DRAGON AGE. Выбор Стража.

Кажется, я говорил, что у меня два источника? Так вот – это не уникальная вещь, что меня весьма обрадовало. У каждого разумного существа в этом мире их два. Просто они почти всегда сливаются, и один доминирует над другим. У магов это источник маны, у воинов – второй. Так и не знаю, как его правильно назвать. Тот канал, что у меня отвечает за перераспределение энергии, у прочих разумных почти никак не укрепляется и не регулируется, и, со временем, становится причиной слияния источников. Это не хорошо и не плохо, это просто есть. Кстати, у гномов тоже источников два, просто магический – как бы «закукленный». Он совсем не развит, от него не идёт никаких каналов, и в нём нет связи с Тенью. Откуда я это понял? Просто я сейчас в живую рассматриваю структуру гнома-торговца, с которым веду беседу. Да, я не в Башне Круга, а в Орзаммаре. Сюда меня отправил Первый чародей с конвоем из храмовников и придатком из усмирённых. Моя задача состоит в том, чтобы забрать партию лириума и доставить в Кинлок. Проще пареной репы. Было бы, если бы не несколько но: разбойники, жадные до золота гномы и малефикары. Вот серьёзно, откуда столько магов крови? Вроде каждый год их вырезают пачками, храмовники за ними носятся чуть ли не каждый месяц, а они всё равно откуда-то берутся. Штампуют их что ли? Но именно жадные гномы оказались чуть ли не основной проблемой. Их вообще не волновало, что в контракте были прописаны конкретные суммы за конкретный вес. Плати, сэр маг, поболее, и всё тут. Попытка поискать на рынке более доступный лириум так же обернулась крахом. Все гномы в один голос заверяли, что лириумные жилы приходится искать всё глубже на Глубинных тропах, а Порождения тьмы как с цепи сорвались. Их всё больше и больше и давят на гномов они всё сильнее и сильнее. Я, слушая это, лишь кивал и стискивал кулаки. Сердце билось сильнее и сильнее. Мор близко. Истязания грядут. Стану ли я Серым стражем или в канон возьмут другого? Предаваясь своим мыслям, я не сразу понял, что что-то изменилось. Гном, с которым я беседовал, отошёл от меня на пару шагов и склонился в почтительном поклоне. Вряд ли поклон предназначался ли мне, а значит… Ага, за спиной стояла целая процессия. Седобородый гном, мне по грудь, как и все прочие гномы, кстати, задумчиво рассматривал меня и мою мантию. За ним стояли ещё три гнома, похожие на него… не как две капли, конечно, но кое-кто прям вылитый. Отличались они друг от друга и своим состоянием. Стоящий сразу за старым гномом, по правую руку от него, был просто, что называется, «в говно». И как он ещё стоял – для меня было загадкой. Несло пивом от него так, что прилечь хотелось уже мне. Он вообще по сторонам не смотрел, а его основным занятием было сохранение равновесия. Более благообразный гном, чья борода и причёска в точности повторяли старшего гнома, стоял по левую руку и так же с любопытством на меня смотрел. Отличить его от отца было практически невозможно. Там даже вопросов о родстве не возникало. Третий гном стоял где-то чуть поодаль, и всё время озирался, как будто выискивал кого-то в толпе. Я его интересовал мало. Молчание затягивалось. – Лорд Эдукан, этот наземник не осведомлён о традициях гномов, посему прошу его простить, – к старшему гному подлетел воин, протолкавшийся откуда-то сбоку. – Не стоит Фарин, я и сам всё прекрасно вижу. Что потребовалось магу в доме моего народа? – Ваше величество, – я склонил голову в поклоне. Хочешь, не хочешь, а я не король, пусть и вроде как дворянин и маг. К тому же, передо мной стоит потенциальный канон. Я-то на Истязаниях выживу и из башни в случае чего