Дождь в Запретном лесу.

— Но разве это плохо, сэр? — задумалась Гермиона, провожая взглядом расплывающийся на поверхности зелья образ животного. — Совсем нет, — серьёзно ответил профессор. — Росомаха существо сильное, выносливое, достаточно неприметное в природе и очень хорошо приспособленное к дикой жизни в местном климате. В отличие от того, что получилось у меня, — он сделал круг по комнатке, глядя в пол и размышляя о своей будущей аниформе. — Знаете, — добавила девушка, — я до конца не уверена, что всё ещё хочу стать анимагом. Даже если моё животное очень для этого подходит и поможет мне даже в войне… — Я рад, что вы начинаете определяться, — фыркнул Снейп. — Только непонятно, зачем вы так самонадеянно взяли у меня этот чёртов лист. — Я хотела сказать, что, возможно, вам тоже не стоит… осваивать аниформу. Буйвол — очень броское животное, если вы не захотите сменить его… — Что? — перебил зельевар, напряжённо взглянув на студентку. — В этой книге… — она растерянно отлистала фолиант ближе к концу, — здесь не только о предсказании образа. Совсем не подходящее животное можно изменить, только это очень сложно. Нужна будет кровь животного, шерсть… Но чтобы изменить на конкретного зверя, а не просто отказаться от предсказанной сущности… — тут Гермиона запнулась, взгляд Снейпа стал нетерпеливым. — Я плохо помню, сэр, — она скользила пальцем по строчкам, силясь найти нужное. — Я понял, — кивнул Снейп, — тут в книге всё есть. Осталось найти животное и раздобыть его кровь. Составите мне компанию в зоопарк? — Сейчас? — удивилась девушка. — И там не всё так просто… нужны ещё кровь того животного, на которое вы хотите изменить свою сущность, и обряд надо успеть провести за то время, что вы используете лист мандрагоры, то есть до полнолуния. — Кровь летучей мыши у меня есть, — с растущим энтузиазмом отозвался Снейп. — Её надо будет пить… — Мне случалось пить вещи похуже, — перебил зельевар, уже разыскивая склянку в чемоданчике с ингредиентами. — Но сэр, это не будет летучая мышь! — чуть громче, твёрдо возразила Гермиона, и он замер, глядя на неё. — Мисс Грэйнджер, они вам чем-то противны? — насмешливо спросил Снейп. — Ваше мнение, вероятно, ценно, но точно не в этом вопросе. А вот за помощь я был бы благодарен. — Мне не противны летучие мыши! И в случае войны это была бы неплохая аниформа, кроме того, что они беспомощны днём. Сэр… — серьёзно и с лёгким раздражением продолжила девушка, — если говорить прямо, то вы не запихнёте буйвола в летучую мышь! Снейп задумчиво покрутил в руках найденную склянку, тщательно всматриваясь в её содержимое. — И мутации могут быть просто ужасны, — сурово закончила студентка. — И что вы мне предложите? — прищурившись, уточнил мужчина. — Буйвол это в самом деле не лучший вариант, зимы здесь не африканские, и пусть буйволы есть разных видов, даже терпимые к европейскому климату… — Но это очень броское животное, его легко выследить, на него легко охотиться с такими размерами, — тихо продолжила за профессора Гермиона. — Да, — вздохнул Снейп. — Честно сказать, я бы предложила вам… отказаться от этой идеи, — она робко взглянула на него, — широким спектром эмоций буйволы тоже не отличаются. В отличие от собак или кошек, к примеру. И летучие мыши тем более не слишком эмоциональны… — Почему вам не дают покоя мои эмоции? — Северус мысленно перебирал известных ему местных животных достаточного размера, чтобы «запихнуть» туда буйвола. — Потому, что они у вас есть, а вы всячески пытаетесь убедить всех в обратном, — спокойно сообщила Гермиона. — Я вспоминаю только магических тварей, — снова вздохнул мужчина. — Это не годится… — Знаю. Но, может, в зоопарке и присмотрю кого-то