любой ценой. Какая ирония, что сейчас он наоборот, искал сильного противника, дабы окончить жизнь свою максимально ярко и достойно. Излюбленной целью его всегда были вампиры. Как он любил вырезать их логова подчистую. Не щадя никого. Тогда, в кровавом танце смерти, он находил временный покой. Иногда авантюрист даже ловил себя на мысли, что ему нравилось заставлять ночных охотников себя боятся. Ему приносило удовольствие то, что они считали его ещё большим монстром, чем они сами. Заставлять чудовищ страшиться тебя...воистину, это нечто достойное настоящего оркского воителя. Воителя, что не испытывает ужаса, не боится боли, и желает лишь одного - сражения. Когда последний драконорожденный уничтожил Темное Братство Скайрима, начали ползти слухи, что несколько представителей этой организации все же выжили. И одной из них - была Бабетта. Вампириха, коя имела внешность маленькой девочки. Именно за счет неё, она и вершила свои злодеяния. Никто ведь и не мог заподозрить в ней кровососа. Для её убиения и был нанят Дранаш. Он бы не взялся за это дело, если бы не факт того, что ассасинша была носительницей вампиризма. Он нашел её по дороге в небольшую деревеньку, где проживали родственники последней жертвы охотницы. На дворе была ночь, и малявка хотела есть. Увидев орка, она провернула свою классическую схему - притворилась потерявшейся девочкой, коей так сильно нужна была помощь. Странник ей естественно поверит и ослабит бдительность, и в нужный момент, она нанесет удар. - Дяденька, помогите пожалуйста! - жалобно проскулила кровопийца. - Я потерялась в лесу, мне очень голодно и холодно, помогите пожа...- не успела она закончить фразу, как увидела нечто в алых глазах орка. Это была ненависть. Чистая, как воды горного родника. Дыхание девочки перехватило, руки невольно задрожали. Она впервые за десятки лет испытала страх. И когда воин потянулся за рукоять топора, Бабетта поняла, что он знает, и пришел именно за ней. Дранаш пришел забрать её жизнь. Сделать то, что она совершала бесчисленное количество раз. Никогда девочка не задумывалась о том, какого это встретить свою смерть лицом к лицу. И никогда она не задумывалась о том, насколько же ценной может быть жизнь. Именно в эти последние секунды, она была готова отдать все на свете, лишь бы ещё существование продлилось хотя бы на день или два. Если бы лично Молаг Бал предложил бы ей продать душу, в обмен на дальнейшее бытие в мире смертных - убийца бы не медля ни секунды согласилась. Как же сладок плод жития, но часто, осознать это доводиться лишь в мгновения перед его потерей. Вампирше казалось, что проходят часы. Время так долго тянулось. На деле же миновали лишь секунды. За мгновения орк достал свое орудие, и со скоростью молнии отрубил Бабетте голову. Несчастная же не могла даже сдвинуться с места. Ужас сковал её. Перед тем, как топорище снесло ей голову, она задумалась - как он её узнал? Ответ был прост - глаза. Воитель был куда более внимателен, нежели глупый молодой авантюрист, что возомнив себя героем саг, направился в путь, желая разбогатеть и заработать титул бесстрашного витязя. Главная вещь, выдавшая девчонку, не была бы замечена подобными олухами. Этой вещью были глаза, кои никак не скроешь. Только опытный убийца вампиров мог бы это приметить. И да, Дранаш таковым был. В момент, когда нежити орк снес голову с плеч, сам наемник почувствовал странное ощущение отвращения к себе. Он никогда особо не был самолюбив, но и презрения к своей персоне не питал. А теперь он ощущал себя ничтожным и бесчестным выродком. Тем, кем он никогда не хотел быть. Возможно сыграло здесь свою роль именно внешность его жертвы. Ненависть и презрение к кровопийце столь резко сменилась на отвращение к самому себе, что зеленокожий невольно подумал о том, что его рассудок уже окончательно повредился. Однако весьма скоро это неприятное ощущение его отпустило. Осознание факта, что он убил чудовище - даровало ему покой и даже некую гордость, отбросив прежние ощущения. Впрочем, его