Дождь в Запретном лесу.

— Вы всё ещё переживаете из-за авгурея? — тихо спросил Снейп на обратном пути. — Это глупость вроде пророчеств, но глупость становится явью из-за суеверных фанатиков. Да и что мне могла предсказать эта птица? — Может, она предсказала мне? — Гермиона расстроилась ещё больше. — Она не уточняла! — Мерлин, — Снейп взялся за левое предплечье, — в штабе сегодня что-то происходит. Хотите ещё прокатиться верхом? Он превратился в буйвола и медленно повёз девушку к выходу из леса. — Мне же можно будет завтра посмотреть на ритуал? — спросила она уже возле замковой стены, когда Северус стоял перед ней в своём привычном обличье. — Вы уже столько раз это видели, — он слабо улыбнулся. — Но ведь это не только превращение, и ещё… если не будет лунного света, ничего же не произойдёт? Обряд не будет завершён, и придётся начать опять, и через месяц, в новое полнолуние. — Мисс Грэйнджер, полнолуния не бывают без лунного света, — тихо возразил Снейп. Он спрятался под мантию-невидимку, пока они шли по подземелью, но отправился не в кладовку Пуффендуй, а в свою комнату за зельями. Студенты были на ужине вместе со Слизнортом, и никто не мог помешать пройти мимо деканата. Гермиона на всякий случай ждала его под дверью, и к ней подошла Спраут. — О, мисс Грэйнджер, Минерва мне рассказала про вашу помолвку. Но я бы ни на секунду не поверила в это, если бы сама не видела вас утром, когда мне пришлось зачаровать вашу… «тайную комнату» от студентов. Вы что, действительно вместе с профессором Снейпом? Грэйнджер опасливо обернулась на дверь. — А МакГонагалл тоже не поверила? — Почему? Она как раз в полнейшем шоке, — Спраут хитро улыбнулась. — Но я-то знаю, что против интриг лучшее средство — другая интрига. Решили переиграть директора, или?.. — Я не знаю, — голос Гермионы прозвучал глухо, с нотками отчаянья. Помона предпочла сменить тему. — Ну, мисс Грэйнджер, скоро время расставит всё на свои места. А у меня как раз есть лишний ключ от кладовки, — и профессор протянула девушке ключ. — Профессор Снейп хотел отдать мне свой, нужно будет, чтоб у кого-то был доступ, если он превратится… — Он может и передумать, — заметила Помона. — Но… — Гермиона вздохнула, и преподавательница выразилась яснее. — И он уже передумал. Понимаю, что вы хотели, чтобы он сам выдал вам ключ, но именно этот ключ он уже вернул мне. — Профессор Спраут, — девушка совсем поникла, — можно я задам глупый вопрос? А почему вы не стали анимагом? — А откуда вы знаете, что не стала? — хитро улыбнулась женщина. — Не стала, потому что я по растениям. Для чего мне становиться животным? Чтобы есть их прямо из земли? — Да, как профессор Снейп, — мрачно кивнула Гермиона. Ей стало неуютно и захотелось уйти, к тому же Снейп вышел и сразу же взялся обсуждать с Помоной завтрашние закупки в аптеке и паре лавок Лютного переулка. — А почему я не могу сходить? — Мисс Грэйнджер, — Снейп даже удивился. — Вы пошутили? Вы, сейчас, сегодня, и в Лютный. Вам замковые стены покидать нельзя, иначе нам обоим крышка, а вы про Лютный. После такого Гермиона ушла в башню, но к ночи вернулась, когда студенты давно уже разбрелись по гостиным. Она открыла дверь ключом. В дальнем углу комнаты, в узкой полосе лунного света от окна, лежал на полу буйвол. Девушка робко постучалась изнутри, но он не сразу увидел её за палаткой, а когда понял, что это Гермиона, закрыл глаза и опустил голову на пол. Волшебница зажгла факел, приблизилась к столу. Здесь в ряд стояли оплавленные огарки свечей, всё было закапано воском. Прижатые к столу склянками, лежали несколько листов с формулами и чертежами. Посмотрев их, Гермиона уселась на пол рядом с быком и погладила его по спине. — Вас опять беспокоила метка? Буйвол повёл ухом и подвинулся дальше к стене, Гермиона принесла от кровати одеяло и устроилась рядом. Тогда ему пришлось превратиться. — Я должен был догадаться, что Помона отдаст ключ вам, — мужчина встал с пола и помог подняться девушке. — А вы закрывались предыдущие дни из-за превращения? — она не спешила отпустить его руку. Северус молча смотрел в её глаза. — Профессор Снейп… я хочу извиниться, — девушка опустила взгляд, — моя идея может оказаться кошмаром. Директор сообщил о нашей… помолвке в попечительский совет школы. — Малфою? — Снейп едва не рассмеялся. Мысль об извинениях девушки уже успела вызвать у него изумление, но оказалось, что старый интриган решил напакостить за сорванные собственные планы. — Не думайте об этом, — тихо сказал профессор. — Я не против сплетен, мне на них плевать. Люциус точно меня не уволит за это. А вот за мои неявки в штабе, если откроется, что я в Хогвартсе, мне придётся ответить. — Но там же не один лорд Малфой? К тому же он может сказать Драко. — Ну, это уже ваша проблема, — сказал Снейп холоднее, — но я понимаю, что мысль на тот момент была очевидной. Если об этом узнают и студенты, придётся вам отложить устройство настоящей личной жизни до выпуска из этих стен. Или до окончания войны. Или до окончания чьей-то жизни, директорской или моей. — Никогда… никогда не говорите так, — она прижалась к нему, обнимая. Северус осторожно коснулся её волос. — Дамблдор болен, хорошо, если он успеет завершить начатое. Я говорю это, чтобы вы были хоть немного готовы. Иначе разгребать его военную кампанию придётся орденцам без величайшего и светлейшего. Ну, а я, со мной всё было ясно ещё до войны. — Северус, — Гермиона подняла взгляд, робко оставив ладони у