DRAGON AGE. Выбор Стража.

Открыл глаза я опять не там, где их закрывал: вокруг были общежития, а я лежал на своей койке. Предпоследняя занятая. Остался только Йован. Кстати о птичках: Йован подскочил к моей кровати, как только я открыл глаза. – Ты в порядке? Всё хорошо? Ничего не болит? Сколько пальцев видишь? – Йован, Йован, успокойся, со мной всё в полном порядке. – Точно? Тебя принесли утром. Я проснулся, а тебя несут храмовники. Я и не слышал, как тебя забирали. Как всех прочих забирали. Как им это удаётся? – Не знаю, может, добавляют чего-то в еду или напитки? – Может быть. Скажи, Истязания действительно так опасны, как говорят? – Йован, ты же знаешь, у стен есть уши. Кроме того, скоро начнутся и твои Истязания, так что наберись терпения. Ага. Начнутся. Как же. Видел я как-то Йована за разговором с Ульдредом. Уж не знаю, как и что он ему наплёл, но уверен, что Йован уже спалился за применением магии крови. В отличие от меня, хе-хе. Йован, тем временем, надулся и отвернулся в сторону: – Ага, начнутся, как же. Я тут на год дольше тебя, а всё никак не вызывают на Истязания. Я боюсь, что меня и вовсе хотят усмирить. Хотят, ты прав. – Успокойся, Йован, я уверен, что ничего такого нет. Просто стоит немного поднабраться терпения, а также практиковаться в магии. Постоянно практиковаться. Давай вечерком поднатаскаю тебя, уже как полноценный маг, а не как соученик. – Поглядим. Кстати, тебе просили передать, что Первый чародей Ирвинг ждёт тебя в своём кабинете. – Спасибо, Йован. Увидимся. Путь к Ирвингу не стал для меня чем-то новым: сколько раз я к нему ходил как ученик? Или... Всё же, кое-что поменялось. Теперь я иду туда как полноценный маг! Есть небольшое отличие в ощущениях. Даже шаг стал быстрее и шире. И, с этим широким шагом, я чуть было не налетел на Каллена, стоящего неподалёку от кабинета Ирвинга. – Каллен? Что ты тут делаешь? – Дайлен? А ты как думаешь? Что храмовник может делать в Башне Круга? Несу вахту, конечно же. – А, ну да. – Слышал, ты прошёл Истязания. Знаешь, по секрету скажу: многие удивлены, что рыцарь-командор Грегор допустил тебя до Истязаний, а не усмирил. И не просто удивлены – его за это тихо ненавидят. – Странно, что ты рассказываешь это мне. – Почему странно? Несмотря на твои выходки, ты хороший маг и человек. Грегор верил в тебя – и ты не подвёл его. Кроме того, лично я поддерживаю рыцаря-командора в его решениях. Он мудр и проницателен и если ты ещё жив – значит, ты этого достоин. – Что же, спасибо на добром слове. Меня вызывал к себе Ирвинг, так что… – Да, конечно, я сопровожу тебя. Э? Я хотел вообще-то там без свидетелей уши погреть! – Не стоит утруждаться, я как-нибудь найду путь к кабинету Ирвинга. – Рыцарь-командор Грегор приказывал сопроводить тебя, если появишься. У, зараза! Такой облом. – Ладно, как скажешь. Перепалка в кабинете Первого чародея стала слышна незадолго до того, как мы к нему подошли. – Многие уже отправились под Остагар! В башне осталось не так много старших чародеев – Винн, Ульдред и прочие уже под Остагаром. По моему, мы достаточно пожертвовали своих сил этой войне. – Мы? С каких это пор, Грегор, ты сроднился с магами? – Храмовники тоже отправились туда, так что да, мы! – Рыцарь-командор! Я привёл его. Ух, Каллен, зараза, не мог помолчать. К дверям обернулись двое – Грегор и Ирвинг. Хм, я ожидал увидеть здесь ещё и Дункана. Я что, обломаюсь с поездкой под Остагар? – Благодарю, Каллен, можешь идти. Каллен отдал честь, стукнув себя сжатым кулаком по левой стороне груди, и удалился. – Поздравляю с прохождением Истязаний. Видит Создатель, ты делал всё, чтобы их не пройти, но всё же ты теперь – полноценный маг Круга. Как любому иному магу, прошедшему Истязания, тебе полагается дар, – с этими словами Грегор протянул мне посох, подозрительно похожий на мой старый. – Он похож на твой, с той лишь разницей, что этот – новый. Тот, что ты собрал когда-то уже порядком поизносился и тебе стоило бы заменить его. – Благодарю, рыцарь-командор. – Кроме того, твой амулет отправлен в Денерим. – Вот уж радостные новости. Наконец-то мой магический поводок вне моей досягаемости, так что сбежать мне от вас уже точно не удастся. – У всякого юмора есть свои границы, Дайлен. Не стоит их переступать. – Дитя, кое-кто так же хотел с тобой встретиться… – Кхм-кхм, простите за задержку. В дверях стоял… Наверное, это был Дункан. Рослый ривениец с бронзовой кожей, чёрной с проседью бородой и такой же шевелюрой и печальными карими глазами. Он был одет в броню с бело-синей вышивкой и чеканным изображением грифона на нагрудной пластине. За спиной у него висели парные мечи. – Позволь представить тебе, Дункан, глава Серых Стражей Ферелдена. – Не стоит так формально: король Кайлан только недавно разрешил нашему Ордену вернуться в Ферелден, так что у меня не было возможности стать именно главой Стражей. Под моим началом всего-то несколько рекрутов, да трое опытных ветеранов. А это, я полагаю… – Да, это Дайлен. Мы с тобой говорили о нём. – Приятно познакомится, командор Дункан. – Ладно, Ирвинг, я вижу, что сейчас вы тут будете заняты. Поговорим позже. – Конечно, Грегор. И рыцарь-командор покинул нас, так же, как это ранее сделал его подчинённый. – Дайлен, я же уже сказал, я командор пока что лишь на бумаге. И не стоит выкать: за годы бытия Стражем я как-то не привык к подобному отношению. Зови меня по имени, этого достаточно. – Дункан набирает ещё магов для армии короля Кайлана при Остагаре. А также ищет рекрутов для Серых Стражей. – И я здесь… – Нет, дитя, я звал тебя не для того, чтобы отдать на службу Стражам. – Ну почему же? Он стал бы отличным рекрутом. – Дункан, ты мой старый друг, но не переступай границ дозволенного. Дайлен останется магом Круга и точка. – Тогда я не совсем понимаю, зачем я здесь нужен. – Ах да. Я звал тебя ради того, чтобы поздравить с успешным прохождением Истязания, а также направить тебя в твою новую келью. Усмирённые уже перенесли туда твои вещи. Кстати, прихвати с собой Дункана – его комната находится неподалёку от твоей. И зайди ко мне попозже – хочу поговорить без лишних ушей. – Пока, Ирвинг. – Хорошенько отдохни с дороги, Дункан. Пока мы шли в выделенные комнаты, я попытался разговорить Дункана: – Я слышал перепалку Ирвинга и Грегора про Остагар. Что там происходит? – А ты не в курсе? – Я знаю лишь то, что король Кайлан собрал армию, в которую так же включил магов Круга, и отправился куда-то в район Диких земель Коркари. – Хм, вот как… Ничего хорошего не происходит. На нас надвигается Мор, но ваш военачальник, Логэйн, не хочет слушать нас, Серых Стражей. – Почему? – Ну, он видит в нас врагов – всё же мы прибыли из Орлея. Кроме того, лично меня он и вовсе обвиняет в смерти короля Мэрика, и никакие разумные доводы до него не доходят. – Почему? – Было время, когда я с вашим прошлым королём путешествовал, но это долгая история, которую я не готов рассказать сейчас. И Логэйн считает, что это путешествие как-то сказалось на короле Мэрике. Большего рассказывать не стану, уж не обессудь. – Ирвинг сказал, что вы прибыли сюда за магами и рекрутами? – Да, король Кайлан попросил набрать как можно больше помощи, но, судя по всему, рыцарь-командор Грегор не позволит ни одному магу, сверх уже отправленных, покинуть Башню. Даже провести набор он может мне не дать. Так что я, скорее всего, просто передохну пару дней и отправлюсь дальше. – А много вы уже набрали рекрутов? – Какой ты любознательный, Дайлен. Мне удалось найти рекрута в Орзаммаре и Денериме, после Круга мы посетим лес Брессилиан, там остановился недавно долийский клан, а затем навестим моего старого друга – тэйрна Кусланда. Он так же готовится к выступлению и я надеюсь дойти до Остагара с его отрядами без приключений. Дайлен? Я