Я встречу тебя снова

*Воспоминания из прошлого* ----------------------------------------------------- - Можно потрогать твои волосы? - спросил маленький рыжеволосый мальчик. - Можно, - усмехнулся незнакомец в ответ. Темноволосый мужчина опустился к мальчику. Подогнув колени, он присел на корточки на уровне его роста. Глаза мальчика загорелись алмазом, когда он смог потрепать своей маленькой ручонкой шелковистые волосы незнакомца. - Какие они длинные! - воскликнул мальчик. В ответ мужчина ничего не сказал. Его глаза блистали янтарным светом, когда он смотрел на восторженного мальчика...

***

Они встретились ещë не раз. Незнакомец нередко заглядывал к мальчику в небольшую деревушку. У них появилась традиция: дарить подарки при каждой встрече в знак их скромной дружбы. Это могли быть цветы, игрушки или другие безделушки. Однажды рыжеволосый мальчик принëс для своего старшего друга маленький янтарь. - Он напомнил мне о твоих глазах, - воскликнул мальчишка и отдал камень мужчине. Этот подарок очень тронул незнакомца. Для него стал очень дорог этот камешек. Рыжеволосый юноша сгладил тоскливое одиночество мужчины; они вместе проводили время, встречали рассветы и закаты, могли долго разговаривать о красоте Тейвата... Их дружба длилась два года, пока мальчик внезапно не исчез. С тех пор прошло около двадцати лет. ------------------------------------------------------

***

Я увидел Тарталью, когда в последний раз повстречался с Синьорой. Он казался необычайным юношей: храбрым, стойким, харизматичным. Мужчина сохранял свой деловой и строгий вид при любых обстоятельствах, но всë же, я чувствовал в нëм до боли знакомое тепло и простоту. Возможно, именно поэтому мне захотелось с ним познакомиться поближе. Я узнал его лучше спустя время. Он, к счастью, не держал на меня зла, даже после всех событий в городе, и я на него тоже. Тарталья не так редко заглядывал ко мне в бюро "Ваншэн". Из вежливости я приглашал его на чаепитие, и он никогда не отказывал мне. Наши беседы были долгими, но никак не касались темы о личной жизни. Несмотря на это, с ним было очень приятно беседовать. Он поддерживал любой разговор и мог долго говорить о чëм-либо, не утратив слаженность своей речи. Поэтому, возможно, я и был рад любой возможности повидаться с рыжеволосым юношей. Лишь однажды я встретился с настоящим Тартальей, когда он любовался заревом. Его взгляд был спокойным и направленным в небо. Улыбка на его лице была такой простой и искренней. Прохладный вечерний ветер трепал рыжие волосы Тартальи, а лëгкий румянец на его щеках при закате казался более ярким; с ним он был словно невинным мальчишкой... Спустя какой-то промежуток времени до меня дошли известия о том, что Тарталья уезжает из Ли Юе. Он должен был вернуться вместе с Синьорой в Снежную. Я очень сожалел о том, что не попрощался с ним, потому в мою голову пришла отличная идея: стоило написать ему письмо. Но я не думал, что смогу уложить в него все свои мысли о Тарталье, о которых сам не ведал... Это было вечером. Я взял длинный, тонкий лист бумаги, чернила, кисть, и сел за письменный стол. Передо мной располагалось открытое окно. То, что я видел, было абсолютной красотой: Темнеющее сумеречное небо на фоне домов жителей Ли Юе, вокнах горели огни, освещающие дороги улиц, и море, в отражении которого поблëскивали звëзды. Лëгкий, прохладный ветерок приятно обдувал моë лицо. Ко мне пришло некое вдохновение, которое ощущалось как-то иначе, чем обычно... Я принялся писать письмо. «Уважаемый Тарталья. До меня дошли известия о том, что вы возвращаетесь в Снежную. Это письмо я пишу вам не как коллеге, если вас можно так назвать, а как человеку, с которым мы вели дружественную беседу за кружкой чая. Хочу сказать лишь то, что каждая наша встреча действительно разжигала внутри меня таинственный огонëк. Не знаю, где сейчас вы находитесь... Возможно, ты сейчас уже не в городе, и моë письмо не дойдëт до твоих рук. Но я искренне надеюсь, что ещë когда нибудь смогу услышать твои согревающие душу речи. Этим скромным письмом я хотел поведать тебе о своих чувствах, которые накопились за недолгий промежуток времени. С уважением, Чжун Ли»