свинчу, даже не встречая Дункана. А вот он… отношения лишний раз портить было бы глупо. – Я прибыл по поручению Первого чародея Ирвинга. У нашего Круга заканчивается прошлая партия лириума и я пытаюсь купить его по договору между Кругом и Орзаммаром. – Вот как. А чем тебя заинтересовал мой сын, Дюран? – Ваше величество, я пытался найти между вами десять отличий. Эндрин весело хмыкнул: – И как? – Пока что не вижу ни одного. – Для вас, наземников, мы все на одно лицо, верно? – А вот Дюран не разделяет отцовской радости. – Если бы мне показали только Вашего отца и Вас, Ваше высочество, то я бы согласился. Но видя перед собой стольких гномов одновременно, склонен буду с вами не согласиться. В этот раз хмыкнул уже Дюран. Затем они с отцом переглянулись, задумчиво дёрнули бороды в одном и том же жесте и расхохотались. Я смотрел на этот праздник жизни, и, казалось бы, должен был радоваться, но меня душила злость. Нет, не злость. Безумная ярость. Она клокотала во мне, и мне стоило большого труда её не выпустить. Этот выблядок и сын помойной крысы, что стоит сейчас за спинами Эндрина и Дюрана и с недоумением на них смотрит, просто так возьмёт и убьёт своего брата? Разрушит эту семью ради долбанной золочёной табуретки? Я почти не знаю этих гномов, я их впервые вживую вижу, для меня они всегда были игровыми персонажами, но сейчас смотрю на них – столько радости и жизни в простом смехе я не слышал уже очень давно. Смех в Башне – он иной. Зачастую, обречённый и безнадёжный. За последнее время в Башне вообще сильно поменялась атмосфера. И дверь в Тени впервые на моей памяти заимела трещину… А если я прямо сейчас этого самого Белена сожгу? Или прокляну? Изменится ли история Дюрана? Станет ли необходимым ему быть Серым Стражем? Или если подсадить Белену какую-нибудь пакость из Тени, поможет ли ему хвалёный гномий иммунитет? На моё плечо легла рука в тяжёлой латной перчатке. Ну да, я же тут не один, как я мог забыть. Ладно, Белен, я тебя ни сжечь, ни проклянуть не смогу. Не в этой толпе храмовников. Но я за твоей тупой башкой ещё вернусь… Тем временем, Эдуканы отсмеялись, и Эндрин снова обратился ко мне: – Ты забавный, маг Круга. Но не очень-то вежлив. Ты знаешь моё имя, что не удивительно. Теперь и имя моего сына, что назвал тебе я. Но твоего имени я так и не услышал. – Прошу меня простить, Ваше Величество. Я давно не был в местах, где этикет важен. Меня зовут Дайлен Амелл. Я ученик мага Ферелденского Круга магов. Приятно познакомиться. – Атраст вала, маг Дайлен. Ты позабавил меня и можешь озвучить одну свою просьбу. Если она в моих силах, я её исполню. Рука на моём плече чуть сжалась, и храмовник прошипел мне в ухо: – Проси лириум. Наркоман ебучий! Ты что, МОЮ просьбу себе решил захапать? Я твою рожу тоже запомню, четвёртым будешь. Я повёл плечом, скидывая чужую руку, и поклонился Эндрину: – Ваше величество, я давно не покидал стен Башни, тем более, никогда не был в столь славном городе, как Орзаммар. Я прошу вашего разрешения на посещение дворца города. – Это даже на полноценную просьбу не тянет, – рассмеялся Эндрин. – Но я уважаю твою скромность. Дюран? – Будь гостем в нашем дворце сегодня, маг Дайлен. Ты станешь одним из немногих магов, что смогли посетить празднование восемнадцатилетия гномьего принца. Ну, и твоим спутникам место там найдём, – на слово «спутники», позади отреагировали скрипом зубов. Не я один понял, как Дюран относится к конвоирам магов. – А теперь, если тебе больше ничего не нужно? Я не успел и рта открыть, как меня оттолкнул в сторону храмовник. – Ваше величество. Мы прибыли за партией лириума согласно договору. А нам её продавать не хотят. Неужели гномы забыли свои обещания? Мне нет дела до того, что в голове у этого мальчишки, но… – МОЛЧАТЬ! – Вот это басище. У меня аж в ухе загудело. Да и стены, кажется, всё ещё отзывались гулким эхом. Храмовник уже стоял в кольце клинков, на коленях, а над ним возвышался разгневанный Эндрин. – Ты не у себя в церкви, крыса храмовая. Ты в моём доме. И в моём доме с моими гостями ты себя будешь вести по моим правилам, ты меня понял, тварь серая? ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛ? Я скорее догадался, чем услышал хрип храмовника: – Да, ваше величество… – Получишь ты свой лириум, тварь дрожащая. Моё слово твердо и его слышали все торговцы здесь. Но ни тебя, ни прочих церковных крыс я в своём доме сегодня более не потерплю, понятно? Маг Дайлен будет моим гостем, но если хоть одна лишняя церковная накидка покажется в пределах города после заката сегодняшнего дня – в Башню круга поедет маг Дайлен, головы церковных крыс и десяток моей личной гвардии с извинениями Первому чародею. Орзаммар – город большой, а я не могу уследить за всеми тупыми нагами в его пределах. Старший Эдукан перевёл дух и обратился уже ко мне, выравнивая дыхание: – Ждём тебя вечером во дворце, маг Дайлен. Атраст тунша. – Благодарю, Ваше величество. Чета Эдуканов и их охрана пошла дальше, в сторону Арены Орзаммара. Храмовник всё ещё стоял на коленях. Его руки дрожали, глаза беспорядочно метались, а по доспехам бежала кровь. Не все воины были осторожны в обращении с острым железом, но меня это мало волновало. Меня больше волновала лириумная ломка храмовника. Ничем другим его поведение быть не могло. Если и остальные так же поедут… Но надо сперва прикрыть своё знание: – Что это с ним? Храмовники переглянулись. Четверо подхватили припадочного под руки и пошли в сторону. Пятый посмотрел мне в глаза: – Один ты тут не останешься. – Ну, у тебя выбор не велик. Либо я остаюсь тут один и завтра мы едем в Башню, либо я остаюсь тут не один и завтра в Башню я еду всё ещё не один, но не с вами. Я почему-то верю, что Эдукан вам обрезание на голову устроит. А ты? – Только попробуй не явиться… – Моя филактерия в Башне Круга. Вы найдёте меня и на другом конце Света. А я не тупой и понимаю, что тогда со мной будет. Ждите завтра до заката. Если не объявлюсь – считай, что я сбежал. А сейчас мне надо закупить партию демонова лириума. И я обернулся к торговцу. Тот смотрел на меня печальными глазами. Вот честно, если бы не четырёхчасовые торги до этого – я бы даже поверил в эту пантомиму. Но сейчас, я уже просто молча протянул свиток с договором. Торговец тяжело вздохнул и поставил туда свою печать. Затем махнули рукой усмирённым и потопал в сторону склада. – У тебя время до завтрашнего вечера… – Не переживай, я помню. Мне ещё эту партию надо будет до Врат довести и проследить за погрузкой. Так что ты со мной будешь шляться ещё часа четыре точно. Успеешь мне плешь проесть. Храмовник только зубами скрипнул и сказал: – Идём. * * * Орзаммар поражал. Орзаммар восхищал. Орзаммар угнетал. Как же тут жарко, мама дорогая. Я искренне не понимал не только то, как местные бородачи носят свои доспехи и тяжёлые одеяния, но и как они в целом тут со своими густыми бородами живут. Я сопрел за полчаса и, по тихой грусти, уже часа два охлаждал тело под одеждой заклинаниями мороза. Храмовник косился на меня, но молчал. А мне было искренне интересно, насколько его ещё хватит? – А мне не наколдуёшь? – Два часа, да это рекорд! – А раньше бы попросил, было бы проще… Судя по благодати, растекшейся по лицу храмовника, кто-то только что кончил. – Спасибо. – Обращайся. Ага. Я