ещё. Не в лесу же мне ловить буйвола. — Так мне… сходить с вами? — Уже вечер, мисс Грэйнджер, и, кстати, как директор смотрит на то, что вы с его поручениями прогуливаете занятия? — Он же не знает, что я их прогуливаю… — Гермиона сама взглянула на часы на столике, совмещённые с маленьким волшебным приёмником. Сейчас прибор молчал, но очевидно, профессор не оставался без новостей в бегах. — Самая большая ошибка, какая только может быть в вашей жизни, это считать Дамблдора недалёким или вообще идиотом, — прищурился Снейп. — Я никогда так не думала! — возмутилась Гермиона. — И вообще, в зоопарке вам может понадобиться помощь… ну, например, отвлечь сотрудников… — Вы просто хотите в зоопарк? — Возможно, — обиженно согласилась Грэйнджер, — если честно, мне интересно, какое животное вы хотите выбрать. — Не знаю. В росомаху буйвол тоже вряд ли поместится… — Причём тут… И вам стоило бы сначала самому прочитать про обряд. — Успею. Думаю, раз вы начали об этом говорить, то возможность вполне осуществимая, — он протянул руку для трансгрессии, девушка посмотрела как-то неуверенно. — А вам не опасно появляться в Лондоне? — Это магловский район, — Снейп взял её руку и аппарировал в Риджентс-парк. Гермиона засмотрелась было на осенние деревья, но профессор наскоро превратил их мантии в пальто и поторопил девушку ко входу в зоопарк. До закрытия оставался всего час, они купили билеты и спросили у служащего, где искать буйволов. — Сэр… у нас нет буйвола, — немного растерявшись, ответил смотритель. — Хотите, я покажу вам верблюдов или жирафов? — Хочу. Просто мечтаю, — мрачно согласился Снейп и поплёлся за сотрудником, переглядываясь на ходу с Гермионой. — Я же не виновата, что их тут нет! — шёпотом начала девушка. — И… видите, буйвола нет даже в зоопарке, может, и правда стоит передумать? Профессор задумчиво любовался большущим двугорбым верблюдом, к которому их так любезно подвёл смотритель. Животное равнодушно жевало сено, не обращая на подошедших никакого внимания. Тёплая, густая и длинная шерсть тёмно-кофейного цвета торчала неаккуратными клочьями, но его хотелось потрогать, прокатиться на нём. Верблюд дожевал сено и плюнул в сторону детей, дразнивших его у противоположной стены. — Хм, — прокомментировал Снейп, — а что, мисс Грэйнджер, как вам такой вариант? И плевал я на все чужие проблемы… — Профессор… — почти с укором протянула девушка, но он уже шёл к следующему вольеру. Рассмотрев кандидатуру кенгуру в качестве своей аниформы, Снейп засмотрелся на дикобраза. — Идеально. — Но профессор, — не сдержала улыбку Гермиона, — он опять слишком мелкий. Может… — она робко указала на застывшего в позе медитации крупного медведя-гризли. Зверь пустым взглядом созерцал происходящее вокруг, словно спрашивая себя: когда же всё это кончится? — А что-то в нём есть, — не удержался Снейп. — Но мой зверь не будет хищным. Можете присмотреть его для себя. — Меня, кстати, тоже удивило, что у меня росомаха, хищная, и очень активная охотница! А медведи не совсем хищники, они всеядны… — Ответ ищите в себе, — сказал Снейп тише, потому что взгляд его упёрся в клетку со снежным барсом. От него исходила сила, уверенное в себе спокойствие, мужчина невольно залюбовался плавной походкой, мягкими чертами, пока не поймал взгляд зверя, такой же пустой, как у предыдущего встреченного — гризли. Полный усталости и отчаяния, холодный взгляд. — Сэр, — осторожно спросила Гермиона, тоже встретившись глазами со зверем, — мне почему-то кажется, что я их всех как будто слышу… — У вас во рту лист мандрагоры, это нормально. Процесс в вашем организме уже запущен, — Снейп отдалился от клетки, словно почувствовал собственную безысходность