Gone with the leaves

— Привет, Шикамару, — Хината зашла в кабинет главного советника, оторвав его от бумажек. — Мне нужна миссия! — Прости, Хината, — не отрываясь от свитков, кинул он. — Для тебя ничего нет. — Ты даже не посмотрел. Шикамару поднял на нее взгляд, он был таким же усталым, как и у Наруто, но для Шикамару жить – уже тяжело ввиду его природной лени, а здесь еще и работать приходится. Он изменился со времен войны, отрастил бороду, женился, стал важным человеком в клане Нара и в стране Огня. Он всегда был как будто старше всех в их выпуске, а сейчас Хината вообще почувствовала себя школьницей в кабинете директора. — Ты слишком много пропадаешь на миссиях, для АНБУ много дел и в деревне. — Раньше тебя это не волновало. — Сейчас неспокойное время, ты ведь сама понимаешь. Каждый день нам поступают сообщения о перемещениях на границе, но нет ни одной зацепки: ни запаха, ни следов, ничего. С той ночи, как убили Хиаши мы поставили круглосуточную охрану — АНБУ — на стенах города и у квартала Хьюга. Хината понимала, что творится что-то опасное, она не была глупой. Не только в Конохе, между странами тоже. Возможно причина, по которой Нара хочет оставить ее в деревне – не желание светить своими ниндзя на территории других государств. — Да, думаю, это правильно. Надеюсь, Ханаби догадалась отозвать всех шиноби с миссий. Она не произносила имя сестры с того момента, как отдала ей коробку с глазами отца. Шесть букв складывались в специальное оружие против сердца Хинаты. Ханаби. Ее любимая сестра, которая ненавидит ее, как никто на этом свете. — Я пришлю тебе график дежурства, — сообщил Шикамару, вновь окунаясь в работу, показывая, что все решено, и она может идти. — Хорошо, спасибо. — И Хината! — девушка обернулась. — Почему бы тебе не взять команду генинов? Помнится, ты не хотела засиживаться в АНБУ. Хьюга задумалась. Все ее планы и так рушились, ведь изначально она хотела избегать Хокаге, хотела уйти из Конохи, чтобы самостоятельно разобраться с Покупателем или сделать все возможное, чтобы помочь с его поимкой. Но раз из деревни ее не выпускают, постоянная занятость – то, что может спасти от постоянных мыслей и нежелательных встреч, к тому же, она всегда будет рядом с кланом на случай чего. — Хорошо платят? — Размечталась! — Я поговорю об этом с Шино. Шино вот уже несколько лет, как Абураме-сенсей. Когда Кагуя была уничтожена, и все вернулось к мирной жизни, он поделился с подругой, что давно хотел присоединиться к воспитанию будущего поколения. Он считал, что сможет вложить в гибкие умы понятия о мире и согласии, война сделала из него законченного пацифиста. А Хината считала, что дети помогут ему раскрыться. Шино, выслушав Хинату, обрадовался такому порыву сокомандницы и сообщил, что она может приступать через неделю, после окончания экзамена на генина. Энтузиазм друга даже как-то смутил девушку, ведь она не особо была рада такой перспективе, как нянчиться со спиногрызами, поэтому, поболтав о том, о сем еще минут десять, Хината поспешила ретироваться. Из кабинета в Академии ниндзя она сразу направилась в АНБУ – серое бетонное здание недалеко от резиденции Хокаге. Здесь они тренировались, общались, получали миссии, некоторые даже жили в верхних комнатках-общежитиях. Хината добралась по крышам, чтобы не встретить никого на оживленных улицах Конохи. «И с каких это пор я стала такой социофобкой?». Штаб-квартира АНБУ была очень мрачной, без окон внутри, с протекающей крышей - все в лучших традициях хоррор фильмов. Да еще и по коридорам, в буквальном смысле, ходили профессиональные убийцы. Но Хинате нравилось, здесь она не скрывала себя настоящую. Боевые товарищи знали командира Хьюга, ее истинное имя и лицо. За 7 лет службы здесь, она завела многих хороших друзей и товарищей, которым могла, не думая, доверить свою жизнь. АНБУ, конечно, были работягами, постоянно тренировались и развивали свои навыки, но в воскресенье утром Хината не встретила ни души и, переодевшись в раздевалке, отправилась на полигон разминать мышцы в гордом одиночестве. Она отрабатывала приемы на резиновых манекенах, швыряла оружие, каждый раз попадая в яблочко. Все это стало настолько привычно для