Gone with the leaves

— Поспаррингуемся? — спросил Саске как-то за завтраком, когда до окончания Совета Каге оставалось всего пару дней. Они сидели на кухне впервые все втроем, так как графики сна и дел у всех были разные. У Наруто понятия завтрак, обед и ужин вообще отсутствовали, он ел, когда приходится и где приходится. Чаще всего у себя в кабинете. Хината видела его лишь изредка, когда он сам заглядывал к ней в комнату, чтобы посидеть на ее кровати и поболтать о пустяках. Как бы Хьюга не подводила его к теме Покупателя, он каждый раз дипломатично уворачивался. Саске пропадал где-то весь день, но на удивление Хинаты все же каждую ночь проводил в отведенной ему комнате на втором этаже. Он уходил всегда в одно время. Как только рассветные лучи касались земли, его темная фигура исчезала с крыльца, возвращался он тоже всегда по расписанию, мрачный, как грозовое небо. Хината чувствовала себя бесполезной и одинокой в этом гигантском доме. У нее не было никаких важных дел, как у «больших дядей» по соседству. Хьюга проводила свои дни, как принцесса, заточенная в замке, за исключением, конечно, того обстоятельства, что стены дома ее не ограничивали. Однако свою комнату девушка стала рассматривать, как крепость. Она всячески избегала встречи с Учихой. Сидела в комнате, когда знала, что в это время приходит Саске, и выходила только тогда, когда он скрывался в отведенной ему спальне. Она спала до обеда, ходила купаться в озеро за территорией дворца и повторно изучала уже прочитанные несколько раз клановые свитки, что были у нее всегда с собой, запечатанные в маленькую татуировку на руке. Интенсивные тренировки она заменила на медитации и оттачивание владение чакрой, ранение еще давало о себе знать. — С тех пор как кое-кто разнес полигон, — Наруто кивнул на девушку, разрезая жареные яйца. — Тренироваться негде. — За территорией дворца есть подходящее место, — сообщила Хината, именно там она упражнялась все эти дни. Она отвела их на полянку рядом с озером. Вряд ли Саске хотел тренироваться и с ней тоже, поэтому Хьюга села на большой камень у воды и смотрела за тем, как два друга ходят вокруг, скинув верхнюю одежду, и разминают мышцы шеи и спины. — Нападай — крикнул Саске. Наруто не нужно было говорить дважды. Он кинулся на Учиху, и двое заплясали в сражении. Они двигались так быстро, что даже натренированный глаз Хинаты без бьякугана не мог уловить приемы. Никаких Наруто и Саске, только темная и светлая тень, они расплывались во что-то бесформенное, и снова приобретали очертания рук, ног, головы. Хината активировала додзюцу, жадно следя за каждым движением. Для любого шиноби – честь посмотреть на поединок двух сильнейших ниндзя из ныне живущих, а возможно, и из всех, что когда-либо жили. Их сила была нечеловеческой, почти инопланетной, и Хьюга понимала, что мужчины не используют даже половины своих возможностей. Она постаралась скрыть свое восхищение, когда они закончили ничьей. Наруто, тяжело дыша, свалился на траву рядом с Хинатой. Саске, чуть менее уставший (хотя, девушка была уверена, что он просто умело скрывал это), остался стоять напротив. Ветер трепал его волосы, открывая глаз с риннеганом, трепал рукав, где должна быть левая рука. — Ладно, — Наруто снова встал, опираясь на колени. — Меня ждут дела, а вы повеселитесь тут. Только без фанатизма, Саске! Саске на предупреждение друга только неопределенно фыркнул. Хокаге исчез, и на поляне остались лишь двое – Хьюга и Учиха. Хината нервно сглотнула. Она всю неделю избегала ситуации тет-а-тет, в которой в итоге оказалась, благодаря Наруто. После их разговора на кухне она долго не могла остыть, и все еще кидала на мужчину грозные взгляды. С одной стороны, она не обещала ни с кем драться, она всего лишь предложила показать поляну. С другой же, девушка понимала, что