Соколиха

      Я не уверена, что своенравный поступок Кейго разрешён, но тёплая тушка под боком — хорошая причина не размышлять обо всех законах мира и, в частности, Японии. Пусть греется подле. Я продолжила жевать соленую закуску.       И тут я подумала: сложно быть таким человеком, как я, в Японии. Ладно, мне повезло с Кейго, но остальные…       О чём это я? Ах, да. Ассимиляция не случилась. Я всё еще неосознанно не использую суффиксы, мне приходится вспоминать, когда какой нужен (часто не без помощи интернета). Настаиваю на том, чтобы использовали моё имя и ни в коем случае суффиксы, что воспринимается более спокойно, как минимум учениками 1-A. Да и Кейго подхватил мою нелюбовь к ним. Да вот только такого много. В итоге моё поведение кажется грубым и невоспитанным, к последнему, предполагаю, вопросов не возникнет. Что для меня проявление вежливости таковым не является здесь, в Японии. Я стала хабалкой?! Как я умудрилась за пятнадцать лет не научиться основному?!       Про себя раздался стон, полный страдания и самобичевания.       «Меняться никогда не поздно» — сейчас не про меня. Не так же я плоха? Да?.. буду думать, что не всё ужасно. Если я нарушу границы по незнанию, меня остановят.       Голоса одноклассников стали оживлённее. Я попыталась узнать причину сего, чем оказался Бакуго. Да, его бой с Очако вызвал много эмоций. Брат тоже кинул мимолетный взгляд на моего самого сложного соперника, который будет в третьем раунде. В том, что мне предстоит с ним драться, ни я, ни Кейго не сомневались. Я не хотела пересечься с ним взглядом, так что посмотрела на арену.       Заговорил Мик, объявляющий армрестлинг ТецуТецу и Киришимы. Неподалеку от арены создали столик, как вы думаете, из бетона. А они по полной эксплуатируют Цементоса. Я уверена, что за противостоянием парней смотреть увлекательнее, чем на все мои бои. — И НИЧЬЯ РАЗРЕШИЛАСЬ! ПОБЕДИТЕЛЬ — КИРИШИМА! И ТЕПЕРЬ У НАС СТАЛИ ИЗВЕСТНЫ ВСЕ УЧАСТНИКИ ВТОРОГО РАУНДА! КСТАТИ ГОВОРЯ, МОЖЕТ, УЖЕ НАЧНЕМ?!       Дайте мне перерыв. Один эмоциональный бой, а следом ещё один — издевательство в чистом виде. Я потёрла переносицу. — В ЭТОМ РАУНДЕ СТОЛКНУТСЯ ЛУЧШИЕ БОЙЦЫ ИЗ СВОЕГО КЛАССА! НО САМЫМ ЛУЧШИМ МОЖЕТ БЫТЬ ТОЛЬКО ОДИН! МИДОРИЯ ПРОТИВ ТОДОРОКИ! — Они ещё не начали? Я должна посмотреть, — вернулась Урарака. Ох. Красиво в этом мире никому не дано плакать.       Очако выглядела несравненно лучше. Исцеляющая девочка исцелила самые серьезные раны, а менее болезненные залечила традиционной медициной. — Что случилось с твоими глазами?! Тебе нуж…       Я стрельнула в макушку Ииды пушистым пером, чтобы не кричал. Поплакал человек. Чего тут излишнее и нежелательное внимание привлекать? Никто не любит демонстрировать свою слабость. — Староста, она недавно от Исцеляющей девочки, — напомнила Ииде. — За этим я к ней не пойду. Само пройдет. — Само пройдет?! По мне, так это что-то серьезное.       Я бросила попытку успокоить Ииду и вновь посмотрела на арену. Сейчас брат увидит причуду Изуку во всей своей красе, а не только поломанные пальцы. Не думаю, что она его приятно удивит. Но удивит — ещё не то слово. Мысль о причуде привела к другой. У меня появилась одна мысль, которую стоит развить: забрать ли мне Мидорию к себе в агентство? Я знаю, как можно подчинить его причуду. Убийца героев за решеткой, а с Гран Торино он может познакомиться и потом (здесь я надеюсь на Всемогущего). У меня есть козырь, который поможет обойти правило о двух предложениях пойти на стажировку от одного героя. Тем же козырем я крою заскок Изуку насчет принятия помощи от меня. Присутствие Мидории рядом благоприятно скажется на Токоями. К тому же в будущем стажировка приемника Один За Всех в моем агентстве сыграет мне на руку, а я планирую до него дожить. А если появятся «геройские приключения главного героя», я смогу приглядеть за парнем. Взаимовыгодное сотрудничество получается. Да и, что греха таить, нахождение этого парня поднимает боевой дух, что даже я, пассивная временами падла, воодушевляюсь на новые геройские деяния. От него исходят такие волны решительности, что я начинаю подумывать о возможности использования его как антидепрессанта. Рядом с ним я чувствую себя бодрячком!       Столько пользы от него, а единственная причина не взять его в агентство — дать шанс Мидории найти решение его «одноразовой проблемы». Кому надо учить его самому решать свои проблемы, когда можно получить такой профит? Мидорию бы обучить принимать чужую помощь — это проблема, что вылезла на фестивале. Это может доставить мне неудобства в будущем. А мои затруднения — это нечто глобальное в последнее время.       Всегда есть и свои минусы, но в голову так сразу ничего не приходит. — Ты так и будешь весь бой летать в облаках? — ткнул меня в плечо брат.       Я ткнула в ответ. Мои размышления и минуты не продлились из-за него. Наверное, минуты… — ТОДОРОКИ ПРОДОЛЖАЕТ ЯРОСТНО НАПАДАТЬ! ЧУВСТВУЮ, ЭТА ЛЕДЯНАЯ АТАКА СТАНЕТ ПОСЛЕДНЕЙ!       Мидория использовал Один За Всех сломанными пальцами, Тодороки был покрыт местами коркой льда. Изуку начал провоцировать Шото на использование всей силы. — Ух, — втянул воздух ртом Кейго. Мидория смог ударить Тодороки, да вот только ударил он своими сломанными пальцами, — Он, и правда, не может ей управлять? — СИЛЬНЫЙ УДАР ПО ХРУПКОМУ ТЕЛУ! ДУМАЮ, ОЦЕНИЛИ ВСЕ! — не дал мне сразу ответить комментарий Мика. — И я не сразу подчинила свою причуду, — упомянула я. — Верно.       Бой продолжался. Мидория всё ломал себя. Если на то пошло, Шото не лучше — вскоре станут волосы полностью белыми. На арене велась не только битва: Мидория беседовал с Тодороки, который тоже активно принимал в разговоре участие. Изуку пытался донести до своего противника, что причуда огня — его причуда. Парни окончательно перешли на крик, отчетливо слышимый и здесь. Мои перья почувствовали смену температуры. — Договорился, — недовольно прошипела я.       На арене вспыхнуло пламя. Мидория, ты поступил правильно, но теперь твои шансы на победу даже не рассматриваются.       