него на поясе. — Сейчас… будет очень глупо, и я не знаю, что потом, но я скажу. Я вас… я тебя люблю. Снейп сделал шумный глубокий вдох. — Сказать «я знаю» будет не очень вежливо, да? Гермиона выдержала лишь пару мгновений тишины и рванулась прочь. — Подожди, — Снейп успел удержать её за плечи и крепко обнял, — постой. Он поцеловал девушку в щёку и зарылся носом в каштановые локоны. — Я же вам нравлюсь, — робко сказала Гермиона. — Вы из-за этого превращаетесь, потому что боитесь открывать чувства. — Мои признания ничего не изменят. Я не могу тебе ничего обещать. Мне, может, жить до послезавтра. Она вздрогнула, он продолжал. — Я могу не вернуться из любой вылазки в штаб, из любого похода в Лютный, да и на нашей стороне меня могут упрятать в Азкабан и отдать дементорам. Даже директор не станет спасать меня ещё раз, и я его за это не виню. Его не исправить, да и меня уже не исправить и не сделать лучше, а отработанный материал никому не нужен. В глазах Гермионы проступили слёзы. Снейп снова поцеловал её в щёку и усадил на софу, устроившись рядом. — Может, и мне до послезавтра? — она всхлипнула. — Мы же не знаем. — Этого я тебе не позволю, — возразил Снейп, лицо его украсила слабая улыбка. — Но обещания, если захочешь, давай будем обсуждать уже после победы над лордом. Тебе не о чем переживать, не думаю, что у тебя появятся конкурентки. Гермиона хотела поцеловать его, но остановилась. — Вот чёрт, я забыла лист мандрагоры в своей комнате. Может, в шкатулке есть ещё? — Нет, — Снейп усмехнулся, — я унёс их в сейф с ингредиентами для зелий. — Северус… — девушка немного помолчала. — Можно, да? Можно звать тебя по имени? — С сельхозживотными редко кто использует формальности, — в его глазах появился весёлый блеск. — А почему Лили Эванс тогда не стала осваивать анимагию? Ради тебя? Вопрос был слишком неожиданным, и улыбка сошла с лица мужчины. — Я тоже хотел так думать, — кивнул он. — Но, увы, всё было проще, она боялась. Лили была маглорождённой девушкой, и в детстве её очень впечатлила одна сказка про подстреленную волшебную лань. Магловские охотники не забредут в магические земли, но не всегда же будешь гулять по Запретному лесу. И в нём хватает хищников и охотников, даже кентавры охотятся на животных и едят их. Издалека не понять, кто перед тобой. Анимаг вернёт облик человека, если его ранить или убить, но будет уже поздновато. — Пора в свою гостиную? — спросил Северус, потому что девушка задумалась, глядя в пламя факела. — А может, тебе стоит съездить в Африку обычным магловским способом и продолжить обучение у Лимы? Научишься трансфигурации в людей и животных без обряда с мандрагорой. — Боюсь, я даже её не найду. И я понимаю, к чему это предложение, — Грэйнджер нахмурилась. — А что, вдруг война затянется и лет через пятнадцать какой-нибудь боец нового поколения, скажем, сын Поттера, явится туда и найдёт спасительницу в твоём лице. — Мерлин, это ужасно. Как ты можешь об этом шутить… — Разряжаю обстановку. Хотя, в общем-то, шутки здесь почти нет. — Вот это и ужасает, — девушка встала с кровати. — Северус, так мы… можем быть вместе? — От нас это мало зависит, — тихо произнёс мужчина. — А сейчас тебе точно пора. За завтраком девушка вдруг обнаружила рядом с собой на лавке маленький свёрток и записку, и поняла, что Снейп тоже в зале, под мантией Гарри. Профессор не мог не послушать о планах коллег, оставаясь незамеченным. Гермионе он сообщил, что пока поживёт в лесу, и приложил портал к палатке. Студентка тоже хотела узнать, о чём шепчутся учителя, и даже подослала к ним под стол домовиху Винки, но ушастое создание было выдворено громким воем миссис Норрис. Пришлось дождаться Спраут, чтобы по пути в подземелья попробовать что-то узнать. Пуффендуйка с интересом посмотрела на Грэйнджер. — Северус был тут? На завтраке? Вот прохвост. Но понятно, ему пока нельзя выходить к своим. С такими детьми сейчас шутки плохи. Но Дамблдор тоже не так прост, думаете, было что-то важное? Он рассуждал, как вывезти барахло Ордена феникса из квартиры на Гриммо, потому что о ней все знают. Но сейчас это вопрос первой необходимости! Да и не дурак он, в Большом зале дела обговаривать, здесь ушей, как докси в пятой теплице. Северус, наверно, давно ушёл отсюда. — Я как раз иду к нему в кладовку. — Сегодня он поднялся задолго до рассвета, хотя рассветы зимой поздние. Тоже всё какое-то барахло перетаскивал чёрным ходом. И надо сказать, мантия-невидимка ему коротковата, ему за ней стоит следить. А я хотела ему наш хогвартский чай отнести, вчера с барсучками раскладывали всё высушенное летом по мешочкам. Вы, может, и передадите? Там ещё имбирное печенье есть. Сердечками, — Спраут всё-таки не сдержала смех. Гермиона слегка покраснела. — Нет, я не шучу, — продолжила профессор, — но вы здесь ни при чём. Оно разное было, Ханна Аббот его испекла в выходные, но сердечки никто есть не стал. — Я, пожалуй, тоже не понесу его профессору Снейпу. — Ну и как хотите, а я отнесу. Меня он ни в чём не заподозрит. Девушка зашла в комнату одна, пуффендуйка ушла в свой деканат. Палатки на полу уже не было, профессор стоял у окна и повернулся не сразу. Он смотрел словно сквозь девушку, но всё же слегка улыбнулся одним уголком рта. — Мисс Грэйнджер, — мужчина кивнул, слова прозвучали приглушённо. — Вот и полнолуние. Вы знаете, что Луна уже взошла? — Нет, так обряд завершён? А зачем тогда уходить в лес? Из-за дементоров? — Там я буду свободнее, — он