застыл соляным столбом. Рекруты в Денериме и Орзаммаре? Это… Не, не может быть! – Дайлен? – Прошу прощения, я просто вспомнил кое-что… Мы, кстати, пришли, вот ваша келья. Надеюсь, ещё увидимся. – Да, конечно, Дайлен. * * * К воротам в Башню я буквально подлетел. Пара храмовников, что их охраняли, аж напряглась и схватилась за рукояти мечей. Кроме того, я чувствовал, как они приготовили к бою свои техники. Они что, считают, что я на прорыв могу рвануть? – Привет, вы чего такие нервные? – А чего ты тут носишься, как придурочный? – Вы что, правда думали, что я в гордом одиночестве мог бы ломануться на прорыв там, где храмовники толпой ходят? Парни чуток смутились, но руки от мечей не убрали. – Кхм, так ты чего хотел? – В Башню прибыл Серый Страж! – Ну и? – Я хотел спросить - вы видели его спутников? – Нет, он вошёл в Башню один, а... – Спасибо. Удалялся я от дверей я не бегом, но быстрым шагом. И оклик "эй" я предпочёл проигнорировать. Ситуация получалась странная: мне казалось, что у Дункана по канону не было времени обойти все места, где проживали потенциальные личинки Героя Ферелдена. Максимум, он мог успеть зайти в Орзаммар, чтобы убедиться, что на поверхность вышел Мор, в Башню и к Кусландам – просто по пути к Остагару. Но выходило, что он ещё и в Денериме успел побывать, а потом и в Брессилиан намеревается заскочить. Как? И почему так много потенциальных героев Ферелдена собираются в одном месте? И я был уверен, что рекрут из Орзаммара – Дюран. Не зря же я сделал штучку, чтобы он выжил, правда? Моя келья оказалась довольно просторной. Примерно метров пять на три. В дальнем углу от дверей вдоль стены стояла кровать, к ней был приставлен сундук с плоской крышкой, а рядом с ним стоял большой стол со стулом. Между сундуком и столом оставалось небольшое пространство, так что его тоже можно было использовать в качестве стула. Напротив изголовья кровати у другой стены стоял платяной шкаф, а также несколько стеллажей с полками, сейчас пустыми. На кровати были сложены немногочисленные пожитки: кошель с монетами, сумка с целебными настойками, а так же парой заготовок под амулеты, и несколько новых мантий пурпурного цвета – знак прошедшего истязания мага. У старших чародеев они были синими, у учеников – серыми, а у Ирвинга – чёрная. Кроме того, на мантиях у магов были вышиты узоры определённого цвета – знак его специализации. Так, например, у меня их было сразу два – лазурный цвет рыцаря-чародея и огненно-красный цвет воина-мага. Узоры шли от пояса и встречались на груди. Выглядело так, будто два дракона сошлись в схватке. Красивые, заразы. Мантии я повесил в шкаф, котомку с кошелём кинул в сундук, и завалился на кровать. Йован пока не появлялся, прочие маги или храмовники меня тоже не доставали. Делать впервые за долгое время было нечего. К тому же, ситуация с непонятными рекрутами выбивала из колеи. Шаблон трещал по швам и мысли о том, что мне делать, если Йована не пошлют на усмирение, а меня не отправят в Серые Стражи, всё активнее посещали голову... И всё же, события последней ночи и сегодняшнего утра были достаточно насыщенным, чтобы утомить, так что я закрыл глаза и погрузился в дремоту... Разбудил меня настойчивый стук в дверь. Судя по солнечном свету, что вливался в окна... Ну, как в окна, в бойницы, что их заменяли, был ещё день. "Поесть бы" - промелькнула мысль. Стук в дверь тем временем не прекращался. Пришлось вставать и идти открывать. На пороге стоял... Дункан? А он что здесь забыл. – Э-э-э, Дункан? – Приветствую ещё раз, Дайлен. Я хотел бы с тобой переговорить. – Да, прошу, входи. Дункан зашёл и встал возле дверей, прислонившись спиной к стене. Я же сел на примятую кровать и стал молча на него смотреть. Повисло молчание. Нарушил его первым гость: – Ты, верно, гадаешь, что привело меня сюда? – Мой молчаливый кивок стал ему ответом. – Я пришёл к тебе по совету