Gone with the leaves

Пылинки, искрясь на солнце, опускались на поверхность стола из темного дерева, на раскрытые пачки с остывшим раменом, на светлые волосы и белый плащ Хокаге. Наруто Узумаки лежал лицом на бумагах, а слюна стекала на финансовые отчеты о восстановлении отдаленных регионов страны Огня, те, что особенно пострадали во время войны. — Доброе утро, Господин Седьмой, — зашел в кабинет Шикамару и, обнаружив друга спящим, устало вздохнул. — Наруто… — Я не сплю, — устало отозвался он. — Уже утро, ты пропустишь церемонию. Бабушка Юи настояла на том, чтобы самой подготовить Хинату, не допуская к этому делу ни сестру девушки, ни ее близких друзей. Вопреки обычному ходу дел Хьюга, все были взволнованы и куда-то спешили. В большей степени суету наводила Акира, которая взяла на себя почти всю организацию, как бы не противились старейшины. Она не могла не простить подругу за все случившееся, и думала, что церемония станет ее официальным и извинением, и прощением. Ей больше некогда было грустить, ведь в голове проходило миллиард процессов касательно того, где разместить цветы и хватит ли стульев для всех гостей. Тем временем в старой комнате Хинаты, где все осталось неизменно с тех пор, как она покинула дом, орудовала бабушка Юи. Она приготовила прекрасное бежевое кимоно с моно Хьюга, одни только Боги знают, сколько времени прошло с тех пор, как она последний раз носила символ клана. И кто бы мог подумать, что веер на ее одежде появится именно в этот день. — Бабушка, пора начинать церемонию, — в комнату заглянула Ханаби, задыхаясь от жары в тяжелом черном одеянии. — Дай нам еще пару секунд, — сказала Юи и отошла в сторону, чтобы младшая Хьюга могла полюбоваться на сестру. — Красавица! — сердечно сказала она, улыбаясь самой искренней улыбкой. — Красавица? Да ты посмотри, как лежат волосы! — вспыхнула Хината и опять метнулась к зеркалу. Ей не нравилось ни то, как сидит платье на ее исхудалом теле, ни то, как едва видные бретельки топа обтягивали ее сухую кожу и торчащие ключицы. Помада на бледном лице смотрелась слишком ярко. Но хуже всего были, конечно, ее волосы. — Так и ноет весь день? — разочарованно плюхнулась на постель Ханаби. — Большую часть истерики ты пропустила. Она сегодня как с цепи сорвалась. — Я вообще-то слышу вас! — Хината пыталась всунуть сухоцветы в заколотые пряди, но бутоны осыпались в ее дрожащих от волнения руках. — Я без пяти минут глава клана, а они говорят обо мне таким образом. Возмутительно. — Мы хотя бы говорим тебе это в лицо, а не за спиной. Бабушка Юи, не оставишь нас? Женщина кивнула и, скрипя костями, покачиваясь из стороны в сторону, вышла из комнаты. Ханаби подошла к сестре со спины, и выхватила у нее и рук цветы. — Ты выглядишь потрясающе! — сказала она шепотом, сосредоточившись на том, чтобы приколоть украшение. — Что я здесь вообще делаю? У клана уже есть одна глава. — Возьми себя в руки. Скоро начнется, — прошептала Ханаби, как только прозвучали фанфары. Хината активировала бьякуган, чтобы рассмотреть собравшихся. Правый глаз, отцовский, что ей пересадили в больнице, успешно имплантировался, правда видел гораздо лучшего левого. Черно-белая картинка расплывалась, и Хината не могла сосредоточится ни на одном лице. — Пора, - выдохнула девушка, и подобрав длинный подол пошла к выходу. — Старшая сестра, — Ханаби оставалась стоять около зеркала, крутя в руках палочки сухоцветов, что так и не прижились на голове у принцессы. — Знаешь, тебе не стоит жертвовать собой ради меня. Клановые распри существовали много лет до нашего рождения, это топливо, на котором работают Хьюга. И я могу с этим справиться самостоятельно. — Но ты не обязана. — Обязана, ведь я глава клана Хьюга. А ты – свободная птица, всегда была. Хината последний раз посмотрела на нее и вышла во двор, где ее ждал эскорт до места проведения церемонии. Она задыхалась, думая, что лишится рассудка, если