также озадачил факт того, что встретил свою жертву он именно здесь, на дороге в селение, где она уже забрала жизнь человека. Потом только он узнал, что не так далеко располагалось одно из последних убежищ братства, и, скорее всего, она изначально держала путь в Данстар, где это укрытие и располагалось. Та деревушка как раз имела смежные дороги с этим градом. Услышав же тяжелые шаги, она верно подумала, что это один из наемников, кои зачастили бродить в этих местах, ведя охоту на разбойников и прочую шваль. А если же это был бы именно что бандит с большой дороги - то тоже не беда. В девчонке угрозу он не увидит. И это сыграет ей на руку. Отрубленную голову маленькой убийцы он отдал заказчику. Получил он за эту работу прилично, септимов 1000. Большую часть денег он сохранил, и лишь часть потратил на выпивку, еду и ночлег с хорошей бадьей теплой воды. После этих процедур, он вновь вернулся к заказам, а если достойные не находились - орсимер собирался и отправлялся в соседний крупный город. Глядишь, там найдется рыбка по крупнее, иль ещё лучше - встретиться по дороге. Этот бесконечный цикл повторялся снова и снова, что только бесило Дранаша. Словно сама жизнь издевается над ним, не давая смерти, коя была достойной для него. Он мог бы закончить своё существование как какой-нибудь слабенький эльфиешка или человечишка, перерезав себе горло, или повесившись. Вот только это был не путь настоящего сына Малаката. Не смотря на боль и муки от жития своего, воин никогда бы не опустился до подобного. Самоубийство - поступок жалкого существа, так считал и считает орк. Лучше он будет страдать до конца времен, нежели поддастся слабости. Никогда. Мысль за мыслью. Воспоминание за воспоминанием. Сколько он пробыл в думах о прошлом - непонятно. Это на удивление, помогло ему изрядно убить время. Вечерело. Тут, раздались шаги. Спокойные и равномерные. В комнату вошла уже знакомая ему длинноухая зверолюдка. Она, медленно подходя все ближе и ближе, несла поднос с едой. Аккуратно усевшись рядом, та наконец-то положила пищу на небольшой столик рядом с ложем чужака. - Время жрать, клыкастая морда! - звонко обратилась та, широко улыбаясь. - Маменька моя готовит пищу весьма хорошо, так что я думаю, тебе понравится. Потчевать тебя буду супом, мясом и морепродуктами. Прекрасный рацион, для не слишком прекрасного гостя. - Раздражаешь. - проворчал орк. - Стараюсь! Баситинка взяла тарелку с супом, и поставила её поближе, дабы было удобнее кормить пострадавшего. Впрочем, самая трудная задача в кормление зеленого амбала была ещё впереди, ибо надо было ещё его приподнять, дабы процесс был удобен для обоих сторон. - Ух твою мать, сколько же ты весишь? - кряхтела девушка, приподымая Дранаша. - Мне-то почем знать? - Да вот мало ли, вдруг знаешь, груда мышц ты этакая! Думала сдохну, пока пытаюсь хотя бы сдвинуть твою тушу. До сих пор в шоке, как я вообще притащила тебя сюда? Мне за это награду наверное дать даже нужно. Только чтобы поднять тебя - уже требуются силы трех крепких воинов, а я, вместе с моим бедным и хрупким маленьким братиком, дотащила тебя аж до своего дома на своих хрупких женских плечах! - Если твои плечи - хрупкие, то я в таком случае верховный король Скайрима. - Ого, не знала что ты из королевской четы! Ответом девушке был лишь тяжелый вздох, и дальнейшее молчание собеседника. Взяв тарелку и зачерпнув бульон, девушка поднесла ложку ко рту Дранаша, и с наигранной заботой сказала. - Открой ротик, сейчас залетит птичка! - Напомни мне проклясть тебя, когда я встану на ноги. - Ай-яй-яй, такое говорить своему спасителю, который ещё тебя же как ребенка родного кормит и выхаживает, как это несправедливо и грубо! - Заканчивай свои игры, девчонка. Я не просил тебя меня спаса.... - не успел договорить орк, как в его рот влетела ложка с теплым бульоном. - Вот, когда я ем - я глух и нем! - Вот бы я был бы глух...- проворчал орсимер. Девушка же в ответ лишь ехидно улыбнулась.       