Тренировки с Кейго не принесли большого результата — потеря сознания всякий раз при попытке чувствовать перьями, но, если сосредоточиться на чём-то одном, мозг сможет обработать поступающее количество данных. Я остановилась на температуре, отбрасывая всё остальное. Не скажу, что сильно чувствительна к этому, но изменение в десять градусов почувствую. А что мне ещё надо, кроме различения живого от неживого? Поэтому и остановилась на температуре. Мне ещё далеко до навыков брата для чего-то посложнее.       Послышалось громкое «Шото-о-о» голосом Старателя: — Ты, наконец, принял самого себя?! Отлично! Превосходно! Теперь ты встал на начало пути! Ты, в ком течёт моя кровь, превзойдешь меня и примешь мои амбиции в сердце!       Стадион затих от слов прогероя. Кейго рядом не нахмурился, но на лице не осталось ни тени былой легкой беззаботности. Часть его лица скрылась в вороте куртки. — ГОСПОДИН СТАРАТЕЛЬ ВЫСТУПИЛ С ВНЕЗАПНОЙ… ОБОДРЯЮЩЕЙ РЕЧЬЮ? КАКОЙ ЗАБОТЛИВЫЙ ОТЕЦ! — ага, столь заботлив.       О нет. Эти дурни собираются бить со всей силы. Они побежали друг на друга. Между ними Цементос успел выстроить стены, разбившиеся от их удара. Грохот сопутствовал потоку горячего воздуха вперемешку с холодным. И вновь ебанная пыль. Я чихнула. И ещё раз. Чёрт! Я не прекращала чихать! — Кохаку? — заволновалась Момо.       Я ушла с трибуны, прикрывая лицо рукой и чихая. Так и аллергиком недолго стать с вашим фестивалем. Нос невероятно зудел, и я побежала в сторону туалета. Спускалась по лестнице, уже летя на крыльях. Глаза слезились. Тыльной стороной ладоней я вытирала этот поток. Бой ещё официально не закончился, но меня это не волновало. Я влетела в первый попавшийся туалет, будем думать, что мне повезло, и он женский. Я уже на ощупь открыла воду и промыла глаза, а после и нос. Я опиралась об раковину, мокрая челка, неотличимая от основной массы волос из-за одинаковой длины, облепила лицо. Ко мне вернулось нормальное зрение, когда я поморгала. Видимо, вся пыль на стадионе досталась именно мне в лицо! Нос ещё чесался, но терпимо. Глаза покраснели от слез. На лице была грязь, образованная после контакта воды и пыли. Плеснув воду в лицо, избавилась от неё и вышла из туалета, в котором были установлены писсуары. Нет, не женский, а мужской всё-таки. Хорошо, что сейчас идет бой, и никого здесь нет, да и мне нет до этого никакого дела. Прилюдно правила приличия не нарушила? Ну и замечательно.       Надо усовершенствовать геройский костюм. Создать свою маску, защищающую дыхательные пути, а не только глаза. Пыль становится нешуточной проблемой.       Ну, раз я уже ушла с трибун, заодно схожу к Изуку, чье состояние здоровья меня волнует и беспокоит. Я развернулась и пошла в сторону Исцеляющей девочки. Что-что, а маршрут до неё уже хорошо запомнился. — Приветствую, — тихо открылась дверь.       Я увидела напряжённую спину Тошинори, за ней виднелся и сам Изуку. Ожидаемо, рукам пизда. Даже комментировать их состояния не хочется чем-то цензурным. Какой же он придурок. Надо ведь уметь так наплевательски относиться к своему здоровью! И его цель — становление героем не оправдывает средство. Я укоризненно посмотрела на него. — Привет, Коха… — Молчи, — нечего ему тут говорить, пока не придет в норму, — Не буду мешать лечению, я хотела проверить насколько всё…       Хуево. — …плохо. Надеюсь, тут и без меня вправят ему мозги на место.       Я, не входя внутрь, ушла из лазарета, аккуратно закрыв дверь за собой. Пришла, ушла — чудесно. Почти ничего и не сказала, но я увидела всё, что хотела. Почему люди, к которым я привязываюсь, столь не ценят своё здоровье? Они не понимают последствия, которые может нести даже самая обыкновенная царапина? Меня окружают глупые, неразумные, безмозглые люди — герои! Не получается даже злость выразить на них. Щёки вспыхнули от подобного поспешного решения прийти сюда. Вот не надо было приходить, испытывая беспокойство и злость в одном флаконе.       А Мидории нужно было сдаться до начала боя. Ему не объяснили, что, ломая кости, в будущем будут осложнения? А ведь сама отговорить я не смогла, ежу понятно, что Изуку завёл бы свою шарманку про «сам, ответственность» и так далее по списку.       Сейчас бой Ииды, а там и мой с Ашидо. Я привела мысли в порядок, по пути заглянула в комнату ожидания, допила из бутылки, заклейменной братом, и пошла готовиться к битве — размять крылья. Кое-что я вынесла для себя после нападения Лиги — делать разминку перед битвой нужно дольше и регулярнее. Времени было навалом, потому что отстраивали поле боя, и я смогла пролететь разминочный круг за стадионом.       Как я люблю летать! За все пятнадцать с хвостиком лет мне не надоело. Кейго родился с этой возможностью и относится к этому не иначе как к обыденности. Но я, как жившая в прошлой жизни сухопутной, восхищаюсь и наслаждаюсь каждым полётом! Я недолюбливаю крылья до сих пор, но полёт — это нечто прекрасное и вечно мною любимое. Мне влетело бы, если я летала в городе, и кто-то увидел, но академия — другое дело! Здесь это разрешено, чем я забываю пользоваться.  — ОСТАЛОСЬ ДВЕ ДАМЫ, КОТОРЫЕ СОЙДУТСЯ В БИТВЕ! КИСЛОТНАЯ АШИДО ПРОТИВ КРЫЛАТОЙ ТАКАМИ!       Я находилась на арене и была уверенна на все сто, что за мной сейчас наблюдают, ища слабости. Да, Бакуго и Тодороки?       Я стояла перед Миной. Прозвучала команда старта. Мина — сильный противник, который может составить конкуренцию, если бы не одно но:       Мина побежала на меня. Её предсказуемый бросок кислоты попал в противовес кинутое красное перо, что сразу обмякло и упало на землю, растворяясь в кислоте. Я направила на противника руку. Из моих крыльев вылетели все перья и волной захлестнули девушку. Её причуда разъела первые слои (разъела металл!), но остальные остались в целости. Куча, сверкающая на солнце, под лязг, весьма медленно летев по моим меркам, вытолкнула Ашидо за черту. М-мда. Кидать перья эффективнее, чем управлять. Так как сейчас они весьма медлительны без дополнительного ускорения. — Ашидо вышла за арену! Победа Таками, — подтвердила прохождение в следующий раунд Полночь. — ТАКАМИ ОДНОЙ АТАКОЙ ОДОЛЕЛА СОПЕРНИЦУ! НО НАША ПТИЧКА ЛИШИЛАСЬ ВСЕХ СВОИХ ПЕРЬЕВ! НО НИЧЕГО! ИСЦЕЛЯЮЩАЯ ДЕВОЧКА С РАДОСТЬЮ ВЕРНЕТ ЭТУ ПТИЧКУ В НЕБО!       