подошёл к девушке, взял её за плечи и почти грубо притянул к себе. — Северус… — девушка решила вырваться из крепкой хватки. — Звали? — мрачно спросил Снейп, выныривая из-под мантии-невидимки в углу, и Гермиона поняла, что произошло. Когда вырваться не получилось, она с размаху ударила мужчину рядом с собой, хоть он и был в обличье зельевара, отскочила в сторону и направила на него волшебную палочку. Настоящий Снейп тем временем собирал какие-то склянки на полке у двери и как будто не замечал происходящего. Регулус вернул себе свой облик, расселся на полу под окном и захохотал, громко и как-то истерично; такое иногда случалось с Сириусом, но знакомые списывали это на последствия Азкабана. Грэйнджер крепко обняла Снейпа. — Мы можем поговорить? — руки у неё дрожали, она бросала на Регулуса быстрые взгляды, полные ненависти. — Не сейчас и не здесь, — тихо ответил Северус и подошёл к Блэку. — Похоже, тренировка прошла вполне успешно? Осталось только научиться изображать самого лорда? — Какая тренировка? — перебила Гермиона, — Северус, это же не вы сейчас вызывали его по метке? — Нет, мой образ просто ему так понравился, что он его запомнил, — фыркнул Снейп. — А может, он ради вас старался показать меня настолько похоже. — Совсем непохоже, — вставила девушка. — Она не в моём вкусе, — хрипло заметил Регулус с пола так нахально, что у Гермионы сжались кулаки. Снейп направил на него палочку, но тот лишь пересел чуть удобней. — Мисс Грэйнджер, вас научить круциатусу? Гермиона вздрогнула. — Зачем… зачем вы… это же дорога в Азкабан! Он того не стоит! — Ладно, к чёрту, — вздохнул Снейп. — Идёмте, мисс Грэйнджер. Он снова набросил мантию-невидимку и взял девушку под руку, но шли они недалеко, в деканат Спраут. Пуффендуйка ушла на уроки, и здесь можно было поговорить и даже выпить чаю с печеньем. — Извините меня, — сказал Снейп, — это я попросил его. Хотя я надеялся, что он будет разговаривать с вами, чтобы за ним понаблюдать. Надо же как-то проверить, что у него получается. — Не получается! И это было ещё прилично, потому что вы там были, а если бы… — Забудьте. Как вы сказали, он того не стоит. — А что он там говорил про Луну? Что значит «она взошла»? — У Луны, как и у Солнца, есть время восхода. Она действительно сегодня уже взошла. Ночью. — То есть… а что с обрядом? — Мисс Грэйнджер… — Можно просто по имени. — Да, вы же прочли книг по анимагии даже больше, чем я. — Там было в основном про жизнь анимагов, изучение их качеств, зависимости полученного животного от черт характера. А ещё про мутации. Очень много про самые ужасные мутации, особенно у тех, кто превращался до полнолуния. И меня удивило, что с вами всё происходило как будто после обряда. — Но теперь даже мысли стали немного яснее. Осталось лишь дождаться грозы. А до неё даже внезапная шерсть уже не побеспокоит меня. — Северус… И вы не сказали мне, мне даже нельзя было посмотреть? — Что посмотреть? — Северус непонимающе пожал плечами. — Как я заполнил склянку своей слюной? Вчера после вашего ухода я просто вышел за дверь и положил в эту склянку лист. Луна светила ярко, Флоренц не ошибся. И я подумал, вас не обрадует это обстоятельство. После наших вчерашних разговоров, — осторожно прибавил Снейп. Гермиона уткнулась взглядом в свою чашку чая. Она и сама не знала, почему именно вчера, накануне полнолуния, решила признаться в чувствах, понимая, что Снейп всё равно будет превращаться и завершит освоение анимагии. Но всё же, как глупо было, зная дату полной Луны, не подумать, что Луна взойдёт раньше, чем в привычном смысле эта дата наступит. — Регулус пока останется здесь, — продолжил профессор, — будет лучше, если вы не станете сюда ходить. Мне так будет спокойнее. — Да уж, мне тоже, — вздохнула девушка. — Если что-то понадобится, вы знаете, как меня найти, но не отправляйте сов. И спасибо за мантию, — он протянул ей невидимку, Гермиона помедлила. — Может, она пока побудет у вас? Для безопасности. — А как тогда Поттер будет искать приключений на свою задницу? Забирайте, это не моя вещь. Я не из древнего и знатного рода, чтобы у меня были такие артефакты, и к сорока годам поздно и начинать. — Северус! Северус, а можно… мне тоже уйти в лес в палатку. Да, мы не в Африке, но… — Нет, — не дал он ей договорить. — Не сейчас. Когда-нибудь. — Вы теперь пойдёте в штаб лорда? — Не знаю. Небольшая просьба, проводите меня до входа в лес, чтобы забрать невидимку. Я забыл про тренировки на стадионе, меня могут увидеть. Они вышли на свежевыпавший, ещё не украшенный ничьими следами снег. Гермиону напрягало, что следы рядом с ней появляются сами собой, но Снейп велел ей не обращать внимания, пока она не заметила рядом, чуть позади, кошачьи следы. Северус быстро поднял край мантии-невидимки, под уголком которой укрылась полосатая кошка. — Минерва, это же просто неприлично, — слизеринец высунулся, чтобы его насмешливое лицо было видно, — профессор, вдова, в конце концов, залезает под мантию молодого неженатого мужчины. — Вы ещё скажите, помолвленного, — отрезала она, приняв вид декана Гриффиндора. — Тоже верно. Следить за мной мало смысла, просто так идти в лес — вам — тем более. Кошачью мяту уже занесло снегом, а земля подмёрзла, чтобы выкапывать валериану. Но этих ингредиентов полно в школе даже у Помфри. — Прекратите, — прошипела МакГонагалл и достала из кармана мантии сложенный лист «Пророка». — Газета пришла в школу уже после завтрака, на котором вы, я