Прием пищи закончился весьма быстро, и на удивление воина, еда была весьма хороша. Зеленокожий никогда не был эстетом в плане кулинарных вкусов. Главным в пище для него была лишь полезность и энергетическая ценность, а вкус - уходил на второй план. Тем не менее, за годы странствий, он успел все-таки приметить пару деталей, кои были связанны с кухней. Вернее, одну деталь - только орки умели достойно приготовить мясо. Никто из представителей иных народов не знал навыка такого же хорошего приготовления этой пищи. Опробовав еду этих странных зверолюдов, он невольно зауважал того, кто воссоздал сей вкус в ней. Невольно на лице появилась ели заметная ухмылка, коя тем не менее, не ускользнула от взгляда Калет. На лике её появилась ехидная лыба. - Вижу, даже мистеру зеленке это понравилось. Орк перекинул взор на девушку. Лицо его сразу же переменилось, и частичка радости в нем испарилась, будто бы её и не было. - Да, это хорошее мясо. Спасибо. На удивление баситинки, воин честно приметил, что ужин ему пришелся по душе. - Хе, а я то думала, что ты будешь классическим вечно недовольным солдафоном, которому все не нравится. А вот оно как, ты меня приятно удивил. Дранаш не ответил. Вместо этого он вернул взгляд на потолок, закрыл глаза, и тяжело выдохнув, попытался вернуться в колодец памяти, из которого его столь бесцеремонно вытащили. Длинноухая же тем временем начала рассматривать причудливую внешность своего нового знакомого. Он был похож на человека, но и одновременно с этим невероятно чужд людскому роду. Особенно её заинтересовали длинные уши и не менее длинные клыки, кои выходили из нижней губы и всегда были видны. Острые и крепкие, они навели девушку на мысль о том, что ими то - можно спокойно разрывать плоть не хуже диких хищников лесов. Что также было чудно в его внешности - так это рога. Короткие, но весьма острые. Пожалуй эта черта также придавала образу некой воинственности и устрашало тех, кто решал бросить вызов носителю этой необычной черты во внешности. Орсимер же не мог сосредоточиться на своих воспоминаниях. Он ощущал, что за ним наблюдают. Первые минуты три он старался абстрагироваться от этого неприятного чувства. Но оно его не оставляло в покое, аки надоедливый комар в ночном лесу, который так и норовит выпить у тебя как можно больше крови, а после оставить неприятную зудящую метку, которая ещё напомнит о его недавнем присутствии. - Чего ты хочешь? - задал вопрос Дранаш, пытаясь наконец-то решить проблему. - Да особо то и не чего. - Врешь. Ты уже минут этак 5 сверлишь меня взглядом. Это действует на нервы. Говори что хочешь, или уходи. Тут молодая леди нахмурилась, и слегка комично надув от недовольства щеки ответила. - Ты посмотри, раскомандовался, человек-трава! Между прочим ты на моей территории находишься, так что сколько хочу - столько и буду здесь! И вообще, не наглеешь ли? Я тут тебя выхаживаю, а ты мне указывать удумал! - Во имя Малоха, просто скажи уже, что тебе от меня нужно и делу конец. Ты только хуже делаешь мне и себе! Говоря последнее предложение, орк специально повысил голос, и вместе с этим, сделал его куда более грозным. Это стало для Калет этакой оплеухой. Прождав ещё секунды 5, формулируя у себя в голове интересный ей вопрос, она все же открыла рот в попытке разузнать новое о своей собеседнике. - Что же ты за создание такое? Я никогда не видела зеленых великанов, и упоминаний о них нигде не слыхивала и не вычитывала. Откуда ты? - Я не зеленый великан. Я орк. Мы - народ воинов и кузнецов. Сам я из северной державы Скайрим. Страны холодов и высоких гор. А также весьма опасной фауны. Большего тебе обо мне знать не следует. - Хм...