Я наклонилась к Ашидо, поинтересовавшись, не осталось ли синяков. Я не направляла на неё перья острой стороной, но её буквально весьма неровная металлическая стена снесла. Она посоветовала не волноваться о каждом сопернике. Я пожала плечами и почувствовала легкость на спине. Вернув перьям пушистый вид, чтоб облегчить людям уборку, направилась в лазарет. Сколько раз мы уже с Исцеляющей девочкой повидались за день? — Пора уже тебе прекращать, милая, — посетовала чуть-чуть старушка про любителей посещать лазарет и наградила поцелуем. Сил забрало совсем незначительное количество.       Отрасли все перья, клянусь, со звуком «пуф». Отрасли и лишние, торчащие во все стороны, добавляя мне пушистости. Мне ничего не осталось, кроме как присесть на корточки и выщипывать их в коридоре возле найденной корзинки мусора неподалеку. Такое чувство, что выщипываю их вечность. — Таками? — шёл ещё один, если судить по побитому лицу, к Исцеляющей девочке. — Кохаку, — поправила его я. Когда-нибудь он сдастся и назовёт меня по имени, — Сильно же тебя Бакуго. Если он даже твоё укрепление пробил, то мне придётся несладко. — Ни по одному твоему бою такого не скажешь. — И ты об этом. Все уже поднадоели со своим «Таками, сильная и страшная», даже Мик. Нет. Особенно Мик! Извини, я задерживаю тебя, — оценила состояние одноклассника я и искренне извинилась, чувствуя вину. — Всё в порядке! Я крепкий, — пытался убедить меня Эйджиро, но сам держался за бок. Я сделала лицо, говорящее о недоверии к мистеру крашеным рожкам.       Он пытался понять, чем я занимаюсь, сидя в коридоре. Пришлось пояснить о «пушистой особенности». — Жуть! Тебе приходится выщипывать себя каждый день?! Да и так с двух лет! Жуткая причуда!       Про себя посмеявшись из-за «жуткой причуды», что для меня всего лишь раздражающая временами, я начала медленно вставать на ноги. — Один раз глобально и на протяжении всего дня подщипывать, каждый час-два, — за быстрый рост перьев приходится расплачиваться, — Не больше семи минут в день, если не запускать. Зато есть «запаска» — Я ни разу не видел тебя за этим занятием, — заметил Эйджиро. — А хотел бы? –спросила и многозначительно подвигала бровями.       Получив совсем никакой реакции в ответ, я недоуменно посмотрела на Киришиму, что сохранял невинное выражение лица. Чувствую себя так, как будто мои слова прошли мимо него. Неловко, а я ведь пыталась разбавить атмосферу шуткой! Я окончательно поднялась на ноги и смачно хлопнула парня по плечу.       Бакуго поблизости нет. Я для надёжности перепроверила перьями. Эйджиро должен оставить ему повреждения, но он решил не идти в лазарет. Из этого следует, что он экономит силу. Логично. Как я и сказала, из меня строят сложного противника. Не уверен, что ему хватит выносливости в бою? Мм… Значит, считает, что я буду затягивать. Учту это. — Ладненько. Семпай по битве с Бакуго, чей опыт я постараюсь никогда не повторять, — я пожаловалась на предстоящего противника и слегка взялась за здоровое плечо собеседника, сдерживая смех и ведя за собой парня, — Если ты не можешь дойти в лазарет, то мой долг, как младшего товарища — кохая, довести тебя до него. — Я сам смогу, — слегка возмутился Эйджиро, но понимая моё игривое настроение, весёлость, начал слегка улыбаться. — Ой, да ладно тебе. Будто я слепая. Тебя весьма смачно приложили, — поделилась я, уже смеясь в голос. Смех был чем-то между чайником и чайкой, — Жду не дождусь нарушить тенденцию Бакуго избивать соперников! Будет ли он сильно злиться, если ему не дадут грушу для битья, и его одолеет девчонка?! Он, определённо, будет требовать реванша тогда. — Нет у тебя золотой середины! — пошли мы в лазарет вдвоём. Киришима тоже поймал моё беззаботное настроение. Рада, что подбодрила его после поражения, — Часто же ты рушишь шаблоны из-за чего и попадаешь в неприятности. Бакуго спровоцировать успела с Тодороки. Многие к ним не лезут. Тебе вот-вот драться с Бакуго, да веселишься тут. Это круто! Весь стадион ждёт ваши драки с ним, а я больше всех! Это будет самая мужская битва! Вмажь посильнее! — Я задам жару! — воодушевилась я, раскрыв красные крылья, что поспешно сложила, ударившись об стены с глухим стуком. — Не говори Бакуго, но я болею за тебя, — поделился всё ещё побитый парень. — Иди, подлечись уже, Киришима, — хихикнула я, — А о том, кто твой фаворит, я тактично промолчу. Так и быть, приятель.       Я почувствовала, как на моём лице расползлась улыбка. Была ли она уже до этого или нет? Я и думать забыла о том, чтобы добровольно сдаться Бакуго. Последние сомнения были отброшены, когда я посмотрела на Эйджиро. У этого парня, как и у всех в классе, есть свои недостатки и проблемы, которые я прекрасно вижу. Здесь даже дело не в том, что я читала мангу, где раскрываются персонажи, а в том, что замечаю разные мелочи в поведении, словах, внешности, что хорошо характеризует в этом мире людей. Если обобщить проблемы Киришимы — недостаток уверенности в себе. Она мне чужда. Да, я чувствую временами паранойю, но я уверена в себе и, когда время доходит до серьёзных дел, не сомневаюсь в своих действиях, что не всегда мне хорошо аукается, но я пытаюсь с безрассудством со своей стороны бороться.       По моему мнению, Эйджиро Киришима — веселый и приятный человек, кого я хотела узнать лучше, пожалуй, и с кем бы я была не прочь подружиться. Да вот только с ним мне часто не удавалось пообщаться — дела.       Пора поставить новую цель — поладить с классом. А что? Звучит как хороший вызов! Я загорелась этой безумной мыслью. Дружба — это слишком, но приятельство. Почти одно и тоже, но лично для меня немного разные понятия. Ох! И интересно, как я собираюсь наладить контакт с колючим и красно-белым? Мои глаза, полные энтузиазма, сверкали. Глобальная цель — это, конечно, всегда замечательно, но про маленькие, промежуточные не стоит забывать. У меня весьма узкий круг общения, что я не прочь изменить. Да и моя меркантильная часть вопит о выгоде связей. Грех не использовать свои знания и во благо себе. Знаю же, что они весьма сильные. Как минимум в будущем.       На этом, с новой целью и мотивацией одолеть Бакуго, я рассталась с Эйджиро и пошла делать последние приготовления к битве. Как же скачет моё настроение сегодня! Улыбка стала предвкушающей.