полагаю, были. Поясните? Северус быстро пробежался глазами по строкам с пометкой «эксклюзив». Автором была давно знакомая Скитер. — Это к директору. Я ничего об этом не знаю. — Но… вы серьёзно? — Я не покидал замка и даже не был у лорда. Я даже у директора с момента возвращения больше не был. Минерва удивлённо переводила взгляд со Снейпа на Гермиону. Мужчина снял мантию-невидимку и плотно закутался в капюшон. — Если не возражаете, у меня дела, — кивнул он Минерве, и отдал Гермионе мантию. До стены оставалась сотня ярдов, и то за холмиком Гремучей ивы, заметить и узнать не должны. Гермиона хотела пойти следом, и МакГонагалл нехорошо прищурилась. — Северус, вы даже не прощаетесь со своей… невестой? Если, конечно, вы не придумали втянуть студентку в это ради собственной безопасности. — Что вы, профессор МакГонагалл, у нас была целая ночь на то, чтобы попрощаться, — Снейп не стал долго думать над ответом, и Минерва направилась на уроки, плохо скрывая злость. Гермиона же пошла прямиком к директору. — О, мисс Грэйнджер, — старец с показным добродушием усадил девушку за стол и подвинул вазочку с лимонными дольками. Но студентка положила на стол свежий номер «Пророка». — Вы, наверное, хотели тоже быть упомянутой? — Что? Нет, конечно. Но зачем вы написали, что профессор Снейп участвует в сессии Визенгамота? У него могут быть проблемы, и я не уверена, что он вообще сможет участвовать. У него есть некоторые трудности… со здоровьем. — Ох, Мерлин, — всплеснул руками Дамблдор, — неужели Северус подхватил что-то в Африке? Тяжёлую магическую лихорадку? Малярию? — Если не вдаваться в подробности, так и есть, — отозвалась Грэйнджер, директор насупил брови. — Мисс Грэйнджер, а я-то думал, он прихватил там только одного интересного для нас гостя, — Дамблдор, чтобы не быть голословным, расстелил перед Гермионой известную ей карту мародёров. По подземельям вычерчивали маленький круг следы с подписью «Регулус Блэк». — Сдаётся мне, этот юноша был отлично знаком создателям карты. Сейчас он, полагаю, вырос, возмужал, а ещё именно у него Северус взял одну вещицу, едва меня не погубившую. Думаю, Северус захочет сам нам его представить — снова, ведь все были с ним когда-то знакомы. И собрание суда в главном зале Министерства идеально подходит. Грэйнджер помолчала. Снейп уже в курсе задумки, но хватит ли ему времени? Ведь нужно прийти на собрание так, чтобы выйти не спецпорталом в Азкабан. — Что вы задумали? Судить профессора Снейпа? — нервы у старосты всё же сдали. — Но зачем? — удивление директора казалось искренним. — Вы хотели свести меня и Гарри, я всё знаю, и профессор Снейп всё знает! — Прискорбно, но я надеюсь, вы когда-нибудь найдёте силы меня простить. Что же касается профессора Снейпа, то с ним у нас есть темы и посерьёзнее. — Вы… обещаете, что он останется жив в этой войне? — Разумеется, нет, — Альбус выдержал значительную паузу. — Мисс Грэйнджер, от меня это зависит в последнюю очередь. «Если бы», — подумала Гермиона, уходя из его кабинета. Она достала из кармана записку от Снейпа и портал. Перечитала, как его активировать. Была одна самонадеянная мысль, но Гермиона сомневалась в своих силах. Всё же к вечеру, когда стемнело, она взяла свою заклятую сумку и перенеслась в лес. Профессор поставил палатку рядом с кладбищем кентавров, на самом краю терновой рощи, где они слышали плач авгурея. Приглядевшись в сумерках, девушка даже заметила в чаще огромную чёрную «каплю», свисающую со старого падуба, так выглядело гнездо волшебной птицы, собранное из прочных веток, тёмного мха, шерсти диких животных и украшенное сверху чёрными перьями, словно чешуёй. На ясном потемневшем небе проступили звёзды, на севере над лесом показалась в чёрных ветвях полная Луна. Гермиона чуть в стороне, ближе к берегу реки, развела костёр, повторяя про себя слова, которым учила её Лима. Когда огонь разгорелся, она протянула над ним руки и заговорила вслух. Пламя будто прислушивалось, поднималось к рукам, опускалось обратно, иногда замирало, едва заметное среди углей. С дымом взлетали кусочки пепла. Девушка боялась, что кто-нибудь в лесу увидит дым и помешает ей, это могут быть не только кентавры, но и опасные твари. Она боялась не встречи, потому что верила в силу своей волшебной палочки и в то, что на помощь может прийти Снейп. Но из головы не выходили обидные фразы африканки, когда Гермиона не смогла повторить её заклинание. Она сняла мантию, чтобы раздуваемая ветром чёрная ткань не попала в огонь и не мешала движениям. Но прошло уже часа два, волшебница начинала мёрзнуть и отчаиваться, развела рядом простой костерок, чтобы не замёрзнуть окончательно. Обрядовое пламя абсолютно не грело, оно было таким же, как фирменный синий огонь самой Гермионы, только привычного оранжево-красного цвета. Крокодилов африканцы жарили на обычных кострах, а магические зажигали шаманы по особым дням или в день проведения ритуала, дальше всё племя поддерживало его неделями. Долгое время костёр просто горел, чтобы появились угли. Гермиона повторяла нужные слова. Угли, пропитанные силой магии, силой заклинания, должны были помочь. Снег вокруг обычного очага давно растаял, рядом в крошечных лужицах в отражениях иссиня-чёрного неба плавал пепел, на траву падали вылетающие из костра искры. Но обрядовый костёр был окружён белым кольцом снега. Было странно замерзать рядом с пламенем, что взлетает к небу выше твоего роста. На согревающие чары не было лишней энергии. Наконец