жизни, клетку, в которую заперт сам. Не столь заметную, но ощутимую почти физически. — Зоопарк закрывается, — негромко сообщил им проходивший мимо экскурсовод с группкой школьников. — Да, конечно, — печально кивнул профессор. — Вы нашли кого-нибудь? — спросила его Гермиона, и он покачал головой. — Тогда может… предоставить магии найти другой вариант? Понадобится только найти буйвола, он может быть в другом зоопарке… Может, в Париже? Там теплее… Есть почти месяц… И вы как раз собирались в Румынию. — Если я куда-то и собирался, то явно не по всей Европе для поиска вашей африканской коровы, — зло отрезал Снейп. — Доберётесь сами до школы? — спросил он уже на выходе. — А вы куда? — Неважно, — бросил Снейп и трансгрессировал из сумерек парка. Гермиона погуляла немного, глядя на ещё не совсем облетевшие листья на деревьях, на величественные зелёные кедры, сырую брусчатку под ногами и редкие, пробивающиеся в застывшем воздухе снежинки, и вернулась в школу через Косой переулок. — Что же, вы всё это время провели где-то у профессора Снейпа? — неприятно осведомился Дамблдор, разворачивая переданный ему конверт. — Нет, директор, я… мне нужно было посетить Лондон. Извините, что не предупредила. Это было очень личное. Но я успею выполнить все задания по учёбе, — Гермиона казалась расстроенной, то ли осенняя меланхолия парка так на неё повлияла, то ли выпитый чай с привкусом мандрагоры навевал не лучшие мысли. — Не сомневаюсь в этом, мисс Грэйнджер, — он ещё раз перечитал косые строчки, уверенным почерком зельевара несущие не просто отказ, а доказывающие бессмысленность его, директора, великой идеи. — Зайдите ко мне в пятницу, если перед этим не будет новостей… — Но в пятницу же приём, я собиралась пойти туда… Вы сами велели Гарри… — Не волнуйтесь, вы обязательно туда пойдёте вместе в вашим другом, — мягко ответил Альбус. — Я не отправлю вас передавать что-то профессору Снейпу в такой почти праздничный вечер. Просто, возможно, у вас появится, что рассказать мне. В общем, зайдите, мисс Грэйнджер, — он кивнул, отходя от стола, погладил феникса, и снова с прищуром взглянул на девушку. Фоукс тихо курлыкнул что-то и вдруг дёрнулся, захлопал крыльями, будто пытаясь сорваться с жёрдочки к волшебнице. Он не был привязан, но не стал осуществлять начатое, Гермиона заглянула в птичьи по-звериному разумные глаза, он успокоился и печально склонил голову. Дамблдор наблюдал с живым интересом. Новостей от Снейпа не было, пробка от флакона неподвижно лежала в кармане мантии, и девушка иногда доставала её, словно надеясь, что та сработает вне кармана. В свободное время Гермиона искала в магловских справочниках по зоологии подходящее Снейпу животное, которое смогло бы стать полезным шпиону. Директор пару раз на днях справился о её самочувствии, чем немало удивил девушку. С Роном она поссорилась, когда он в очередной раз навязчиво предложил ей пойти на свидание и попытался поцеловать. Но с листом мандрагоры во рту было противопоказано целоваться, о чём гриффиндорка без сожалений рассказала сокурснику. Пришлось, конечно, взять с него клятву, что он никому не расскажет о её эксперименте. — И надолго это? — недовольно пробурчал Рон, едва повторил за Гермионой нужные слова собственной клятвы. В гостиной Гриффиндора никого не было перед ужином, поэтому разговору не могли помешать. — В кого ты вообще собираешься превратиться? Ты хоть подумала, прежде, чем начинать это? — Рон, что это было сейчас? — Почему ты не спросила меня и Гарри? — А что, ты стал бы осваивать аниформу?! Что-то я сильно сомневаюсь, — зло бросила девушка. — Гарри, может, и мечтал об этом, его отец был анимагом, но сейчас у него полно других проблем! — Всё