орк значит. Необычное название для народа. А попал то ты сюда как? После второго вопроса девушки, орсимер задумался. "Так то нет у меня пока что и предположений, как именно я попал сюда. Все слишком странно. Я с таким ещё не сталкивался." Вернувшись из мимолетных рассуждений в своем разуме, он все же дал ответ собеседнице. - Я взялся за контракт по убиению чернокнижника. Свое дело я сделал, убил и его, и всю его шайку, но когда уже собирался возвращаться - то меня остановила, а после и захватила магия монолитов, которых изучал колдун. Дальше я потерял сознание и проснулся уже здесь. Возможно меня сюда телепортировало, я не знаю. - О как, весьма чудная история на самом деле. Я то думала ты попал сюда из-за того, что твой корабль разбился в шторме, или типа того. Впрочем, в такой тяжелой броне ты бы благополучно утонул, так что мне следовало бы сразу понять, что не таким образом ты очутился здесь. И кстати, ты упомянул, что взялся за контракт. Так ты авантюрист? - Можно и так сказать. В глазах Калет появился огонек радости и восторга. Будто она узнала о том, что ей досталось невероятное по своему денежному объему наследство от прадеда. Она приблизилась к Дранашу, и в диком возбуждении начала говорить. - Как же я тебе завидую! Наверное это невероятно интересно! Странствуешь по миру, убиваешь за деньги всякую погань! Зарабатываешь славу и уважение, и что самое главное - проверяешь, насколько же ты прочен! Мир испытывает тебя, а ты и только рад этому! Как же я бы хотела также отправиться в путь, бросить вызов смерти и судьбе, проверить свои навыки, волю и силу! - Я не по этой причине стал авантюристом. - с равнодушием ответил воин, не проникшись желаниями и мечтами девушка. - Хм? А по какой-же? - Я просто хочу достойно умереть. Некоторое время баситинка замерев, не производила ни единого движения, пораженная таким ответом. Спустя секунд десять, она похлопала глазами, все также смотря на зеленого, а после сказала всего одно слово. - Что? Орсимер окинул её спокойным взором, и расслабленным голосом добавил. - Я не имею более смысла к существованию. Моя жизнь не имеет цены. И, по старой оркской традиции, я отправился искать достойную смерть в бою с сильным соперником, дабы обрести покой, и умереть в рассвете сил. Это причина моего вступления в ряды авантюристов. Теперь ясно? Калет все также озадаченно смотрела на него, будто ей только что какой-то сумасшедший сказал, что луна сделана из сыра, а земля - из темного шоколада. - Вижу, что все понятно. - пробормотал орк, а после вновь прикрыл глаза, попытавшись вернуться в чертоги разума. Но прервали его слова девушки, коя уже отошла от удивления. - Ты что, дурак? Кто-же в своем уме скажет, что жизнь его не имеет цены? Ты видимо когда попал сюда - разума лишился. Или, если то, что ты сказал - истина, а не бред сошедшего с ума, то поехал ты уже давно. Более безумной и глупой причины стать авантюристом я ещё не слышала. Высказав с усмешкой последние слова, баситинка перевела взгляд на собеседника. Все озорство и дурость как ветром смело в момент, когда она столкнулась взглядом с воителем. Брови были опущены и сведены в месте, а из под них на неё смотрели алые глаза, в которых пылал огонь гнева. От этого взора, даже в душе Калет поселилось беспокойство и тревога. По телу пробежали мурашки. Непроизвольно орк оскалился, обнажая острые зубы и крупные нижние клыки. Сейчас воитель был похож на разгневанного медведя, готовившегося к нападению. В воздухе повисло напряженное молчание. Наемник был разозлен не на шутку. Скорее всего, если бы он не был прикован к постели - то взял бы собеседницу за волосы, и выкинул из комнаты. Впрочем, весьма скоро оскал спал, воин взял себя под контроль. Фыркнув, он перевел очи на потолок, и после секундного промедления, закрыл их, давая понять, что к дальнейшему общению не расположен. Уши Калет опустились, возбуждение, с которым она вела разговор ранее, испарилось. Взгляд опустился на пол, а в душе посилилось чувство неловкости и стыда, вытеснив тревогу, коя недолго просидела на своем месте. "Кажись я ляпнула лишнего..." - промелькнула в голове баситинки мысль, коя была верной. Наступила неловкая тишина, которую никто из присутствующих не решился нарушить. Тянулась же она так сильно, будто бы время и вовсе застыло. Каждая секунда, по ощущениям была аки минута, а минута - как час. И продолжалось это на протяжении четверти часа. В голове