Меч, перо и закон

      Глава 12              Первым блюдом подали густой и сладкий тыквенный суп. Его уже собрались уносить, когда лорд Старк вошел в зал башни Десницы.       Отцу на Совете вновь пришлось туго. По его нахмуренному лицу Санса видела, как он устает. Лорд Эддард опоздал на обед, что теперь случалось нередко.       В Королевской Гавани отца мало что восхищало. Санса же придерживалась совершенно иного мнения. Столица оказалась точно такой, как она и мечтала. Даже лучше. Изысканные одежды и утонченные дамы, галантные рыцари и куртуазные манеры, теплое солнце, вкусная еда, прославленные менестрели и южный лоск — она буквально наслаждалась каждым прожитым днем. И лишь натянутые отношения с Арьей и Джоффри — а он продолжал дуться и страдать от раны — немного портили общее впечатление.       — Милорд! — проговорил Джори, увидев своего повелителя. Он встал первым, и его примеру последовали гвардейцы, Джейн Пуль и септа Мордейн. Стражники щеголяли новыми плащами из серой шерсти, подбитой белым атласом. На взгляд Сансы, это была не самая лучшая одежда для здешнего климата. Сама она, Арья и Бран остались сидеть, ведь к ним пришел не Десница и великий лорд, а родной отец.       Леди, ее лютоволчица, проводила мужчину внимательным взглядом. Шторм высунул язык и широко зевнул, и Бран почесал ему шею.       Арья скользнула по зверям возмущенным взглядом. С момента казни Нимерии прошла не одна седьмина, но сестра так и не простила, что ее волчица погибла, а их питомцы продолжают жить. Сама же Санса считала, что Нимерия получила по заслугам. Печально, конечно, что так вышло, но из всего выводка она была самой злобной и непокорной, хуже даже, чем Лохматик оставшегося в Винтерфелле Рикона.       — Садитесь! — приказал Эддард Старк.       — Простите, что начали без вас, милорд, — покаялась септа Мордейн, шурша накрахмаленными юбками.       — Напротив, я рад тому, что в этом городе еще есть люди, сохранившие рассудок, — он дал знак продолжать трапезу. Слуги принесли отварную говядину на круглых деревянных подносах. Санса двумя пальчиками выбрала подходящий кусок и незаметным движением переправила его под стол. Леди лизнула руку, выражая благодарность. Бран проделал схожий номер, но отец все заметил и брат заерзал, почувствовав неуверенность. Ни он, ни Санса не хотели бы, чтобы волков прогнали.       — О чем говорят люди, Джори? — поинтересовался отец, отпивая глоток вина из серебряного кубка.       — О турнире, в основном. Многие хотят участвовать. Говорят, в столицу со всех сторон приедут прославленные рыцари, дабы почтить ваше назначение Десницей.       — А не говорят ли при дворе, что мне турнир совершенно не нужен?       Глаза Сансы удивленно округлились. Она искренне не понимала, как можно не любить турниры. Одно дело Винтерфелл, а здесь люди живут этим, для южан рыцарские обычаи неотъемлемая часть жизни. Причем значимая ее часть.       — Отец, но ведь на турнире будут все, — Санса быстро переглянулась с Джейн. В ее голосе послышалась тревога. — Мы не можем остаться в стороне!       — А там будет схватка оруженосцев? — в одной руке Бран держал кость с мясом, а в другой — ломоть хлеба. Он и не подумал обратить внимание, что жиром испачкал одежду.       — Нет, оруженосцев не будет, — лорд Старк без всякого удовольствия отщипнул виноградину и закинул в рот. — Вы знаете, как я отношусь к подобным делам. Перед королем мне придется делать вид, что я ценю его щедрые жесты. Но это не значит, что я счастлив.       — Но ты же позволишь нам посмотреть? — спросил Бран.       — Не хотел бы, но как помешать? Разве только запереть вас всех под ключ.       — Там будет и королева, и принцесса Мирцелла, милорд, — заговорила септа Мордейн, беря с блюда полные мёда соты. — Ни одна дама не захочет пропустить такое великое событие. К тому же турнир дается в вашу честь, и будет странно, если ваша семья останется в замке.       — Вы правы, — с неохотой признался отец. — Ну, хорошо, я устрою вам места.       — Спасибо, спасибо! — Санса захлопала в ладоши, обменявшись радостными улыбками с Браном и Джейн.       — Мне этот дурацкий турнир тоже совсем не нужен, — буркнула Арья, присоединяясь к беседе. Она наверняка знала, что там будет и Джоффри, которого ненавидела, и лорд Ренли, которого винила в том, что он не смог защитить Нимерию. — И вообще, я хочу домой, в Винтерфелл.       Санса чуть ли не каждый день ругалась с сестрой. И если та захочет вернуться, она будет только счастлива.       — Нас ждет великолепное зрелище, — все же сказала девушка. — И нечего дуться. Лучше бы ты занималась воспитанием Нимерии, а не носилась с этим Микой по лесам и оврагам.       Лицо Арьи скривилось от гнева, она подхватила яблоко с вазы и едва не кинула его. Но отец успел вмешаться.       — Довольно! — его голос загремел над столом, он прихлопнул ладонью по столешнице, и люди разом притихли. — Хватит! Я смертельно устал от вашей бесконечной войны. Вы сестры и должны вести себя соответствующим образом, понятно?       За столом повисло молчание. Слышался лишь стук вилок и ножей. Но отец продолжал неотрывно смотреть на них, и Санса, прикусив губу, кивнула первой. Помедлив, Арья последовала ее примеру.       После обеда все разошлись. Отец проследовал в солярий и занялся делами, септа Мордейн отправилась вздремнуть, а Бран побежал к оруженосцам во двор. Шторм неслышной тенью скользил за хозяином. А что собиралась делать Арья, Сансу совершенно не заботило. Лишь бы она вновь не выкинула какой-то дурацкий номер.       Девушка переоделась в одно из любимых платьев — бежевое, с неброским золотисто-серебряным цветочным узором по лифу и пышному подолу. Платье оставляло открытыми руки, и северянка прекрасно знала, что они у нее безупречной формы. Сверкающие волосы она заплела в две тяжелые косы и спустила их по плечам и груди, украсив ленточками.       Вместе с Пуль они отправились в очередное путешествие по замку. Им нравилось любоваться на богато обставленные залы и покои, придворных дам и рыцарей. Но сначала они заглянули на кухни и упросили Несси угостить их лимонными пирожными.       — Ах, я бы все отдала, лишь бы увидеть рыцаря Цветов, — поделилась Джейн, смахивая крошки с платья. Истинная леди никогда не будет кушать не за столом, так что две девушки сначала расправились с пирожными, заняв один из укромных уголков, а уж затем отправились дальше. Они и Леди угостили, но волчица съела лакомство лишь из вежливости. Девушка держала зверя на узорчатом кожаном поводке, который подарил ей лорд Ренли. «Во избежание недоразумений», — сказал он, вручая скромный дар.       — Он красавчик, спору нет, но я помолвлена с Джоффри и мне никто более не нужен, — посчитала своим долгом напомнить Санса. Как же ее печалило, что они не разговаривали!       — Ага, рассказывай… Может сиру Лорасу ты и не строила глазки, но зато я видела, как ты смотрела на милорда Ренли, — веселая Джейн звонко засмеялась, блеснув превосходными белыми зубками. Несмотря на худобу и маленькую грудь, в ней все же что-то было и многие считали ее симпатичной.       — Перестань нести вздор, — Санса покраснела и хлопнула подругу по руке. Она не была глупышкой, и уж конечно, заметила, как смотрел на нее хозяин Штормового Предела. Его взгляд странным образом заставлял ее смущаться. Великий лорд казался сильным и мужественным рыцарем, но её действительно, кроме принца, мало кто интересовал. Именно Джоффри она собиралась подарить невинность и верность, став преданной женой. Так её воспитала мама. — Да, мы с ним беседовали. Он интересовался, как я себя чувствую после того ужасного суда. И дал несколько советов о том, как приглядывать за Леди. Вот и всё.       — Ну-ну, — Джейн ее слова нисколечко не убедили.       Посмеиваясь и разговаривая обо всем на свете, девушки около часа гуляли по замку. Санса хотела увидеть принца или королеву, но из своих покоев они не выходили. Старк немного расстроилась, не встретив их, но Джейн не была такой требовательной. Ей хватило внимания и других рыцарей.       — Сир Джейме, сир Лорас, милорд Ренли, сир Брайс Карон — каждый из них красавчик, и я не имею ничего против, если кто-то из них выиграет ристалище и провозгласит меня Королевой Турнира.       Санса промолчала. Пусть Джейн немного помечтает, коль ей охота. Вряд ли здесь, в столице, где так много утонченных дам, ее планам суждено сбыться.       Уже в комнате, в которой подруги проживали вместе, девушки услышали, как в дверь постучали. Дав разрешение войти, они увидели лорда Старка.       — Милорд, — Пуль поклонилась.       — Джейн, будь так любезна, оставь меня с дочерью, — не приказал, а попросил он. И когда та ушла, он сел в свободное кресло и с усталым видом вытянул ноги.       — Что-то случилось, батюшка? — поинтересовалась Санса. Она лихорадочно перебирала последние события, пытаясь понять, не допустила ли где-то ошибки. Кажется, она вела себя достойно. Ну, если не считать ссор с сестрой.       — Послушай меня, Санса, — отец вздохнул. — Мы попали в замок, который совсем не похож на Винтерфелл. Не все здесь наши друзья, и не все нам рады. Мне требуется, чтобы ты и Арья вспомнили, что вы из одной семьи. Вы должны держаться вместе, как настоящие Старки.       — Но я делаю все возможное, чтобы не ругаться, — как она и предположила, разговор действительно коснулся их отношений. Санса не чувствовала себя виноватой. Она никогда не начинала первой, и ее совесть была чиста. — Если Арья хоть чуть-чуть возьмется за ум, то мы помиримся.       — Я беседовал с ней. Думаю, она все поняла и больше не заставит тебя краснеть.       — Замечательно. Но ей следует найти занятие, тогда она отвлечется.       — Я нашел ей занятие, — сказал лорд Старк. — С завтрашнего дня она начнет заниматься с мастером фехтования.       — Что? — Санса опешила. — Но разве леди сражаются на мечах? — но тут ей пришло на ум, что подобные упражнения наверняка утомят сестру и у нее не останется сил на всякие глупости. Значит, пусть учится. — Хотя, я вспоминаю, что мама говорила про тетю Лиану. Она так же умела скакать, стрелять из лука и много чего еще.       — Верно. Но все же вы должны помириться. Ради меня и ради вашей матери, — отец поднялся.       — Мы помиримся, — твердо пообещала девушка.       — Ты не разговаривала с принцем?       — Пока нет, — призналась Санса. Она знала, что отец не испытывает особой симпатии к Джофри и уже несколько раз намекал на свое истинное отношение. Для нее подобное ничего не значило. Она любила принца всем сердцем. Тем более, разве не отец с мамой первыми согласились на их помолвку? Разве не приехали они в столицу как раз за этим?       Ей показалось, что отец хотел что-то добавить, передумав в последний момент. Когда он ушел, в дверь проскользнула Джейн — все это время она скучала в коридоре. Две подруги с удобством устроились на подоконники. Дожидаясь ужина и поглядывая во двор, они принялись делиться впечатлениями о платьях, дамах и предстоящем турнире.              

