Письма к Люцио

      Здравствуйте, Люцио, здравствуй, любовь моя!       Сегодня перед сном я слушал Вивальди. И потом на грани сна и реальности особенно ярко чувствовал твои прикосновения на своей коже.       Но давай по порядку.       Знаю, я всегда возмущался и ворчал, когда ты включал свою любимую классическую музыку. Помнишь, как ты вечно просвещал меня, когда мы ехали куда-то далеко. Говорил, что твой парень должен быть эрудированным. Включал какого-нибудь композитора и рассказывал его биографию. Ты мог всю дорогу так красочно описывать их жизнь. Я слушал и восторгался, но чаще не ими, а тобой, как увлекательно ты говорил, как завораживал твой голос, будто заклинатель змей. На свою сторону ты меня так и не переманил, я оставался верен поп исполнителям всех стран и времён. А теперь, представляешь, слушаю Вивальди и Шостаковича.       А ещё часто вспоминаю историю любви пианиста Ференца Листа и графини Каролины Витгенштейн. Ты мне кстати ее не рассказывал — я сам прочитал недавно, давай теперь перескажу тебе? Вряд ли получится также захватывающе как делал это ты, но я попробую…       Каролина знала о пианисте задолго до знакомства, и говорят, даже была заочно в него влюблена. Хотя и была с 17 лет в браке по расчету, где ей достался титул, а мужу деньги с ее приданного, которое он успешно проматывал. Она же была предоставлена сама себе и жила в Киеве.       Когда Лист прибыл на гастроли в Киев Каролина пришла на его благотворительный концерт в пользу детей сирот, заплатив за рублевый билет 100 рублей. Этот поступок растрогал композитора и он высказал своё восхищение графине.       Их знакомство переросло в невероятной силы любовь. Они переписывались и Лист писал ей: «Я схожу с ума, как Ромео, если, конечно, это можно назвать сумасшествием. Сочинять для вас, любить вас… я желаю сделать вашу жизнь красивой и новой. Я верю в любовь к вам и с вами, благодаря именно вам. Без любви мне уже не нужны ни небо, ни земля. Давайте же будем любить друг друга, моя единственная…».       Расторгнуть брак тогда было крайне сложно из-за взглядов тогдашнего императора, поэтому Каролина, не выдержав разлуки последовала за Ференцем, перед этим в тайне распродав имение.       Об этом узнали, ей грозились забрать дочь, ее лишили титула, но те времена все равно были самыми счастливыми в их жизни. Жаль, что продлилось их совместное счастье не долго.       Новый император позволил Каролине развод с ее мужем, будучи ревностной католичкой она сделала запрос о подтверждение развода в Ватикан, но там ей было отказано. Она сочла это знаком божьей воли и вскоре покинув мирскую жизни ушла в монастырь, в след за ней пошёл и Лист.       Будучи в разных местах они продолжали переписываться, оба испытывали глубочайшие чувства. Пианист до последних дней считал её вдохновением, светом своей жизни, источником всех радостей и исцелительницей всех страданий.       Она пережила его всего лишь на пол года.       Знаешь почему эта история все крутится у меня в голове и напоминает нас? Потому что мы с тобой также как они всегда следовали друг за другом, а ещё потому что наше время вдвоём было, как и у них, не долгим, но невероятно счастливым.       Но все же мы — не они. Каролина ушла по своей воле, конечно можно долго рассуждать о ценностях и набожном воспитании 19 века и таким образом лучше понять их трагедию, но я не буду, не то место и не то время, хотя ты и говорил, что это мило, когда я так глубоко копаю и занудствую.       Моя трагедия заключается в том, что тебя у меня отняла случайность. Вырвала из моих объятий и отдала в руки смерти. Злодейки они все и смерть, и случайность, и судьба. Хотя благодаря последним двум мы встретились с тобой, полюбили и были счастливы. В итоге я совсем не знаю, как к этому относиться? Наверное также как и к жизни в целом? Ты был жив, а я уже тогда не пытался ее понять, тогда это было не столь важно, а сейчас бессмысленно.       Это такая банальщина, но жизнь без тебя действительно потеряла всякий смысл для меня. Осталась одна цель, но я тебе уже писал о ней, не хочу повторяться.       И пока я иду к ней, здесь будет точнее к тебе, то иногда слушаю перед сном Вивальди. Почему иногда? Чаще всего я работаю по столько часов, что прихожу домой и отрубаюсь мгновенно, но бывают все же дни, когда меня выгоняет с работы начальство. Наверное жалеют, ведь видок у меня так себе. Некоторые слышали наверное, что у меня кто-то (знали бы что ты не кто-то, а мое все) умер, те кто посообразительнее сложили два и два. Точнее то, что по четвергам меня у входа в офис теперь не встречает с объятиями улыбчивый парень. А ещё те мои истерики и 3 недели отсутствия. В общем, я для коллег как побитый большой пёс, вроде бы и жалко, но подойти всё равно страшно. Вот и гадают, что это со мной, теории строят, я если подслушаю какую интересную, сразу расскажу тебе.       Но я ведь и правда как пёс, по этим несчастным четвергам подолгу стою у входа в офис, много курю (не ругайся там) будто жду тебя, хотя знаю, я запомнил и принял, что ты никогда не придёшь, теперь только я за тобой.       Но давай вернёмся к Вивальди, уже третий раз с него съезжаю. Я в начале письма уже говорил, что после того как его послушаю, потом отчетливее чувствую твои прикосновения.       Помнишь, я когда-то рассказывал, что после нашего секса, у меня может целый день гореть кожа в тех местах, где ты меня касался и если закрыть глаза, кажется, что ты до сих пор ласкаешь меня.       Конечно сейчас всё не так ярко, а с твоими реальными прикосновениями никогда не сравнится, но все же. Все же мне хоть это да осталось.       Правда, не знаю как объяснить. Может это какая-то мышечная память? А может ты отпечатался у меня на подкорке сознания?       А знаешь вовсе не важно, что. Мне нравится, мне нравится ощущать призрачное касание твоих пальцев на своём животе, трение твоего очаровательного носа о мои щёки, скольжение ладоней по моим рукам и груди, губы на бёдрах, язык на шее, пульсацию члена внутри себя и фантомную тяжесть твоего тела.       Представляешь, ты умер, но все равно меня возбуждаешь. Это ужасно стыдно. Меня это гложет. Спасает лишь то, что ты был ещё тем извращенцем и посмеялся бы с меня такого совестного и распаленного.       Ладно уже час ночи, завтра вставать в 6, а мне ещё нужно как-то справится со своей проблемой в штанах. Надеюсь только на холодный душ.       Миллион раз целую и бесконечно люблю! Пока