Меч, перо и закон

      Глава 13              В преддверии турнира Эддард Старк приказал вызвать в зал Малого совета сира Бейлона Сванна, капитана Золотых плащей. Ренли Баратеон, чьим протеже являлся рыцарь, сразу же исполнил приказ.       — Мои парни падают с ног, но они не могут успеть везде, — пробасил Сванн, разводя руками и как бы показывая, что он делает все возможное. Рыцарь выглядел внушительно, а доспех, поножи и шлем, который он держал на сгибе левой руки, добавляли ему какой-то величественной суровости. Сванны считались древним домом, чья история уходила вглубь веков. По своему статусу они занимали место важнейших знаменосцев Штормового Предела, владея прекрасно укрепленным замком под названием Каменный Шлем. Их земли, расположенные в Красных марках, приносили хороший доход с торговли и добычи руды. Насколько Старк помнил, сир Бейлон являлся вторым сыном лорда Сванна. — Город захлебывается в преступности. Каждый новый день лишь добавляет нам головной боли. Все наши беды от грядущего турнира Десницы. Извините, милорд, но я говорю правду.       — Турнира короля Роберта, — Старк обмакнул платком потный лоб. В голосе его звучало едва заметное раздражение. Он оделся легко, так легко, как только позволяли правила этикета, но все равно чувствовал удручающую жару. Остальным лордам, что расположились вокруг, было куда легче. Все они родились на юге и неплохо переносили местный климат. Даже восьмидесятилетний старик Пицель выглядел более бодрым. — Уверяю вас, Деснице он не нужен.       — Называйте его, как хотите, лорд Старк, вот только город полон приезжих, и с каждым днем их все больше, — Сванн бросил на Ренли взгляд и сжал тяжелую нижнюю челюсть. — Позавчера случилась драка у Речных ворот. Ночью мои люди нашли два трупа. Изнасиловали жену булочника на улице Сестер. У сира Алгуда из Западных земель свели с гостиного двора коня. Растут жалобы на карманников, а в притонах меж посетителей вместо добрых слов все чаще мелькает острая сталь.       — Ужасно, — вздохнул Паук, словно все произошедшее касалось его лично.       — Золотых плащей слишком мало. Необходимо найти деньги, увеличить штаты и провести новый набор. Сколько раз я поднимал данный вопрос? — Ренли покрутил на пальце кольцо. — Надеюсь, сейчас вы понимаете, что я не шутил. О каком законе может идти речь, коль скоро мы экономим на самом важном?       — Верно, мне нужны дополнительные стражники, — добавил Сванн.       — Наймите пятьдесят человек, — бросил хозяин Винтерфелла. — Лорд Бейлиш найдет необходимую сумму.       — Неужели? — Мизинец что-то быстро писал в толстой книге, но отвлекся и поднял голову.       — Вы нашли деньги на турнир, найдете и на поддержание порядка, — сказал Старк и сразу же понял, что его тон излишне резок. Бейлиш и не думал показывать обиды, но в Совете Деснице требовались союзники, а не враги. Здесь не родной Север, где выше власти просто нет. Здесь надо уметь лавировать и находить компромиссы. В общем, делать то, что Старк никогда не любил, да и не умел, если честно.       — Пятьдесят стражников мало чем помогут, — Ренли с сожалением покачал головой. — Не так давно мы устроили чистку. После неё под рукой сира Бейлона находится одна тысяча девятьсот семьдесят человек.       — Хорошо, я выделю дополнительных людей из числа личных гвардейцев. Двадцать воинов, не меньше.       — Вы благородный человек, лорд Старк. Ваш жест выглядит красиво, но сами подумайте, разве может одна сороковая часть от уже имеющегося числа что-то изменить? Пятьсот новых стражников — вот они действительно могут на что-то повлиять. А двадцать, или даже пятьдесят — капля в море. Они растворятся в Королевской Гавани, так, что и не заметишь.       — Пятьсот — это целый отряд, — счел нужным заметить Великий Мейстер. — Вы озвучиваете сказочные цифры, лорд Баратеон. Мы так по миру пойдем.       