нее, что за несколько часов девушка даже не вспотела. Она достигла мастерства в том, что умела. Пора была ставить планку выше. После разговора с Саске Хьюга стала читать все книги, что были у нее дома по природе огня и молнии, и том, как их возможно преобразовывать с помощью чакры. Она много раз видела, как стихии используют в сражениях, но сама не пробовала даже самые простые техники. Она знала, как это работает в теории, а вот на практике… раз за разом она пыталась пропустить через себя заряды тока, но ее лишь кололо тысячи игл, она представляла трение частиц, пытаясь вызвать огонь - все бесполезно. Хината никогда не была одной из тех, что схватывают все на лету, ей нужны были долгие и усердные тренировки. А уж в упорстве ей не было равных. — Очень интересно! — раздалось сзади, когда она попыталась выпустить из рук молнию, но получился маленький взрыв, что отбросил ее на несколько метров. — С каких это пор ты решила подчинить стихии? На балкончике прямо над тренировочным полем стоял Какаши-сенсей со своей неменяющейся внешностью. Он был все таким же, каким девушка его помнила еще в академии, хотя с тех пор прошло больше десяти лет. Одно движение, и Шестой оказался прямо около Хинаты. — Какаши-сенсей, — девушка улыбнулась мужчине. — Что вы здесь делаете? — Прихожу сюда иногда за воспоминаниями, — он задумчиво оглядел полигон поверх головы своей подчиненной, в его глазах читалась грусть. Хината даже не стала спрашивать, что это за воспоминания. — Я слышал, ты собираешься стать мамочкой для новоиспеченных генинов? — Быстро разлетаются новости! — удивилась девушка. — Это была идея Шикамару. Дадите какие-нибудь советы, сенсей? — Хороший сенсей не тот, что дает правильный ответ на вопрос, — Какаши поднял указательный палец в нравоучительной манере. — А тот, что направляет на него. Ты сама поймешь, как работать с ними со временем. Да и я не самый лучший советчик. — Не будьте к себе строги, Шестой! Вы сделали прекрасную работу, и я знаю, что вы очень гордитесь своими учениками. Они уставились друг на друга, больше нечего было сказать, Хината не была тем человеком, что может создавать темы для разговоров из воздуха, тем более таким человеком не был Какаши Хатаке. Они неловко рассмеялись от повисшего в воздухе молчания. — Все у тебя получится, Хината! — Какаши положил руку на хрупкое девичье плечо. — Помнишь, как ты пришла сюда впервые? Ты была, как напуганный цыпленок, а теперь ты капитан АНБУ. — Да уж, — Хината рассмеялась. Хокаге с утра прислал ей записку явиться в его кабинет, она рассчитывала на новую миссию. Работы не хватало. После того, как команда 8 была расформирована, Хината была подкидышем, если в других отрядах кто-то заболевал или по другим причинам не мог отправится на миссию. Часто задания не соответствовали ее рангу, были слишком простые и скучные. Но Хината никогда не жаловалась, правда и получала за работу копейки и еле сводила концы с концами, выискивая квартиры для съема подешевле. Иногда к ней приходила Ханаби и пыталась засунуть монеты и бумажки то в горшки цветов, то в пачки с макаронами, но Хьюга-старшая упорно не брала то, что принадлежало отцу. Она так себе пообещала год назад, когда переступила порог дома. С тех пор они с отцом виделись только на свадьбе одного из старшей ветви. Хиаши хмуро поздоровался с дочерью и заявил, что ему известно о ее успехах. Об этом шептались все Хьюга, ведь Хината недавно получила звание джоунина, в свои неполные 18. Никто и предположить не мог, что она когда-либо достигнет подобного ранга. Старейшина одобрительно улыбнулся девушке и предложил сесть рядом с собой за праздничным столом. К ней часто обращались в разговоре, и даже пару раз спрашивали ее мнение о каких-то вещах. Клан признал ее, но признание не могло быть полноценным без одобрения главы. А отец смотрел на нее все также. Как на разочарование жизни, впустую потраченные время и надежды. Шестой Хокаге встретил ее у резиденции и предложил пройтись. Они шли молча, он впереди, она чуть сзади, наступая на тень от его фигуры, пока перед ними не оказалась штаб-квартира АНБУ. Хината, конечно, до этого дня знала, что это за здание, но для нее было неожиданностью ступить