привяжет себя клановыми цепями в деревне. Лучше нее об этом знал разве что Хокаге. — Ты готова? — спросил он, встретив девушку у ворот – он был частью ее эскорта. — Да, готова. Хината взяла его под руку, и они двинулись процессией в несколько человек по пустому кварталу Хьюга – от одного его конца к другому. На лужайке за домом совета уже во всю гудел праздник. Все слишком далеко зашло. Если бы она не услышала эти звуки, возможно, еще могла бы передумать. Если бы она не увидела через щелку в двери, как постаралась Акира, чтобы оформить этот тошнотворный официоз, она бы смогла сбежать. — Вдох-выдох, — Наруто сжал ее руку, даря успокаивающее тепло, а потом достал из внутреннего кармана кимоно конверт. — Что это? — она догадывалась. — Письмо, — она знала, чье. Девушка выхватила конверт из рук Хокаге и бегом, на сколько это было возможно в тяжелом платье, ретировалась в дом советов, заперев дверь на большой деревянный засов. Света, просачивавшегося через нервно сбитые доски двери, вполне хватало, чтобы прочесть его послание. Там было лишь одно предложение: «Ты сможешь стать кем захочешь» Акира ходила взад, вперед, выдирая каблуками комки земли с травой. С тех пор, как Хината скрылась в одноэтажном здании, где нет, к слову, ни зеркала, ни даже туалета, прошло полчаса. И больше двадцати минут она не чувствовала ее чакру. — Сворачиваем праздник, принцесса сбежала, — бросила она кому-то и ушла. Саске уже покидал южные ворота деревни. После окончания войны он наводил порядки в стране Молнии, туда и возвращался после очередного визита домой для написания отчета. После того, как Хината сообщила ему о своем решении стать главой клана, они не встречались. Она была готова впустить в свою жизнь всех Хьюга, тогда как он мог впустить лишь ее. Они расстались без ссоры и скандала, с пониманием, легкой обидой, но надеждой на то, что, может в следующую их встречу через год, через два - что-то изменится. — Ушел даже не попрощавшись, — настиг его взявшийся из ниоткуда голос. Учиха обернулся и увидел ее, в простой тренировочной форме. Ни намека на шикарные одеяния главы клана. Ни намека на походную одежду человека, который решил уйти из деревни. — Где же ваше шикарное церемониальное платье, госпожа Хьюга? — Ты что, следил за мной? — Нет, просто подумал, что у всех Хьюга шикарные церемониальные одежды. Молчание. — Да, следил. Я хотел поздравить тебя и попрощаться, но что-то… — Не нужно прощаться! Хината подошла к Саске вплотную и взяла его голову в свои руки, отодвигая пальцем челку, чтобы видеть оба его глаза. — Ты не можешь покинуть свой клан из-за меня. — Еще как могу. И к тому же, я делаю это не из-за тебя, из-за себя. Я не гожусь на эту роль. — Мне нечего тебе дать, Хината, — он думал о холодных ночах в лесу, о перевязанных наспех ранах, о всех «прелестях» кочевой жизни и понял, что не может обрекать ее на такое. — Я ничего не прошу и не жду, просто будь со мной рядом, — она тоже думала о холодных ночах в лесу и перевязанных наспех ранах, но все прелести кочевой жизни, которую Хьюга так любила, она хотела разделить вместе с ним. Бей, замри, беги. Нет, ей больше не было страшно. Они ушли из деревни с первым листопадом. Когда младшая семья убирала стулья с лужайки, где так и не состоялась церемония. Когда Акира устало легла в горячую ванну, мечтая раствориться в воде полностью и навсегда. Когда Ханаби и бабушка Юи наводили порядок в комнате Хинаты, чтобы она всегда могла вернуться к себе домой, в тот самый дом, где ее ждет и любит семья, как бы не решила провести свою жизнь. Когда Наруто Узумаки вернулся в свой кабинет и вновь, со скорбным вздохом принялся разгребать бесконечные бумажки на столе. Она взяла его руку, сжала грубую ткань перчаток и почувствовала ответный импульс. Она взяла его руку, потому что его рука всегда была рядом, на случай, если ей вдруг понадобится. And they were gone with the leaves…