Десница уже знал, что Золотых плащей постоянно не хватает. Но вопрос о новых стражниках всегда вызывал в совете споры, граничащие с руганью. Каждого нового стражника требовалось экипировать, что уже стоило немало. Кроме того, его требовалось ежедневно кормить и поить, предоставить ему место в казарме, и это не говоря про жалование.       — К счастью, у нас есть свой волшебник, — вспомнил Баратеон. — Петир, ты же нам поможешь?       — Как и всегда, такова моя служба. Но не пятьсот человек. И даже не триста, Ренли, — Бейлиш так просто с деньгами расставаться не желал. — Двести, и не забудьте сказать спасибо, я не умею извлекать золото из воздуха.       — А я всегда думал ровно наоборот, — Ренли рассмеялся. На взгляд Старка сегодня мастер над законом вел себя слишком беспечно. Десница подождал, надеясь, что младший брат короля последует его примеру и выделит из собственной гвардии еще дюжину-другую людей, но тот и не подумал внести вклад в общее дело.       — Двести человек и двадцать моих гвардейцев, — поставил последнюю точку Старк. — Объявите набор, набирайте крепких и честных мужчин. Постарайтесь распорядиться ими надлежащим образом. Мы на вас рассчитываем.       — Благодарю вас, милорд, — сир Сванн, услышав обещание, наклонил голову и, придерживая меч, удалился.       — Вот и еще один вопрос благополучно решен, — улыбнулся Паук. — Как приятно видеть, что милорд Ренли заботится о своих людях и всячески им помогает.       — Быстрее бы все это закончилось, — с чувством признался Старк, вновь отпивая вино. — Что ж, если на этом все, милорды, то предлагаю на сегодня закончить.       Лорды встали, поклонились и принялись расходиться. Старк хотел было придержать Баратеона и расспросить о Бране, но передумал. Время еще будет. Сегодня его ждал более важный разговор.       Неторопливо, приноравливаясь к шаркающей походке Великого Мейстера, Десница покинул зал Малого совета.       — Ох, уж эта жара, — вздохнул Пицель. — В такие дни я завидую северянам и их летнему снегу.       — Пожалуй, вы правы. Но я хотел поговорить о другом. О Джоне Аррене.       — О лорде Аррене? — переспросил Пицель, удивленно поднимая брови. Старк лишь кивнул и промолчал. Он давно заметил, что иной раз молчание помогает узнать больше, чем настырные вопросы. Он так и не продвинулся в расследовании его смерти. Ренли верил, что Аррена отравили. Но остальные таких взглядов не разделяли. Было бы неплохо послушать Станниса, но приходилось довольствоваться тем, что есть. — Мы все любили его. Он был добродетельным человеком. Я не мог его спасти. Болезнь поразила его внезапно. Он заходил ко мне в покои за несколько дней до смерти. Да, ваш предшественник часто ко мне приходил.       — Зачем? — они вышли на улицу, и северянин сощурился от бьющего в глаза света.       — Уже много, много лет я Великий Мейстер. Короли, Десницы, великие лорды, знатные рыцари… они часто искали моего совета.       — Что хотел Джон Аррен? — подстегнул его Старк.       — Он попросил у меня книгу.       — Книгу? — Эддард был готов услышать что угодно, но слово заставило его призадуматься. В чем здесь смысл? — Какую?       — Увесистый и скучный том. «Происхождение и история домов Семи королевств», так он называется. Жизнеописание высоких лордов, их жен и детей, написанное мейстером Маллеоном.       — Я хочу взглянуть на книгу, — твердо решил Старк. Оставшаяся в Винтерфелле жена ждала от него каких-то шагов, чтобы хоть что-то написать сестре Лизе в Орлиное Гнездо. Так что выбирать ему не приходилось.       В своих покоях, заваленных манускриптами, висящими на стенах пучками трав, стеллажами со склянками и микстурами, Пицель положил на стол внушительный, толщиной чуть ли не в фут, фолиант.       Удивляясь, зачем такому занятому человеку, как Аррен, понадобилась подобная книга, Старк раскрыл замок-защелку, пролистал несколько страниц и наугад остановился на одной из них.       — Лорд Кастор Флорент, третий сего имени, сын лорда Холдина и леди Юмии из дома Осгрей. Рожден в 167 году от Завоевания Эйгона в Ясноводной. Глаза голубые, волосы темно-русые, кожа светлая, оттопыренные уши. Погиб в возрасте сорока двух лет во время Великого весеннего поветрия, — вслух прочитал Десница. Он нахмурился и пролистал еще с десяток страниц. Все они были исписаны мелким красивым почерком. Тысячи имен, дат и примет ныне умерших людей. Действительно, скучная книга.       — Чтение не из легких, — Пицель присел на кресло и сложил на объёмном чреве руки.       — А Джон Аррен не сказал, зачем ему такая книга?       — Нет, милорд, а я не осмелился спросить.       — Джон говорил что-нибудь в последние часы?       — Ничего важного. Но он несколько раз повторил — «семя крепко».       — Семя крепко? И что же сие значит? — Старк уже слышал эти слова от Ренли, но вдруг и старик что-то добавит?       — Разум умирающего слаб, милорд. Лишь Боги знают, бредил ли он или хотел сказать что-то действительно важное. Увы, но последние слова человека иной раз значат не больше, чем первые в его жизни.       — Значит, он умер от естественных причин?       — А от чего же еще?       — От яда! — Старк попытался поймать взгляд собеседника, но тот отвел глаза, пожевал нижнюю губу и принялся теребить руками цепь.       — Беспокойная мысль, — наконец признался старик.       — Но некоторые ее придерживаются.       — Милорд Ренли и его мейстер… Верно. Но они молоды и хотят действовать. Нет, нет, я так не думаю. Следов яда ни я, ни они не обнаружили, а предположение, основанное на косвенных подозрениях — вещь ненадежная. Да и кого винить?       — Говорят, что яд — оружие женщин.       — Верно. Женщин, трусов и евнухов, — намек был прозрачней некуда. Или Великий Мейстер просто размышлял вслух?       Пицель принялся пространно жаловаться, что не понимает, как такой человек, как Варис смог оказаться в Малом совете, но Старк не стал его слушать. Он попрощался, захватил книгу и отправился к себе.       На лестничной площадке, недалеко от дверей, он заприметил босую Арью. Дочь стояла на одной ноге, раскинув руки и ловя равновесие.       — Сирио говорит, что водный танцор может стоять так часами, — поделилась девочка.       — Лететь вниз будет больно, — Старк подбородком указал на крутые ступеньки. Сейчас он чувствовал радость. Решение подыскать для дочки мастера фехтования и тем самым отвлечь ее от смерти Мики и Нимерии оказалось верным. Она как будто стала забывать прошлое, а ее броня отчуждения дала трещину. Сердце Старка кровью обливалось, когда он видел горе Арьи. Но теперь Старые Боги их услышали. Все должно стать хорошо. Почти как раньше.       — Сирио говорит, что боль — необходимый урок, который идет тебе на пользу. А завтра я буду ловить бродячих кошек!       — Кошек? — определенно, поведение младшей дочери мало походило на занятие благородной леди, но лучше уж так.       — Да. Они тихие, как тени, и легкие, как перья. Чтобы их ловить, нужна ловкость.       — Он прав, — Старк открыл дверь, оставив дочь снаружи продолжать упражнения.                     На следующий день после заседания Десницу вызвался проводить Петир Бейлиш.       — Я слышал, вы читаете скучную книгу, — с беспечной улыбкой заметил он, в то время, как они остановились в тени. Джори и два гвардейца замерли неподалеку, переговариваясь и лениво осматриваясь по сторонам. Было бы глупо думать, что здесь, в столице, при короле Роберте кто-то осмелится поднять руку на его друга и Десницу. Но стражники требовались для престижа, и Старк осознавал их необходимость.       — Пицель много болтает, — ответил северянин. Боги! Есть хоть что-то в Красном замке, что может остаться в тайне?       — О да, он болтает беспрерывно… Вы знаете сира Хью из Долины? — и когда Старк отрицательно качнул головой, добавил. — Неудивительно. Рыцарем он стал недавно. До недавних пор он был простым оруженосцем у Джона Аррена. Пояс он получил сразу же после смерти господина.       — И за что ему оказали подобную честь? К чему вы клоните?       — Когда-то я обещал вашей жене, что не оставлю ее без помощи. Что-то мне подсказывает, что сейчас как раз настал такой момент. Она оказывала мне покровительство в Риверране, и сейчас настало время отдавать долги.       Старк не был искушен в придворной жизни, но ему показалось, что Мизинец определенно темнит. Что действительно ему необходимо?       — Я поговорю с рыцарем, — все же решил он. И тут его посетила неожиданная мысль. — А лорд Ренли беседовал с ним?       — Конечно, он с ним разговаривал.       — И о чем же?       — О том вам лучше справиться у самого милорда Баратеона. Есть у вас надежные люди?       — Конечно. И не один человек.       — Лучше бы вы ответили «нет», милорд. Что никого у вас нет, и вы никому не доверяете. Но пусть будет так. Видите того конюха?       — Да, и что с ним не так?       — Он человек королевы, и передает ей все, что видят его глаза и слышат уши. Теперь обратите внимание на мальчишку, что глазеет на оруженосцев.       — Он тоже шпион королевы?       — Нет, это человек Паука. Варис весьма интересуется вашими передвижениями. Его «пташки» повсюду вас сопровождают.       Старк с трудом сохранил безразличное выражение на лице. Ренли говорил ему о том же и предупреждал держаться настороже. Они что, сговорились?       — К чему вы мне все рассказываете? — все же спросил он.       — Пошлите своего человека к сиру Хью. И посетите оружейника Тобхо Мотта на Стальной улице. Я знаю, что Джон Аррен навещал его незадолго до смерти. Теперь и вы знаете… Надеюсь, вам это поможет.       — Лорд Бейлиш… Похоже я зря вам не доверял, — Старку было не просто произнести такие слова.       — Недоверие ко мне — ваша лучшая добродетель с тех пор как вы приехали. Доброго дня! — Мизинец улыбнулся, развернулся и удалился. Он шагал легко и непринужденно, со спины напоминая худенького юношу, а не взрослого мужчину.       Вечером после ужина, когда яростное солнце закатилось за горизонт, а в воздухе повеяло прохладой, Старк приказал зажечь свечи и углубился в изучения взятой у Пицеля книги. Листая широкие страницы и рассматривая гербы, он вновь подумал, что во всем должен быть смысл. Джон Аррен не мог просто так, без видимой причины, тратить время на ненужное чтение. Что он искал?       Вопрос вызвал смутное беспокойство. Старк встал и прошелся по комнате. Он подошел к распахнутому окну, глубоко вздохнул отдающий солью и апельсинами воздух и неожиданно подумал, что ему требуется еще раз — основательно и неторопливо — поговорить с Ренли.       Ранее они о многом беседовали. И о смерти Аррена, и о короле, и о политике государства, и о будущем Брана. Но только сейчас северянин догадался, что Ренли не был с ним до конца искренен. Владыка Штормового Предела словно желал увидеть первый шаг Старка, его решимость и инициативу. Он хотел, чтобы хозяин Винтерфелла занял какую-то позицию, с неожиданной ясностью догадался Старк.       Ренли присматривался, а он не понял, и впустую потерял кучу времени. Ну почему так сложно? Почему здесь не Север и почему люди не могут говорить правду и вести себя так, как им и положено? Северянин не был глуп, и понимал все резоны такого поведения. Просто он никогда не любил двуличные игры. Ему подобное претило. Определенно, завтра, не откладывая, он поговорит с Ренли. Наедине, без лишних свидетелей, и теперь он знает, о чем спросить.       Но тут его рассуждения прервали. В дверь постучались. Дождавшись разрешения, внутрь шагнул Джорри Кассель.       — К вам королева Серсея, милорд, — сказал он и пропустил женщину.                                  