девушка решилась и достала из сумки свою кенийскую юбку из листьев и баночку с белой зачарованной глиной. Переоделась, убрала свою одежду и обувь в сумку, кое-как нарисовала на теле традиционные узоры без помощи девушек из племени. Повторив про себя заклинание и попросив у Мерлина помощи, волшебница шагнула босыми ногами прямо в снег у костра. Пламя вспыхнуло, ярко-жёлтый светящийся огонь взвился между ладоней девушки, она словно обнимала эту силу, древнюю, мистическую, сокрушительную. Столб огня, казалось, ушёл прямо в небо и тут же рухнул вниз, а следом в ладони девушки упали крупные капли дождя. Мощные потоки ледяной воды хлынули на землю, простой костёр сразу погас, магическое пламя танцевало между углей красными огоньками, стараясь не попасть под струи дождя. Он как будто жил своей жизнью, не желая сдаваться чуждой ему стихии. Вода смывала ритуальные узоры, размывала снег под ногами девушки, но она всё стояла и смотрела в огонь, повторяя заклятие. Высоко в небе прогремел гром, эхо повторяло его всё ближе к земле и, теряясь среди деревьев, звук слышался ещё громче, несмотря на усиливающийся шум воды. Снейп выбежал из палатки, растерянно глядя в небо. Ночь началась ясной, полная Луна уже выкатывалась по верхушкам деревьев на небосклон. Сейчас всё пространство заслонили тёмно-серые, тугие, как раздутые паруса, тяжёлые тучи. Мужчина не сразу заметил Гермиону, его мантия промокла насквозь, и он понял, что дождь магический, чары от воды не спасали. Растревоженный громом, вдали закричал авгурей, и зельевар обернулся в ту сторону. В пелене дождя стояла знакомая фигурка в пальмовых листьях, рядом вился похожий на пар дымок. — Мисс Грэйнджер, — Северус подбежал к ней и сразу закутал девушку в свою мокрую мантию, — мисс Грэйнджер, зачем вы это сделали? — он поднял её на руки. — Где ваши вещи? Девушка потянулась за сумкой возле пепелища от неволшебного огня. Снейп схватил сумку и унёс девушку в палатку. Гермиона вся дрожала, но смотрела на него с улыбкой. Профессор попытался высушить их обоих заклинанием, но чары и здесь не сработали, даже волосы нельзя было просушить, не смыв с них дождевую воду. — Эта ваша магия не для здешнего климата, — он быстро затолкал девушку в отдельную комнатку, где можно было принять душ, достал из сумки её палочку и «включил» горячую воду. — Вам нужно согреться, немедленно, а я пока и сам переоденусь, — он оставил Гермиону и вышел, чтобы найти в чемодане сухие вещи. Пока её не было, Снейп развесил одежду, согрел помещение с помощью магии — здесь дождь не вредил — и даже зажёг на столе горелку, на всякий случай. Капли с силой стучали по круглому окну в потолке, но уже не потоками, а по отдельности. Дождь затихал. Гермиона вышла босиком, всё ещё заворачиваясь в мантию профессора, и со смехом перевернула свою сумку. Из неё полилась вода, как из трубы, посыпались мокрые насквозь вещи, и магические, и самые обычные, вроде одежды. — Я не понимаю, — студентка улыбнулась, — почему палатка не промокла? Снейп сначала выдал ей сухую пижаму из своих вещей. — Это экспедиционная палатка, и она была создана по всем магловским технологиям для этих целей. Даже материал магловский. Все чары уже внутри. Хотя создатель вряд ли рассчитывал на тропические ливни, которые не остановить магией. — Да, там в комнате было, — Гермиона уже держала в руках блестящий флакон с кровавой жидкостью, — вы теперь превратитесь? Такая гроза же подходит? Снейп кивнул, не сводя взгляда с девушки. — И вы сделали это ради меня? Вам же это не нравится. — Я подумала… ваша задумка с Регулусом очень опасная, но аниформа поможет, и… — Гермиона опустила взгляд, потому что планы давно обсуждались, и робко поставила склянку на стол. — И МакГонагалл сегодня после превращения в кошку была даже слишком эмоциональной. Она снимала баллы даже с Гриффиндора! Северус… я только хотела сказать, это твоё решение, и я его принимаю. — Хорошо, но я добавлю: теперь это уже и твоё решение. Я не успел завершить обряд в Африке, я надеялся поймать грозу там, но прошёл только этап «дожить до нового полнолуния», то есть спонтанные превращения меня бы уже не тревожили без листа мандрагоры. И без заклинания до грозы всё могло сойти на нет. — Так значит… я могу посмотреть, как ты станешь анимагом, на настоящее полное превращение? Северус приблизился к ней и осторожно поцеловал, но эмоции разгорались всё ярче, и девушка с чувством отвечала ему. — Мне пора, — шёпотом сказал он, всё ещё обнимая её. — Твой дождь, кажется, прекратился, Луна скоро выйдет. Мужчина помедлил, но вышел из палатки, произнёс нужные слова и сделал глоток алого, как свежая кровь, зелья. Через несколько мгновений перед волшебницей стоял в свете Луны буйвол, но без шрамов, и шерсть его стала светлее, как тёмно-коричневая замша с отметинами другого тона, более бурыми. Рога стали массивней и длиннее. — Северус? — позвала Гермиона с порога, и он обернулся. У животного были знакомые глаза, глубокие и чёрные, он оглядел себя, насколько позволял поворот головы, и Гермиона принесла из чемодана зеркало. Она хотела выйти, но сообразила, что всё ещё стоит босиком. — Вот чёрт, — выругалась она, потому что свои ботинки промокли в сумке, а профессорские сорок пятого размера точно ей не годились. — Северус, ты же не пойдёшь один в лес? Я… не хочу, чтобы ты шёл туда в таком виде ночью. И ты же можешь теперь превращаться по своему желанию? Он сделал усилие, но сразу вернуться в свой облик не