ушастой то и дело возникало желание извиниться за глупость свою, но что-то всякий раз удерживало её от того, чтобы озвучить задуманное. Словно незримая сущность каждый раз затыкала ей рот. Тем не менее, сжав до боли ладони в кулак, Калет все же сумела сказать хоть что-то. - Эй, ну, ты это, извини. Я похоже перегнула палку... Я не думала, что тебя это так заденет. - проговорила уже весьма тихим и даже мягким голоском девушка, а в голове прошла мысль. "Ну да, воин потерял цель в жизни, и по древним традициям своего народа ищет славной кончины, а я это обсмеяла, будто это не что-то важное, а так, необдуманная покупка в лавке какого-нибудь ушлого торгаша, по типу Роюзло Оливье. Признаюсь хотя бы самой себе - я не то что не думала, что его это обидит, я не думала вообще." Ответа же не последовало. Воитель просто не обращал на неё внимания, словно в комнате и вовсе никого не было. Тяжело вздохнув, девушка взяла тарелку и столовые приборы, после чего вышла, понурив голову. Когда баситинка покинула помещение, Дранаш все же открыл очи свои. После произошедшего, сосредоточиться для погружения он уже не мог. В груди играло чувство жалости и даже некого стыда. "Не слишком ли я мелочен? Дал волю гневу из-за глупых высказываний ещё не зрелой девушки. Я должен был ожидать, что она не поймет меня, сочтя традиции моего народа глупостью, как и мою цель. Это не мудрено, она - представитель иных ценностей. Не стоило мне быть таким жестким, к тому же - она все же оказала мне услугу. Я должен быть ей благодарен, и более того, отплатить тем же." Размышляя о нынешнем, воин вновь вспомнил причину, по которой Калет спасла его. "- Ты спасла меня, чужака, что весьма вероятно может быть опасен, просто из-за взгляда? - Да, именно эта была основная причина." Эти слова вновь промелькнули у него в голове. Почему то именно этот короткий момент, припоминал ему о событиях давно минувших дней, когда он был не один, когда с ним была она. И Дранаш понимал причину этого. Калет была на неё похожа.       Наступил поздний вечер. Тирания солнца уже как час тому назад была свергнута, и тьма безраздельно властвовала над землей. Зеленокожий не спал. Вместо этого, он предпринимал уже шестую попытку встать со своего ложа. Тело не подчинялось командам, что с каждой минутой приводило орка в ещё большую ярость на себя, и на свою смертную оболочку, которую без особой гордости, он величал "мешком с дерьмом". Но тут, его усилия все же дали плоды. Он сумел поднять корпус на два сантиметра. "Да! Наконец-то!" Не останавливаясь на достигнутом, орсимер прилагал все больше и больше усилий, стараясь разорвать невидимые цепи, что сковали его тело по рукам и ногам. Он поднялся ещё на два сантиметра, а потом ещё и ещё. И так, пока полностью не перешел в сидячую позицию. И в этот момент, Дранаш наконец-то обрел контроль над собой. Он мог двигаться! Тем не менее, противная ноющая боль решила омрачить его счастье. Она обволакивала всю его тушу, все его естество, стараясь удержать от действия. Вопреки ей, орку все же удалось встать на ноги, хотя, конечно, не без трудов. Выпрямившись, он походил по комнате, убеждаясь, что теперь его кандалы спали. На лице отразилась слегка зловещая ухмылка. Сев обратно на кровать, воин начал разминать шею и руки, от чего те издавали характерный хруст. Вскоре, услышал он звук шагов. Подумалось воителю, что то пришла та самая бойкая девушка. Уже приготовившись к новому диалогу, он был удивлен, когда взглядом встретился не с ней, а с ещё более молодым представителем неизвестного до селе ему вида. В отличии от Калет, во взоре пацана было недоверие и даже некая агрессия. Встретившись с суровым взглядом орка, он не собирался ему проигрывать сею битву очей. - Не думай, что я верю тебе, чужак. - сказал парень, все также смотря на собеседника исподлобья. - Калет не глупа, но легкомысленна. Она не понимает угрозы, коя от тебя исходит. Думает, что в случае чего - справиться со всем. Вот только не думай, что эта безответственность моей сестры, даст