Ирвинга. Он сказал, что ты был знаком с принцем Дюраном Эдуканом и собрал для него наручный артефакт. Это так? – Да, и этот артефакт занял у меня целый год. А с принцем я познакомился случайно, да и виделись мы всего несколько раз. К чему этот вопрос, Дункан? – Есть несколько причин. Первая… – Дайлен, помоги, мне просто необходима твоя помощь! – В келью влетел запыхавшийся Йован. Ну, началось… Дункана он не заметил – Серый Страж замолчал как только дверь открылась и чуть его не пришибла, а потом и вовсе странно замерцал и стал почти неразличим в затененном углу, прикрытый дверью. Судя по всему, это какая-то разбойничья техника. - Дайлен, это правда важно. Я узнал, что… – Он понизил голос и обернулся на открытую дверь. Поздновато спохватился, надо было сразу за этим следить. – Что меня хотят усмирить! - Йован, во-первых, успокойся. Во-вторых, с чего ты это решил? В-третьих, ты не думаешь, что орать об этом в келье мага, который на особом счету у Ирвинга и Грегора – не самая хорошая идея? – Да-да, прости, мне стоило бы найти место потише. Как насчёт молельного зала? – Ты же знаешь, что я там не частый гость. – Сущая правда, кстати. Я старался по минимуму проводить время в этом зале: бесконечные нотации о вреде магии и пользе веры надоедали, а время в стоянии на коленях перед идолами что хранят молчание я предпочитал заменять теорией и практикой по магии. – Я лишь вызову повышенный интерес своим визитом туда. Лучше всего обсуждать вещи здесь, раз уж ты настолько мне доверяешь – здесь я хотя бы смогу точно сказать, что нас никто не подслушивает. – Мне больше некому довериться. Ты мой единственный друг в Башне. – А как же Андерс? Мне казалось, вы тоже стали друзьями? – У него какие-то свои дела - в последнее время он очень хмурый и задумчивый. Не стоит его напрягать ещё и моими проблемами. – Ладно, так почему… – Постой, мне надо ещё кое с кем тебя познакомить. Мы заглянем после отбоя! – Йован… – Не запирай келью – нам надо будет проскочить внутрь быстро, чтобы никто нас не заметил. Всё, до вечера! Он умчался быстрее, чем я успел сказать ещё хоть слово. Я почесал затылок. М-да... – Дункан? – Старая привычка, – Серый Страж оттолкнул дверь, давая ей закрыться. – Прости мою бестактность, но усмирение – это… – Ритуал, который проходят опасные или неблагонадёжные, а то и просто слабые ученики. Их связь с Тенью разрывают, лишая магических способностей. Побочным эффектом является полное отсутствие чувств, – на самом деле наоборот, но тебе, Дункан, знать не нужно. – И твой друг… – Скорее всего неправ. Если даже меня допустили до истязания, то Йована допустят и подавно. – Что же, мне кажется, у тебя будет сегодня ещё много дел… – Не беспокойся, Дункан, на то, чтобы выслушать тебя у меня хватит и времени и сил. Тут мой желудок подал голос, напоминая, что иногда в него что-то стоит закидывать. – Хо-хо, тогда, быть может, стоит пообедать, а затем уже выслушивать проблемы старика? Небольшие привилегии прошедших Истязания магов и гостей Башни – еду тебе приготовят в любой момент времени… Почти в любой – главное, чтобы плита не успела остыть, а усмирённые не убрали в холодную продукты. Кроме того, еду можно было не есть в общей столовой, а унести в келью, или вовсе попросить усмирённых доставить её туда. Дункан согласился присоединиться к трапезе в моей келье, но до этого момента куда-то ушёл. Стол получился простым, но сытным – толчёный картофель с местным аналогом курицы и хлеб. Из напитков были: морс для меня, а также местный эль для Дункана. Обедали мы в полной тишине. Когда мы закончили трапезу, я обратился к Стражу: – Итак, Дункан, ты что-то хотел спросить, пока мой друг не влетел в комнату? – Да, Дайлен, меня заинтересовал твой артефакт… – Погоди, сначала скажи, как ты о нём вообще узнал? – Это… Не то чтобы долгая история, но всё же немного неприятная. Я не хотел бы рассказывать