***

      Я миновала лестницу и забралась на арену с помощью старых добрых крыльев. Трибуны были уже шумные, а ведь ещё не объявили участников. Так возбуждены предстоящей битвой люди. Выкрикивали моё имя (точнее фамилию — Япония и все дела). Бакуго после битвы с Ураракой не сыскал любовь публики. Жаждали мою победу. Я бросила предупреждающий взгляд на Кейго, чтобы не устраивал речь, как его кумир ранее. Не то чтобы она ему оставила приятное впечатление, но брат мог поиздеваться надо мной таким образом. А сегодня я бы хотела обойтись без шуточного скандала, заканчивающегося вкусной едой и метанием перьев через диван.       Во рту было сухо. Только выдержка сдерживала меня от облизывания треснувшихся губ, что неприятно щипали. Нужно отвлечься от ощущений.       Бакуго стоял напротив. К Исцеляющей девочке он всё-таки сходил, но я вижу, что залечил не всё. Лицо Кацуки было в своём обычном состоянии. Я лениво моргала, смотря на него. Пространство после битвы Тодороки с Иидой сохраняло свою прохладу. Дышать было приятно таким воздухом. — Пора прекратить твою серию побед… Достала лыбиться! — всё-таки вспылил он. Я его взбесила, ничего не делая. Считаю, что заслуживаю уважения.       Привыкла улыбаться, что поделать. Такой уж я счастливый человек. Бакуго заметил, что не отвечают на его слова или не обращают внимания, так что он замолк на минуту. Я продолжала бездействовать. Интересно, а чего Мик медлит?       Раздался кашель Аизавы. — А?! ДА! — очнулся комментатор, — ДАЖЕ МНЕ НЕ ПОНЯТНО, ЧЬЯ МОЖЕТ БЫТЬ ПОБЕДА В ЭТОМ БОЮ! ТАКАМИ ПРОТИВ БАКУГО!       Неожиданно кратко для него. — Наконец-то, — сказал всё ещё раздраженный Бакуго. Его совсем не бодрит битва на равных? — Чего заткнулась? А?! Где твоя вездесущая болтливость? Язык, наконец, прикусила?!       У меня отходняк от сегодняшних эмоциональных качелей. Да и ответить ему не могу. Странный он: болтаю — раздражаю, молчу — злю.       Полночь повторила правила. Да и то, что убивать никак нельзя. Я подавила смешок. Только нам напомнили правила. Какой же мы убийственный дуэт со стороны, похоже.       Всё ещё чистой силой в равном бою я ничего ему не сделаю. Две недели не поменяли расстановку сил. Но будем брать хитростью.       Долгожданная команда старта.       Кацуки оттолкнулся взрывом, целясь в моё левое плечо правой рукой — его коронная атака, если верить Изуку. Я начала покрывать туловище перьями и вместе с крыльями их металлом, не сдвинувшись ни на шаг, что не смутило Кацуки, а зря.       По плечу ударило волной жара. Рукав был сожжен. — Какого…?!       Крыло ударило по скуле, не дав ругнуться. Коленом в грудь доделала дело. Бакуго отшатнулся, но на ногах стоял твердо. У меня есть ограничение на покров перьями, но время ограниченно не своим максимумом, а минимумом.       Ошибся — вот что читалась по его лицу. Не та слабость.       Я пошла в атаку, стараясь оставить глубокие порезы на руках. Взрывы принимали на себя крылья. Даже с перьями, не чувствуя тела, я двигалась быстро и ловко. Бакуго не успевал уклоняться и блокировал атаки.       Скорость не спасла от разбитой губы. Этот сильный удар в губу меня напряг. Я вернула крыльям красный цвет, охлаждая их, и отлетела от Кацуки. Тыльная сторона ладони прошлась по губе. Кровь. И правда, разбита. — Не смей убегать! — я почувствовала тепло справа.       Поспешно вернув металлическую форму и закрыв с той стороны, я упасла себя от мощного удара. Взрыв слегка сдвинул, но мои когти на ногах успели вонзиться в арену. Если он думает, что я буду растягивать бой, то он очередной раз ошибся! Кинув три пера, что были откинуты в мгновения ока, я побежала через созданный дым. Я смогла неожиданной атакой оставить полосы на левой руке, которой он собирался создать сразу же взрыв. Его рука дрогнула. Порезы начали кровоточить. Три пера, что были откинуты ранее, полетели на Бакуго. На моем лбу появилась испарина. Три разных заданных направления одновременно заставили меня напрячься. Я отпрыгнула до того, как большим взрывом на этот раз были окончательно уничтожены перья.       Постоянные взрывы утомляли и Бакуго. Он понял, что не сможет уничтожить все мои перья, если я начну на него нападать таким образом. Никто не собирался долго затягивать. Первая накинулась вновь я. Я пыталась нанести ещё один порез, но удар кулаком по моей руке заблокировал атаку. Хороший блок. Он замахнулся правой рукой, так что я направила ещё одно перо из крыла. Вместо удара, ему пришлось защищаться. Взрыв перенаправил в перо.       Мне хотелось закончить скорее, пока крылья снова не перегрелись от принимаемых взрывов. Мне нужна скорость. Большая скорость. Крылья вернулись в повседневную форму. — Дура! Сожгу нахрен! — увидел шанс спалить крылья Бакуго.       Я хмыкнула. Крылья сложились за спиной. Я ударила ногой в живот. Использовать ноги — не мой стиль, но сейчас все средства хороши. Я метилась в шею, но он увернулся, так что порез появился на груди. Ладно. Тогда план B. Я схватила правую кисть и занесла себе за спину, локтем врезаясь в челюсть. Моя нога сдвинула его правую, руша всю стойку. Я широко открыла рот. Но не издался ни один звук. Из него вылетело перо — заготовка. И воткнулось в правую руку. Я смогла прицелиться благодаря позиции и попала в мышцу. Теперь только одна рука в использование.        