равно, почему ты не рассказала? Мы же твои друзья! Даже… я думал, что мы с тобой больше, чем друзья! — А что, сейчас ты передумал? — И вдруг у тебя будет аниформа… ты ведь даже не знаешь, какая? Вдруг ты превратишься в крысу или ещё хуже, в змею? В жабу? — А что, я похожа на змею? — зло прищурилась Гермиона. — Нет, но ты же не знаешь! Сириус тоже не похож на пса, а отец Гарри — на оленя! Но просто эти анимаги… после Петтигрю они все вызывают у меня отвращение, сама их способность! — Я тебе и не предлагала, Рон! — Но ты не представляешь, каково это, знать, что в моей семье столько лет жил преступник, а мы любили его как домашнего питомца! — И в твои домашние питомцы я не собираюсь! — тон девушки стал грубее. — Всё равно, я не понимаю, зачем ты… Как будто у тебя мало способностей! Ладно хоть волосы перекрасила обратно… — Что?! И я их не красила! Просто краска смылась! Исчезни, Рон! — студентка замахнулась на друга книгой, он обиженно пересел в соседнее кресло. — Ты на ужин пойдёшь? — мирно спросил он спустя полчаса. — Мне некогда, — она дописывала лекцию по трансфигурации, стараясь хоть что-то запомнить. — И где ты пропадаешь всё время? Гермиона уставилась на друга, ожидая следующей фразы, но он замолк. — Я не пропадала уже почти неделю, — отрезала волшебница, громко захлопнув учебник. — И если тебя волнует один квиддич, то мне это не интересно. — А что волнует тебя? — бросил Рон, когда она уже заходила в свою комнату старосты. — Желание превратиться в крысу? В пятницу Гермиона зашла к Дамблдору, как и обещала, но старик привычно предложил девушке чай с лимонными дольками. Он принялся вещать что-то о грядущих планах Ордена, поэтому отказаться не представлялось возможным. Студентка встала из-за стола, когда почувствовала, что от лимонных долек её мутит. И под руку с Гарри отправилась в общий зал Слизерина, где Слизнорт устраивал последний закрытый приём клуба слизней. В зале ярко горели свечи, по стенам почти сплошным рядом пылали факелы, разноцветные люмосы под потолком добавляли атмосфере праздника красочную торжественность. В глубине между колонн разливался уютной, мелодичной музыкой приглашённый оркестр, всюду сновали домовики, разнося аппетитные десерты — пирожные, пудинги, кексы, мороженое с фруктами… Лакомства были на любой вкус, Гермиона невольно вспомнила Рона и его любовь к еде. На любой вкус были и напитки — кроме сливочного пива присутствовало и обычное шампанское, и даже огденское вино, и домовики далеко не всегда успевали уследить, — бокал с подноса забрал кто-то из взрослых приглашённых, или же юные дарования из Хогвартса, взятые под крыло пухлым профессором. Слизнорт решил устроить настоящее торжество для себя и собрать всех, кто мог прийти из его близких знакомых, поэтому на последнем приёме можно было обзавестись полезными знакомствами и связями, что тоже не ускользнуло от мыслей Гермионы. Но девушку по-прежнему тошнило от съеденных у Дамблдора лимонных долек, поэтому она не решалась вооружиться бокалом шампанского и заговорить с кем-то. Да ещё Гарри почему-то не сводил с неё глаз и отпускал её руку лишь за тем, чтобы взять что-то с проносящихся мимо подносов, и это выглядело как-то навязчиво. Когда Гермиона в очередной раз поймала его необычную улыбку, ей стало не по себе, так пристально и странно смотрели эти ярко-зелёные, но такие знакомые за шесть лет глаза… — Что случилось, Гарри? — почти зашипела Гермиона. — Почему ты так наблюдаешь за мной? Парень скользнул взглядом по её ярко-красному платью с глубоким вырезом, по распущенным каштановым волосам — на тон темнее обычного, чёрная краска ещё не до конца вымылась, поглядел в глаза. Он уже хотел было что-то