её здесь. Достаточно будет, если я скажу, что принц сам мне показал его и рассказал, что он делает, и кто его сделал? – Я хотел бы знать больше, но если не хочешь рассказывать – не надо. Я услышал то, что нужно. Так я правильно понимаю, что ты хочешь снабдить таким всех Серых Стражей? – Как минимум Орден в Ферелдене – да. Более того, если в главной резиденции, Вейсхаупте, Первый Страж подтвердит мой запрос, то Стражи могли бы выкупить у тебя идею и платить тебе за изготовление, с тем условием, что никто кроме нас не сможет получить подобный амулет, сделанный твоими руками. – Это… Интересно, но условия надо обсуждать и очень тщательно. Кроме того, такие амулеты, как я уже сказал, не делаются по щелчку пальцев. Столь же функциональный как у Дюрана, и вовсе может стоить довольно много, а создаваться довольно долго. – Хм, вот как… – Если создавать парные браслеты: один для меча, второй для щита или второго оружия, то будет, конечно, проще, но не дешевле и уж точно не быстрее. Я бы сказал, что на один такой амулет, только лишь со щитом, на котором будет изображён герб с грифоном, и простейшими лечениями, уйдёт около месяца работы. И, в зависимости от материалов, стоить он может от десяти золотых и до сотни, а то и больше. И это без учёта моей работы. – Это… Довольно большая цена. А если Стражи станут поставлять тебе материалы? – Тогда, конечно, я буду брать лишь за объём работы. – Быть может, мы и сможем договориться… И мы стали обсуждать возможность соглашения. Не уверен, зачем я стал об этом говорить: заключать сделки с ещё живыми, но уже мертвецами не имеет смысла. Спасать Дункана и Кайлана? Я же не всемогущий – я не смогу, да и просто не хочу их спасать. Дункан уже слышит Зов – я вижу это в его усталых глазах. Иногда, когда думает, что никто не видит, он вздрагивает и словно прислушивается к чему-то далёкому. В этот момент его глаза слегка меняются – радужка выцветает, белок мутнеет, а в зрачке появляется белая точка. Затем всё приходит в норму, но даже без Мора и Остагара Дункану осталось не так много времени в этом мире. Кайлан же слишком непредсказуемая фигура. Если он выживет при Остагаре, то останется королём Ферелдена. А учитывая, кто его предаст и какие отношения у Кайлана с Орлеем… Это было бы жуть как любопытно, кстати. Может всё же попытаться? Но нужна ли мне гражданская война в полном масштабе после окончания Мора? Кайлан порвёт с Анорой, если выживет – это очевидно. Скорее всего, станет мужем Селины – тоже легко прогнозируемый ход. А вот дальше… Как поступят банны? Что сделает знать Ферелдена, когда их король, как выразился бы Логэйн: «отдаст Ферелден в руки тех, кто три четверти прошлого века держали его в рабстве»? Очень тяжёлое решение… Дункан в итоге провёл в моих покоях весь остаток дня. Похоже, природное любопытство Дункана взяло верх над чувством такта: ничем иным я не могу объяснить этот факт. Каждый раз, когда тема для разговора исчерпывала себя, он находил новую. Так я «узнал» большую часть истории похода короля Мэрика и Серых Стражей на Глубинные тропы. Кое-что Дункан старался не рассказывать: например про Архитектора упомянул он лишь то, что «у порождений тьмы бывают свои предводители, порой более разумные, чем мы думаем». Помимо того, об отношениях Мэрика и Фионы Дункан не распространялся вообще. Как будто их и не было, а Алистер – это просто плод моих больных фантазий, ага. К моменту, когда в дверь постучали, Дункан уже стоял в тёмном углу, по моей просьбе. Просто, после очередной попытки продлить наш разговор, я в лоб спросил: – Дункан, тебе любопытно, что тут произойдёт? Ну, так не делай мне мозг, просто спрячься в тени, как до этого, и наблюдай: я не против твоего присутствия. Ты старше и опытнее, если ситуация и правда плачевная и ты сможешь дать совет – я буду только благодарен. Серый замялся, потом кивнул и отправился в тот же