Чужая жизнь

Феликс 20:10 Привет, это Феликс. Все в силе? Хан 20:10 Ну конечно, Сынмин мне уже написал полчаса назад Приходи в наш жилой корпус, третий этаж, комната 349 Моего соседа нет, так что, думаю, никто не помешает Я в шоке, что так быстро нашел себе друзей Феликс 20:11 Да, я тоже Сосед у меня хороший, да и вы с Сымином классные

Отложив телефон, Феликс посмотрел на Минхо, который гипнотизировал свой айфон. Старший был как бомба замедленного действия: лишнее сообщение — и того разорвет. — Должны позвонить? — поинтересовался Феликс, отвлекая соседа. — Нет, написать. — Минхо посмотрел на собирающегося Феликса. — Куда-то уходишь? — Да. Представляешь, я познакомился с двумя первокурсниками за один день. — Феликс ждал этого вопроса, чтобы поделиться своим везением. — И знаешь, что самое веселое? Хан пришел к нам на собрание, хотя сам учится на факультете искусствоведения, просто потому что ему стало скучно. — Я рад, что ты уже сдружился с кем-то, — слова Минхо звучали грустно, хоть и искренне, но делиться, что у того на душе, не собирался. — А как выглядит твой друг, что так вероломно посещает чужие собрания? — Безобидно. — Именно так Феликс описал, одним словом, он мог бы сказать больше, но это описывало куда лучше. — Безобидно? Какое интересное у тебя видение окружающих. — Ну а что, он быстро говорит, но при этом каждое его слово ясно. Эмоциональный такой, смешно улыбается, ему, наверное, серьезность не к лицу. — Феликс закончил свой рассказ и двинулся к выходу, попрощавшись с соседом. — Я вас обязательно познакомлю. Феликс бежал к корпусу, не смотря вокруг. Ему хотелось быстрее встретиться с новыми знакомыми. Возможно, после стольких лет одинокого существования ему повезет в дружбе с этими двумя. Но бег постепенно перешел на шаг, а потом и вовсе шнурки развязались. Дойдя до ближайшей скамейки, Феликс присел, но его внимание привлек парень, идущий в метрах десяти от него. Незнакомец быстро шел, оглядываясь по сторонам и говоря по телефону. Эмоции на лице почти не менялись, он был скорее уставший, чем недовольный. Голоса не слышно, но губы парня быстро произносили слова, незнакомец кинул быстрый взгляд на Феликса, но будто не заметил. Ликс смотрел в след: сколько же тут необычных людей. Феликс стоял напротив комнаты 349, постучал, но ему долго не отрывали. В момент можно подумать, что Хан описался и назвал не ту комнату, но громкий голос стёр нерешительность. — Прости, что долго, Минни ругал меня за то, что я не назначил точное время, — сразу же выпалил Джисон, открыв дверь и пропуская в комнату. — Не называй меня так, — возмущенный Сынмин, который вроде как не хотел приходить, гордо сидел на чужой кровати. Наступило неловкое молчание. Никто не мог начать разговор, так как за стеной послышались неприличные звуки и стоны. Парни переглядывались, а Сынмин и вовсе покраснел. — Так, давайте, расскажите, почему вы решили тут учиться? — голос Джисона звонко прозвучал в полупустой комнате, которая выглядела очень чисто, не как о ней отзывался тот. — Перспективное будущее, — коротко ответил Феликс, давая понять, что сказать ему по этому поводу больше нечего. – А вы? — А ты разве не знаешь? — Удивленный Сынмин повернулся к Ли, но, не получив ответ, продолжил: — Семья Хан владеет одной из крупнейших коллекций картин и музейных экспонатов. — А ты это откуда знаешь? — на вопрос Джисона тот не ответил. — А почему одной из? Кто владеет остальной частью? — Феликс вообще в таком не разбирался, да и откуда ему такое знать. — Семья Хван, — Джисон перебирал края своей футболки, не смотря на друзей, ему будто стыдно за такое, — наши семьи давно соревнуются, моя семья владеет тремя крупнейшими выставочными залами Кореи и двумя музеями, а Хван не отстает. — Вот это да, — Феликс не ожидал, что родители Джисона, такого веселого и заводного