Цена помощи

      — Отмар, я, кажется, опять опоздала, — запыхавшаяся и раскрасневшаяся от бега девушка подошла к бревну, заставив Отмара вздрогнуть от неожиданного оклика. Упавшее дерево, прикрытое вуалью серебристо-зеленых листьев раскидистой ивы стало с недавних пор их постоянным местом для встреч.       Два месяца пролетели, словно два дня. И всё же, Отмару казалось, будто они с Сандрой знакомы всю жизнь. Теперь, глядя на её разрумянившиеся щеки, на уложенную вокруг головы косу, так похожую на колос спелого ячменя и на озорные серо-голубые глаза, он в очередной раз подумал, как же хорошо, что они нашли друг друга и теперь будто бы всё встало на свои места, а хаотичный мир обрел порядок.       — Сандра, — Отмар встал, взял девушку за руку и прикоснулся губами к кисти. — Я готов ждать хоть вечность, да только праздник вот-вот начнется без нас.       — Знаю, идем скорее, — девушка поспешно потащила к дороге своего спутника. Она всегда смущалась, когда он целовал её руку, так что теперь не смогла не воспользоваться поводом поскорее отвернуться и пойти к дороге, ведущей к центру деревни.       Праздник был в самом разгаре, в центре перекрестка на просторной площади был накрыт сколоченный наспех огромный стол с угощениями в честь праздника, чуть поодаль, на просторной лужайке проводился лучный турнир. Не сговариваясь, молодые люди направились к столу — уж очень красивым он был. Бордовые и алые листья девичьего винограда украшали каждое блюдо, отчего даже простые угощения казались особенными. Между тарелок возвышались кувшины с медовухой, сидром и компотом.       — Опять эти сложности. Всё завернуть да нафаршировать, — Сандра с усмешкой взяла со стола печеное яблоко, начиненное творогом с орехами и медом.       — Между прочим, — Отмар повертел в руках рулет из сыра с зеленью, — это делается не просто так. Все эти вертушки являются символом Рога Изобилия. А главный символ — в центре стола, конечно.       — Я и не знала, — Сандра посмотрела на возвышающуюся среди рулетов, штруделей и фаршированных капустных листьев огромную тыкву со срезанной верхушкой. Рыжебокая красавица была наполнена орехами, сушеными ягодами, цветами, красивыми листьями.       — Регистрация участников конкурса на самую большую тыкву подходит к концу!!!       — Вот это наш староста раздухарился, — Сандра положила руку на грудь, испуганная внезапным громоподобным криком. — Я и не думала, что он так умеет!       — Да уж, старик в ударе, — хихикнул Отмар. — О, гляди-ка, вон там конкурс вроде интересный намечается. Идем!       Сандра едва успела закинуть в рот последний кусочек, прежде чем Отмар, со всей его жаждой познания пошел через толпу зевак, ухватив подругу за руку так крепко, будто боялся потерять.       — Итак, сейчас мы выясним, кто из нас самый ловкий, самый смелый, самый сильный!       Отмар узнал в кричащем мужчине Эдварда Бисли. Кажется, он из старых вояк, что застал те времена, когда отец был еще обычным рыцарем. Хорошо, что сейчас войн нет и мечи теперь лишь иногда протираются от пыли, а в ополчение идут те, кто хочет лишний денёк-другой в неделю отлынивать от работы на ферме. Отчитываться перед королем все равно надо — не ровен час, нагрянет и надо будет в течение пары дней приготовить свои войска к смотру, ему Бернард так рассказывал.       — Я, я хочу! — Отмар, попросив подругу подождать, подошел к Эдварду.       — Отмар? Неплохо, неплохо, — тронутые сединой усы Эдварда смешно зашевелились. — Итак, сам Гаритос примет участие в конкурсе! Кто еще хочет?       — Только не поддавайтесь! — усмехнулся Отмар.       Участники набирались. Сперва нерешительно, но потом уже увереннее, собралось около двух дюжин молодых крепких парней.       — Ну что, уже догадались, какое задание вас ждет? Хе-хе, готов поспорить, что нет, — Эдвард потирал руки, предвкушая потеху. — Вот!       Ветеран рывком снял скатерть, показав спрятанную под тканью огромную, полную яблок корзину.       — Ну что, бойцы, разбирайте ваше оружие. По два в руки, — мужчина дождался, пока каждый участник будет держать по яблоку в ладони. — Я хлопаю в ладони один раз — вы подкидываете яблоки как можно выше. Когда я хлопаю второй раз — можете начинать их ловить. Тот, кто остался с пустыми руками — выбывает.       Участники разошлись по небольшому полю, раздался хлопок. Что тут началось! Падающие яблоки, падающие люди, которые в стремлении поймать свой «снаряд» наталкивались на друг друга. Зрители собрались посмотреть и хохотали, наблюдая за потехой. Некоторые советовали в следующий раз проводить этот конкурс не на сухой лужайке, а выбрать место с лужей, да чтоб грязи побольше.       Отмар почти поймал второе яблоко, но его едва не сшибли с ног, задев плечом. Извинений, понятное дело, он не услышал, тут было не до этого. Азарт захватил участников. Два яблока не поймал никто, оставшиеся участники держали свой последний снаряд, пока выбывшие покидали поле, сопровождаемые смешками и шутками зрителей. Очередной хлопок — яблоки снова взмыли в воздух. Второй хлопок — Отмар приподнял руки, не сводя глаз с налитого спелого фрукта, который, взмыв вверх, остановился и вот уже стремительно приближался к нему, но чуть отклонился от траектории. Гаритос начал отходить назад, чтобы поймать яблоко, но натолкнулся спиной на другого участника. Секунда замешательства и… Оглушительный хруст, который Отмар поначалу принял за хруст собственного расколовшегося черепа оказался лишь хрустом разбившегося о его лоб яблока, теперь уже лежащего под ногами. Поморщившись, Отмар приложил руку ко лбу, где вот-вот нальется шишка. Зрители хохотали, даже Сандра, прикрыв рот рукой, согнулась от смеха. Отмар и сам улыбнулся, но потом заметил возвышающуюся среди толпы фигуру всадника.       «Ну почему отец всегда видит меня в такие неудачные моменты?»       — Это было… Эффектно, — спешившись, Гэрроул подошел к сыну.       — Да уж… Просто… Я натолкнулся на соперника.       — Не соперника, а другого участника, — поправил барон. — Знаешь, рыцари сражаются в бою в плотном строю. Если бы они так же, как ты сейчас, ничего не видели, кроме своей цели, они бы поубивали бы друг друга. Всё таки прав был Брайан… Надо тебе выбираться из нашего болота. Но не в Штормград. Напишу письмо, съездишь в Стратхольм. Пока просто съездишь и передашь его. Заодно табаку мне купишь в лавке Фраса Сиаби. Но это завтра обговорим. Веселись дальше.       — Хорошо, отец, — Отмар кивнул, глядя, как отец уходит поздороваться со старостой.       — Отмар, всё в порядке? Почувствовав, как тонкие пальцы осторожно легли в его ладонь, Отмар обернулся и увидел озадаченное лицо своей подруги. В порядке ли? Отец того и гляди вышлет его в Стратхольм и что тогда? Как жить дальше?       — Отец хочет, чтобы я продолжил обучение в Стратхольме.       — Стратхольм? Вот повезло, так повезло! Я там лишь пару раз была.       — Я туда отправлюсь завтра. Поедешь со мной?       — Отпустит ли матушка? Так далеко и в такой компании…       — С каких пор я стал плохой компанией?       — Ну… А что делать, если, как матушка говорит «в подоле принесу»?       Отмар некоторое время ошарашенно осознавал услышанное. Лишь потом, вспомнив, что обозначает эта фраза, он отвернулся, стремительно краснея. Сандра была для него хорошей подругой и ему было просто хорошо рядом с ней, но вот так открыто говорить об этом… Да что говорить, он и подумать о таком боялся. Вот и Сандра сейчас тоже стоит, рассматривая брусчатку под ногами.       — Сандра, я же просто предложил в город съездить вместе. Погулять, посмотреть. Я бы не стал… Ну это…       — Почему не стал бы? — в голосе девушки, которая всегда с азартом соглашалась на любые шалости и не боялась приключений, впервые звучала обида.       — Да нет же, я не это имел в виду! — Отмару показалось, что он стоит на тонком льду, который треснет от любого неверного шага. — Хотел бы, конечно…       — Права была матушка, всем вам только одно и нужно, об одном и думаете, — девушка закатила глаза.       — Да не думаю я об этом! Нет, ну думаю, конечно… Но Сандра, это просто безобидная поездка!       — Вот матушке моей это и объясняй!       — И объясню!