* * *

      День приближался к полудню. Солнце палило немилосердно. Бран сидел вместе с Тиреком Ланнистером на коновязи и хрустел яблоком. Друзья смотрели, как во дворе замка рыцари сражаются на затупленном оружии. Шторм устроился в тени, недалеко от них.       — Мой родич сир Джейме считается одним из сильнейших рыцарей Семи Королевств, — с немалой гордостью заметил Тирек. — Когда я вырасту, то стану таким же, как он. У нас война в крови. Ты знал, что среди Ланнистеров было много прославленных бойцов?       — Правда? Но и среди Старков Винтерфельских хватает героев. Один Теон Голодный Волк чего стоит! На Севере о нем столько всего рассказывают, что начни я вспоминать, мы тут до вечера просидим. А ведь еще есть Брандон Яростный, который одолел камнерожденных и покорил Скагос. Вот. А еще…       — Да знаю, знаю, хватит уже, — Тирек бесцеремонно прервал его на самом интересном месте. Друзья часто спорили, чей дом древнее и могущественнее, и у кого больше славы. Каждый стоял за своих и не мог переубедить другого. — Лучше скажи — ты точно хочешь стать королевским гвардейцем?       — А то! — важно ответил Брандон. Он нисколько не сомневался, что подобное ему по плечу.       — Вот и я хочу. Представляешь, как будет здорово, когда на наши плечи ляжет белый плащ? Мы будем охранять короля и останемся друзьями. Здорово, правда!       — Не то слово, — Бран едва усидел на месте от восторга. Мысленно он перенесся в будущее. Тирек казался ему добрым другом. Вдвоем они прославятся на весь Вестерос. О них сложат песни! А в один прекрасный день он прискачет на коне в Винтерфелл, и Робб с Риконом ахнут, увидев его доспехи и оружие.       Но тут он нахмурился, вспомнив, кто станет следующим королем. Джоффри… Не сказать, чтобы Бран им восхищался. С Арьей и ее волчицей поступили плохо. Да, Нимерия укусила принца, но зачем ее убивать? Во всем виноват Джоффри и его злобная мамаша, именно они захотели мести. Отец, лорд Ренли, все они пытались замять происшествие.       Старк задумался и перестал обращать внимания на крики бойцов, звон стали и жаркую погоду.       — Бран, милорд Десница, твой отец! — Тирек дернул его за рукав дублета и заставил очнуться.       — Вот вы где, — лорд Старк остановился рядом и окинул тренировочную площадку внимательным взглядом. За его спиной находились Харвин и Толстый Том, от которого сильно пахло потом. Рыцари и воины во дворе остановились и обернулись в их сторону, но отец махнул рукой, разрешая продолжать. — Чем занимаетесь?       — Ничем, ваша милость. Просто смотрим, как сражаются рыцари, — Тирек уже не первый год находился рядом с королем и потому вел себя самым естественным образом. Он лишь выкинул огрызок яблока, встал и вытянулся.       — Ясно. Пойдем со мной, Бран, — отец развернулся и направился в сторону Кухонного замка. Мальчик негромко свистнул, привлекая внимания Шторма, улыбнулся Тиреку и отправился следом.       — Ты помнишь наш разговор, что я обещал найти тебе рыцаря? Настала пора стать оруженосцем, — отец остановился и положил руку на плечо сына.       — Конечно, помню. Еще ты говорил, что у тебя много забот, и что ты не хочешь, чтобы я впустую терял время.       — Все так. Тирек — неплохой мальчик, но вдвоем вы страдаете бездельем. А время уходит. Так что приготовься, день настал.       — И кому ты меня отдашь? Королю? — северянин почувствовал жгучий интерес. Он давно мечтал о таком.       — Нет. Но я почему-то думаю, что ты обрадуешься. Служи ему верно и не забывай, из какого ты дома.       — Я из Старков!       — Да. Честь, гордость, верность — не пустые для нас слова. Запомни их.       — Я тебя не подведу, отец.       — Уверен, так все и будет.       