Леон Инвент
27 мая 2021 г., 04:31
1 глава.
"Самое главное - то, чего не увидишь глазами" - низким бархатным голосом, протягивая каждое слово, так он делал, когда хотел выделить важные слова, пропел мужчина в очках, держа в руках серебряную книгу, на обложке которой был изображен маленький мальчик, стоящий на небольшом шарике, сверху которого было написано печатными буквами название "Маленький принц". Мужчина сидел в красном большом кресле, его ноги были вытянуты и накрыты темно-синим пледом, который еле-еле прикрывал мыски. Он всегда приносил его с собой, когда приходил в библиотеку. Это была традиция - укрыться пледом перед чтением очередной книги. Он практически не смотрел ни в одну из книг, которые читал для слушателей, будто знал их наизусть, а книгу лишь держал в руках для важности. За окном валил снег, была сильная метель. Практически никого не выпускали на улицу, да, впрочем, никто и не хотел выходить, поэтому слушателей в библиотеке было меньше обычного. Еще днем электрические провода оборвал ветер, из-за этого в помещении зажгли старые, давно запылившиеся подсвечники, которые практически не могли осветить весь читательский зал, поэтому в комнате стоял полумрак. Ровно в восемь вечера начинался сеанс чтения сказок, поэтому за несколько минут до этого часа, на большом бордовом ковре, с кружками чая или горячего шоколада в руках, закутавшись в самые теплые вещи, собрались дети. Их родители сидели в зале напротив и что-то громко яростно обсуждали, но ровно в восемь, семилетний мальчик по имени Леон перестал замечать эти голоса. Весь мир для него отошёл на второй план. Он полностью погрузился в слушанье сказки, так было всегда, даже не стараясь, мальчик с легкостью погружался в сюжет, ярко представляя всех героев, их приключения, странных существ или волшебные планеты, лишь иногда отвлекался пытаясь придумать как бы он поступил в тех или иных ситуациях в которые попадали главные герои. В этот вечер, впрочем, практически в каждый вечер, сказку читал отец Леона - Винсент Инвент. Его обожал весь город, каждый прохожий, даже в самом скверном настроении, улыбался, лишь взглянув на Винсента, тот тоже одаривал их заразительной улыбкой. Мужчина всегда был ухоженным и даже в самую жаркую или самую холодную погоду одевал строгий костюм и классическую обувь, иногда разбавлял этот образ длинным плащом, обычно серого или тепло коричневого цвета, шарфом или шляпой, а иногда зонтом-тростью. Так же всегда в его "арсенал" на каждый день входила книга. В день его чтения в библиотеке собиралось больше всего детей. Винсент умел прививать детям любовь к литературе. Что-то в его голосе, взгляде, манере было чувственное, высокое, может даже волшебное. Кто-то громко постучал в дверь. От неожиданности Леон вздрогнул, выпав из своего "погружения" и уставился на дверь. Винсент Инвент только успел встать с кресла, как дверь, которую никогда не запирали, открылась. В комнату подул ледяной ветер, мурашки пробежались по спине Леона, затем вошел пожилой мужчина, по его взгляду стало понятно, что он чем-то взволнован. Стряхнув снег со шляпы, он, крайне быстрым и бодрым шагом, подошел к отцу Леона и что-то сказав ему на ухо, а затем, не менее быстро ушел, не закрыв за собой дверь. В небольшом поселке, где жил Леон, хоть и было достаточно много людей, но не было развлечений, да что там говорить, здесь не было даже детского сада, а до школы необходимо было идти около трех километров. Поэтому библиотека, которая стояла в центре поселка, от которой словно лучами солнца были расставлены дома, была главным прибежищем всех жителей. Леон часто видел в теплых уютных креслах взрослых и стариков, которые пили терпкий кофе. Леон поморщился, вспомнив, как однажды сделал большой глоток этого ароматного напитка, который ему показался не просто невкусным, а даже горьким с кислым привкусом, после этого он считал, что у взрослых отвратительный вкус, хоть Леон точно не знал, попробовал ли он неудачный кофе или тот всегда такой на вкус, но проверять это больше не хотел. Дети в этом месте могли разнообразить свой досуг различными настольными играми, а