отказ от спарринга будет рассмотрен, как поражение. — Долго ждать-то? — Саске недовольно мазнул по ней холодными глазами. Девушка, закатив глаза, прошла в центр поляны и встала в стойку, готовая и отражать нападения, и атаковать. Она уже сражалась с Учихой, тогда в маске, когда носила имя Ястреб. И вот сейчас также, как и тогда, от предвкушения боя с таким сильным и опытным противником, у нее задрожали коленки, хотя лицо и оставалось непробиваемым на эмоции. Она активировала бьякуган, напоминая себе не смотреть в глаза мужчины, ведь неизвестно, когда он словит ее в капкан гендзюцу. Она с самого начала еще предыдущей миссии постоянно себе напоминала об этом, и так ни разу действительно и не смотрела в его глаза. Ее взгляд всегда был либо между бровями, либо на переносице. Хината напала первая, ее ладони покрыла фиолетовая чакра, образуя длинные и чертовски острые клинки. Обычно в сражении она использовала катану, но и такие тренировки тоже полезны, ведь не всегда оружие может оказаться под рукой. Саске легко уворачивался от ее ударов, пока девушка набирала скорость, а потом, когда она окончательно вошла в раж и наносила удары в полную мощь, он активировал шаринган и начал отбиваться так, чтобы ее ладони не задели жизненно-важные точки. Он знал, как работают техники клана Хьюга, а с помощью глаза быстро ориентировался в многообразии ее ударов. Для него это был детский сад, он шуточно уворачивался, откидывал ее от себя, отпинывал. Хината раз за разом оказывалась на земле после серии атакующих ударов, однако сам Учиха не нападал. Ей уже начало казаться, что он просто смеется над ней: то щелкнет по носу, то ударит катаной прямо по ягодицам. Если бы девушка посмотрела ему в лицо, то увидела бы легкую ухмылку, но она была слишком сосредоточена на его движениях, ожидая подвоха. — Ну же! Сражайся! — разозлилась Хьюга, вставая с земли в очередной раз. Саске совсем не щадил ее, отбивал все удары с жестокостью, не забывая, при случае, как-нибудь унизить. Через пятнадцать минут стараний, по лбу Хинаты катились крупные бисерины пота, она стала все чаще хвататься за раненый бок, но не отступала. Она никогда не умела сдаваться. К сожалению или к счастью. Ее одежда местами порвалась, была вся зеленая – девушка изрядно повалялась на траве. На Саске же не было ни царапинки. Хьюга пришла к выводу, что спарринг спаррингом, но надо утереть этого наглого засранца. Пора играть по-крупному. Специализация Хьюга – ближний бой. Их команда была в этом плане очень уравновешенной, ведь издалека ее спину всегда прикрывали Шино и Киба. В команде Неджи, к примеру, все было по-другому – все они были мастерами тайдзюцу, и на дальний бой изредка выходила лишь Тен-тен со своим огромным арсеналом оружия. С тех пор, как команда №8 была расформирована, Хьюга начала работать над техниками для среднего и дальнего боев, чтобы не сплоховать на случай, если спину ей никто прикрывать не сможет. Она вытренировалась так, что теперь некоторым ее техникам среди АНБУ не было равных. Хината, рывком поднявшись после очередного падения, в два прыжка оказалась в десяти метрах от Саске. Стремясь стать, на зло отцу и всему клану, куноичи Конохи, а не Хьюга, она начала изучать всевозможные свитки для разработки своего собственного приема. Среди Хьюга есть правило – пользоваться только арсеналом клановых техник, как будто враг без них не в состоянии определить фамилию своего противника по глазам. Девушка же сосредоточилась на создании новой, более мощной техники для дальнего боя, используя возможности управления чакрой не в стиле ее клана. Одну из этих техник Саске уже видел, она служила Хинате для обороны. Сейчас, отойдя на расстояние, она сложила печати, и из кончиков ее пальцев вылетели иглы чакры. Они со свистом обрушились на Учиху, метясь прямо в танкецу, чтобы