вышло. Буйвол сморщил мордочку, словно решал в уме алхимические задачи. Он подошёл к девушке и слегка подтолкнул её носом внутрь палатки, но она только погладила его по шерсти. — А ты же поместишься, ты ведь уже был здесь буйволом, — девушка потянула его внутрь, но зверь, как мог, указал взглядом на Луну. Ему следовало первый раз превратиться снаружи. Тогда Гермиона применила проверенный способ. Шагнула к нему босиком на промёрзшую, укрытую мокрым снегом землю, и буйвол превратился почти сразу, когда не получилось запихнуть её в палатку. — Ты, наверно, совсем замёрзла, — он застегнул и утеплил чарами вход, а после крепко обнял девушку. — Там в чемодане есть бодроперцовое и восстановители. Но Гермиона коснулась губами его губ. — Без листьев мандрагоры всё так… особенно, — смущаясь, робко произнесла она. Северус принёс ей зелья и устроил девушку на диване, а себе постелил одеяло на полу. — Первые сутки после превращения магия может быть непредсказуемой, — пояснил он, видя её чуть расстроенный взгляд. — Так что… спокойной ночи? — Я буду рядом, если ты превратишься… — Ты будешь спать, — улыбнулся Снейп, улёгшись на пол. Люмосы были погашены, но горелку на столе он оставил для тепла. — А почему буйвол теперь не чёрный? — Это моя аниформа, до этого я превращался стихийно, и у него был мой цвет волос. Минерва же тоже не полосатая в жизни. И, кстати, поздравляю со сданным экзаменом. А что там полагалось после него, Лима не говорила? Гермиона завернулась потеплей в одеяло и свесилась с краю, чтобы поглядеть на Снейпа. Он лежал на спине и смотрел в круглое окно, прямо над ним сиял мутно-белым светом полный звёзд Млечный путь. — Ты будешь смеяться, Северус. После освоения местной магии и обрядов можно было вступать в магический брак с кем-нибудь из охотников или даже с шаманом. Как ты там говорил, готовить им крокодила и рожать двадцать детей. Снейп криво улыбнулся, едва сдерживая смех. — И стоило ли такого труда? — Мне была интересна местная магия! А не эти «привилегии», — девушка сползла к нему на пол в одеяле и поцеловала. Северус аккуратно переложил её наверх, когда она уже заснула. Утро Гермиона встретила с температурой и в бреду. Когда занялся рассвет и небо над крышей палатки стало ясным и солнечным, Северус нехотя потянулся и встал. Он не выспался, но нужно было проверить Регулуса и поговорить с директором. Едва коснувшись руки сонной девушки, Снейп ощутил сильный жар. Она почувствовала его руку и стала говорить во сне что-то про Африку, про авгурея, про Дамблдора и Визенгамот, но отрывками и едва слышно. — Мерлин, — вздохнул профессор. Он попытался её разбудить, но она только заметалась по дивану, тогда он влил девушке восстановитель, завернул в несколько одеял и трансгрессировал с ней к школьным воротам. Помфри обычно не ходила на завтрак, поэтому получила патронус у себя в больничном крыле. Особой подготовки не потребовалось, крыло пустовало, потому что недавний матч по квиддичу Поттер сумел завершить за четыре минуты, а привычная драка болельщиков обошлась без жертв. Мадам Помфри всё же отгородила ширмой укромный уголок у выхода на улицу. Её удивило появление Снейпа, но женщина старалась держать своё любопытство при себе и сразу принялась доставать нужные целебные зелья. — Никого не пускайте к ней, даже её ближайших друзей. Пусть вообще никто не знает, что мисс Грэйнджер здесь, — попросил Снейп. — Директору тоже не говорите, я вас прошу. С ней же ничего не случится? Это же обычная простуда? Вчера был дождь, и… — Да уж, дождь вчера был знатный, — заметила Помфри, — и прямо от края Запретного леса, как по линейке, мне отсюда хорошо было видно. Так это вы его сотворили? — Мисс Грэйнджер. Она сильно замёрзла вчера. — Я понимаю. Но это не только простуда, здесь и магическое истощение. Девушка же маглорождённая? — Но с ней всё будет в порядке? Если нужно в аптеку, я схожу. Или сварю, что требуется. — Требуются покой, сон, мой фирменный пиявочный суп и никакой магии пару недель. — Отлично, и вы никому не расскажете? — Хорошо, — Помфри переступила с ноги на ногу, — а правда, что вы помолвлены? — Минерва сказала? Или директор? — Вообще-то, Помона, но если даже Альбус в курсе, то вопрос, пожалуй, отпадает. — Мы не помолвлены. Присмотрите за мисс Грэйнджер, пока я не приду, — Северус вышел разбираться с делами, уже не скрываясь под мантией-невидимкой. У его студентов возвращение декана в школу вызвало шок. Северус вызвал к себе в кабинет пожирательских детей и велел им передать родителям важную информацию, что скоро будет собрание, на которое необходимо явиться всем. Не заботясь о посещении занятий, Снейп отпустил учеников по домам на три дня. С Дамблдором он говорил жёстко и сразу по делу. Когда старик вздумал по привычке витиевато изъясняться и предлагать лимонные дольки, невзначай придвинув к Снейпу карту мародёров, Северус просто сказал, что ему требуется отряд боевых авроров, а лучше ещё и дементоры про запас. — Твой гость из Африки настолько опасен? — удивился директор. — Тогда зачем ты держишь его прямо в школе? — Здесь ведь бывали вещи и похуже, — парировал Снейп. — Но специалисты по практической чёрной магии нужны мне в лесу. На кладбище кентавров. Тогда вам будет что предъявить на сессии суда, помимо моей скромной персоны. Дамблдор вопросительно приподнял брови, но зельевар уже был в дверях. Пара дней у директора ушла на то, чтобы устроить всё в Министерстве и уговорить Скримджера выдать