на его территорию, вдохнуть сырой воздух, какой обычно бывает в подвалах. Она чувствовала себя посвященной в таинство, ведь, если предел мечтания для гения – это звание Хокаге, то обычные люди без особых способностей загадывают на полярную звезду дослужиться до АНБУ. Это не просто знак статуса, это знак признания верхушкой деревни (Хокаге в первую очередь) твоих способностей. Хината не знала никого в лицо, но для нее все они – живые легенды, скрытая рука, что защищает Коноху. Хьюга не могла поверить, что видит жизнь АНБУ изнутри. Они проходили около открытых настежь раздевалок, где мужчины, обернутые в полотенца после душа, спорили о чем-то очень громко. Во внутреннем дворике у дерева три девушки перешептывались и хохотали, как школьницы. Мимо них по широким коридорам проносились отряды в масках, встретилась, казалось, просто компания, где парни перебрасывали друг другу мяч. Это была совсем другая экосистема, подчинявшаяся своим законам. Хината восторженно оглядывала каждый уголок, жадно пытаясь запомнить это место, чтобы возрождать его в своей памяти снова и снова. Она шла за спиной Хокаге и испуганно жалась к нему каждый раз, когда мимо них вихрем проносились все новые и новые АНБУ. — Ты наверняка гадаешь, почему я привел тебя сюда! — Какаши остановился на балкончике у тренировочного зала, внизу на зеленых татами спарринговались несколько АНБУ. — Видишь ли, я давно наблюдаю за тобой, Хината. Я знаю, для Хиаши ты всегда была слабой по меркам Хьюга, однако, не как Хьюга, а как шиноби Конохи, ты всегда превосходила многих из своих ровесников, и в детстве, и сейчас. Правда, твой мягкий характер всегда вставал между тобой и возможными достижениями. Получилось так, что твою силу практически и не разглядеть было сквозь слои скромности и учтивости. — Хината, приободрившаяся было от такой откровенной похвалы не кого-нибудь, а Хокаге, сникла от последних слов, хотя они прозвучали абсолютно беззлобно, как факт из учебника. — Я бы не пригласил тебя сюда сегодня, если бы ты это не преодолела. Хьюга подняла удивленный взгляд на Какаши, он улыбался, он одобрял ее. — Твоя работа над собой действительно заслуживает похвалы. И, разумеется, награды, — и только сейчас Хината позволила себе думать, что он позвал ее сюда не просто так. — Я предлагаю тебе стать членом АНБУ, пойдешь в отряд к одному моему хорошему знакомому, который когда-то был под моим командованием. Он позаботится о тебе. АНБУ предоставляет постоянную занятость, без дела сидеть не будешь, отпуск четыре раза в год, хорошая зарплата – сможешь купить себе свой собственный дом, а не скитаться по съемным квартирам. Ты, конечно, в праве отказаться. Я дам тебе время подумать. Можешь осмотреться здесь. Дорогу назад знаешь. Какаши ушел, оставив ее с буквально раскрытым ртом. Он понимал, что она согласится, не мог не понимать. Видимо предупредительно освободил себя от излишней эмоциональности куноичи. А она и вправду хотела прыгать на месте, как ребенок. Она и АНБУ. АНБУ и она. Хината даже и мечтать об этом не могла. Но! Место восторга и эйфории снова заняли мысли о клане. Для Хьюга не позволительно быть членом АНБУ. Хьюга должны служить клану, а не деревне. Они – анклав, а все вокруг – не их проблема. Вступить в АНБУ для Хинаты означало окончательно разорвать связь с семьей. Готова ли она к этому? Оказалось, что да. Весь оставшийся день Хината провела в мыслях, правильно ли она поступила, что отреклась от клана, может, если бы она осталась на служение Хьюга, их отношения с отцом не дошли бы до этого? Ханаби передала Хиаши новость лишь через месяц, как Хината стала АНБУ, она боялась, что ярость отца хлынет на нее, но глава Хьюга хладнокровно выслушал и кивнул. Этим же вечером на столике возле кровати Хината нашла записку: «Поздравляю. Папа». Тогда, будучи все еще зла на него, Хината едва ли не разорвала записку, но все же, она много значила. Девушка до сих пор хранила ее в одной из книг, чтобы не помялась. Отогнав мысли об отце, Хината Хьюга решила, что, раз она остается в Конохе надолго, самое время вложить деньги с последней миссии в уют дома, который только недавно стал ее собственным. Конечно, это был не дом, а квартира. Да и