нежные и холодные

Выездная конференция на базу отдыха от университета, несколько дней на свежем воздухе, что-то вроде лагерных вечеринок, только уже с алкоголем и всякими другими запрещенными или, хрен его знает, возможно вовсе и не запрещенными веществами, если носы шмыгают без устали, у кого-то горло будто бы разрывается, не давая возможности откашляться нормально, зрачки еще носятся как бешеные, пытаясь сбежать из заточения, скрываясь за веками. Игорь заканчивал последний курс юридического факультета, твердо решив для себя, что станет полицейским, дабы хотя бы себя приструнить, что уж о людях-то говорить. В себе разобраться хотелось, а то внутри каша какая-то, при чем сваренная несколькими годами ранее, но так и оставленная стоять на плите. Немного потерянный взгляд был направлен на танцпол, где отрывались его одногруппники вместе с ребятами из других групп и абсолютно незнакомыми ему людьми. Раскрепощенные тела бездумно двигались в такт примитивной музыки для дискотек, а в это время Гром пытался остановить себя от выкуривания шестой сигареты за последний час. Он тот самый человек-одиночка, самый внимательный и чуткий во всех проявлениях, успевший успокоить уже около трёх девушек, которых отшил «этот конченый наркоман, просто придурок, но такой, блять, сексуальный» или если просто по имени — Петя. — Слушай, да зачем он тебе нужен такой тогда, найдешь еще хорошего, точно. Давай вытирай слёзы, - говорил Игорь одной из этих девушек, в глубине души надеясь, что она последняя «жертва» этого, только по рассказам девушек, уже раздражающего парниши. Порой эмпатия мешала жить, погружая обладателя этого чувства в бесконечные раздумья, заставляя потерять в своей собственной голове мысли на счет самого себя. Будто бы большой шкаф, заставленный хламом, в котором где-то на дне: среди коробок, баночек, пакетов, лежит что-то по истине ценное. Толпа начала расходиться, чтобы освободить свои желудки от всякого дерьма, хотя некоторые не сдерживались и делали это прямо на танцполе. Игорь медленно перебирая ногами двигался в направлении домика, в который его поселили. Казалось бы дойти буквально две минуты без приключений вполне возможно, но в этом идеальном плане вдруг возник еще один человек, имеющий необоснованное желание разрушить его, испортить. — Слыш, хули задумчивый такой, – перед Громом почти из неоткуда появилась пьяная, к тому же явно накуренная рожа, закрывающая весь намеченный путь. — Че надо, парень? – вполне себе адекватно, даже немного неожиданно для самого себя, среагировал Игорь. — Та смотрю ты идешь, блять, загадочный такой. Сука, не поверишь, но аж интересно стало узнать че там у тебя в башке. Погнали накуримся, предложение одноразовое, имей ввиду, – сказал этот неприятный тип, пошатнувшись, едва устояв на ногах. — Я таким не увлекаюсь, друг. Херня всё это, – Гром смотрел в сторону, всем видом показывая, что в разговорах он не нуждается. — Херня… Пиздец. Я думал ты нормальный, а ты душнила оказался, как и половина, блять, этих будущих, сука, недо-ментов. Все правильные – ни в рот, ни в жопу, только и говорят: "Петя-Петя, хватит курить, здоровье портишь". Ладно, хуй с тобой, - махнув рукой и закуривая сигарету. — Бывай. Игорь быстро оказался в своём временном жилище и так же быстро встал под горячую струю душа, лишь бы поскорее смыть с себя этот день – все эти разговоры, сплетни, которые выслушивал весь вечер. Время текло чрезвычайно медленно, словно напор в этом чёртовом душе. — Если я правильно понял, то это тот самый Петя. Странный он, необычный какой-то или просто действительно такой придурок, как говорят... – разговаривая сам с собой и одновременно наматывая круги вокруг кровати. Утро. Лёгкие порывы ветра заставляют танцевать тюль, солнце