подростков Леон если и видел в библиотеке, то чаще всего ближе к лету, нервными, окруженными разнообразными книгами, либо вовсе спящими за ними. Ну а вечером, многие родители, которые жили поблизости к библиотеке, приводили своих детей слушать сказки. Леон запомнил этот вечер надолго, ведь после него, в библиотеку стало приходить меньше народу, а потом и вовсе перестали ее посещать. Несколько раз, вечерами, роль читателя и слушателя в читательском зале играли два преданных фаната друг друга – отец, да сын, Винсент и Леон. А однажды, перед старшим Инветом, вовсе закрыли двери библиотеки, навсегда. Так же и для Леона навсегда закрылись двери в тот необыкновенное место в котором провел так много вечером со своим отцом.***
Со дня закрытия библиотеки прошло семь лет. Четырнадцатилетний парень лежал на кровати, в своих истоптанных кедах, глядя в потолок, пытаясь придумать план, как избежать завтрашнего похода в школу на первый тест по алгебре. Послышалось три звонких удара в дверь комнаты, а после дверь бесцеремонно открылась, парень резким отработанным движением скинул с себя кеды. - Леон, сколько раз повторять, не ложись на кровать в обуви – проговорила молодая женщина с темными волосами, отдающими в бордовый оттенок, которые придавали бледному лицу выразительности. Это была мать Леона – Аделаида. - Не видела, значит не было – закатив глаза сказал повзрослевший Леон и перевалился на живот. - И когда ты успел из милого мальчика превратиться в надоедливого подростка? – Процедила мать Леона. Хоть внешность Аделаиды была невероятно нежной, ее характер был не таким уж и воздушным. Аделаида нередко поддавалась эмоциям, но, в то же время, эта женщина всегда ощущала внутреннюю целостность и независимость от чего-либо. Всегда была сторонником новизны и свободы. Аделаида никогда не желала много внимания и больше всего любила быть с семьей, но и одиночество принимала с радостью и не считала его обузой, а скорее наоборот. Был и недостаток у матери Леона, если что-то шло не так как она хочет, так та начинала нервничать. - После того как пошел в среднюю школу, – промямлил Леон не вытаскивая лицо из подушки – она высасывает всю жизненную энергию из милых детей. - А ты, видимо, потом отыгрываешься на родителях – сказала Аделаида – приведи себя в порядок, сегодня к нам в гости приедет Мистер Вирдербрунк. Леон по актерски прокричал в подушку, Вольт Вирдербрунк, что-то вроде старого друга семьи, ворчливый старик, постоянно осуждающий местную молодежь, в том числе и Леона, начиная от стиля одежды, заканчивая образом жизни, и даже тем, чем он питается. - Не «агрх», а «Да мама» - сказал Винсент, появившийся в дверном проеме. - Да мама – сказал Леон сев на кровать и наиграно улыбнувшись – спасибо, что напомнил о манерах поведения, папа, а сейчас я пойду готовиться к встрече с самым желаемым гостем этого прекрасного дома, Мистером Вирдербрунком, чье мнение о пользе брокколи мне так важно. - Притворяйся хорошим сыном всегда, пожалуйста – улыбнувшись сказал Винсент. Ужин был, как обычно бывает с Вольтом Вирдербрунком, занудным для Леона. Скрипучим голосом он все твердил, что местная молодежь была обречена на деградацию, после закрытия библиотеки, что если у молодежи нет общего структурированного центра, то все пойдет крахом. Отчасти, Леон понимал, что старик был прав, но не стал этого признавать вслух. После, в течение часа, он все говорил и говорил про чудо академию, где учились родители Леона, а сам Мистер Вирдербрунк работал в ней уборщиком «Лучшее образование, воспитанные ученики, разнообразие кружков, даже правильное питание». Все это слушал Леон и все больше понимал, что не хотел бы оказаться в идеально занудной школе по мнению Мистера Вирдербрунка. Возможно скучные разговоры за ужином так утомили Леона, что он уснул, едва его голова коснулась подушки. Леон наступает босыми ногами на холодный каменный пол длинного коридора, каждый его вздох эхом раздается в помещении, глаза пытаются привыкнуть к темноте. Леон не знает куда идет и зачем, но ноги, будто сами его несут. Раздается оглушительно громкий звон, заставляющий мальчика