тебе возможность причинить вред нашей семье. Я не буду спускать с тебя взора, и если хотя бы волос упадет с головы члена моей семьи - я клянусь, ты пожалеешь. Выслушав гневную тираду Алена, орсимер ответил лишь ехидной усмешкой. - Тебе смешно!? Думаешь, я шучу?! Я - сын прославленного воина Западных Баситинов, и если понадобиться, я... Мальчик не успел окончить предложение. Сидевший спокойно на своем ложе, наемник резко встал во весь свой не малый рост, и окинув презрительным взглядом мальчишку, молвил. - Ну, продолжай. Чего же ты остановился. Я хочу тебя послушать. Только сейчас баситин увидел, насколько огромен был орк. Головой он практически касался потолка. Широк в плечах и невероятно мускулист, он имел на теле множество шрамов. Некоторые были от колющих ударов копьем, другие от когтей чудовищ и зверей, иные от магических атак. В сочетании с его налитыми кровью глазами, рогами на лбу и клыками, это производило весомое впечатление. В сердце Алена поселился страх, пришедший на смену былой уверенности. Наклонившись, он максимально сблизился с лицом собеседника, и нахмурив брови, начал говорить. - О, видимо, твоя храбрость куда-то исчезла, не так ли? Так вот слушай меня внимательно, щенок. Я уже на ногах, и даже с ослабленным телом, я могу прямо сейчас оторвать тебе голову, а после сделать тоже самое с каждый членом твоего семейства. Но как видишь, я ещё не выбил мозги из твоей глупой башки. Я не хочу нести зло твоим родным, ибо если бы хотел - уже бы это сделал. - вымолвил Дранаш максимально серьезно и грозно, чтобы собеседник точно все усвоил. После своей речи, он смягчил взор и расслабил брови, и вновь выпрямившись, продолжил уже более мягко вести диалог. - Даже обрадую - я хочу отплатить вам. Вы помогли мне, загадочному чужаку, предоставив кров и пищу. Это достойный поступок, и заслуживает он достойной награды. Так что успокой свои эмоции, парень, пока они не стали твоими же врагами. Закончив, воитель без обиды в душе вернулся на кровать, и повернувшись к стене, направился в путь, навстречу своим кошмарам, оставив Алена размышлять над всем случившимся.       Ночью Калет спала плохо. То и дело просыпаясь по среди кромешной тьмы, она ловила себя на мысли, что та ситуация её не отпускает. Словно вцепившийся клещ, она высасывала из неё все жизненные соки, не желая оставлять в покое. Когда в очередной раз баситинка была разбужена не пойми чем, то в ярости на саму себя сбросила одеяло, и вышла во двор. Полная луна в этот момент была особенно красивой. Она дарила успокоение и блаженство тем, кто её видел. По крайней мере, так всегда казалось девушке. Ещё в детстве она находила ночное время суток более привлекательным для себя. Во мраке таились не только опасности, но и загадки, кои можно было разгадать. Тайны, которые можно было бы раскрыть. А величественная спутница мира, дарующая приятный свет, словно властительница звездного неба, внушала искреннее уважение и трепет своей красотой и величием. Смотря не отрываясь на ночное небо, девушка наконец-то получила заслуженный покой, и даже невольно улыбнулась. - Эй, чего не спишь? - послышался сзади голос отца, что в тишине ночи казался по громкости равным удару молота об наковальню. - А, да так, сон не идет. Вот, решила воздухом свежим подышать. - Не идет говоришь? С чего это? У тебя подобное редко случается. - Да не знаю, просто не идет. Беспокойство дамы было видно невооруженным глазом. Впрочем, подобное можно было бы также назвать "чувством вины". И от взора родителя не укрылось то, что пыталась утаить его любимая дочурка. - Ты никогда не умела врать, малышка. Ты же прекрасно понимаешь, почему сейчас не можешь уснуть, ведь так? Опустив уши и понурив голове, она утвердительно кивнула. - Когда я принесла еду клыкастому, я начала вести с ним беседу, ну и...