лучших людей — министру было спокойней, когда они охраняли его самого. Ещё больше труда было выпросить в лес дементоров. Дамблдору даже пришлось заполнить отдельный омут памяти радостными воспоминаниями, чтобы была возможность подкормить страшных тварей и не навредить аврорам или себе самому. Но директор пожертвовал всякими пустяками, вроде освоения магловских вещиц, покупки лимонных долек во всевозможных лавках и даже посещения магловской кондитерской фабрики. — С ваших воспоминаний, Альбус, у дементоров пасти слипнутся, — пожурил его Скримджер. — Увы, не могу же я отдать им действительно важные вещи, многое и так без спроса отнимает моя прохудившаяся память. Северус в эти дни каждую свободную минуту проводил в палате у Грэйнджер. Сделал магическую диагностику, проверил лечебные зелья на совместимость в её случае и просто держал за руку украдкой от Помфри. Колдомедик сдержала слово, и никто не знал, что девушка здесь. Поэтому, когда заволновалась Минерва, у Снейпа снова был козырь для директора. Ночевал Снейп тоже здесь, на полу возле койки Гермионы. Призывы из штаба по метке ему приходилось пережидать в виде буйвола. Ширму он зачаровал и от шума, и от чужих посещений без спроса, даже от самой Помфри, и ничего не опасался. На второй день Гермионе стало немного лучше, но профессор запретил ей вставать с постели. В лесу все приготовления были завершены. Загон вокруг кладбища кентавров имел двадцать восемь видов разных чар, с двух сторон были спрятаны за еловыми зарослями дементоры. Авгурей накануне вывалился из гнезда от ужаса, а наутро улетел подальше от этих мест. Авроры скрывались по периметру за деревьями с палочками наизготовку. Орденцы, помогавшие с чарами, сейчас были в стороне, у реки, так скомандовал Снейп. У самого безопасного для бегства края поставили массивный кованый трон, где разместился Регулус Блэк в жутком обличье тёмного лорда. Красные глаза горели злобой, палочка лениво перекатывалась в расслабленной руке. Снейп стоял у спинки трона, оба они стали призывать пожирателей по метке. Первым явился Люциус. Оглядевшись, он поднял маску и спросил только: — Захотели новых мест, ваше темнейшество? Снейпу блондин лишь кивнул в надежде поговорить после, и присоединился к призывам. Вскоре на площадке был весь основной состав, но вот у самого края приземлилась Беллатриса и уставилась на лорда. — Это подстава! Оборотное! Бей их! — заорала она. Снейп толкнул трон от себя, чтобы Регулус откатился с линии огня и выставил щит, госпожа Лестрейндж уже бросила в Блэка авадой. — Нас подставили! — прошипела Белла застывшим остальным. — Это всё Снейп, я только что от нашего лорда. — Что же он не явился сам? — нахально спросил Блэк, совсем как его брат Сириус. — Он тебе не собачка, чтобы бегать, а собрания проводит только он! — А его собачка — ты, — встрял Снейп, отдаляясь поближе к границе чар. — Сейчас он будет здесь. Снейп достал из кармана медальон Слизерина и клык василиска, прихваченный из шкафа Дамблдора. Клыком уже уничтожили один крестраж, должно хватить и на ещё один, такой маленький. Яд василиска не высыхает с годами. Он открыл крышку и всадил клык прямо в металлическую пластинку. Зуб вошёл глубоко, украшение было магическим. Беллатриса, знавшая про крестражи, словно оцепенела, но рядом с ней тут же приземлился сам лорд. Мигом оценив обстановку, пожиратели окружили его темнейшество плотным кольцом и вскинули палочки. Решив не рисковать, Северус превратился в буйвола и выскочил за периметр, Блэк после его превращения тоже обратился, но в прежнего быка, чёрного, с отметинами шрамов. Они отбежали в лес и за деревьями вернули привычный вид. — Что за чёрт, я не могу выйти! — заорал МакНейр, погнавшийся за быками. — Снейп, ты теперь анимаг? — заорал Малфой, тоже врезавшись в невидимую сетку заклинаний. — Твои чары не действуют на коров? Руквуд и кто-то ещё пытались трансгрессировать, но безуспешно. Из-за деревьев стали высовываться авроры, в них тут же полетели чёрные заклинания. — Сдайте палочки, — разнёсся усиленный голос. Некоторых смогли обезоружить и забрать палочки с помощью «акцио». Люциус уже поднял руки, но лорд едва не приложил его авадой. — Почему нет Сивого? — Регулус вглядывался в лица, вспоминая бывших соратников. — Сейчас полнолуние. Оно ещё не совсем завершилось. Днём он спит беспробудным сном, и даже метка не сработает. С ним придётся разобраться позже, — Снейп договорил и показал аврорам условный знак. Над площадкой проплыли дементоры, пока ещё высоко. — Я сдаюсь! — выкрикнул Малфой и поднял руки, его примеру последовали Руквуд и Эйвери. — Трусы! Предатели! — визжала Белла. — Мой лорд! — Да заткнись ты, — лорд вышел к месту, где валялся трон. — Северус! Выйди же и посмотри в глаза своему лорду! Я хочу знать, но не как ты всё это устроил, я знаю, что это устроил Дамблдор, я хочу знать, как ты игнорировал метку! — Он же теперь анимаг, — осторожно заметил Малфой, за что получил круциатус. Палочки лорд ещё не лишился. Лорд тем временем продолжал шагать и спокойно прошёл барьер. — Что?! Ваше темнейшество, — Люц побежал следом, но упал, врезавшись в сетку. — Уходим, — Снейп схватил Блэка и аппарировал к реке, где ждали орденцы. Авроры не дети, сами разберутся или сбегут, а с подготовкой орденцев лучше не стоять напротив лорда. — Какого обскура он вышел? — негодовал Регулус, не замечая, что к его татуированному лицу прикованы все взгляды. — О, это я могу объяснить, — подал голос