не злопамятный, я всё записываю. Относитесь ко мне по-человечески и получите от меня такое же отношение. Лириум грузили быстро. Усмирённые попались опытные и делали всё без нареканий. Такими темпами у меня ещё с час будет свободный, смогу прогуляться по лавкам и кузницам, а затем пойти во дворец. На плечо опять легла чья-то рука в перчатке. Да что вам всем от меня… – О том, что было внизу, в Башне не говори, идёт? – Да мне и не надо будет, по его внешнему виду понятно, что он не в себе. Храмовник обернулся на припадочного. – Это дела ордена. Прошу тебя, в Башне о его поведении всё же умолчать. Тогда мы подождём ещё сутки, прежде чем броситься на поиск. – Это, конечно, хорошо, но сутки в кармане не звенят… А что? Припадочному точно на пенсию пора. Скажу я чего или нет – ничего не изменится. А так, если ребята хотят, чтобы я молчал, то пусть скинутся мне на материалы. Как раз эскиз перчатки подходит к завершению. Материалы уже выбраны, осталось только закупить. Или выбить из Овейна. Но скорее зимой у гномов я снега смогу выпросить, чем что-то у Овейна на свои нужды выбить. – Здесь сотня. Этого хватит? Серебра или золота? Хм… В принципе, мне осталась только лириумная пыль и разные осколки драгоценных камней. Сами камни мне точно не достать, больно дорого. За сотню золота, правда, я смогу и камни купить. За серебро – только лириум. – Если там не медь, то хватит. Кошель перекочевал мне в руки, а оттуда в котомку. По весу – не золото. Значит, купим пыли. – Мы ждём два дня. Затем начинаем охоту на отступника. – Да-да, я запомнил, понял и проникся. Сколько раз ты мне ещё это повторишь? Храмовник помялся, а потом внезапно протянул мне медальон. – ???? – Наложи на него те же чары, что были в Орзаммаре. Тут, на поверхности, будет жарко ближайшие дни. А я не хочу сопреть в доспехах. Ну-ка, ну-ка, храмовник, который не боится магии? – Давай сюда свою побрякушку. Звать тебя как, стеснительный ты наш? – Каллен. Так вот ты какой, северный олень. Нет, его я ожидал не узнать сразу. Но так рано обнаружить рядом с собой… – Держи Каллен. Если будешь тратить на себя – два дня протянет. Но можешь положить и в повозку, но тогда на большее чем полдня и не рассчитывай. – Проверяешь? – Ха-ха. Нет. До завтра. С этими словами я развернулся и потопал в Орзаммар. Мог ли я наложить заклинание на более долгий срок? Мог. В амулете был малый полудрагоценный камень, который мог послужить накопителем, так что, ослабленное в сотни раз, заклинание вьюги могло бы и месяц продержаться. Но не стал, чисто из вредности. Каллен, пока ещё добрая душа, махом поделился бы с собратьями по ордену. Но они меня об этом не просили. Конечно, я же грязное и нечестивое создание. А вот сам Каллен таким предубеждением ещё не страдал, или хотя бы сдерживал себя и своё мнение, и относился ко мне пока что как к человеку. Но я же коварный маг. Вот и поискушаю его личным комфортом. Торговца лириумом нашёл быстро. На озвученную просьбу был так же быстро послан и ещё полчаса уговаривал продать небольшую пробирку пыли. Сначала гном не соглашался. Потом ломил непомерную цену. Затем, постепенно, мы пришли к цене чуть выше опта Башни. И мы ударили по рукам. Каллен оказался хитрым жуком. В кошеле оказалось просто сто монет. Золото, серебро и медь – всё вперемешку. По итогу подсчёта, после покупки лириума, выходило, что на руках у меня имелись 3 золотых, 7 серебряных и 25 медных монеты. На камни могло и хватить. Так что следующая остановка – лавка ювелира. Вот уж что больше всего выделялось на рынке – так это ювелирные лавки. Своими пустыми прилавками. И суровыми гномами-охранниками