ляпнула лишнего. - И насколько все серьезно? Девушка лишь развела руки, не зная ответа. После, она пересказала все произошедшее родителю. И особенно заострила она внимание на мимике своего нового друга, когда его спокойствие сменилось на гнев. - Мда, ты и правда накосячила. Как ты вообще могла додуматься посмеяться над традицией его народа? Тем более, когда это связанно со смертью! - Я просто говорила, что думаю! Он все время диалога казался таким спокойным, я и не думала, что он разозлиться от этого... - А вот думать надо, прежде чем что-то говорить! - наказал ей отец, смотря на дочь строгим взглядом. - Я понимаю, ты всегда славилась своей честностью в общении, но всему надо знать пределы! Сколько раз уже ты обижала других баситинов своими словами? Но то ладно, ничего страшного. Если какой-нибудь соседский мальчишка по имени Оливье узнает, что у него, допустим, по твоему мнению голос противный, это ничего серьезного, но тут додуматься же! Обсмеять традицию, что формировалась веками! Калет молча выслушивала Ренарда. Она не оспаривала его критику, он был прав. Колкости и шутки - это одно, но насмехаться над столь важными вещами для живого существа - это уже совсем другое. Баситинка и сама ругала себя. Ей все же был интересен чужак, она хотел узнать по подробнее о том, откуда он, узнать больше фактов о его странном народе, но видимо, теперь эта возможность была ею же упущены. По собственной же глупости, она в самом начали общения нанесла серьезное оскорбление своему новому собеседнику, и гнев его был вполне понятен. И от осознания всего этого, девушке хотелось выть от досады и стыда за саму себя. Тем не менее, слез она не лила, и жалости к себе не хотела. Этим она, как думалось ей самой, проявила бы себя с ещё худшей стороны, да и толку с подобного действа? Отец же, закончив читать нотации, окинул дочь строгим взором, который тем не менее, быстро смягчился, видя подавленное состояние своего чадо. Приобняв за плече дочурку, Ренард уже без суровости в голосе сказал. - Ладно, дурында, не печалься. Ещё не все потеряно. Ты уже сделала хорошую вещь - извинилась. Значит, ошибку ты свою поняла, и извлекла из этого урок. Коли уж твой зеленый товарищ взял себя в руки, и не одарил тебя вагоном брани, значит, вполне возможно, к утру у него будет более благосклонное отношение к тебе. - Может быть, а может и нет. - Эй! А ну, выше голову! Коли ты хочешь наладить контакт с представителем неизвестного вида - то у тебя это выйдет, ты же моя дочь, а не абы кто! Тебя так просто не остановить, разве я не прав? - несильно ударив свое дитя по плечу, с улыбкой сказал Ренард. Он говорил это абсолютно серьезно, ибо верил в своего ребенка. И она это чувствовала. На лице баситинки появилась улыбка. - Да, ты прав! - воодушевившись, ответила она родителю. - Вот! Вот это настрой! А теперь давай, бегом в кровать. Завтра как понесешь завтрак своему новому другу - так и попытаешься вновь завязать разговор. Но у тебя ведь не выйдет нормальной беседы, если сил не будет. Так что сон для тебя - важнейший элементы для реализации планов. В ответ она лишь кивнула, и встав на ноги, направилась в свою комнату. Перед тем, как скрыться в проходе, она сказала Ренарду. - Спасибо, пап!       Раннее утро было весьма прохладным, что, впрочем, было лишь плюсом для воина. Холод бодрил его сильнее любого удара в челюсть. Встав на ноги, он вышел из своей обители, коя, как он сейчас узнал, была небольшим гостевым домиком. Впрочем, его также удивил тот факт, что он в целом смог выйти из комнаты. Как он заметил, его обычно запирали на замок. Но вспоминая визит юнца, он понял, почему дверь в его комнату оказалась открыта. Парень просто забыл закрыть его на замок. Видимо, разговор с орком на него повлиял весьма сильно. Оглядевшись, он узрел миловидного вида двор, и весьма крупный дом, в котором и жили хозяева. В центре дворика, располагалось большое оливковое дерево, вид которого напоминал воителю о том, как он с ней брал контракт на убийство логова троллей у какого-то весьма небедного бретонского аристократа, который буквально фанател по оливковым деревьям. Не знали они причины его странной любви, да и им не было это интересно. Платил он хорошо, и