Оно сухое — подумал он, должно быть. — Соль — сказала я больше для себя. Поэтому нет слюны, что смочила бы перо.       Я успела посмотреть на него, уже готовясь ударить другой атакой, но…       Покрыть и лицо перьями — всё, что я успела перед тем, как меня оглушил взрыв. В ушах зазвенело. Я пригнулась, цепляясь всеми когтями за пол. Взрывная волна была столь мощная, что меня сносило. Когти оставляли после себя следы, раздавая неприятный скрежет, что я не слышала, но отчетливо представляла. Пыль и дым были повсюду. Когда полностью остановилась, я махнула крыльями, чтобы спокойно вздохнуть. — Та-Таками за ареной! — не с первого раза сказала Полночь, поднимаясь на ноги.       Я направила взгляд вниз. Линия в трёх шагах от меня. Я выпрямила спину, что неприятно отдалось болью. Ага, разогнулась я резко чего-то. Я слышала Полночь, хоть звон в ушах всё ещё на месте, я не оглохла, значит. Но почему тогда молчали все: Сущий Мик, люди на стадионе, Бакуго?       Бакуго!       Я рассеяла дымку вокруг себя. То, что я увидела перед взрывом — это страх. Я испугала его? Его?! Лучше сказать, что испугался моей скорости вкупе с резкой болью. Тогда это объясняет, почему он создал такой взрыв, что отбросил за черту. Сработал на автомате.       Меня начала напрягать тишина. Особенно молчавший Бакуго. — Бакуго проходит в финал, — взял всё в свои руки Аизава.       Пыль осела уже по колено. Бакуго стоял не двигаясь, смотря в никуда. Ему бы обработать раны и избавиться в лазарете от лезвия в руке. Кацуки сначала впал в ступор, а потом в осадок. Его настигло осознание, что это он закончил бой раньше времени из-за испуга. Я сделала всё возможное, чтобы остаться на поле. Доказательство тому следы когтей. Ему некого винить, кроме самого себя.       Ох, бля. Надо валить. Я помню, что происходит, когда он не принимает свою победу в битве с Шото. А сейчас ещё хуже будет. — Продолжаем! — очнулся он, сам не верящий, что закончил бой, — Эй! Ты, улыбчивая курица, слышишь?! Не оглохла?! Ты тоже требовала честный бой там, в комнате ожидания! Так что дерись дальше! Это не моя победа и не поражение у тебя! Нахер эти подачки! Наконец кто-то есть, с кем можно драться всерьез! Ты думаешь также! Сразимся снова, где на этот раз выиграю тебя! — По условиям ты выи… — постаралась вставить свое слово, как меня перебили. — Я не одолел тебя! Ты ещё движешься, дрянь! Заметь, ты ещё можешь драться! Кого волнуют чертовы условия?!       У меня дёрнулся глаз. — Пока ты шевелишься, я не победил, яснее объяснил?! Так что завязывай трепать языком! Можешь использовать свои гнусные трюки сколько угодно! Плевать! Но мы не закончим так! — он всё же не нападал на меня, поэтому Полночь не использовала причуду.       Дёрнулся второй. — Чудно! До упада, да?! Без вопросов. Получишь желанную победу! — перешла на крик я, чтобы меня точно услышали, — Сенсорная перегрузка!       На лице Бакуго появилась зубастая улыбка от того, что я решила продолжить. То, что я сказала, звучит как название атаки, но на самом деле…       Голова затрещала по швам. Звон в ушах вернулся. Ноги подкосились, и тело заваливалось на спину. Но у меня там мягкая лежанка, так что не беспокоилась о возможной черепно-мозговой травме. В глазах потемнело. Я увидела небо перед потерей сознания — упала на спину, славно.       Очнулась я через несколько секунд, лежа на носилки. Запах подсказывал о том, что я всё ещё на арене. Он отдавал чем-то дурманящим. Полночь использовала причуду? Я подняла руку, демонстрируя своё возвращение в мир живых. Стадион галдел, что с новоприобретенной головной болью — не гуд. Чтобы облегчить хоть слегка боль, покрыла лицо перьями. А! Оно и так! Всё фигня! Больно до сих пор. А ведь мгновениями ранее это считалось хорошим решением.       Вставать на ноги я не рисковала. Не чувствую тело — не знаю в каком оно состоянии. Лучше не рисковать и не ухудшать состояние. — Тебя сейчас донесут до Исцеляющей девочки, — услышала я, да и увидела секундой позже Полночь.       Бакуго молчит. Значит, его усыпили. Как какого-то бешеного пса. Лучше больше не сравнивать его так. Ведь, возможно, как-нибудь засмеюсь с этого, потому что сравнение стоящее.       Роботы понесли на этой лежанке меня в лазарет. Если судить по звукам, где-то есть и другие роботы, что несут Бакуго. Я не хотела двигать бедной головушкой, так что решила не перепроверять теорию. Я прикрыла глаза, ожидая, пока мозг отдохнет.       Я вспомнила, что Бакуго прожёг левый рукав. Хорошо, что я взяла запасную одежду, включая нижнее бельё, но, думаю, мне бы выдали его и так. Я решила подремать и закрылась своими крыльями. Тепло было на грани жары, но идеальное для сна. Вот что значит уметь спать почти везде и всегда. Навык из прошлой жизни, между прочим. И моя внезапная сонливость никак не связана с силой Полночи.