ответить, но Слизнорт привлёк к себе внимание, произнося праздничную речь, меланхолично законченную его сожалениями о том, что при госпоже Амбридж собрания клуба слизней придётся прекратить. — Отпусти мою руку, что с тобой, — резко дёрнулась Гермиона, попытавшись отойти от Гарри, но пальцы сжались на её ладони ещё крепче. Тут оркестр грянул танцевальной музыкой, и вихрь мелодий подхватил стоявшие в холле пары. Гарри притянул Гермиону к себе, удерживая в ладонях её талию, но вскоре вместо танцев гриффиндорцы уже оказались за отделявшей холл от большого стола занавесью, вдали от посторонних глаз. Гарри резко прижался к девушке, обхватив её бёдра, но она вырвалась и замерла, готовая в любой момент его ударить. — Да что происходит, Гарри? Ты перебрал шампанского? — она уже намеревалась поговорить с другом и высказать всё, что давно начинало её раздражать, но взятая с собой сигнальная пробка спасительно запрыгала в кармашке сбоку платья. Девушка схватила свою мантию и поспешила шагнуть в камин, зная, что Слизнорт никогда не блокировал возможности передвижения. Напоследок она одёрнула платье и смерила ничего не понимающего Гарри испепеляющим взглядом, парень так и остался стоять посреди гостиной. Гермиона трансгрессировала в лес из Хогсмида, сейчас это оказалось проще, чем спешно бежать из замка за пределы крепостной стены. — Мерлин, мисс Грэйнджер, — Снейп картинно отвернулся, едва смерил девушку взглядом в сгущающихся сумерках холма. — В следующий раз вы придёте голой? — Что?! — накопленное за вечер нервное напряжение едва не вырвалось наружу, но девушка взяла себя в руки. — Вы не слишком ли нарядились для похода в лес к беглому пленнику Аврората? — насмешливо продолжил профессор, глядя, как она набрасывает свою лёгкую школьную мантию, начиная дрожать от холода. — И я ещё не настолько стар, чтобы не заметить Ваше декольте… — тише добавил он, и к её раздражению добавилось смущение. — Профессор, я была на приёме у Слизнорта! — прервала его речь волшебница. — У вас что-то важное сейчас? — Что бы это ни было, кажется, оно показалось вам интереснее приёма, — заключил Снейп, протянув ей руку. Гермиона, ещё не пришедшая в себя от трансгрессии и странного поведения Гарри, лишь покосилась на его ладонь. — Я не собираюсь никуда трансгрессировать. Но Вы замёрзнете, Грэйнджер, — пояснил профессор. — Есть согревающие чары! — Вот именно. Но вам сейчас не до них, и если вы позволите… — Да, не до них! — выпалила Гермиона. — Да, мне далеко сюда трансгрессировать, у меня не так много магических сил, вы каждый раз ждёте, что я это скажу? Мужчина покачал головой и сам взял её руку. Взгляд его почти сразу слегка изменился, но девушка стояла, поглощённая в свои мысли, и он немного помолчал. — Извините, что пришлось прервать ваш вечер, — неожиданно изрёк профессор, Гермиона подняла взгляд, ожидая его новостей. Она уже согрелась, чувствуя, как её окутывает магия согревающих чар, применённых Снейпом. — У меня только письмо для директора, наверно, оно подождало бы до утра, но я не хотел мешать вашему обучению, — он криво улыбнулся, на миг заглянув девушке в глаза, и улыбка сразу сменилась налётом грусти. — Вы всё равно дрожите, — профессор крепче взял её пальцы, — сможете вернуться в школу? Или… будете чай? С огневиски? — П-простите? — Гермиона робко отодвинулась и посмотрела на него с удивлением. — Вы… предложили мне чай? И огневиски? Снейп трансгрессировал с ней ко входу в палатку. — Вам либо нужно согреться, либо… это что-то нервное. В любом случае, если вы трансгрессируете сами, вас точно расщепит. — Всегда удивляло, как вы так спокойно говорите об ужасных вещах. Причём постоянно, — недовольно пробурчала