начинает припекать лицо. Игорь резко открыл глаза и начал искать телефон, охватила лёгкая паника, не хотелось проспать всё на свете. Громких вдох, пальцы разблокируют экран – 9:50. — Фух, успеваю. Зал для каких-то заумных конференций, где говорят простые вещи слишком сложными словами. Шум и гам вокруг заставили голову гудеть от переизбытка голосов на несколько квадратных метров. Покрутив головой в разные стороны, приметив для себя место где-то ближе к концу всех выстроенных из стульев рядов, Игорь направился его занимать. Стоило ему почти добраться до намеченного стула как на него, из неоткуда взявшись, как и вчера перед сном, уселся уже знакомый и одновременно такой незнакомый парень. Солнцезащитные очки мешали поймать его взгляд, хотя Игорь понял, что этот взгляд быстрыми и отрывистыми движениями блуждал по нему. — Тут было не занято, че смотришь? – делая глоток воды и приспуская очки, спросил Петя. — А че, нельзя? — Да мне похер, хочешь смотри, хочешь нет. - грубо и с некой насмешкой. — Столбом не стой, закрываешь всё. Гром махнул рукой и сел на место сзади, дабы до конца всей этой тягомотины-конференции дырявить взглядом этого пока что - незнакомца. А «пока что» лишь потому, что слишком уж он не такой как все - тянет что-то, узнать бы немного, заглянуть за завесу неоправданной грубости и витающего вокруг холода. Но может холод и внутри? Измученный трёхчасовой конференцией, всего лишь с одним перерывом на перекур, Игорь буквально вылетел из зала, желая избавиться от присутствия других людей вокруг. Зашел в номер и как только голова коснулась подушки - провалился в сон. Он открыл глаза, а солнце уже ушло за горизонт. На улице еще не светили фонари, но глянув в окно, он увидел, что все куда-то спешат. Девушки - накрашенные яркими тенями или же яркой помадой, парни - надушились так, что запах просачивался через форточку открытого в комнате окна. Вечеринка начиналась, не удивительно. Пять минут в душе, вчерашние вещи, мокрые короткие волосы, аккуратно уложенные при помощи рук - Гром был готов выходить. Музыка не изменилась, всё та же примитивная, дискотечная. Люди выглядели уже посвежее нежели утром, но все они были также готовы пить до последней капли в бутылке чего погорячее. Приняв уже привычное место у бара, он вдруг решил заказать себе у бармена стакан виски, на случай, если сегодня его опять постигнет толпа разбитых отказом или же грубым высказыванием девушек. Один залп и пустой стакан опустился на барную стойку. — Спасибо, - немного поморщившись с непривычки бросил Игорь. — Повторить? — Нет, спасибо. — Да, повтори ему и мне двойной виски со льдом сделай, - донеслось где-то из-за спины. Гром не успел обернуться на голос, как рядом с ним оказался Петя, улыбающийся во все свои тридцать два. — Мне не нужно повторять, я не пью, - почти что огрызнулся Игорь, взглянув на неожиданно присоединившегося к нему знакомого-незнакомца. — Да-да, я видел. Моему другу тоже двойной со льдом, - быстро выпалил Петя, ловко закидывая деньги в карман бармену. Минута неловкой тишины и два стакана с ярко-бурой жидкостью красовались в руках парней. — Ты куришь хотя бы, блять? - резкий вопрос, на который Пете не нужно было знать ответ. — Погнали, ментёнок, место одно покажу. — Попроще будь, лады? - выпалил Гром, резко вставая из-за барной стойки. Обстановка вокруг вызывала отторжение, поэтому, лучше уже с этим идиотом пойти - проскочило в мыслях. Спокойно шли себе, каждый в своём мире, ни одного слова за пару минут ходьбы. — Хазин... Петенька, мой дорогой. Чё ты, бодрячком, да? Нанюхался вчера вдоволь, а нам хуйню толкнул? - на встречу им вышла троица парней, двое из которых вели третьего под руки. — Дядь, ты кто? - отдавая стакан с виски в руки Игорю. — Попутал