паренька, владеют музеями, в которые возили когда-то Феликса. Ликс повернулся ко второму другу. — А твои родители? — Директора самого крупного театра, также спонсоры нескольких частных школ. Преподаватели в Национальном университете в прошлом. Я не раз ходил на выставки твоих родителей, — ответ Сынмина был направлен Хану. Ким не рассказывал о семье, а перечислял чужие достижения. — А твои, Феликс? — Глаза Джисона горели интересом — как же быстро меняются эмоции парня. — Я не могу сказать. — Феликс хотел бы сказать, что простой парень, но такой секрет надо сохранить. — Что значит не скажешь, мы же поделились, — возмущался Сынмин, парень мог держать лицо постоянно, но возмущение плохо скрывалось. Парни начали наступать на Феликса, загоняя в угол, Джисон уже протянул руки, чтобы щекотать Ли, но дверь громко отворилась, стукнув ручкой об стену. На пороге стоял высокий парень, светлые волосы собраны в хвост, взгляд настолько же величествен, как и осанка Сынмина. — Малыш Хани привел друзей, как мило, дружишь с малышами, — голос, принадлежавший соседу Джисона, звучал чуть насмешливо, но парень улыбнулся, закрывая за собой дверь, подошел к своему столу, достал лист бумаги и начал рыться в столе. Трое друзей наблюдали за третьекурсником, который увлечен поисками. Феликс про себя отметил, что таким людям тут не место: старший и сам был искусством, которое надо преподавать. — Хватит меня взглядом сверлить, я и обидеться могу. Хани, может, у тебя есть мягкий карандаш, а то я свой куда-то дел. — Иди ты, Хенджин, — Джисон больше не улыбался. Это напрягало Феликса, он будто видел того, что не должен, Сынмин же в упор смотрел на Хенджина — карту он рассматривал с меньшим интересом. — Что смотришь так, может, у тебя есть? — обращение было к Сынмину, которой быстро вернул себе лицо. — Ну нет, так нет. Меня зовут Хван Хенджин. Если что, разрешаю задать мне один вопрос, но учтите, я очень раним, прошу не оскорблять. — Ты когда свалишь? — Джисон не заставил себя ждать. — Скоро. Теперь ты, — он посмотрел на Сынмина. — Ты же сын семьи Хван, которая владеет картинами Ан Гена, корейского художника 4-го века? — Все верно, — Хенджин ответил не заинтересовано, достал из шкафа одну из своих незаконченных работ, на холсте было изображение гордого журавля. — Следующий. — Ты же на третьем курсе, может, ты знаешь парня одного, — Феликс решил попытать удачу и расспросить, что за одинокий паренек шел по улице. — А как он выглядел? — Вопрос младшего явно заинтересовал, да так, что аж глаза заискрились. Ли вспомнил, у Минхо так же было. — Ну такой, моего роста, с серьезным лицом, чёрными волосами, и взгляд у него такой тяжелый, уставший, что ли… — Феликсу казалось, что он запомнил образ незнакомца. Для понимания помогал себе описывать руками, показывая, где и что находилось у незнакомца. По итогу нарисовал на крае лежащей бумажки миниатюру. — Не уверен, что могу помочь, возможно, если увижу его, скажу. – Хенджин долго рассматривал рисунок. — Если увидишь его, сфотографируй, потом покажи. Феликс завидовал навыкам Хенджина, хотелось бы ему зарисовать то лицо. Уставший парень, идущий по улице ровным шагом. Очки, подходящие его форме лица как нельзя лучше, пробор волос, делающий его лицо симметричным. Рубашка поверх белой футболки, одежда без надписей и рисунков, не дающая даже намека на отличительные черты. Вещи оверсайз скрывали фигуру незнакомца, только широкие плечи позволяли Феликсу понять, что парень не слаб. Хван на прощание улыбнулся и скрылся за дверями, трое друзей быстро начали обсуждать то, какие студенты тут разнообразные. Каждый тактично промолчал. Феликса больше не спрашивали, откуда он, кто тот, о ком он спросил Хвана. Сынмину не задали вопрос, откуда он так хорошо знает предметы искусства и то, почему он так часто скрывает свои эмоции за горделивым