***

      В глаза ударил яркий белый свет. Я, щурясь, повернула голову, что слегка ныла, но сойдёт. Рядом сидел брат, играя в телефон, если судить по звукам, исходящих из мобильника. Он повернулся, услышав мои шорохи. — Финал и битву за третье место отложили, — сказал самую важную информацию брат, выключая гаджет.       Время изменилось, что значит, что Бакуго тоже не может драться. Он где-то неподалёку тогда, в лазарете на какой-то койке. Надеюсь, он спит. Я бы сказала вечным сном, но «сдохни» может говорить только Кацуки, да и я пытаюсь быть хоть иногда вежливой. — Тело в порядке.       Забавно, что это сказал Кейго, а не я. Ладно, значит, я не сломала что-то. Я села, опираясь спиной, то есть крыльями, о спинку койки, раз могу двигаться. Покров не исчезает. Время немного прошло от битвы. Понятно.       Кейго протянул стакан воды. Во рту Сахара, поэтому выпила залпом. Я посмотрела себе за спину. Крылья были в пыли. Пришлось стряхивать её, грязь разводить не хотелось, но чистота моих девочек дороже на данный момент.       Я вернула Кейго стекляшку. Он лениво положил стакан на тумбочку рядом, говоря, мол, что «могла сделать и сама, сестренка». — Меня пытались не пустить сюда, представляешь? Сколько лестных отзывов слышал про Исцеляющую девочку. Так брата родного пытались удержать вдали от тебя. — У неё болит голова. Тише, Ястреб, — вошла в дверь старушка с лекарствами в руках, — Если смотреть на твою болтливость, то верно делала. Так на жалость стал давить! Мне пришлось пустить.       Мне протянули капсулу и ещё один стакан воды. Я выпила, предполагая, что это от головной боли. — Последствий быть не должно, но не промышляй этим, милая, — посоветовали мне.       Я смущённо потерла щёку. Следить за здоровьем других, естественно, прекрасно, но и про своё помнить надо бы. — Зачем ты перья и на лице нарастила? Завидуешь моей растительности? — это он про свою жалкую щетинку? Ха! Моя погуще ныне, — Теперь ты не займешь третье место, потому что «лицо в перьях непрезентабельно». И ты, серьёзно, доела крендельки для такого? Еда не должна быть оружием, Кохаку. Сколько мне тебя учить этому? Пора отучиться от битвы едой. И меня, как видишь, не волнует, что крендельки — лишь косвенно оружие. Я, кроме них, не взял совсем никакой еды. Ты та-ак жестока. — Что я говорила о тишине? — шикнули рядом. — Да-да, извиняюсь.       Я посмотрела на брата, сидящего на раскладном стуле. Вот так, сидя, особенно заметна разница в росте, а точнее её отсутствие. — Знаешь, а я всё ещё могу вырасти. — Не знаю, какого вида мы птицы, но меня расстраивает сей половой диморфизм. Эх, «Младшая сестренка?! Наверное, она милая!» — вот бы это была правда. Сразу не различишь, кто старший, кто младший в нашей семье, — говорил он тихим голосом. — Милые сестры в аниме, а в реальности у тебя я. — Не беспокойся, я не променяю столь опытную домохозяйку на милое украшение.       Я фыркнула. Кто-то же должен поддерживать чистоту и уют в нашем гнездышке. И это точно не Кейго. Я уже не надеюсь на появление у него желания работать по дому. Но и ему приходится выполнять свои обязанности там.       Я услышала, как прогнулся матрас, а я сидела неподвижно. Подслушивает или не хочет привлекать к себе внимания?       В кабинет то входила, то выходила из него Исцеляющая девочка. В один из таких заходов она сообщила, что сюда рвались одноклассники, но были не допущены. — От них такой шум, что головная боль может вернуться.       Я понимающе кивнула. Не последний раз их вижу в жизни ведь. — Третье место, Кохаку, — закинул Кейго руки за голову, предсказывая исход битвы, — Думаю, это иронично. А твой план, сделанный на коленке, мог и сработать. Я бы осмелился сказать, что ты была даже немного быстрая. Хорошо проявила себя. Молодец. — Неужели сам Ястреб похвалил меня? Мою скорость? — закатила глаза я. — Ты медленная, не обольщайся. Но не настолько, чтобы я не пригласил тебя в агентство.       Говорит так, как будто бы я сама себя пригласить не могу. Геройское агентство лишь на бумаге его. Я тоже немало сил приложила для его создания и нормального функционирования. Меня считают там «боссом №2», что меня изрядно раздражает. «Таками-сама!» — я поперхнулась, когда ко мне так обратились. Я сказала, что это слишком, но сотрудники продолжили так говорить то ли в шутку, то ли на полном серьезе. Но приятно осознавать, что люди знают, сколько усилий затрачено и моих, и Кейго на агентство.       Кейго прищурил глаза, поняв, о чём я думаю. — Раз я упомянул агентство. Ты присмотрела кого-то? — спросил Кейго, но был лишен всякого энтузиазма, смотря в потолок.       Нас подслушивает Бакуго, а если я ошибаюсь, наклеветав, то он хотя бы точно слышит этот разговор. Значит, не буду упоминать козырь или Мидорию. — Как тебе мальчик-птиц?       Кейго сделал задумчивое выражение лица. Я знаю, что он делает это для показухи, но брат действительно размышляет над моим предложением. Моё дело — показать то, что я одобряю Токоями и советую присмотреться к нему. Я говорила Каминари правду, что окончательное решение полностью за Кейго.       Брат отмахнулся, решив обдумать позже. — Давай так, если есть ещё кто-то, то скажи сейчас. Чтобы сразу всё обдумать потом. Серьёзно, — сказал он своё слово-паразит, — И я про тех, кто идет к нам в агентство, а не к моему семпаю. Стоит мне приглашать первое и второе место? — Один точно уйдет к Старателю, если его сильно приложат в следующем бою. Пойдет укрощать забытый годами огонёк. Слышал, Бакуго?! Посильней его там, хорошо, чтобы наверняка пошёл к отцу?!       Я резко убрала занавеску. Ага. На соседней койке лежит, да уши греет. Спина-то, повернутая ко мне, вижу, напряжена. Аромат причуды Полночь развеялся — совсем не чую. Я оставила занавеску в покое и обратила внимание на брата, что не удивлён лишним слушателем. Я вздохнула. Конечно, притворяться спящим перед сенсорами — отличное решение. Кейго может просто по дыханию определить состояние человека. Буквально. И сейчас оно определенно не спящего человека! Ладно, я сенсор с натяжкой. Но когда-нибудь и я буду, как брат, чувствовать перьями столь многое. — А второго сам спрашивай. Я пойду готовиться к битве с… — запамятовала я, — Иидой? Да, Иида.       И мне вновь приводить крылья в норму. Перья опять отрасли. Я отказалась от помощи Кейго в этом деле. Крылья удобнее приводить в порядок самой. Кейго остался сидеть на месте. Я попрощалась с ним и Бакуго, что тщетно притворялся, когда обман всплыл. Не совсем понимаю, зачем он это делает, но Бог с ним. Его право.       