бережки? — Как мы заговорили, генеральский сынок. Батя-то знает, что ты торчишь и всем барыжишь хуёвой наркотой, а? После «а» кулак полетел прямо в лицо парниши посередине, двое же других принялись оттаскивать Хазина от своего друга, точнее делать вид, что оттаскивают, переодически давая обидчику друга кулаками по лицу. Гром стоял зачарованный, для него всё текло в замедленной съёмке – каждый удар, каждая капля крови, упавшая на асфальт. Придти в себя ему удалось лишь в момент, когда Хазина повалили на землю, явно желая затоптать ногами до смерти. Что-то неожиданно щелкнуло в груди и руки сами начали раскидывать парней в сторону. Первый, второй, третий – лежали по разные стороны, жалко скуля. Игорь подошёл к Пете и протянул руку. — Вставай, Хазин. Или ты лежать тут дальше собираешься? — Ты вовремя, блять. Раньше не мог помочь? Когда меня по роже били например? Не сообразил, нахуй? - злобно, с привкусом обиды рявкал Петя, продолжая валяться на асфальте. Как только он решил ухватиться за руку Грома, чтобы вставать, тот резко ее убрал и показательно начал уходить. — Блять, ладно-ладно, прости... - понимая, что сам не сможет встать. — Помоги, а? - Хазин скривился, создавая мышцами лица что-то на подобии улыбки, но учитывая тот факт, что оно было в крови – всё это выглядело не очень приветливо. Сообразив, что этот побитый чудик не сможет самостоятельно добраться хоть куда-нибудь, Игорь закинул его руку себе на плечи и аккуратно повёл к себе в домик, даже не секунды об этом не размышляя. Они остановились у входа и вдруг у Пети прорезался голос. — Я даже не знаю имя твоё, а ты меня уже притащил к себе. Далёко пойдёшь, - издавая горлом непонятные звуки, то ли кашель, то ли смех. — Игорь. А притащил потому, что понятия не имею где ты живешь, да у меня и аптечка есть. Озадаченный некой заботой и неожиданным сочувствуем со стороны абсолютно незнакомого человека, Хазин преступил порог и уселся на кровать, рассматривая Грома с ног до головы. — Странный ты. Почему не кинул меня валяться там? В доктора играть любишь что ли? — Если ты не заткнешься, то я добавлю тебе то, что прописать те трое на успели. Съязвил Игорь и начал копаться в вещах, в поисках аптечки, которую тащит с собой всегда, потому что разбитые костяшки, которые становятся такими в приступах агрессии, сами по себе заживают очень долго. Нашёл, достал всё необходимое и уселся рядом с Хазиным, одним движением разворачивая его лицом к себе. — Будет неприятно. Потерпи. - предупредил как-то по-особенному. Петя вскинул бровь вверх и сжал губы, то ли от слов, то ли от какой-то необычной и непривычной нежности в его сторону. Рука коснулась раны над бровью и тот поморщился, жалобно зашипев. Игорь пытался избегать зрительного контакта, хотя чувствовал, что глаза напротив так и норовят столкнутся взглядами. Терпел-терпел, но почему-то отодвинулся немного назад и взглянул в карие, сейчас почему-то немного смущенные и растерянные глаза. Мурашки принялись бегать по телу и голова отбросила все мысли буквально за несколько секунд. И вот рука Пети ласково, изучающе, блуждает по лицу Игоря. Один взмах ресниц и тёплые губы касаются других - холодных и искусанных. Игорь растерян, но всё же отвечает на поцелуй немного отстранённо, но успевая распробовать вкус чужих губ. Дистанцируется резко и смотрит, хлопая глазами. Ураган, нет, блядская буря в голове. Грудная клетка сжимается от эмоций и под футболкой выступают острые рёбра. Что-то безумно странное и в тот же час довольно-таки приятное начало своё зарождение внутри. Петя же мистер «серьезность не для меня», быстро поднимается с кровати и вылетает из домика, захлопывая за собой дверь, оставив Игоря один на один с мурашками по всему телу и сбитым дыханием.