парализовать хоть какую-нибудь часть тела. Эти иглы всегда летели прямо в цель. Хьюга, конечно, полагала, что он увернется от всех до единой игл, но эта техника была лишь отвлекающим маневром для следующей. Выбросив из своего тела сенбоны из чакры, девушка тут же сложила другие печати. Раньше эта техника была для ближнего боя, головы львов усиливали скорость и силу удара. Теперь же, Хината высвободила огромный сгусток энергии, ее тело все покрылось фиолетовым свечением, покров чакры увеличивался, пока не превратился в огромную львиную голову, прицепленную к змеиному хвосту. Лев-Хранитель стрелой понесся прямо на Саске. Он не сразу заметил его, и, когда пришло время столкновения, уже не мог просто отскочить в сторону. Вокруг Учихи схлопнулись ребра Сусано, и чакра Хинаты разбилась о них. Саске скривил губы, он изначально не хотел пользоваться возможностями шарингана, чтобы показать — она ему совсем не соперник. Бой принял совсем неожиданный поворот. Они стояли друг на против друга на расстоянии нескольких сотен метров. Он, внутри синей защиты, созданной его глазом, она – внутри фиолетового свечения. Дальше идти некуда, только серьезный бой, с серьезными последствиями, они оба это понимали. Саске пошел на уступку первым, он и так уже достаточно покарябал девчонку, Наруто не поймет. Броня Сусано спала, шаринган сменился на человеческий цвет глаз. Лев, напоследок издав звук, похожий на рык, запечатался в тело девушки. Она подошла ближе. Хината чувствовала, что ее ребро сейчас отвалится, но продолжала чеканить каждый шаг, гордо задрав голову и впившись ногтями в ладони. По животу катились ручейки горячей крови – швы разошлись. — Ну что, значит ничья? — посмотрела она на Саске, щурясь и непроизвольно улыбаясь от солнца. — Конечно нет! — хмыкнул он. — Что? Ну почему? — Хината недовольно сложила руки на груди. — Ты ведь первый сдался! — Не сдался, а остановил бой, потому что дальше ты продолжать не можешь. — Ты всегда решаешь за других людей? — Скажи лучше спасибо! Если хочешь тягаться со мной, подрасти сначала, слабачка — Саске развернулся на пятках, всем своим видом показывая, что разговор окончен. — Чего?.. Эй! — она перегнала мужчину и остановила, уперев в грудь ладошки. — Сомневаться в моих способностях это одно, но называть меня слабачкой? Ты может действительно один из самых сильных шиноби на планете, но это не значит, что остальных можешь смешивать с г… Учиха не стал дослушивать эту гневную тираду. Он схватил девушку за руку и одним легким движением швырнул ее тело в озеро. Она с криком обрушилась в воду, в воздух взлетели брызги. — Какого черта!? — гневно прокричала она, как только вынырнула и набрала в легкие воздуха. — Мне показалось, что тебе нужно остыть. Саске поставил ногу на камень, оперся на колено и стал наблюдать, как Хьюга поднимается на крутой склон. Она была в бешенстве, настолько ослеплена яростью к противному Учихе, что не могла взобраться по скользкой глине, ее ноги постоянно скользили, и девушка снова и снова обрушивалась в воду. Саске откровенно начал смеяться, едва не до слез, но в итоге протянул ей руку. Хината упрямо шлепнула по протянутой ладони, однако Саске больше настаивал, чем предлагал, поэтому, и схватил тонкую девичью кисть безапелляционно и немного грубовато. Она стояла по колени в воде, в сандалии забрался противный песок, мелкие камушки и глина, на лицо прилипли водоросли, Хьюга еще больше распалялась гневом от того, что в таком виде ей приходится стоять перед Саске. Он возвышался над ней, держа властно за руку. — Хьюга! — позвал ее Саске, и Хината, забыв про свое постоянное напоминание, наконец-то посмотрела ему в глаза. — Почему ты не используешь стихии? — Я не умею, — стушевалась девушка, пытаясь вырвать руку, но ладонь мужчины держала ее плечо стальным захватом. — Чем