самый угол, где прятался от Йована в прошлый раз. Я даже потушил один из светильников, чтобы тени сгустились посильнее в том углу. * * * Йован влетел опять почти без стука, но теперь хотя бы производил намного меньше шума. С ним была миловидная девушка, одетая в монастырское платье: – Фух, вроде бы никого не было. Дайлен, привет. Познакомься, это Лили. Я говорил тебе о девушке, которую полюбил, некоторое время назад, если помнишь. Вот, это она. – Сочувствую бедняжке Лили. – Очень смешно, – буркнул Йован под мелодичный смех Лили. – Приятно лично познакомиться со столь выдающимся учеником, то есть уже магом! – Мне тоже, Лили. Но что во мне такого выдающегося? – Только не надо прибедняться! Почти половина храмовников в Башне спят и видят, как намотают твои кишки на свой меч, а вторая половина мечтает увидеть твою голову прибитой над главным входом. Тебя терпят лишь потому, что Грегор приказал не трогать. Ну и небольшая группа храмовников: насколько мне известно, это те, с кем ты тренировался – уважают тебя за твой боевой дух и мастерство. Они поддерживают Грегора и считают, что ты достойный маг, который не станет использовать свои силы во вред другим. – Это… Обнадёживающие новости. – Теперь ухмылялся уже Йован. – Но что привело вас сюда? На сколько я помню, во-первых, заниматься сексом с адептами магам не запрещено, но не приветствуется ни Церковью, ни Кругом, а во-вторых, чтобы просто нас познакомить мог бы выбрать и другое время. Лили слегка покраснела, а Йован слегка побледнел: – Ты что не помнишь? Я же говорил про усмирение днём! – А, ну да. Было дело. Но я всё ещё не верю, что это возможно. – Прости, Дайлен, но это правда – это я ему рассказала. Я видела бумаги на столе Грегора, когда прибиралась в его комнате. – Это… Несколько меняет дело. Но почему тебя хотят усмирить? – Грегор считает, что я – маг крови! – Грегор много чего считает, в том числе и свои седые волосы после моих выходок. Почему он так уверен, что ты маг крови и тебя необходимо усмирить? – Я не уверен до конца… Но это могут быть проделки Ульдреда. Он… Пытался научить меня магии крови. Оп-па… Попался, заяц. – Тогда почему бы не рассказать об этом Ирвингу? Я уверен, что… – Дайлен, Ульдред практически правая рука Ирвинга. За последние три года, пока ты истязал себя тренировками и учёбой, Ульдред обрёл немалый вес в Башне. Многие прочат его на место будущего Первого чародея, несмотря на то, что он либертарианец. Как ты думаешь, кому Ирвинг поверит больше – вчерашнему ученику и его другу, которого подозревают в занятиях магией крови, или старшему чародею, который разоблачил нескольких магов крови? Вот ведь… сука. – А ты хотя бы пытался поговорить с Первым чародеем? – Это ты, Дайлен, как личный ученик Ирвинга, можешь говорить с ним когда и как пожелаешь. А я простой ученик – прежде чем попасть на аудиенцию к Первому чародею, мне необходимо подать прошение своему учителю. Я бы попытался это сделать, но времени в обрез, а подобное прошение могут рассматривать и месяц! – Ладно, пусть так. Тогда такой вопрос: Йован, ты правда не маг крови? На бедолаге сошлись целых три пары глаз: Дункан тоже слегка подался вперёд из своего убежища – так ему было интересно. Его никто не заметил – стояли ночные гости спиной к двери, так что я не стал его одёргивать или делать страшные глаза – не маленький, сам знает, как и когда прятаться. – Ну, я признаю, я интересовался. Всё же магия крови очень могущественна. Но я её не изучал и никогда и ни к кому её не применял, клянусь! «Ты лжёшь как дышишь» – вслух я это не сказал, но даже от выражения скепсиса на лице удержаться было нереально сложно. – Ладно, допустим. Что вы хотите от меня? – Мы с Лили хотим бежать из Башни сегодня же! – О, Создатель… Пример Андерса тебе покоя не даёт? Сколько раз он уже сбегал? И ровно столько же раз его возвращали в Башню храмовники! Ты думаешь, у