Гермиона, откидывая полог ткани. Снейп смотрел на неё внимательно, кажется, как и всегда, когда его внимание принадлежало собеседнику, а не предмету их разговора, но девушка почему-то смутилась. — Только… я выпью чай и сразу уйду… мне уже пора возвращаться. — Разумеется, — кивнул Снейп. — Хотя приём у моего бывшего декана, судя по всему, не удался? — в его взгляде мелькнули насмешливые искорки. Гермиона устроилась на табуретке у стола. — Приём был вполне обычным. Но... — в её голосе сквозили сожаление и горечь, профессор выжидательно склонил голову, заваривая чай. — Не знаю, есть ли вам до этого дело, и стоит ли вам говорить… просто я пошла туда с Гарри… — И? — Он вёл себя… — У него это на генетическом уровне, — сообщил Снейп, когда пауза в её словах затянулась. — Неадекватно себя вести. Вам налить огневиски? — А… нет, конечно, нет… — Гермиона поймала себя на мысли, что чай Снейпа разительно отличается от директорского по вкусу. Решив, что пить его не стоит, девушка резко поднялась, вслед за ней поднялся и профессор, почти не сводивший взгляда с неё с самого прихода в палатку. — Мисс Грэйнджер? Он замолчал, девушка тоже молча смотрела на мужчину, после робко спросила: — А вы расскажете, что в вашем письме? — Это касается Дамблдора. Немного о тех, кого он намеревается искать. — Профессор Слизнорт жалел, что вас нет сейчас в школе, — не к месту сообщила Гермиона. — Он говорил, что вы… всегда бывали на его приёмах. — И скажу вам, это весьма сомнительное удовольствие. — О, да, — Гермиона улыбнулась. — Но он сказал, вы хорошо танцуете. — Интересно, когда он это видел? — возразил Снейп. — И был ли он при этом трезв… — Не знаю, но сегодня я подумала, было бы интересно посмотреть на это. Если бы вы тоже там были… А может... — она робко взглянула на мужчину. — Вы же не предлагаете мне потанцевать? С вами. Здесь, — закончил мужчина чуть насмешливо, но тихо. — Мисс Грэйнджер, у вас бы, наверное, мог быть отличный вечер, с танцами и прочим весельем, но вы понимаете, что подобное предложение мне, как минимум, неадекватно? И вы можете вернуться в школу и продолжить этот свой вечер, — профессор кивнул на выход из палатки. — Вечер был ужасным, — едва слышно ответила она, отложила мантию на табуретку и в этот раз сама протянула мужчине руку. — Вы… серьёзно? — усмехнулся он, борясь с желанием согласиться. — И здесь же нет музыки. — Теперь есть, — девушка потянулась и наугад нажала кнопку приёмника. Из него действительно полилась музыка, почти такая же, как была на импровизированном празднике в подземельях. Лишившись последней надежды на отказ, — ведь сейчас могли передавать и новости, и последнюю сводку великосветских магических сплетен! — профессор взял протянутую ему ладонь. — Я понял, — тихо сказал он, обхватив второй рукой талию девушки, — у Слизнорта никогда не было проблемой раздобыть спиртные напитки. Вы, наверное… — Ничего я там не пила, — быстро возразила Гермиона, едва не забыв про лист мандрагоры. — На трезвую голову вы бы точно не стали танцевать со мной. В палатке. В лесу. Под очередной приторно-отвратный шедевр Селестины Уорлок, упаси Вас Мерлин, — почти рассмеялся Снейп, и во взгляде девушки снова высветилось удивление. Она уже забыла, что хотела ответить и едва слышно сказала: — Может, вы всё-таки не хотите стать анимагом? Профессор… у вас же… у вас это не получится… — музыка сменилась на романтическую, негромкую. Гермиона поймала взгляд Снейпа, странный, как будто заворожённый, совсем смутилась и хотела отодвинуться, но мужчина аккуратно прижал её к себе. — Х-хорошо, пусть это будет медленный танец, — тихо согласилась девушка, чувствуя, как танец превращается в осторожные, но