Они прошли дальше и остановились около дверей Кухонного замка. На страже там стояло два воина, и у каждого на дублете был вышит бегущий олень. Сердце Брана радостно забилось — он догадался, кому будет служить.       — Милорд Ренли у себя? — поинтересовался отец.       — Да, ваша милость, проходите, — воин открыл перед ними дверь и повел рукой, предлагая пройти внутрь.       В одной из комнат за широким столом сидел великий лорд Ренли Баратеон, исполняющий почетные и трудные обязанности мастера над законом. И выглядел он как истинный рыцарь, к тому же и сражаться любил. Тирек упоминал, что он неоднократно сходился в схватке не только с Джейме Ланнистером, но и с сиром Барристаном Отважным, и даже побеждал его. За доблесть и ярость в бою его прозвали Шквалом Мечей — прожив в Красном замке некоторое время, Бран запомнил все прозвища и титулы.       О лучшем рыцаре и мечтать не приходилось, что уж тут говорить! Бран почувствовал благодарность к отцу. Вот только мальчик так и не смог понять, как же получилось, что он сначала увидел лорда Баратеона во сне, а затем и наяву.       — Милорд, — лорд Ренли поднялся и прошел к ним. Он был одет в просторную белую рубаху и широкие черно-золотые брюки, заправленные в мягкие сапожки. — Вы привели сына, как я погляжу. Выпьете вина? Или эля?       — Нет, Ренли, мне ничего не хочется. Но спасибо за предложение. Я сделал, как мы и договорились. Итак, примешь ли ты Брандона Старка к себе в оруженосцы?       — Приму, милорд. Обещаю вам, что буду с ним честен и справедлив, и научу всему, что и сам умею.       — Бран! — повысил голос отец. Мальчик понял, что от него требуется. С остановившимся сердцем он прошел вперед и опустился на колени.       — Сир Ренли, позвольте принести вам клятву верности. Клянусь, что буду верным вашим оруженосцем и никогда вас не подведу.       — Хорошо сказано, Брандон, — одобрил Баратеон. — Мне по сердцу твои слова, я принимаю твою службу. Встань же!       Бран сделал, как велели, и поднял голову. Милорд Ренли нависал над ним, как утес. Но тут он неожиданно улыбнулся и потрепал его по плечу. И Бран понял, что нашел своего рыцаря. Того, кто со временем обязательно станет ему другом.       Отец смотрел на них с едва заметной одобрительной улыбкой.       — Милорд? — окликнул его мастер над законом.       — Я просто вспомнил прошлое. Как прибыл в Долину и был представлен Джону Аррену, и как произнес клятву оруженосца. А рядом находился Роберт, и выглядел он точь в точь, как ты.       — Славное было время?       — Да. Мы с Робертом были молоды, и вся жизнь лежала перед нами, — отец покачал головой. — Но не будем ворошить прошлое. Бран, отныне ты служишь лорду Ренли. Будь же достоин подобной чести. Не каждому выпадает такой шанс.       — Я буду, отец.       — Хорошо.       Лорд Старк ушел. Ренли проводил его и сразу же вернулся в комнату.       — Ну, Брандон Старк, — сказал он с улыбкой. — Теперь твоя очередь быть откровенным. Расскажи мне, что ты умеешь, и что тебе нравится.       И Бран, поборов смущение, рассказал. О том, что мечтает стать королевским гвардейцем и прославиться, как великий воин. И о том, что он хоть и не любит читать, но обучен счету и письму, а так же разбирается в гербах и девизах многих домов Вестероса.       — Замечательно. У меня уже есть оруженосец. Его зовут Реймунд Коннигтон. Мне угодно, чтобы вы подружились. Он расскажет тебе все, что требуется. Сегодня ты должен собрать вещи и перебраться ко мне. Мы живем в городе. Сир Ог Фелл проверит, чего ты стоишь, и подберет тебе подходящего учителя из числа гвардейцев и оружие по руке. А еще я поговорю с мастером над оружием сиром Аароном Сантагаром — думаю, не будет лишним, если и он с тобой позанимается.       — Благодарю вас, — Бран мигом сообразил, какие возможности перед ним открываются. В Винтерфелле он осваивал воинскую науку под присмотром сира Родрика, но кажется, милорд Ренли к подобному относился более серьезно.       — А чем еще ты любишь заниматься? — спросил Баратеон.       — Люблю лазать по стенам и башням, милорд, — откровенно поделился Бран своим секретом. Рыцарь пока еще не стал ему таким близким, как Робб или Джон, но симпатию внушить сумел.       Великий лорд еще некоторое время расспрашивал его, не забыв выяснить, как и каким образом к нему попал Шторм. Он даже поинтересовался его братьями и сестрами. Особенно Сансой. Ну, оно и понятно, она же ведь обещана его племяннику, принцу Джоффри.       — Что ж, кажется, со всем необходимым мы разобрались, — решил Баратеон. Чувствовалось, что хоть он и вел себя любезно, лишнего другим не позволял и ставил себя весьма высоко. — У тебя есть какие-то пожелания или просьбы? Что-то, что я могу сделать?       — Не могли бы вы поговорить с сиром Барристаном Селми? Если вас не затруднит, конечно, — выпалил мальчик, и невольно испугался собственной смелости. Но раз начав, следовало и закончить. — Весь замок знает, что вы с ним иногда сражаетесь. Может, и мне он даст пару советов?       — А ты не промах, — рассмеялся рыцарь. — Я подумаю, что можно сделать.              — Значит, милорд Ренли взял тебя в оруженосцы? — уже во дворе переспросил его Реймунд. Рыжий, с веснушками, он был не только старше Брана на пару лет, но и выше, и сильнее. И сразу же показал, кто здесь главный.       — Ага. А ты давно ему служишь?       — Больше года. Скоро два будет.       — И как? Милорд Ренли строгий?       — Строгий, но не шибко. Нам хорошо живется. Если не станешь глупить, то мы тебя примем, понял? — за цвет волос мальчика прозвали Рыжим, и он вел себя так, словно всем здесь командовал. Бран решил с ним не спорить в первый день, хотя ему и не понравился подобный тон.       — Понял. А я про вас читал — коль в твоем гербе два грифона, то ты из Коннингтонов из Грифоньего Гнезда, — Бран не раз и не два видел Реймунда. Но в Красном замке оруженосцев было много, и познакомиться с каждым из них не представлялось возможным. — Твой дед служил Десницей при Безумном короле. Так?       — Не дед, а дядя. Но то давно было. Наш девиз — лютый враг, верный друг! — с немалой гордостью сообщил Реймунд. — Мы — буря! Наш клич в бою — гриффон! гриффон! А у вас какой клич?       — Зима близко!       — Это не клич, а девиз, — засмеялся Коннингтон. — А что вы в бою кричите?       — За Винтерфелл! За Север! — нашелся Бран, и его ответ удовлетворил оруженосца.       — Расскажешь мне про волка? Можно его погладить? Он не укусит?       — Коль я не прикажу, то не укусит. Гладь, — разрешил Бран.       Коннингтон опасливо подошел поближе и почесал зверя. Шторм к подобному вниманию отнесся безразлично, но Реймунду все равно понравилось.       — Ладно, пора дела делать, — решил он. — Милорд Ренли приказал помочь тебе с переездом. Пойдем, что ли.       В башне Десницы Бран мигом собрал все свои вещи. Да и что там собирать, на самом деле? Немного одежды, вторая пара сапог, разные безделушки, вот и всё. Но зато он поговорил с сестрами и рассказал им о том, кому теперь будет служить.       Санса отнеслась к подобному с одобрением.       — Здорово, что у тебя все получилось, — сказала она. — Желаю тебе только хорошего, Бран.       А вот Арье новость не доставила особой радости.       — Покидаешь нас? — хмуро заметила она. — С кем я теперь буду играть?       — А ты найди кого-нибудь, — посоветовал ей мальчик. — Здесь полно людей.       Арья ничего не ответила, лишь смотрела на него с недовольством. Бран хоть и знал, что никуда не уезжает и будет частым гостем Красного замка, все же зашел в караулку к отцовым стражникам и попрощался с ними.       — У меня тоже есть сестра. Её Алинн зовут, она в нашем замке осталась, — признался Реймунд, когда они вернулись в Кухонный замок. Через некоторое время милорд Ренли закончил дела и отдал приказ выезжать. В его свиту входило всего два гвардейца, Бран запомнил, что зовут их сир Ходфри Хорп Мертвая Голова и сир Ходфри Хэрстон Петушиная Голова. Они с Коннингтоном сидели на одном коне, и северянин беспрерывно оглядывался по сторонам, осматривая город и удивляясь, как же много людей здесь проживает. Шторм жался к лошади и явно чувствовал себя не в своей тарелке.       Усадьба, в которую они приехали, оказалась богатой и просторной. С кухни доносился умопомрачительный запах жареного с луком мяса. Бран с самого утра ничего не ел, и услышал, как заурчал желудок.       Мастер над лошадьми сир Бенедикт поинтересовался у Брана, умеет ли тот сидеть в седле, после чего выделил ему небольшого коня и приказал самостоятельно его оседлать.       — Хочу посмотреть, чего ты стоишь, — сказал он. Брану пришлось повозиться. В конце концов он справился.       Усатый, со шрамом, рыцарь, который оказался капитаном гвардейцев по имени сир Ог Серебряный Топор проверил, чему Бран научился. Он долго гонял его с мечом, топором и копьем.       — Теперь вас двое, значит, будете сражаться друг с другом, — сказал он им с Рыжим. — Завтра с утра начнете. За вами будет присматривать Костлявый Робб. А пока можете умыться. Скоро ужин, тетка их подкурятина.       Ужин подали в общем зале. Еда оказалась не такая, к какой он привык дома, но все равно вкусная. Суп с трюфелями мальчик доел через силу, а вот от жаркого с луком чуть пальцы не облизал. Да и пирог с вымоченными в уксусе дроздами оказался хорош. К тому же им с Реймундом позволили выпить вина, разбавленного водой. Лютоволк получил целую берцовую кость с остатками мяса и был счастлив.       Милорд Ренли сидел во главе стола, а почетные места рядом с ним занимали управляющий сир Эстермонт и Серебряный Топор. Затем сидели Брайс Карон и Бенедикт Роджерс. Еду подавал толстый и добродушный повар по имени Вил Похлебкин.       Бран хрюкнул, когда услышал от Рыжего его имя.       — Это еще ничего, — с довольным видом сообщил новый товарищ, радуясь произведенному эффекту. — Милорд Ренли как-то сказал, что лошадь — единственное животное, в которое забивают гвозди, — оруженосцы покатились со смеху. — А еще он любит шутливые прозвища. Его коня зовут Паштетом, а одного из гвардейцев — Доб Три Раза. Знаешь, за что его так? — и когда он объяснил, Бран хоть и покраснел, вновь засмеялся. Ему начинало здесь нравиться.       Старк часто сидел с отцом в Великом Чертоге Винтерфелла. Тот всегда оставлял рядом с собой свободное место. В разные дни его по очереди занимали разные люди. То мастер над конями или сир Кассель, то путешественник из дальних земель, то мейстер Лювин, стюард или старая Нен. И каждый раз разговор шел о том, в чем они хорошо разбирались.       «Лорд должен знать своих людей, а те должны знать и уважать его, — учил отец Робба. — Иначе невозможно требовать, чтобы они сражались и погибали за тебя».       Так что Бран понимал, что за столом может оказаться кто угодно. Но в отличие от Винтерфелла, здесь было куда веселее. Постоянно слышались шутки и смех. И над всем этим возвышалась внушительная фигура милорда Ренли Баратеона.       Место для проживания Брану выделили в одной комнате с Рыжим. Там же они и ночевали. В первую ночь оруженосцы чуть ли не до первых петухов разговаривали о родных замках, о родичах и о будущих войнах, в которых они непременно прославятся.       А утром началась новая жизнь Брана.