тебя получится лучше? – Его возвращали потому, что у них был его амулет! Если я смогу уничтожить свою филактерию, то у храмовников не останется способов меня выследить. И я смогу наконец-то жить свободно! Жить с Лили! – И вы предлагаете… – Спуститься в Хранилище, найти амулет Йована, а затем уничтожить его. После этого мы сможем сбежать, и никакие храмовники нас не остановят! Надо спешить и сделать всё сегодня, лучше прямо сейчас. – Такие вещи планируются не один день, Лили. Ты предлагаешь не просто авантюру – ты предлагаешь форменное безумие! Пойти втроём в самую охраняемую зону Башни, где днём и ночью ходят толпы храмовников, затем открыть несколько дверей, одна из которых защищена от магии, найти среди сотен склянок одну конкретную и уничтожить её, а затем не просто выйти из подвала, но и каким-то образом вывести вас наружу? Отличный план, просто охуенный, если я правильно понял. Надёжный, блять, как орзаммарские часы! – Андерс пообещал помощь в побеге, когда я его спросил. – Ты же не хотел его напрягать! – Да, но после твоих слов я задумался: ведь кроме Андерса никто так успешно не сбегал столь много раз, и решил обратиться к нему. Он, кстати, тоже сперва интересовался, не маг крови ли я. Прямо как ты. – Хорошо, допустим, последняя часть у вас готова. Осталось начало и середина. Что с ними делать будем? – В Хранилище стоят особые двери – они открываются только от совместных действий мага и храмовника. Насколько мне известно, почти во всех крупных Кругах Тедаса стоят подобные. Я не храмовница, но я знаю, как открывать двери. Церковь использует тайные слова, что снимают первый слой защиты, и они мне известны. Затем маг касается двери и направляет в неё ману. Я не могу войти внутрь с Йованом – дверь отвечает лишь на ману того, кто прошёл Истязания, поэтому нам нужен полноценный маг. – Так, ну тут тоже всё понятно. Осталось главное – как мы подойдём к двери минуя охрану из храмовников? – Быть может, я вам на что-то сгожусь? Дункан, видимо, устал ждать в своём углу, и вышел на свет. Произвёло его появление отличное впечатление: Лили пискнула и прыгнула вперёд, приземлившись прямо на кровать (а до неё была пара метров! Уважаю), а Йован резко обернулся и приготовился колдовать. – Тише, юноша, не стоит так остро реагировать. – Кто это, Дайлен? И почему ты не предупредил нас о наблюдателе?! – Спокойней, Йован. Это Дункан, Серый Страж. Я позволил ему остаться, потому что был уверен, что он в случае чего поможет советом. И, кажется, лишь немного ошибся. – Да, я не мастак давать советы, зато мог бы помочь вам делом. Моя старая подруга терпеть не может Круги. Да и сам я, признаться, отношусь к ним с предубеждением. Если всё, что я услышал здесь – правда, то храмовники намерены обречь на страшную участь не одного, а сразу двух невинных. – Не такие уж они и невинные, Дункан. – Я не в том смысле, – но ухмыльнулись мы с Дунканом примерно одинаково. Так же, как примерно одинаково покраснели Лили и Йован. Последний, попытался уколоть в ответ: – И как нам может помочь старый Страж? – Старый Страж может отвлечь немного храмовников, что охраняют двери в подвал Башни, на достаточное время, чтобы вы смогли войти, а затем сделать свои дела и выйти. – Ну, вот теперь это хотя бы напоминает план. Йован, тебе осталось только предупредить Андерса. – Ну, – Лили с Йованом переглянулись и снова смутились. Не понял? – Мы, в общем, считали, что ты согласишься, так что он будет ждать нас до рассвета в условленном месте. Если мы не появимся там, то он сказал, что сбежит без нас. Времени не так уж и много, так что стоит поспешить! У, хитрые жуки. Но они были в целом правы: даже если бы история пошла несколько иначе, я всё равно помог бы Йовану сбежать. Всё же я успел с ним действительно сдружиться за двенадцать лет, проведённые в Башне. – Хорошо, хитрожопые личности. Идём. Нас ждёт Хранилище.