крепкие объятия. Она не сопротивлялась, её хрупкие ладони словно застыли на плечах мужчины, он всё чаще смотрел в её глаза, и девушка терялась, пытаясь понять, откуда же в них взялась эта туманная дымка; в них светилась давняя несбывшаяся мечта, и тихий далёкий отсвет её становился всё ярче, разгораясь во взгляде внимательных чёрных глаз настоящим пламенем. Гермиона не понимала сейчас, почему она сама так заворожённо смотрит в его глаза, почему ничего не происходит, почему… Будто услышав её мысли, приёмник на столе внезапно замолк. Радиовещание с глухим треском прервалось, едва доиграла эта романтическая мелодия, и пронзительная тишина заполнила пространство. Люмос, висевший под потолком, почему-то дрожал, словно его магия была с перебоями, и Гермиона тоже вздрогнула, робко отодвигаясь от мужчины на расстояние вытянутой руки. Она чувствовала, почти слышала сейчас удары собственного сердца, двойные и сильные удары, как если бы уже стала анимагом. Мужчина смотрел на неё, не говоря ни слова, он не двигался, лишь снова притянул её к себе, медленно и осторожно. Теперь она чувствовала и его сердце, его напряжение, пульсирующее под кожей, слышала ровное, но шумное дыхание. Девушка заглянула в его чёрные, светящиеся внутренним пламенем глаза, сразу отвернулась и выплюнула лист мандрагоры. Снейп сделал то же самое, и пламя разгорелось для обоих жаркими поцелуями. Над круглым окном в потолке палатки уже давно занялся рассвет, ясное чёрное ночное небо уступило место дневному, светло-серому и хмурому, укутанному набежавшими с морей облаками. Юная волшебница промычала что-то сквозь сон, зарываясь носом в подушку, но это было плечо спящего рядом волшебника. Он подвинулся немного, в рассеивающемся сне пытаясь уловить последние кадры пленительных сновидений, но свет с потолка и непривычные ощущения заставили его проснуться. Волшебники открыли глаза одновременно, в следующий миг резко отодвинулись друг от друга, удивление в их взглядах мгновенно сменилось ужасом и непониманием. Гермиона, осознав, что одежды на ней нет, быстро вскочила с кровати, потянув за собой одеяло, в которое завернулась. Северус, успев прикрыться его краем, быстро потянулся за мантией на полу и тоже быстро встал, закрываясь тканью и прежде всего скрывая свою левую руку. Одежда на нём так же отсутствовала. Стоя по разные стороны кровати, маги продолжали смотреть друг на друга, пока девушка не сказала, кивнув на предплечье Снейпа. — Это можете не скрывать. Я… знаю, — голос волшебницы дрогнул, взгляд уткнулся в пол. Он кивнул, набросив мантию на плечи как положено. — Мисс Грэйнджер… — голос мужчины прозвучал надломленно и приглушённо, это заставило девушку снова поднять взгляд. — Мисс Грэйнджер, — он сделал попытку приблизиться, но девушка резко шагнула назад, и мужчина рефлексивно приподнял руки. — В другой ситуации я бы спросил, чем вы меня напоили… — Я — вас? — отрешённо, грубо перебила девушка, взглядом она искала свою одежду, разбросанную вокруг кровати. — …но я знаю, что вы здесь ни при чём. Так же, как и я. Только не уходите сейчас, — тихо добавил он. Она поправила одеяло. Руки девушки начинали дрожать, она обернулась на неприметную дверь-занавес рядом с входом, намереваясь там скрыться. Снейп кивнул. — Оденьтесь, только не трансгрессируйте. Не уходите. Нам нужно очень серьёзно поговорить. Я скажу Вам, что думаю на этот счёт. — Думаете? — с отчаяньем уточнила Гермиона. — Вы — скажете, что думаете? — Мисс Грэйнджер, — Снейп сразу понял причины её отчаянья, звучащего с таким обвиняющим укором. — Поверьте мне, я совсем не хотел затащить Вас в постель. Если бы я хотел этого, то наверно, сделал бы так, чтобы всё это помнить?