На это раз я пришла на арену на ногах и поднималась по лестнице, как все нормальные люди. — Твоё лицо! — первое, что мне выкрикнул Иида. — Угу, — отмахнулась я.       Вся в перьях от головы до пят. Выгляжу как индеец, не напоминайте мне. Часть сжёг Бакуго, так Исцеляющая девочка ненароком отрастила их. Что поделаешь. — ВСЕХ ИНТЕРЕСУЕТ ФИНАЛ, НО ЛИЧНО МЕНЯ БИТВА БЫСТРЕЙШИХ!       Я разгладила складку между бровей. — Может, уже начнем? — спросила я в пустоту. — НАДЕЮСЬ, ТЕПЕРЬ МНЕ УДАСТСЯ КОММЕНТИРОВАТЬ БОЙ ТАКАМИ! ТЕ, У КОГО СТАРШИЕ БРАТЬЯ-ГЕРОИ! ТАКАМИ, ЧТО ВЫГЛЯДИТ ПОД СТАТЬ ФЕСТИВАЛЮ! ПРОТИВ ИИДЫ, КОТОРЫЙ ЛИШЁН КРАСОЧНОСТИ ПРОТИВНИКА!       Я глухо вздохнула.       Прозвучала команда старта.       Иида сразу использовал «обратное ускорение». Я взлетела вверх. Тенья ожидал этого, так что прыгнул на полпути. Вау, а я успеваю следить за ним. Не зря я мучилась две недели! Но я оттолкнулась вверх и влево, так что Иида пролетел мимо. Он моментально развернулся. Я метала в него перья, чтобы он не бежал по короткой траектории. Сколько там его лимит? Счёт идет на секунды, помнится мне. Я не набирала большую высоту, так что Иида с помощью прыжка достал меня и зацепился за ногу. Тенья летел по инерции в сторону границы, меня тянуло следом.       Я использовала третий и последний за сегодня покров металлом крыльев. Я горизонтально полетела лицом вниз. Тенья, всё ещё держащийся за меня, падал следом спиной вниз не в лучшей позе — ноги задрались выше головы. — А?! — услышала я полный удивления голос старосты.       От столкновения с полом поднялась пыль. Иида вскрикнул от удара спиной. Поэтому и не набирала высоту. Убьётся ведь! А сегодня стараюсь не калечить людей. Тенья пытался подняться, но было видно, что об спину сильно приложило. Я спокойно подняла лицо с арены, что было в полном порядке. Думаю, перья не полностью аннулировали, но уменьшали урон. Я спокойно встала на ноги, в отличие от Ииды, и отряхнула пыль с одежды. — Иида не может двигаться! — среагировала Полночь. — ТАКАМИ ЗАНИМАЕТ ТРЕТЬЕ МЕСТО! Я НЕ УСПЕЛ ДАЖЕ ЗАМЕТИТЬ, КАК БОЙ УЖЕ БЫЛ ЗАВЕРШЁН! НАПОМНИ ПЕРЕСМОТРЕТЬ БИТВУ В ЗАМЕДЛЕННОЙ СЪЕМКЕ, СОТРИГОЛОВА!       Я услышала вздох, полный отчаянья, рядом с микрофоном Мика.       Ииде посоветовали не вставать, вдруг какая-то травма. Поэтому его унесли, как меня ранее.       Я решила не заморачиваться, вернула перьям красный цвет и полетела сразу на трибуны с арены. Лестница — прекрасное изобретение, но я уже устала ходить туда-сюда по ней. Моё старое место было занято, так что уселась рядом с Токоями на краю. Я поискала взглядом Старателя. Ага, Кейго сидит рядом. Брат заметил меня, помахал рукой. На этот раз, пытаясь ещё больше раздражать соседа. — Почему ты сразу так не сделала? — спросила Джиро.       Мне не нашлось, что ответить. — Вылетела из головы собственная крылатость, — ответила за меня Асуи, сидящая прямо за мной, из-за чего я вздрогнула. — Кохаку, нас к тебе не пустили, — заговорила Очако, — Ты в порядке? — Ну, раз могу драться, то предполагается, что да.       Мне задали ещё несколько вопросов насчёт самочувствия и очень много про потерю сознания. Что такое «сенсорная перегрузка» я тактично опустила, да и откуда она, но сказала, что потеря сознания не баг, а фича, да и всё идёт по плану, забейте, народ. Пустив пару шуток про «сестру героя номер 3» и третье место, соответственно, и отвадила от себя внимание.       Непонимающий взгляд Шото меня напрягал. Да, ну, говорила я, что неприятно слушать про «сестру Ястреба», а теперь спокойно шучу на эту тему. Ну, приукрасила я свою неприязнь. Просто всё: сестра то, сестра сё — раздражать начало. Мне позволительно, я тогда была в раздражённом состоянии. Поднадоел он, в общем. — Я солгала, — объяснила я, — И в этом нет ничего плохого. Зато нашёл стимул запомнить имена одноклассников.       Ложь не есть всегда плохо. Если бы я говорила только правду, то миру пришла крышка с моими-то знаниями. И я не преувеличиваю.       Я получила ещё долю презрения (?), сложно сказать, что выразил лицом парень, на что я вопросительно приподняла бровь. Иди-ка, поразмышляй о насущном, Тодороки. На лице столько страдания я вижу, что смотреть сложно и разобрать что-то другое нереально. А, вообще, у него скоро бой. Чего он здесь трётся? Он должен быть в комнате ожидания, а не здесь. Вот что я отчетливо помню.       Бой посмотреть хотел? Вряд ли, его же сейчас многое гложет… Странно это.       Я хмыкнула и закрылась крыльями по подбородок. — Разбудите к церемонии награждения?       С меня хватит сегодня активности. Я молодец, как сказал Кейго, и заслужила отдыха. Не дожидаясь ответа, я вырубилась, удивив скоростью даже в этом деле одноклассников.       Причуда Исцеляющей девочки съедает много энергии.

***

— …им к церемонии награждения! — услышала я часть слов Полночи.       Я думала, что не будет как в аниме, но ошиблась. Через дым мы эпично выехали из-под земли. Они сделали отдельный коридор, идущий под полем, кто бы подумал.       Фейерверки, конфетти или что это? Шумно, красочно и эффектно всё вокруг. Я присвистнула.       Но большая часть шума — это Бакуго. По рассказам Момо, стало ясно, что изменений не было. От слова совсем. Удивительно, что Бакуго вновь усыпила причудой Полночь. Разве он не должен понять причуду и додуматься задержать дыхание? Хотя его гнев мог затуманить разум. Есть, конечно, вопрос: где они достали эту всю красоту, что нацепили на Бакуго, но, думаю, я не хочу знать.       Бакуго продолжал дёргаться как умалишенный. Откуда столько сил?       Мм? Я посмотрела за спины участников, где находятся СМИ, которые непрерывно делали всё новые и новые фотографии. Звук вспышки был постоянным на фоне. Они должны боготворить Юэй, по моему мнению. Призовые места заняли: Тодороки, сыскавший любовь женской аудитории, я мужской, и Бакуго злодейской прослойки.       Я вздрогнула от внезапного грохота. — А, это всего лишь Всемогущий, — успокоила себя я.       Первой награждали медалью меня, как занявшую третье место. А кто сюда лестницу принёс и когда? Проворонила момент. Тошинори использовал её, чтобы подняться на один со мной уровень. — Поздравляю, юная Таками! Ты заняла это место благородно, не мешая другим участникам, заканчивала бои, не нанося повреждений сопернику больше необходимого! — повесили на меня медаль. — Спасибо, — негромко поблагодарила я, но была честно рада оценке от героя. — Ты быстрая! И станешь ещё быстрее, что лишь вопрос времени! — обняли меня, что выбило из колеи, — Но не всё сразу! У тебя огромный потенциал, развив который, ты станешь великим героем!       