возле сундуков. Но это только лавки ювелиров. В магазине же, вся продукция была на виду. Как и суровые гномы-охранники. Я решил не связываться с котом в мешке и направился в сторону магазинов. Они были расположены в стене, что отделяла город гномов от внешнего мира. Орзаммар в реальности был, конечно же, в разы больше, чем в игре. А вот лавки торговцев и правда стояли прямо возле лавовых рек. Видимо, так боролись богатые семьи со средними и бедными конкурентами. Но это не мои заботы. В лавке было прохладно. Похоже, не я один утомлён подземным жаром. – Атраст вала, чужеземец. Что привело тебя сюда? – Атраст вала, мастер гном. Если надпись над входом не врёт и это ювелирная лавка, то меня сюда привели как раз дела ювелирные. – Ха-ха-ха, ты забавный, чужеземец. Что тебя интересует. – Камни. Маленькие, пойдут даже осколки от полноценных камней. Нужен алмаз, рубин, топаз, сапфир, аметист и изумруд. Примерно одного размера. – Сейчас всё будет. И правда, прошла всего минута и передо мной стояли забитые обломками мешочки. Вот только… – Мастер гном, то что издеваешься надо мной? – Что тебе ещё не так чужеземец. У меня задёргался глаз. Я демонстративно взял обломок и направил в него ману. Обломок моментально рассыпался на кусочки. – Это даже не камни. Это мусор от полудрагоценных камней. И он мне не нужен. – Сразу бы сказал, что ты маг, чужеземец, – проворчал гном. Он ушёл в подсобку и на этот раз возился там намного дольше. Вернулся с такими же мешочками, но теперь внутри и правда лежали обломки камней. – Сколько? – За каждый мешочек по одному золотому. Меньше не продам, дешевле не отдам. Моё слово твёрдое. Это проблема. Собрать пыль в полноценный самоцвет я сумею, это не великая беда. Магия творит и не такие чудеса. Но у меня просто нет шести золотых. Видя моё замешательство, гном сдулся. – Я всё равно не продам эту мелочь никому, но выкинуть жалко. Пять золотых. – Это всё что есть, мастер гном, – я просто выложил всю наличность на прилавок. Гном быстро её пересчитал и приуныл. – На это я даже мага не найму, чтобы амулеты подзарядить. – А это выход. – А сколько вы дадите магу за зарядку амулетов? – Вкрадчиво спросил я. По забегавшим глазам гнома стало понятно, что только с пылью я отсюда не уйду. Гном тоже понял, что я понял. Ну, вы поняли. И тяжело вздохнул: – Сколько? Выходил из лавки я с десяткой серебряных монет и шестью мешочками. В каждом была драгоценная пыль и по одному маленькому камешку. Этого мне хватило бы на мой артефакт. Теперь меня ждёт дворец Орзаммара. Перед вратами на верхний уровень стояли стражи. Это могло осложнить дело, но надо же знать, как король Орзаммара помнит о своих словах. – Имя? – Дайлен Амелл, маг Ферелденского Круга магов. – Маг… Наземник… Амелл… Есть такой. Проходи. Вообще странно, что этот рыжий боров читать умеет. Хм, а это… – Как зовут-то тебя, воин? – Шуруй, давай, отседова, а не меня зови. Тебя король заждался. Камень жрать буду, но это Огрен. Ещё не до конца спившийся и упавший на дно. Кого ещё сегодня я увижу? Шейлу? Дункана? Морриган? Да сегодня день встречи, не иначе. Дворец, как и всё в гномьем городе, внушал. Огромный, он выступал из скалы так, как будто и не трогали его молотами гномов ни разу за всю историю Орзаммара. Создавалось ощущение, что это природное образование. Произведение искусства, а не дворец. Справа и слева от входа находились две статуи бородатого деда. – Это совершенный Эдукан, глава и родоначальник Дома Эдукан. Вездесущий Фарин возник рядом со мной, и, опять, словно из воздуха. – Король и принц уже заждались. Негоже заставлять высоких особо ждать. – Время мне не