* * *

      Последние недели раздражение стало постоянным спутником Серсеи. Да и как иначе, ведь они с Джейме уже давно не могли уединиться и предаться любви. То король не был мертвецки пьян, то Барристан Селми ставил Джейме в другие караулы, то мешали дети, слуги или посторонние.       Джейме, сам того не понимая, дарил ей силу, давал спокойствие, а его неизменно насмешливый и самоуверенной тон не оставлял сомнений, что все у них получится.       Роберт окончательно стал невыносим. В Винтерфелле он в открытую лапал северных шлюх, в Близнецах затащил на ложе одну из прачек, а вернувшись в Красный замок, пустился во все тяжкие. Король накричал на Джоффри и вновь унизил Ланселя. Он пил, как олень во время засухи. Рано или поздно подобное времяпровождение должно загнать его в могилу. Но все без исключения Баратеоны казались людьми, выкованными из стали. Высокие, мощные, сильные... Если их не убивали, то они, как правило, умирать не торопились. Роберт мог еще долго держаться, а ждать Серсея не желала. Она и сама знала, что терпением Семеро почему-то забыли ее наградить.       К тому же, то, что случилось с Джоффри в гостинице на Перекрестке, то, как попытался вывернуть дело Ренли и как отреагировал Венценосный Рогач, буквально заставило ее задохнуться от гнева. Она, королева и мать будущего короля, дочь Хранителя Запада Тайвина Могучего, вынуждена была довольствоваться смертью какого-то ничтожного мальчишки и казнью дикой волчицы. И что, это всё? Вся ее природа бунтовала против подобного унижения.       Джейме дал ей совет проявить бдительность. Джейме, кто бы мог подумать! И все же она понимала резоны брата. В Красном замке назревал гнойник. Все указывало на то, что он вот-вот прорвется. Но новый Десница сам заставил ее действовать. Он общался с Ренли, общался с людьми, что-то вынюхивал… Лишь Богам ведомо, что он сможет раскопать. Ренли проявил осторожность, Станнис поджал хвост и убежал на Драконий Камень, но Старк был из той породы, что ни перед чем не останавливается.       То, что он делал, могло закончиться плохо. И Серсея решилась на разговор с ним. Она захотела посмотреть на северянина и попытаться раскусить его. Выпитое за ужином вино помогло ей принять непростое решение.       Королева переоделась в красно-белое платье с широкими рукавами, расчесала свои дивные волосы и позволила им сверкающим золотым водопадом опуститься вдоль спины и на грудь. На тонких пальцах сверкали перстни, каждый из которых стоил дороже, чем рыцарь в полных доспехах и на коне. Она не собиралась соблазнять сурового северянина, но и позволить себе выглядеть неподобающе не могла.       В сопровождении королевского гвардейца сира Престона Гринфилда, двух воинов Утеса и одной из фрейлин она направилась в башню Десницы. Около дверей в его покои находились стражники и их командир. Кажется, он происходил из достаточно известного северного рода, но Серсея не забивала голову подобными пустяками. Память ее никогда не подводила. Она могла запомнить мельчайшие детали и безошибочно пересказать их спустя годы, но в отношении лишь тех событий и людей, которые представляли интерес.       — Ваше величество! — Десница шагнул навстречу и поклонился, едва стражник открыл ей дверь и пропустил внутрь.       — Лорд Старк! — Серсея улыбнулась ничего не значащей улыбкой и внимательно оглядела мужчину. Тот всегда одевался несколько простовато. А сейчас, когда она застала его врасплох, был облачен в просторную белую рубашку и брюки. Ботинки он успел надеть в самый последний момент. И все же в нем что-то присутствовало. Несомненно, он был истинным мужчиной, пусть и не самым красивым, но он им был. Подтянутый, мускулистый, быстрый в движениях… Серсее такие нравились. — Завтра начинается турнир в вашу честь. Я зашла узнать, все ли у вас хорошо и как вы к нему готовитесь.       — Седьмое Пекло! — невольно ругнулся северянин. Он выглядел так, словно новость стала для него полной неожиданностью. — Как быстро промелькнуло время! Уверяю вас, хоть турнир и назван в мою честь, но он не мой.       Женщина прекрасно видела, что собеседник не кривит душой. Старку действительно турнир был совсем не нужен.       — Давайте забудем все то, что произошло на Перекрестке, — предложила она, сделав несколько шагов по комнате. Ее взгляд казался рассеянным, но она прекрасно подмечала малейшие детали. На столе лежала толстая книга, одежда великого лорда была свалена в беспорядке, в кубке осталось недопитое вино, ножны с мечом висели на вешалке… Жаль, что здесь нет ничего более существенного. — Давайте забудем то, что вам пришлось сделать с волком дочери. Убийство зверя было лишним, сейчас я это понимаю… Но мы всегда стараемся уберечь наших детей. И зачастую ради них перегибаем палку.       — Да, — протянул северянин. Он был насторожен и наверняка задавался вопросом, что на самом деле происходит.       — Как Арья? — Серсея в совершенстве освоила науку задавать вроде бы беспорядочные вопросы, сбивая собеседника с толку и не давая ему сосредоточиться. Иногда подобная тактика приводила к удивительным результатам.       — Кажется, потихоньку начинает забывать пережитый кошмар.       — Славно! А Санса?       — Ей здесь нравится, — Десница вновь сказал правду.       — Она и Бран… Лишь они двое наслаждаются столицей. Я права?       — Возможно. Зачем вы здесь?       — Вас я хотела спросить о том же. Чего вы хотите добиться? — королева легко захватила инициативу, приблизилась к собеседнику и зафиксировала взгляд на его лице.       — Мой старый друг Роберт призвал меня. Я здесь, чтобы служить королевству и королю. И я приложу все силы, дабы исполнить его волю.       — Старые друзья… Нам, женщинам, никогда не понять всей глубины мужской дружбы. Уму непостижимо, на какие вещи вы готовы пойти ради нее! Но вы не измените короля, Старк. Никогда! Он делает, что хочет, и никто ему не указ.       — Я не указывать сюда приехал.       — Конечно. Но вам придется за ним прибираться. Закрывать глаза на его «подвиги», молчать, скрывая истинные чувства, делать вид, что все идет хорошо и королевство процветает. Вы к подобному готовы?       — Готов, если таков мой долг, — ответил Десница, решительно сжав губы. Но от Серсеи не укрылась его неуверенность. Любой слепец в Красном замке мог увидеть, что король тащит в могилу не только самого себя, но и страну. Конечно, и Старк видел. Хорошо, что в его сердце есть место сомнениям.       — Неужели вы простой солдат? Получаете приказ, выполняете и ни о чем не думаете? Да?       — Король призвал меня под свои знамена, и я его не подведу. Считайте меня, кем пожелаете, — Старк опустил голову.       Серсея поняла, что ничего не добьется. Северянин был как могильная плита — такой же холодный, невозмутимый, внушающий уважение одним лишь видом. Но и толку от него было примерно столько же. Зря она сюда пришла. Слишком много чести для одного не очень умного великого лорда. Он мог стать занозой, но не из-за своего ума, а лишь благодаря настойчивости, переходящей в упрямство.       — В этом есть определенный смысл, ведь вас не растили, как будущего Хранителя Севера и хозяина Винтерфелла. Им должен был стать ваш брат. Смелый лидер и прославленный воин. Но он погиб… И вы получили жену, которая предназначалась другому. Заняли не подходящее вам место. Заняли, ибо таков ваш долг, — она сделала еще одну попытку вывести его из себя. — Вы привыкли подчиняться.       — А еще я привык убивать, — Десница смело поднял голову и оперся кулаками о столешницу. Он побледнел, кровь отхлынула от лица. Покровы приоткрылись, и Серсея увидела, как в действительности он к ней относится. К ней и ко всем Ланнистерам. Старк им не друг, и никогда таким не станет. Слишком уж он честный, слишком правильный! Честь для него не пустой звук, он носится с ней, как облезлый пес со своим ошейником. — Привык убивать своих врагов, ваше величество!       Сердце билось, как бешеное. Ей потребовались все силы, чтобы остаться невозмутимой. Она увидела предостерегающий оскал Тихого Волка. Он бы подействовал, да только львы не боятся волков!       Женщина некоторое время смотрела ему в глаза, пытаясь переглядеть. Не получилось. Но она была королевой, и последнее слово всегда оставалось за ней. Она улыбнулась самой невинной из своих улыбок и сказала с неповторимой нежностью.       — Как и я!       Одарив Хранителя Севера многозначительным взглядом, Серсея покинула его покои.