Я послала искреннюю улыбку, когда меня отпустили, и посмотрела на своё отражение в награде. Возможно, Всемогущий прав, и я действительно загоняюсь из-за более медленной скорости, чем у Кейго.       Я вытащила перо и натирала им медаль в успокаивающем жесте. Теперь я Кохаку Таками — знаменитость, а не сестра знаменитости, хотя… Да, этого не отнять. Для кого-то я в первую очередь сестра героя, но всему своё время. Как и сказал Всемогущий.       Я повернула голову в другое направление как раз, когда Всемогущий заключил в объятия Тодороки. Я подавила звук умиления, не покинувший моё горло. Я скрыла улыбку в кулак. Этому парню нужна поддержка. Была ли я с ним слишком резка? Кто знает. В любом случае раз сам Тодороки меняется, то и мне нужно менять своё отношение к нему.       И пытаться не раздражаться при виде оного. — И наконец, Бакуго, мой мальчик! — хорошо, что Тошинори не сказал «моя девочка» мне. К такому обращению я совсем не привыкла, — Ну и ну, вы с ним перестарались…       Всемогущий снял намордник с лица Кацуки. — Твоё заявление оказалось правдой!       Я отошла на край пьедестала, выставив крыло в защитном жесте. — Всемогущи-и-ий! — прорвало Бакуго. Я всё ещё его слишком отчетливо слышу. Я спряталась в коконе крыльев плотнее, погружаясь в тишину, хотя неотчетливо слышала Кацуки до сих пор. — Общество всегда будет оценивать твои поступки, — вернулась я в мир, когда Бакуго чуть умерил пыл, и заговорил Всемогущий, — Так что мнение о тебе будет меняться еще много раз. Так что прими эту медаль! Прими её как «рану»! Чтобы ты не забыл! — К чёрту эту железку! Улыбчивая, мы ещё не закончили! — вспомнил обо мне. Забери своё «мы», времена Красного террора прошли.       Я скептически посмотрела на него во время того, как Всемогущий пытался нацепить на него медаль. Но остановившись на «И так пойдет», Всемогущий бросил попытки, оставляя медаль во рту у Бакуго. Ладно… Лучше будет для Бакуго, если награду почистили до этого. Самое интересное, что Кацуки продолжал держать её. Он же знает, что, если так охота выразить протест, может её выплюнуть?       Всемогущий произнес воодушевляющую речь, которая, к моему удивлению и других, закончилась «отлично потрудились», а не «плюс ультра». Так и закончился спортивный фестиваль для меня. — Это был интересный опыт, — кивнула я самой себе.       А…       Кацуки-то кто-то освободит? Давайте я, раз все остальные забили хер.       Я вытащила длинное перо, блеснувшее на солнце, создав рукоять для удобства. Я удержалась от маниакальной улыбки для пущего эффекта. Цепи пилить долго, но кожаный ремень легко разрезать, что я и сделала. Ремни, державшие тело, были порваны, освободив Бакуго. — Цепи пилить долго, — оправдалась я перед собой. Долго — мягко сказано. Нужно придать перьям форму напильника, а потом, кто знает сколько, корпеть над цепью. И не факт, что не сломается мой самодельный напильник. Неблагодарная работенка, если сказать вкратце. — Тебя не просили! — медаль со звоном упала на землю. — Да-да, — решила не дослушивать, что скажет дальше Кацуки, и спорхнула с пьедестала. Вот что имелось в виду «неблагодарная работенка». — Я не забуду про то, что мы так и не определили победителя! — Бакуго кинулся бы на меня, если не оковы на руках, — Скажу ещё раз, что я одолею тебя! Чёрт! Преднамеренная потеря сознания не остановит меня на этот раз! Такая дерьмовая победа не сдалась мне! Усекла?! — Давай-ка, сначала разберись с Тодороки. Он тоже бился не до конца. Дам не принято бить, — я подняла блестяшку с земли. — Заткнись. От дамы ничего у тебя нет!       Пора прекращать этот цирк. — Помолчи, — я шикнула перед тем, как он попытался меня перебить, — Ранний конец боя — твоих рук дело. Не справился с эмоциями ты? Ты. Делать мне нечего, только с тобой и драться. Чего ко мне прицепился-то? Тодороки, Мидория, да даже тот же Киришима! Возьми противника своей весовой категории и своего пола, — я вертела чужую медаль в руках.       Он так удобно наклонился вперед, что я с легкостью повесила её на Бакуго, сразу отлетая назад. Вдруг укусит, по-другому навредить не может же. А ведь был даже весьма милым ребёнком! У меня где-то фоточка в альбоме пылится, кстати. Лучше бы о ней Бакуго не узнал. — Да плевать я хотел на пол!       Я подавила желание пошутить по этому поводу. Я направила перо-меча на шею Кацуки. — Хочешь сражения, тогда на мечах — это моё условие. И не думай, что у меня отсутствуют навыки для подобных дуэлей. — Спокойнее, — подошла Полночь с ключами. Освобождение Бакуго решили поручить ей.       Намёк принят. Валим. Бакуго без цепи ничто не сдерживает от нападения на бедную меня. — Трусишь?! — какой проницательный.       В двух сантиметрах от лица Бакуго пролетело лезвие, попавшее в деревяшку сзади. Бакуго замер на миг, забыв о таком моём навыке. — Не груби тому, кто швейцарский нож на ножках, — бросила я напоследок.       Слишком он бесстрашно говорит. Я не вечно буду терпеть наезды. Лучше ему понять рано, чем поздно, что я могу ответить. И весьма болезненно. — Ладно, дети. Хватит уж, — вмешалась Полночь, перебивая Кацуки, хотевшего что-то рявкнуть в ответ.       Я покорно кивнула и пошла к наблюдавшим в стороне ребятам. Я повисла на плече Яойорозу. — Момо-о-о! Сходим отметить конец утомительного спортивного фестиваля? Но я молюсь о душе, так что сходим сначала в душевую? Я угощаю, конечно, если нет с собой денег, — подмигнула я. Если быть точнее угощает Кейго. Он сказал, что взял только крендельки, тогда у него на руках, наверняка, есть денюшка. Придётся включить своё очарование, но я получу эти деньги любой ценой, — Я та-ак хочу лимонад! Что насчёт колы? Восстановим твои жировые клетки. Хе-хе.       Момо ненадолго задумалась, но дала своё согласие. Она хотела и других позвать, но спрашивать каждого будет долго. — Кто хочет проветриться с нами, ждите на выходе! На любом, я пролечу над всеми для проверки — я крикнула, но не слишком громко.       Неведомой силой я почуяла приближение Бакуго, так что резко оттолкнулась от земли и полетела в сторону Кейго. Яойорозу вздрогнула от резкости действий.       Нет уж. Хватит с меня на сегодня общения с ним. На ещё одну драку сил не хватит. Надо сказать Кейго, чтобы не посылал приглашение Бакуго. От меня так просто не отстанут. «Стану стимулом самосовершенствования» — говорила я когда-то? Да пошло оно всё!