Ясная ночь

Когда Яо снова открывает глаза, Сичэнь, полностью одетый, дремлет рядом. Стараясь не потревожить супруга, Яо пытается встать, но даже от не слишком резких движений сильно кружится голова и он падает обратно на подушки. Сичэнь тут же просыпается и подбирается. — А-Яо, любимый, как ты себя чувствуешь? — Ммм… сносно? Пить хочу — Сичэнь тут же протягивает ему чашку с водой, и придерживает, пока он пьёт. — Сколько я так провалялся? — Двое суток. — Ох. Не дело это! Сейчас, ещё только немного понежусь и вставааать!.. — Нет, погоди, — супруг уже проверяет его пульс — лекарь сказал… — Да ладно тебе, что бы он не сказал, кто лучше меня знает о моем состоянии? Воооот! И не смотри так! — на губах играет озорная улыбка. Сичэнь неодобрительно качает головой. — Любимый, — Яо смотрит на него снизу вверх — ты ничего не забыл? В глазах Сичэня тут же отражается тревога. Яо выдерживает короткую паузу и выдает: — Где мой утренний поцелуй?! — требовательно и чуть капризно. — Ох… — в этом и облегчение, и тень смущения, и замешательство — Прости, душа моя — он наклоняется, ласково целует любимого супруга в лоб и отстраняется. — Лань Сичэнь!!! — Яо возмущен и негодует. Во взгляде Сичэня растерянность. — Что это было?! Ты моя мама или супруг, в конце концов?! А ну-ка, иди сюда! — он протягивает лапки к лицу любимого. Даже такое простое движение пока даётся с трудом, конечности кажутся тяжелыми, словно внутрь вместо крови залили свинец, Яо отмечает это мимоходом. Сичэнь послушно наклоняется ему навстречу, ещё пытаясь что-то сказать, но как только расстояние между ними достаточно сокращается, Яо притягивает его к себе. Супруг явно намеревался снова отделаться легким чмоком, но не тут-то было. Яо припадает к его губам как к живительному источнику. И лишь через несколько долгих мгновений нехотя отрывается, роняя голову на подушки и тяжело дыша. — Так-то лучше! Ещё чуток поваляюсь и займусь делами. Без меня тут наверняка все расслабились! — он ещё пытается говорить, но глаза уже закрываются — Что там у нас с обустройством… — А-Яо, — Сичэнь старается придать голосу побольше решительности и строгости, но на первом плане всё же беспокойство — тебе нужно выпить укрепляющий отвар. — Да, мамочка, — уже почти бормочет Яо — но он невкусный, можно мне ещё… — сонная лукавая улыбка. Сичэнь борется с внезапным желанием закатить глаза. Бережно приподнимает любимого, подносит пиалу к его губам. Яо снова отключается на половине, и Сичэнь, осторожно отставив чашку, укладывает супруга, укрывая. Он сидит рядом и с нежностью смотрит свое сокровище, надеясь, что не ошибается, и его А-Яо действительно идёт на поправку.