Флитвик, — он потерял всё человеческое, поэтому чары, рассчитанные, чтобы задержать магов, на него не сработали. Но вы зря ушли, вдруг Альбус появится и окажется в опасности. — Так отправьте ему патронус, — велела МакГонагалл. Она редко соглашалась с решениями Снейпа, но рисковать лишний раз не желала. Но тут к ним пожаловал патронус главы авроров, сияющий снежный барс, и сказал: — Враг повержен. — Вы хотите сказать, трансгрессировал к Мерлину? — начал было Снейп, но Регулус аппарировал обратно к загону. Орденцы последовали за ним. У края леса лежал ничком Тёмный лорд, над ним стояли двое авроров, придерживая рвущихся к пище дементоров. Пожиратели в загоне ждали своей участи, двое особо активных тоже лежали лицом в снег. — Дементоры постарались, — пояснил старший аврор. — И вот с этим кошмаром всея магического мира, — он насмешливо указал в сторону лорда. — Душа расколота, человеческого ничего, а кто бы мог подумать, сколько там радостей! Наши дементоры вон как набросились, тут, похоже, настоящий пир. — Да, — мрачно согласился Флитвик, — ведь некоторым зло доставляет неподдельную радость. Это ужасно. — Так пусть продолжают, меньше проблем будет, — Северус махнул рукой, подзывая дементоров. — Мой лорд… нет! Мой лорд… — истерично орала в стороне Беллатриса, по её щекам текли слёзы. — Лорд выживет, — Люциус поёжился, глядя, как чудовища высасывают все чувства из повелителя. — Им его не пронять, у него ещё кусков пять души запрятано. Ты лучше знаешь, сколько и где. Как им высосать всю его душу? Белла приободрилась и посмотрела на Малфоя с благодарностью. Снейп вернулся в школу быстрее остальных, но пошёл не с докладом к директору, а в больничное крыло. Гермиона сидела на кровати и разговаривала о чём-то с Помфри, но колдомедик сразу же собралась уходить. — Я вас, пожалуй, оставлю. Северус, моя помощь… никому больше не нужна? — выделила она. — Никто не пострадал, — кивнул Снейп. — Ну, кроме… Помфри заметно напряглась. — …Того, кого нельзя… — Победили?! — Не думаю, что надолго. Но он ещё не сбежал, — Снейп улыбнулся и подошёл к Гермионе, чтобы она не вставала. Она сразу же его обняла. — Я знаю, что все были в лесу, что там было? — Ничего, обошлись помощью дементоров. — А если все разбегутся или он навербует новых сторонников? Они же не смогут все стать анимагами, чтобы не слушаться его. — На днях я испытал на Регулусе одно интересное свойство мандрагоры. Метка почти не чувствуется, если держать лист во рту. Необязательно превращаться полностью. Те, кого он завербует не по их воле, смогут меньше страдать. Может, мы даже изобретём зелье. У Спраут как раз было ещё много мандрагор. Вскоре в комнату зашли Альбус, Минерва, Руфус Скримджер и Регулус Блэк. — Это и есть та юная леди, которая участвовала в событиях? — спросил Руфус. — Да, министр, — Дамблдор и здесь не расставался с лимонными дольками. — Северус, вас и мисс Грэйнджер Визенгамот решил представить к Ордену Мерлина второй степени. — Почему не первой? — насмешливо спросил Снейп, относившийся к наградам скептически. — Вот если бы вы полностью уничтожили оплот зла… — Надо было присылать более голодных дементоров, — усмехнулся профессор. — И Северус, если ты возвращаешься к работе в школе, то нам нужно скорректировать учебный план. — Директор, что значит «если возвращаешься»? — Неужели вы думаете, что вас могли не уволить? — возмутилась Минерва. Альбус примирительно поднял руку. — Что ж, я подчинялся правилам, а когда вы сбежали со студенткой… И ещё я имел в виду вашу помолвку, это действительно так? Даже министр уже узнал об этом случае. — В самом деле, мне сообщил попечительский совет, — скромно подтвердил Руфус Скримджер. — Попечительский совет, в который сообщил сам директор, — фыркнул Снейп. — Но Альбус — встряла Минерва, — вы же сказали, они придумали её. — Да, а ещё я сказал, что это вы виноваты, что так настойчиво выдавали мисс Грэйнджер за мистера Уизли, — мягко возразил Дамблдор, мигом заставив кошку замолчать. — Мы не… — начал Снейп, но Гермиона поцеловала его при всех. Она смутилась, но Снейп взял её за руку. — Мы не хотели объявлять об этом в газетах или даже в школе, — сказал он. — Это наше личное дело. Их оставили одних, министр, уходя, хитро посмотрел на пару и тихо сказал, что для них магический брак смогут зарегистрировать вне очереди. Минерва была недовольна, но вскоре мысли о том, что тёмные времена закончились, вернули её лицу жизнерадостную улыбку. У всех теперь было полно разных дел, жизнь продолжалась, как будто сняли с шеи огромный тяжёлый камень. Регулусу предстояло познакомиться с крестником его брата, а ещё Дамблдор ожидаемо предложил ему место профессора ЗОТИ. У Снейпа не было сил злиться, да и нытьё Слизнорта, жаждавшего уйти на покой, надоело гораздо раньше. Он вернулся к котлам и пробиркам. Гермиона отказалась от звания старосты и перебралась из отдельной комнаты в гриффиндорской башне в кладовку Пуффендуй в подземельях, Помона сама подарила ей свой ключ, а второй так и остался у Снейпа. Близилось Рождество, а за ним новогодние каникулы. — Северус, если мы сможем сбежать ото всех на каникулах, у меня есть одна идея… — девушка выбрала для разговора уютный совместный вечер возле камина в комнате Снейпа. — Я думал о том же самом, — отозвался Снейп. — Ну, ты же не мог прочитать эту мою мысль. — Я и так знаю твою мысль. — Так мы поедем в Африку? Северус взял её руку и положил в ладонь золотое кольцо в виде головы льва.