называли, да и ориентироваться под землёй во времени мне сложно. – Вы, наземники, вечно на подобное жалуетесь. Следуйте за мной. А вот потолки в гномьих домах низковаты. Всего-то метра в два. Создавалось ощущение, что на тебя давит этот самый потолок и хотелось сгорбиться, сжаться в комок и поскорее свинтить отсюда. Фарин на меня искоса поглядывал, видимо, подобных жалоб ожидал. Но я виду, что у меня клаустрофобия развивается, не подавал. Фиг ему, а не зрелище! Королевская чета и их гости гуляли в большом приёмном зале. Это было то ещё футбольное поле, размером метров где-то двадцать на сто, в котором и потолки были приличные – метров десять ввысь, пожалуй. На длинных стенах были вырублены высокие и узкие окна. По левой стороне можно было увидеть прекрасный вид на ночной Орзаммар и его вечнотекущие реки магмы. А окна правой стороны выходили как раз наружу. Там был устроен узкий балкон и открывался великолепный вид на долину и горы вокруг. – А говорят, что гномы открытые пространства не любят… – Распространённое заблуждение. Как и то, что все гномы на одно лицо. Простолюдины, да снобы, пожалуй, наружу выйти побоятся или побрезгуют, мол, зачем им это. Но просвещенный правитель знает, что улететь в небо – невозможно. Иначе и тут, под землёй, мы бы свободно могли ходить по потолку. Ведь так, маг? Белен… Ты-то какого чёрта ко мне прицепился? – Ваше Высочество. Чему обязан такой честью? – Да брось, маг Дайлен. Я может и был занят своими делами, но не заметить интерес, смех и гнев отца было сложно. Ты чем-то заинтересовал старика и моего старшего братца. Ну, хотя бы одного. Второго мало что волнует, кроме выпивки. А вот меня волнует много больше. Например, вопрос о том, почему маг Круга, которого я впервые вижу, относится ко мне с такой ненавистью? Заметил, сучёныш. – Прошу прощения у Вашего высочества, если так могло показаться. Просто я давно уж не слышал подобного добротного смеха. И меня злость и зависть обуяла. Вы просто были первым, на кого я посмотрел, в желании подавить свой гнев. – Пусть так. В этот раз приму это объяснение за правду. Но в иной раз вам может не так повезти, маг Круга Дайлен. – Да, благодарю за доброту и прошу меня простить, Ваше Величество, – улыбаемся и кланяемся, улыбаемся и кланяемся. Я знаю, как обломать тебе твой кайф. Обломать не единожды. Но посмотрим, что из придуманного сработает. Я отвернулся от уходящего принца к окну и начал рассматривать вершины гор. Я не могу его убить. Ни сейчас, ни позже, не до начала Мора. Это я осознал точно так же, как и с Ульдредом, когда остывал и анализировал ситуацию. Орзаммару нужны изменения. Орзаммару нужен новый король. Эндрин – хороший гном, достойный, но иногда слишком мягкий и податливый. Не будь он столь мягок – никто и никогда не смог бы обвинить Дюрана в убийстве собственного брата. Не будь Эндрин столь слеп – и Белен никогда не смог бы осуществить свой план. Но и он не без греха. Когда-то его предшественник умер странной смертью, поговаривают, что от яда. Он поверил одному сыну и отвернулся от второго. Он принял решение ассамблеи и послал Дюрана на верную смерть. Точнее не так. Не в прошедшем времени. Это ещё только грозит свершиться. Нет, опять не так. Это точно свершится – я видел глаза Белена и знаю, как он поступит. Он жаждет трона, но он его не получит. Ведь что мешает простому ученику мага, что сдружился с королевской четой, сделать небольшой подарок Его Высочеству на его следующие именины? Всего лишь именной неснимаемый браслет, что поместится на руке у гнома и сможет, скажем, создавать щит из маны? Или клинок? Или броню? Или указывать направление на