этого было вполне достаточно. Подойдя ближе к нему, воин положил мозолистую ладонь на ствол древа. Сам не понимал он причину подобного действия. Может, просто пытался прикоснуться к давним воспоминаниям ещё раз, попытавшись вызвать их физическим контактом с тем, что о них напоминало. Или просто ему нравилось ощущение прикосновения к стеблю древесного растения. Так или иначе, это сейчас столь важным дня него не было. В данный момент, он хотел бы увидеться с той самой надоедливой девчонкой, Калет. Ситуация, на которой они прекратили диалог вчера, была не слишком приятной для него, и хотелось бы замять этот конфликт. Чувства вины орк не чувствовал, как никак, не он высказал эту глупость. Но и оставлять тех, кто ему помог в плохих думах ему не хотелось. Так или иначе, он был им должен. И в частности - ей. Тут он услышал приближающиеся шаги. Во двор с подносом с едой вышла баситинка, ему уже знакомая. Что-то насвистывая, она в спокойном темпе шла к его домику. Увидев же, что её подопечный не в месте своего пребывания, да ещё и стоит ровно на своих двоих - она чуть было не выронила то, что несла. - Т-ты..ты..ты стоишь! - воскликнула она, с удивительной для орсимера радостью и воодушевлениям. - Я и не думала, что ты так скоро сможешь ходить! Во что делает моя забота! А брат ещё говорил, что от моего ухаживания - скорее больше бед, чем пользы! Видя, что своего настроя она не поменяла, воин невольно улыбнулся. Девушка же в какой-то момент осеклась, и остановив поток слов, сделала максимально серьезное выражение лица, и сказала. - Ты извини меня, мне правда не стоила вчера такое говорить. Я надеюсь ты не держишь на меня зла. Орк посмотрел на неё широко раскрытыми глазами. Он не ожидал, что она так серьезно отнесется к данному конфликту. Впрочем, это было ему на руку. Он и сам хотел поставить точку в этой небольшой истории. - Я не держу зла, можешь расслабиться. - Тем не менее, я перед тобой виновата, и будь уверен, вину я свою заглажу! Вот тебе мое слово! - Не стоит. - Нет стоит! - настояла баситинка, от напора которой орсимера даже переклинила на короткое мгновение. Ухмыльнувшись, он кивнул собеседнице, принимая её условия. - Тем не менее, сегодня-завтра я уже покину ваше жилище. Так что постарайся успеть, девчонка. - Я не девчонка! У меня имя есть! И нет уж, ты только встал на ноги, тебе бы ещё несколько дней для того, чтобы сил набраться. Так что никуда ты не пойдешь! - тыча в грудь орка, говорила Калет. - Я не хочу быть у кого-то в нахлебниках. Я расплачусь с тобой и твоей семьей, а после отправлюсь в пу... - закончить фразу воин не успел. В глазах у него все поплыло, словно все происходящее - лишь сон больного разумом человека. Под ногами пропало ощущение твердости почвы. В расплывчатой картине, кою видели его очи, начали появляться новые цвета. Яркие и ослепляющие, они вспыхивали и гасли, сменяя друг друга. Словно звезды в бесконечном космосе, что в бесконечном течении вселенной также рождались и умирали, оставляя отпечаток своей прекрасной и одновременно ужасающей смерти. Все это длилось минуты три, и когда мир вновь принял свой обычный вид, а краски перестали мозолить глаз, Дранаш понял, что лежит на траве. На него надувшись от возмущения и легкой обиды, смотрела Калет. - А я говорила, что тебе надо ещё сил набраться, дурак зеленый! - Я...что вообще произошло?? - Ты упал в обморок, дубина! Минут 10 пролежал, ели в чувства тебя привела! Ну уж нет, никуда ты не пойдешь! Пока полностью не восстановишься - не выпущу. Если понадобиться - я твое снаряжение даже запрячу! - Не слишком ли много заботы, по отношению к чужаку? На лице Калет появилась теплая улыбка, в коей тем не менее, были заметны искорки озорства. - Не слишком. - ответила та, подав руку орсимеру. Тот воспользовался предоставленной помощью. - А все же странная ты, девчонка! - Я тебе не девчонка, у меня имя есть! - Хах, ладно, ладно. - пустив короткий смешок, сдался наемник, и одарив девушку лыбой добавил. - Калет. Теперь я буду называть тебя так.