***

      Ближе к полудню они выехали на тракт. Отмар с Сандрой то и дело смеялись, вспоминая, как отпрашивали девушку отправиться в Стратхольм. Сколько наставлений и даже угроз пришлось выслушать от матушки, прежде, чем она, утерев пот со лба и устало подперев поясницу, сказала: «Езжайте куда хотите, отстаньте только!».       — Бернард, а ты чего такой хмурый? — Отмар посмотрел на едущего рядом слугу, который почти всю дорогу молчал.       — Ничего, просто не выспался.       — Ну да, небось медовухи перебрал, вон, глаза какие красные, — улыбнулся Отмар. — Ладно, давай галопом проедемся, взбодрим тебя. У Антрацита сегодня два седока, так что ты имеешь все шансы не отставать. Сандра, держись крепче!

***

      Если в баронстве праздник урожая длился всего один день, то в Стратхольме празднование затягивалось на неделю и сейчас было в самом разгаре. Площадь пестрила разнообразными палатками и шатрами. Перед входами в некоторые даже лежали ковры, так что Отмару пришлось несколько минут уверять Сандру, что так и надо, по ним даже можно ходить, снимать обувь при этом вовсе не нужно.       Отец дал денег с запасом, хватило и на пирожные и на потрясающие колбаски, политые чесночным маслом, да еще и всяких мелочей набрали полную котомку. Разве можно быть равнодушным, когда любимая подруга украдкой вздыхает, посматривая на прекрасные ткани?       Оставив Сандру и Бернарда развлекаться на празднике, Отмар отправился с письмом на площадь рыцарей.

***

      Шарлин Хиггинс была гадалкой, как и её мать. Расположившись на подушке перед низеньким столиком, она высыпала на ладонь монетки. Во время праздника деньги текли к ней рекой. Каждый желал прикоснуться к волшебству и узнать свою судьбу. Полог палатки приоткрылся через несколько мгновений после того, как монетки перекочевали в мешочек. Молоденькая девушка настороженно заглянула внутрь, всматриваясь вглубь шатра наполненного дымом от свечей и благовоний.       — Проходи, дитя, — Шарлин показала рукой на подушку, что была напротив.       — Здравствуйте, — кивнув, девушка устроилась на подушке по примеру гадалки и рассматривала лежащие на шелковой скатерти карты.       — Здравствуй, здравствуй. Сейчас посмотрим.       Пока руки раскладывали карты, глаза гадалки изучали девушку. Одета просто, скорее всего из пригорода, из простых девушек. Молодая, веселая, без кольца на пальце. Шарлин уже знала, что сказать девушке, чтобы её глаза засияли от радости, а сердечко радостно забилось. В карты она посмотрела скорее по привычке, нежели для того, чтобы попытаться заглянуть в судьбу. Какая тут может быть судьба, когда эта девушка будто чистый лист, открыта для любых начинаний, бодра духом, а сил в ней столько, что справится с любыми сложностями. И всё же, взгляд гадалки задержался на карте.       — Как тебя зовут, милая?       — Сандра.       — Подожди немного, Сандра, мне нужно повторить расклад, чтобы лучше предсказать твою судьбу.       Она еще раз перемешала колоду. На шелк легли пять карт. Потом еще семь сверху. Шарлин всматривалась в лежащие перед ней изображения. Она прекрасно помнила трактовку каждой из карт, но посетители шли к ней не за правдой. Они шли за надеждой и за мечтами.       — У тебя будет муж. Вы будете с ним жить в большом каменном доме. Будет ребенок. Один… Сын.       — Только один? Но почему?       — Карты так говорят, — Шарлин развела руками.       — Ерунда какая-то. Я хочу как минимум двоих. Глупости какие-то карты ваши говорят… Сколько я вам должна?       — Ничего, деточка. Ничего не нужно.       Шарлин смотрела вслед уходящей девушке. Мать всегда учила её не сообщать плохих вестей. Ведь люди приходят за хорошими. Расстроенный посетитель не только отпугнет своим видом остальных, но и в каждом трактире будет рассказывать, что вот злая ведьма нагадала ему бед и теперь они его преследуют. Шандра знала это и предсказывала лишь хорошее. Опустив глаза на стол, она взяла и поспешила убрать вглубь колоды карту, обозначающую смерть.