ты владеешь? — Райтоном, Катоном, — отвечала Хината, продолжая брыкаться и месить глину ногами. — Тебе нужно найти учителя. — Себя что ли предлагаешь? — ее брови поползли наверх. — Нет! — Это было бы очень мило с твоей стороны. — Я похож на милого человека? — теперь Саске приподнял изумленно брови. — Возможно, если бы твой клан опирался не только на свои внутренние техники, вы были бы по-настоящему сильными. — Ты… — завелась было Хьюга, но Саске откинул ее рукой снова в воду. Всю злость на Учиху Хината вымещала уже в своей комнате, с силой растирая волосы махровым полотенцем. Несколько лет ее жизни до последней миссии Хьюга жила на автомате, ничего не чувствовала, и девушку это устраивало, пока она оставалась самой сильной в клане. Она променяла эмоции и чувства на холодную решительность профессионального убийцы. Благодаря этому порвала с отцом и кланом, вступила в АНБУ. Однако в последний месяц все начало меняться. Саске и Наруто совместно были тем еще феноменом. Но и по отдельности они доставляли Хьюга все больше и больше проблем. Наруто разбудил в ней нежные девичьи чувства, что она давным-давно погребла внутри, боясь, что это сделает ее слабой. Хьюга была уже почти уверена, то, что она испытывает к Хокаге, это несомненно та влюбленность, что преследовала ее в детстве и в юности. За годы неиспользования машина чувств заржавела и теперь посылает в мозг совсем не те сигналы. Поэтому Хината, была будто больная, каждый раз, когда находилась рядом с ним. Вместо легкости и вдохновения, ее ломало и выворачивало на изнанку. Рядом с Саске она чувствовала силу. Не только благодаря злости, которой он питал ее (впрочем, злость и вправду действует, как удобрение для вянущего цветка). А благодаря спокойствию и решительности, которые волной всегда распространялись от Учихи прямо к ней. Хината сидела на подоконнике задумавшись — любовь для нее деструктивна, она не может здраво мыслить, не может толком собраться, зато ярость, как раз наоборот, укол адреналина в остановившееся сердце. Значит ли это, что нужно избегать Узумаки и больше времени проводить с Саске? Приходилось выбрать, раз она уже столько времени не могла избежать общества этих двоих. Как знак свыше, она заметила, что сад у дома уверенными шагами пересекает никто иной, как Саске Учиха. Как всегда, в одно и то же время, в неизменном черном длинном плаще, с угрюмым лицом. Он, почувствовав взгляд, остановился прямо под окнами Хьюга и поднял на нее глаза. Хината не выдержала долгий зрительный контакт и поспешила отойти вглубь комнаты. Нет, с таким человеком находится рядом она точно не сможет. Она и сама слишком мрачная, темноты в жизни ей с головой достаточно. К тому же Учиха жутко пугает ее, она так и не решилась спросить про Покупателя. Хотя предполагала, что за расспросы Учиха пошлет ее далеко и надолго. Вернувшись в Коноху через несколько дней, Хината решила, что будет избегать и Хокаге тоже. Она просто вернется к тому образу жизни, к которому привыкла с 20 лет: убегай, будь везде, только не в деревне. Ей не было смысла задерживаться дома. Клан в ней не нуждался, сестра от нее отреклась. Для друзей достаточны короткие встречи несколько раз в год и записки по праздникам. После очередного перемещения она не стала даже заходить в квартиру, сразу отправилась в штаб. Может когда-нибудь она позволит себе завести постоянные отношения с мужчиной, может когда-нибудь она перестанет скитаться по свету и допустит, чтобы кто-то стал ее якорем. Но не сейчас, когда на свободе заказчик ее отца. Нужно опять запереть на замок все чувства, выстроить миллион, нет, миллиард стен, чтобы ничего не просочилось наружу, и все силы кинуть на то, чтобы расправиться с Покупателем. — Привет, Шикамару, — Хината зашла в кабинет главного советника, оторвав его от бумажек. — Мне нужна миссия!