резко судорожно вздрогнуть, а сердце громко застучать под ребрами. Вместе со звоном появился яркий благородно изумрудный свет, который осветил источник звука - большой настенный телефон. Лео зажмурился, чтобы глаза привыкли к свету. Звон, снова и снова, становясь все громче и громче, разносился по помещению, но Леон стоял как вкопанный и не приближался к телефону, как вдруг трубка с невероятной силой завибрировала и соскочив повисла на проводе вдоль стены. Тогда Леон, неуверенно подошел к ней и ощутив в руках холодную старую, цвета слоновой кости, трубку поднес ее к уху. Инвент не успел произнести и слова, как в трубке раздался хриплый голос: «Раз, два, три, четыре, пять, Вышел ворон погулять. Запереть его забыли. Раз, два, три, четыре.» С нарастающим ужасом Леон вслушивался не в голос, а в заполняющую его пустоту. То был голос не машины, не человека — неизведанного существа, который будто не говорил, а посылал информацию сразу в мозг. Это неведомое изливалось, говорило с ним по телефону. Голос стал меняться от басового хрипатого до высокого детского и обратно. «Может, вместе посчитаем? Шесть – души любим есть, Семь – всем твои друзьям пришел конец...». Телефонная трубка стала скользкой и мокрой, Леон оторвав от уха посмотрел на нее, она растекалась по его ладони, будто воск плавился под высокой температурой, открывая содерживое внутри - что-то большое, тонкое и черное. Остатки трубки вывалились из разжавшихся от испуга пальцев Леона, на руках лишь остались склизкие черные перья. Желудок мальчика сжимался и разжимался. Он слышал доносящиеся из трубки низкие хрипы: « Восемь – ты уже чувствуешь дыхание на шее, Девять – это нечто приближается, Десять – Оно голодно, а ты — обед» Еще один звон, только на этот раз это был звонок домашнего телефона. Леон от адреналина с легкостью открыл глаза и сел, холодный пот капельками осел на его лбу, сердцебиение отдавалось шумом в ушах. Огляделся, он в своей комнате, на часах пять утра, телефон все звонит, Леон лег на подушку, зажмурив глаза, ожидал, когда кто-то из родителей возьмет трубку и накричит на звонящего в столь ранний час. Секунды медленно превратились в минуты, звонок то прекращался, то снова начинался. Трубка была установлена ближе всего к комнате Леона, из комнаты родителей услышать звонок сложно, особенно, если спишь. Не выдержав, парень сам встал и вышел в коридор, за окном уже было светло, страх от сна уже прошел, лишь слегка сохранялась дрожь в руках. Леон резко поднял трубку, но не успев сказать и слова, из нее послышался встревоженный знакомый голос: - Леон, сейчас же бери сумку с вещами в нашей комнате, через несколько минут приедет Мистер Вирдербрунк, он отвезет тебя в академию. - Пап? – просил Леон уже зная ответ, его сердце бешано заколотилось – Это что прикол какой-то? В чем де… - Нет времени объяснять, просто слушайся Вольта во всем, мы свяжемся с тобой при первой возможности, – голос Винсента стал звучать более твердо и спокойно – за нас с мамой не волнуйся. Поторапливайся, мы тебя лю… - голос Винсента скрыл неразборчивый шум, а после послышались ритмичные гудки. - Пап? Что за ..? – Леон уже знал, что не услышит ответа, руки задрожали еще сильнее, парень впился ногтями в ладони, чтобы убедиться, что не спит. Не спит. Мальчик не мог шевельнуться казалось вечность, пока резкий гудок машины на улице не заставил его вздрогнуть. Леон подбежал к окну, там стояла очень старая, грязно коричневая машина Вольта Вирдербрунка. Леон сделал вздох и забежал в комнату родителей, на кровати лежала большая походная сумка. Леон расстегнул молнию и в содержимом сумки узнал свои вещи, серые и черные футболки, зеленую и бордовую толстовку, пару штанов, несколько пар носков и новые черные кроссовки. От возникающих вопросов у Леона заболела голова, но он понимал, что на его вопросы сейчас может ответить только один человек, который ждет его внизу в машине. Быстро натянув единственные оставшиеся вещи в шкафу, серый потрепанный свитер и джинсы, сунув ноги в истоптанные кеды, Леон выбежал на улицу. Тогда мальчик еще не понимал, что вопросов появится только больше.