назвать ее квартирой было оскорблением для всех остальных квартир. «Однокомнатная дыра», как любовно называли ее Хината и ее друзья, могла бы быть хорошим местом, чтобы возвращаться, если бы девушка захотела. А она, до этого момента, специально создавала угнетающую атмосферу везде, где только могла в Конохе, чтобы была мотивация брать самые длинные и отдаленные миссии без отпуска. Квартира выглядела ужасно. Ей требовался ремонт и полная замена имеющейся мебели, которая досталась в дар от предыдущих хозяев. Дело в том, что она была так плоха, что те не стали даже заморачиваться, чтобы вывезти этот хлам на свалку. Только войти в квартиру было уже испытанием, потому что прямо посреди коридора стоял холодильник. Хината все никак не находила времени откатить и подключить его на кухне, где с ним было бы менее пусто. Там были лишь стол и раковина. Посуда хранилась на полу. Саске, орудуя у нее дома месяц назад, долго искал кружки, пока не обнаружил их на крючке в ванной, которая, к слову, была единственным достоянием девушки, так как денег, помимо перового взноса за кредит, хватило не ее ремонт. Спальню Хината часто называла библиотекой, так как книги, стопками сложенные там и тут, часто служили ей и тумбочкой, и рабочим столом, и подставкой. В углу пустой комнаты, в которой, если говорить громко, появлялось эхо, лежал односпальный матрас с шикарным постельным бельем изо льна – единственное, что она забрала из дома. Этот комплект ей купила еще мама много лет назад. Критически оглядев свое жилище, Хината составила огромный список покупок и отправилась в центр Конохи. Она надела нетипичное для себя длинное платье и широкополую шляпу, на случай нежеланных встреч. Хьюга, будучи АНБУ, часто шпионила и прикидывалась другими людьми. Сегодняшний день она решила посчитать за тренировку. Но выходило плохо, ведь каждый продавец в деревне обращался к ней Хината-сан и спрашивал о новой главе клана. Хьюга отвечала, что все хорошо. Поход по магазинам для нее всегда был самым выматывающим занятием, от которого настроение резко падало, а тут еще и небо собиралось разразится плачем. Пришел сезон дождей, которого так ждали фермеры и ненавидели горожане. Хината попросила привезти ей все купленные товары домой, а сама заторопилась скрыться в своей крохотной квартирке от людей и дождя. Мелкие капли уже стучали по полям шляпы, когда она, подняв подол платья, летела по переулку, ничего не замечая из-за головного убора. — Ой, простите! — воскликнула Хината, налетев на кого-то, кто также выскочил из-за угла. — Вы не ушиблись? Хината вздрогнула от звука знакомого голоса, и плечи, на которых лежали его руки, пронзило током. Она медленно поднимала голову, пока из-за шляпы не выглянуло лицо Хокаге. Он был одет, как обычно: футболка и штаны. Его улыбающееся лицо тут же изменилось, по нему пробежала тень удивления, а потом Наруто расплылся в еще более широкой улыбке, обнажая чуть ли не весь арсенал зубов. Хината мигом забыла все записанные на подкорке причины, почему ей следует избегать Хокаге. Сейчас эти мысли казались бредовыми. — А что ты тут… — Надо же как мы… Начали они одновременно, и одновременно замолчали, рассмеявшись. Хината не знала с чего начать разговор, Наруто смотрел на ее выбившиеся из прически локоны и думал, что она очень красива, вот так, в гражданском. Вместо них заговорило небо. Оно крякнуло так, будто собиралось обрушится вниз на божье создание, мелкий дождик резко превратился в ливень. Хьюга посмотрела наверх с изумлением, будто и не было весь день туч, будто она очень удивилась этому природному явлению. Она посмотрела на мужчину и неловко рассмеялась. — Нужно, наверное, где-то спрятаться. — Наруто оглянулся, но по близости не было, ни козырьков, ничего, что могло бы их укрыть. — Идем, я здесь живу недалеко! — крикнула Хината и, подобрав юбку, побежала по направлению дома. Это выдался довольно прохладный июнь, у девушки зуб на зуб не попадал, когда они наконец-то вошли в квартиру. Дождь залил их с головы до ног, они промокли до нитки. Даже бежать было тяжело, вода наливалась в глаза, и было почти невозможно рассмотреть дорогу. — Я не чувствую своих ног! — простонал Наруто. Хината, скинув