ближайший выход? Или даже на ближайшего Серого Стража? Ведь я уверен – Дункан будет здесь. Быть может не в тот же день, может чуть раньше, может чуть позже. Но ведь именно с Глубинных троп началось его путешествие по Ферелдену в поисках подтверждения теории о том, что начался Мор, не так ли? А только после этого он начал искать новобранцев. Решено. Моя перчатка подождёт. Сначала спасём Дюрана. Будучи предан родным братом и переродившись Серым Стражем, он сможет по достоинству «наградить» Белена. Познавши новый мир над землёй, и пересмотрев свои взгляды на жизнь, он так же сможет и возглавить народ гномов лучше, чем это сделали бы Белен или Харроумонт. Быть может, даже с тейгом Кэл Шарок сможет найти общий язык? От моих мыслей меня отвлекло чувство того, что кто-то стоит рядом. Я скосил глаза и увидел Дюрана. Когда он заговорил, в его голосе слышалось тщательно скрываемое раздражение. – Что, маг, любуешься пейзажами? – Горы прекрасны, Ваше Высочество, – я отвлёкся от созерцания и поклонился принцу. Да, я, конечно, в прошлой жизни не страдал особым чинопочитанием, но везде свои правила, так? Пацан, которому ещё пятнадцати весен не минуло, точно не сможет переломить устоявшиеся веками традиции. Скорее, его самого переломают. – Когда я смотрю на них отсюда, то забываю о своих проблемах и окружающей реальности. – Да уж, замечтался ты знатно, – в ворчании Дюрана всё ещё было раздражение, но уже не столь явное. Стоит дожать. – Дворец ведь воздвиг Ваш предок, Совершенный Эдукан? – Ты осведомлён в истории, маг, – кажется, раздражение уступает место любопытству. Что ещё я знаю? Пора польстить, по моему замыслу, будущему королю. – Не думаю, что я способен встретить что-то более совершенное, чем Ваш дворец. Он искусно давит на наземников, вроде меня, смущает простых гномов, что боятся лишний раз подойти к этому окну и выглядит просто шикарно. Безо всякого сомнения, Ваш предок был гением, а вы продолжаете его дело. – Ну, ты скажешь тоже. Ничего особого, – ну вот, в ворчании слышно лишь довольство, хоть сам Дюран и старается быть грозным. – Я бы с удовольствием посетил его снова, но жаль, что подобной возможности может и не преставиться. – Почему же? – Я даже ещё не маг, Ваше Высочество, а лишь ученик. Я хожу туда, куда укажет Круг через слова моего учителя, когда укажет Круг и как укажет Круг. Моё присутствие здесь – Ваша милость и моё сумасбродство. Если храмовники доложат о нём – в Круге меня ожидают проблемы, а будь у Круга свободный полноценный маг – и вовсе меня бы тут не было. И я благодарен Вашему Высочеству и Его Величеству за возможность вздохнуть хоть немного свободнее обычного. – Опасные речи для мага, – я аж вздрогнул. Да как эти Эдуканы так незаметно ходят? – Но мне они нравятся. Если Дюран захочет, то в следующем году от нас придёт приглашение на очередные его именины. Угадай, чьё имя там будет, маг Дайлен. – Я буду безмерно благодарен, Ваше Величество, – теперь я обернулся уже к Эндрину и склонился в поклоне перед ним. – К тому моменту я смогу подготовить достойный дар для Вашего сына. В этот раз Ваше приглашение застало меня врасплох, и я даже не смог ничего приобрести в дар. – Пусть так, – мне кажется, но кто-то знает больше, чем показывает. И, возможно, моё отношение к Эндрину слишком предвзято. Быть может он не такой, каким был в игре? Но меры по спасению Дюрана я всё же предприму. Лишним не будет. – Теперь же позволь пригласить тебя к нашему столу, маг Дайлен. Ты развлечёшь нас беседой и поведаешь нам о жизни в Круге, а также о том, что происходит за границами наших владений. – Как вам будет угодно, Ваше Величество.