лицом. А Джисона так и не расспросили о том, почему Хван ему так не нравится. У этих троих оказалось много тем, которые они обсуждали часами. Быстрое знакомство зарождало дружбу между тремя абсолютно разными личностями. С началом учебных дней Феликс все меньше спал и больше уделял времени на изучение учебного материала. После пар он встречался на час с друзьями, чтобы возмущаться друг другу, как тут все сложно и несправедливо. Хоть они с Сынмином учились на одной специальности, но перемены между парами оба отдавали на учебу. В комнате он почти не появлялся, поэтому, увидев Минхо в столовой, Феликс решил сесть с соседом. — Привет, можно? — На вопрос Минхо ответил, одобрительно махнув головой. Старший, как и всегда, был отстранён от жизни в универе, телефон лежал в нескольких сантиметрах от подноса, чтобы было видно любое уведомление. — Как учеба? — старший оторвался от еды. — Почти не появляешься в комнате, сложно? — Ты не представляешь… — Почему? Я таким же был. Твой запал пройдет через месяц, когда поймешь, какие преподаватели добрее, какие вредные. Что обязательно учить, а что вообще даже не понадобится. Минхо вернулся к еде, Феликс последовал примеру и тоже приступил, но суп, который он купил, оказался слишком острый. Ликс глазами искал автомат с напитками, а наткнулся на парня, о котором спрашивал Хенджина. — Минхо, а кто это? — Феликс одними глазами указывал на того, кого взглядом искал среди проходящих студентов неделями. Минхо проследил за взглядом младшего. — Ты же не про Чанбина сейчас? — тон соседа не обнадеживал: таким тоном зачитывают приговор. — Того, что в чёрном, — в надежде уточнил Ликс. — Да, ты про Чанбина, — Минхо продолжил есть, но добавил: — хороший парень, ничего плохого не скажу, не проблемный, спокойный, только малообщительный. — Почему?! — перебил его Ликс, не сводя глаз с темного силуэта, что сидел за столом, что-то писав. Даже моргать страшно — вдруг исчезнет. — Первое впечатление неприятное, отталкивающая внешность, в целом на любителя. — Минхо закончил есть, взглянул в сторону Чанбина, повернувшись к Феликсу, уточнил: — Неприятно, когда так сухо разговаривают. — А как по мне, он очень мужественный и вовсе не неприятный. — А ты, я смотрю, любитель, — заметив недовольство Ликса, Минхо добавил: — но, как уже сказал, парень он хороший. Один раз с ним разговаривал, говорит по делу, не грубит. Но его может знать Хенджин, он с ним вроде дружил когда-то. Думаю, ты знаешь его. Пока Минхо говорил, Феликс опять потерял Чанбина среди толпы. Теперь предстояло найти Хвана, который был так же неуловим, как и сам Чанбин. Ликс направлялся на традиционную встречу с друзьями, но увидел Хенджина возле угла учебного корпуса. Резко поменяв направление, парень направился к третьекурснику. — Хенджин, я… — Привет, Ликс, может, позже подойдёшь, я пока занят, — но заметив неотрывный взгляд Феликса на Бина, Хван быстро понял, кто тот парень с рисунка. Сам же Ликс испуганно наблюдал за человеком, о котором и хотел расспросить, он впервые его видит так близко. Как и описывал Минхо, парень излучает спокойствие, взгляд оказался тяжелее и холоднее, чем у его соседа. Сам же Чанбин молча ждал, пока один насмотрится на него, а второй перестанет глупо улыбаться. — Чанбин, он нарисовал тебя треугольником с черточками вместо глаз! — Смеялся Хван, неожиданно предав Феликса. — Ликс, я бы в жизни не догадался его так нарисовать, но, пожалуй, это самый точный рисунок. — Что? — Вопрос Чанбина смутил Феликса еще сильнее, а по спине потек холодный пот. — Ой, прости, — Хван старался перестать смеяться, — это Феликс, он друг моего соседа… — Мне это неинтересно, что значит нарисовал? — Чанбин не злился вроде. Феликсу было трудно понять. Внутренний голос подсказывал, что ситуация, в которую он попал, глупая. Как же ему теперь объясниться?