сандалии, тоже ладонями пыталась разогреть заледеневшие ступни. — Иди в ванную. Хината шмыгнула туда первая и открыла кран с горячей водой. Она не ждала гостей, а эта часть ее квартиры была по крайней мере самая приличная. На кухне девушка поставила чайник, а в спальне подошла к стопке вещей, выудив из нее плед. Она переоделась в сухое кимоно и вернулась в ванную. Наруто стоял, опершись на стиральную машинку, белая мокрая футболка облепила все его мышцы, и казалось, что сейчас от нее пойдет пар. Как и от самой Хинаты. Она стушевалась на секунду, а потом отдала Хокаге плед. — Я могу закинуть твои вещи в сушилку, а пока, вот тебе еще, чтобы, ну… прикрыться. Хьюга вышла, чтобы дать ему переодеться. Она нервничала, ее руки дрожали, когда наливали чай. Она пару раз сказала себе успокаивающие мантры, которые повторяла иногда перед сложной миссией, или, сидя в окружении врагов. Уж точно никогда бы не подумала, что будет испытывать такой ужас перед мужчиной в своей ванной. Хината старалась не думать о том, что под пледом Наруто совершенно голый, когда вошла с двумя кружками чая. — Что, будем сидеть здесь? — спросил Наруто, пробегая взглядом по части квартиры за пределами ванной. — Таков план! — девушка завернула волосы в полотенце, отключила кран, воды набралось сантиметров тридцать. — Когда мы были маленькие с Неджи, мама всегда нам наливала ванную с горячей водой, чтобы мы согрелись после прогулки, особенно зимой. Мы сносили в ванную все вкусности и делали вот так. Хината села на бортик ванны и перекинула ноги прямо в горячую воду, издав стон наслаждения. — Попробуй. Наруто, подобрав слишком длинный плед, поступил по примеру девушки. — Как хорошо! — он вытянул ноги и облокотился спиной на стиральную машинку. — Ты точно знаешь, как расслабиться! Внутри Хинаты новой волной поднялось тепло. Фраза, брошенная без заднего смысла, невзначай, оказала на нее невероятный эффект. Она пожалела, что вода горячая, а не отрезвляюще холодная. Хьюга поднесла к губам кружку, чтобы скрыть раскрасневшееся лицо. Все в этой атмосфере было мучительно интимно: приглушенный свет от одной единственной лампочки, что висела еще от старых хозяев, капли воды, осевшие конденсатом на белой плитке стен, запотевшее зеркало, часть обнаженного торса, что не была прикрыта пледом. И сам Узумаки не способствовал разрядке обстановки, он закинул голову назад и томно вздыхал, приговаривая, как хорошо и как тепло. В спальне Хинаты, в библиотеке Конохи и вообще в мире хранились миллионы миллионов книг о том, как коварные женщины такими естественными мелочами, как взгляд из-под ресниц или спавшая с плеча лямка, соблазняли самых разных мужчин, но почему-то никто не писал о том, что, наоборот, эти самые мужчины могли оказывать такое же волшебное воздействие на противоположный пол. Хьюга зажмурила глаза и пыталась отвлечься на что-нибудь другое, но в голову не лезло ничего, кроме сидящего рядом Хокаге. Она недолго сопротивлялась, взглянула на него опять и столкнулась со взглядом голубых глаз, которые уже долгое время рассматривали ее. — Они, наверное, уже высохли, — Наруто потянул к лицу девушки руку и, аккуратно размотав полотенце, повесил его на крючок. — Вот так! Волосы ночным водопадом упали на плечи, распластались по спине в контрасте с нежно голубым, почти, как его глаза, кимоно. Несколько прядей упали на лицо, и Узумаки осторожно, будто боясь напугать, убрал каждый волосок в отдельности, заправив их за ухо. Сердце Хинаты пропустило несколько ударов и по скорости теперь могло соревноваться с самой крепкой спортивной лошадью. Ладони, и так мокрые от воды, вспотели. Подумав, что ничему ее жизнь не учит, она поддалась чувствам снова, как на террасе во время приема у дайме, и потянулась всем телом к телу рядом. Ей пришлось опереться рукой на бортик ванной и привстать, чтобы быть с его лицом на одном уровне. На этот раз она не торопилась, приближалась очень медленно, чтобы дать ему возможность не заметить и отвернуться, пошутить, мягко отстранить. На каждом расстоянии были свои шансы уйти. Но не теперь, когда Хината, выдохнув в губы Узумаки, устранила последние миллиметры и поцеловала его. На этот раз Хокаге ответил.